Снова

– А ты помнишь, что было в самом начале? Я вышел из подвала через пару минут. Снейп сидел на диване в гостиной и бездумно листал книгу. Он громко перелистывал страницы, но совершенно не читал то, что на них было написано. Я чувствовал его гнев и обиду за версту, но на этот раз не побоялся начать диалог. – Ты ведь видел первую жизнь от моего лица, – он недовольно вздохнул, продолжая листать книгу. – Мне нечего особо помнить, – он так и источал ненависть, которая переполняла и меня. – Разве отправная точка была на поле битвы? Что было в Хогвартсе? – я всё ещё говорил на повышенном тоне и в ответ получал такой же. – Жизнь, – скупо. Что ещё я ожидал услышать? – И какая же жизнь? – кажется, я смог успокоиться, но это точно было ненадолго. Но я даже смог подойти к Северусу и сесть рядом на диван. Он окинул меня кротким непонимающим, но суровым взглядом, и продолжил шуршать страницами. – Я помню лишь битву, помню, кто мои друзья, но их лица. За последнее время они совсем потеряли обличия. Лишь силуэты. Но вот его я помнил. Снова только его… – Так разомкни цикл, если хочешь вспомнить! – он больше не кричал, вместо этого шипел, как змея. – Сломать твой мир? – я тихо ухмыльнулся и отвернулся в противоположную от Снейпа сторону. – Если это не «Tempus Vorago», то шанса у нас явно нет. Не думаешь? – Я то как раз и думаю, пытаюсь найти выход, в отличии от тебя. И знаешь ли, не кидаюсь беспочвенными обвинениями. Не веду себя так подло, не веду эту чертову грязную игру, – кажется, он начал накаляться, а я продолжил подливать масло в огонь. – Ох, так теперь я здесь злодей? – даже спиной я ощутил его напряжение, он затаился, чтобы накинуться на меня с новой силой. – А с годами ничего не изменилось. Знаешь, что я запомнил из настоящей жизни? То, кем ты являешься на самом деле. Даже Лорд не вёл такую подлyю игру. – Что? – он захлопнул книгу, подняв в воздухе столб пыли. – Что ещё ты хочешь от меня услышать? Правду? Нет никакой правды! – Северус отложил чтиво на журнальный столик и грубо сжал переносицу двумя пальцами. – Всё, что ты видел, правда. Но ты её не примешь, никогда больше… – последние два слова Снейп мерзко протянул. – Я вообще не уверен, что ты не сойдешь с ума в следующий раз. Я пытался оттянуть и этот цикл. Жил после твоей смерти столько, сколько позволил мне цикл, лишь бы тебе не пришлось возвращаться и видеть это всё по-новому. Каждый чёртов раз… – А как не сошёл с ума ты? – я, неожиданно даже для себя, перебил Северуса и неосознанно обернулся к нему лицом. Он болезненно улыбался, всё ещё сжимал переносицу и сверлил взглядом пустоту. – Не сошёл? Разве? – вот и из его уст вырвался тихий смешок. – А знаешь, потому что это мой мир. Потому что я его создал, потому что я заточил тебя сюда, потому что я придумал все эти миллион твоих жизней, а ты, ты просто жалкий кусок дерьма. Улыбка Северуса быстро сменилась на болезненно злобный оскал, а сам он поднялся и покинул гостиную, заперевшись в спальне. Это был намек на то, что я свободен? Из интереса я даже подошел к входной двери и громко хлопнул ею, после пару минут оставаясь на месте. Снейп даже не выглянул из комнаты, вот это была выдержка. Ну и плевать, у меня всё равно не оставалось моральных сил на побег. Разве что на сладкий сон на этом злосчастном диване.       Однако, быстро уснуть я не смог. Сначала меня долго мучал вопрос, какой сейчас час? И сколько я провёл в подвале, раз за окном уже была темень? Я конечно знал, что омут памяти затягивает, но чтобы настолько. Потом я ворочался от того, что не мог принять решение на счёт дальнейших действий. Я всё ещё был с неизвестным мне человеком в его логове, но при этом продолжал испытывать к нему тёплые чувства, которые окончательно сбивали с толку. Мозг говорил мне: бежать отсюда, сверкая пятками, а вот сердце умоляло дать ещё один шанс. И я не мог устоять перед его просьбами. Хоть и каждый шанс, дарованный Снейпу, заканчивался для меня плачевно. Но и бегство не несло в себе ничего привлекательного… Очередное распутье, которое по итогу вело в одну точку, где я снова умру и открою глаза на поле битвы. Когда небольшое умиротворение всё таки настигло меня, засыпать начали мешать тихие невзрачные всхлипы из спальни. Они были редкими, почти неслышными, но закрадывались в мысли и намертво там заседали. Он действительно рыдал из-за меня? Или потому что его игрушечный мир разрушен? А может, это просто было продолжение спектакля, которое я заслужил, оставаясь в его доме.       Заснул я лишь где-то ближе к полночи, в позе эмбриона, чтобы не замерзнуть, а проснулся рано, даже выспавшимся и бодрым. Вокруг на удивление было тепло, слышался легкий треск камина, а на мне лежало тяжёлое пуховое одеяло. Мне казалось, у Снейпа было всего одно такое, и именно оно сейчас покрывало меня. – Который час? – ещё в сонном бреду пробормотал я себе под нос, не ожидая, что кто-то мне ответит. – Семь утра, – черствый бархатистый голос быстро пробудил меня, но больше ничего не проронил. Я слегка приподнялся, надел очки, что лежали на журнальном столике, и попытался найти Северуса. Это не составило труда. Он стоял у плиты в чёрной мантии вполоборота ко мне и что-то жарил. Я плохо видел его выражение лица, но зато чётко мог различить яркий сине-красный синяк на его щеке. Мне даже стало стыдно за то, что я так сильно его ударил. Но это ведь вышло случайно, просто в порыве страсти дернулся ему на встречу и вот так нелепо впечатался. Желая ещё раз извиниться, я покинул диван и, буквально подлетев к Северусу, нежно приобнял его сзади. – Прости, Сев, я не хотел, – я, словно кот, проскользил по его спине головой. Снейп замер и обернулся ко мне с полными глазами страха, отчего страшно стало и мне. Сначала я вопросительно изогнул бровь, а потом, как ошпаренный отпрыгнул от него в сторону, словно увидел призрака. Я называл его так лишь несколько раз за все жизни, и все эти разы точно были в последние полгода, которые пропали из моей памяти. Точнее правильно сказать, уже немного вернулись и начали сводить меня с ума. – Какого дьявола? – это непроизвольно вырвалось из моего рта. – Это ведь от ударов в подвале, вчера? – а вот эти слова я уже произнес осознанно, пытаясь понять, в каком временном отрезке мой мозг живет сейчас. – Да, – этого краткого, растянутого и растерянного подтверждения было достаточно, чтобы я вернулся в настоящее. Но вот, чтобы осознал масштаб бедствия, происходящего у меня в голове, этого было чертовски мало.       Завтракали мы в тишине, ничего нового. Я неохотно ел то, что дал мне Снейп. Даже если там был яд, это уже не имело значения. Я заперт, заперт с ним, и лишь он решает, когда я смогу стать свободным. Так куда мне было бежать? Жизнь длинная, наслажусь ей по полной. Или точнее, полностью утону в собственном горе. Во время завтрака я всё думал о самой первой жизни, пытался осознать, почему всё сошлось именно на битве за Хогвартс. Может дело было в крестражах Волан-де-Морта? Вдруг Снейп и вправду просто хотел что-то оставить после себя и сам попал в эту глупую ловушку. А подобие омута памяти – кулон, просто оказался неудачным экспериментом, который привёл нас к этому, впитав тёмную магию из крестражей. Уж не знаю, насколько это могло быть реальным, но точно не менее реальным, чем раскол души на семь частей, и заточение одной из них во мне. Пытаясь найти хоть какую-то зацепку в своих же мыслях, я не заметил, как полностью потерял связь с реальностью и начал бормотать себе под нос глупые, простые вопросы. – Моя душа – крестраж. Нарцисса точно подходила ко мне в лесу, когда я чуть не умер. Ха… кулон ведь уже был у нее? То-очно! Нарцисса с кулоном в момент моей смерти! В момент смерти Северуса! Кулон всегда был рядом, всегда держал нас на мушке, - Удивительно, как близко мы были. Чем больше я задумывался о связи кулона и крестража - себя, тем менее реальной становилась вера в то, что я заложник Северуса. – Сломать его не поможет, проходили. Смерти он не принимает. Что ты говорил, там написано - “Лишь прощение…”. Кажется, слов там куда больше, чем два… да-а, – несмотря на то, что я полностью был погружен в себя, в поле моего зрения попадал Северус, и я увидел, как он прекратил есть, опустил руку с вилкой на стол и ошпарил меня презрительным, взбешенным взглядом. Я проигнорировал его тогда, но только до тех пор, пока Снейп сам о себе не заявил. – О каком прощении идет речь? – он вскинул бровь, подцепил с тарелки еду, положил её в рот и начал показушно жевать. – Вот и уменя такой вопрос. Твой ведь кулон, – Снейп поперхнулся, а я продолжил сидеть неподвижно. – Там ведь так написано? Или ты купил его в лавке шалостей? – Нет, – это профессор заявил твердо. – Надписи появились на нем сами, после прочтения заклинания, – Северус подцепил с тарелки ещё немного еды. – Вот как, – он точно лгал. Ну вот, опять я метался между нескольких мыслей, теряя всю связь. Снейп либо проклял кулон, либо действительно не знал его настоящей мощи. Но зато теперь я был уверен, что надписи появились не в момент моей клинической смерти, после первого удара Лорда. Кажется, я начал раскусывать профессора, а стоило-то лишь ему поддаться. – Идиот… – Снова собрался обвинять меня во всех грехах мира? – А Северус был всё также не возмутим. Он с гордым видом поглощал завтрак, но его глаза выдавали всю правду. Всё таки семь вымышленных жизней дали свои плоды. Он показал мне не только свои сильные стороны, но и все, все слабости. Я даже не заметил, как от осознания на моём лице расползлась хищная улыбка. – Нет, думаю заняться сегодня переводом фолианта или надписи на кулоне. Надеюсь, что ты мне поможешь! – у меня появилась гениальная мысль, я буду искать там, где он будет говорить, даже не смотреть. Разве не так обычно поступают все маньяки? Хотя Снейп куда смышленее, чем большинство отбросов, но попытаться стоило. – Хм… – профессор изобразил на лице искреннее удивление и поднялся с места. – С удовольствием помогу. Но разве хоть раз это приносило плоды? Мне кажется, последние полгода изучений ты напрочь забыл. И в твоей голове остались лишь те воспоминания, которые полезны тебе. Те, которые строят заговор против меня. Но раз ты настаиваешь, – Северус положил грязную тарелку в раковину и подошел к лестнице, ведущей в подвал, – милости прошу. Я не стал терять времени, забрал свою палочку из спальни, и подорвался за ним следом, всем видом показывая, как же я счастлив, но в голове прокручивая версии, почему же Северус скрыл фолиант чарами, раз утверждал, что его кулон ни с чем не связан.       К середине дня я уже начал жалеть о своём решении. И как я только терпел его раньше? – Страница двести восемьдесят пять, слово ᛏ⟆ᛗᛈᚢᛋ, – он ткнул на странные символы, начертанные на странице читаемой мной книги. – Это похоже на сочетание Tiwaz с руной Laguz, – Снейп, как в старые добрые времена ходил между полок с книгами и находил там что-то неизведанное. Он снова был настоящим учителем, а я учеником, который всё записывал под диктовку, параллельно и сам пытаясь разобрать обозначение символов, что были нарисованы на кулоне. – Скорее всего так обозначается течение времени, – он выдавал себя тем, что лез в книги за ответами, ведь это была его библиотека, вероятно, давно изученная им от корки до корки. – А разве прошлые символы не означали тоже самое? – я снова был истощен, как собака, но хотя бы не галлюцинации на этот раз привели меня к такому бессилию. Я даже был немного рад, что моя голова наконец-то начала работать, как часы. Только вот не был уверен в словах Северуса и каждый раз подвергал их сомнению, задавая кучу сомнительных вопросов. – Если бы ты хоть раз слушал меня на занятиях, то понял бы, что связка почти одинаковых слов может иметь своё значение, отличное от обоих слов. Осмелюсь предположить, что целиком предложение означает “Лишь прощение освободит от бремени”, – Снейп надменно глядел в книгу, а я сидел за столом и разглядывал кулон, неужто тот, кто создал такой прекрасный предмет, такой нежный и продуманный, мог быть таким черствым и ужасным человеком? – Если бы я помнил жизнь до циклов, может быть, и смог бы помочь, – я дерзил и дерзил, пока мой огорченный взгляд детально изучал кулон. – Это песок из хранилища времени? – Да, – неохотно отрываясь от книг, отвечал Снейп. О чём же он думал сейчас? Что таилось в этой голове, какие секреты были захоронены там навсегда, а какие повисли на волоске от раскрытия? – И за что ты не можешь меня простить? – всё не отрываясь от амулета, молвил я. – Отец оставил тебе шрамы, а страдаю я? – во всей этой ситуации странно было бы быть милым, поэтому я продолжал гнуть линию своей ненависти, выводя профессора на эмоции. – Почему ты продолжаешь? Я помогаю тебе, даю полную свободу, отдаю тебе свою жизнь а ты, неблагодарный мальчишка, продолжаешь пытаться вывести меня на эмоции, – Северус злобно захлопнул книгу и громко стукнул ею об стол. – Не хочешь помощи, – он подошел ко мне, а я по памяти обернулся и заглянул в его глаза, кажется, сейчас его разум был слабее всего, – ищи один. – Legilimens, – не зря я прихватил палочку с собой в подземелье, а вот Снейп зря позволял мне держать её при себе. Только вот ничего не произошло. Я ударился в прочнейший щит и отшатнулся назад, неприятно ударившись о кромку стола. Даже моё лицо скривилось от боли. А вот Северус не выразил ничего. Он яростно оттолкнул мою руку и покинул подвал. Наверное, я тогда переборщил. Мне стоило просто продолжить слушать его, но моя чёртова натура, подавляемая столько времени, рвалась наружу. И как мы смогли подружиться с ним хотя бы в одной из жизней… Кажется, я ещё с неделю провёл в сыром подвале, совершенно не покидая его. Первые пару дней Северус звал меня лишь пообедать, но я отказывался, а потом стал приносить мне еду сюда, что было кстати. Голодным я бы долго не протянул, потому что с каждым новым открытием меня постигали всё более странные мысли, что сводили с ума. Я наконец-то смог вспомнить лица своих друзей, жаль Гермионы не было рядом, она бы точно смогла дать ответы на все мои вопросы, будь мы действительно в цикле. Но отчего-то я уцепился именно за эту мысль. Наверное, это из-за его действий. Из-за его навязанной помощи, вкусных обедов в подвале и редких объятий. Да, иногда я терял связь с этой реальностью. Те забытые полгода стали частыми гостями в моей голове, отчего иногда я проваливался в негу и ластился к Снейпу, а этот гад принимал мои ласки и давал тоже в ответ. В какой-то момент, недели переросли в месяцы, а редкие объятия в долгие разговоры у камина и сладкие поцелуи. Они дурманили меня похлеще зелий. Стоило его горячим губам коснуться моей кожи, как я мгновенно начинал таять и расплывался в реальности. Забытые полгода стали моей новой жизнью, я буквально пережил их заново, в той же ласке и любви, которую Снейп ни на секунду не прекращал мне подавать на блюдечке. Нет, иногда, конечно, были ссоры, когда я подолгу заседал в подвале, но и это времяпрепровождение за фолиантом значительно сократилось. “Я снова в его ловушке” – с такими мыслями я вскочил в одну из ночей. Несмотря на то, что мы с Северусом спали в одной кровати, он тогда не проснулся, а я вот не смог больше уснуть. Я проворочился где-то с час, прежде чем покинул спальню, по привычке прихватив с собой палочку. Ноги будто сами привели меня в этот злосчастный подвал, который хранил тайны не хуже Снейпа. Стоило мне пройти последнюю ступеньку лестницы, я рухнул на четвереньки, разодрав себе всю кожу рук о каменный пол подвала. Разве здесь всегда был мощеный большими камнями пол? Мне казалось, что тут лежала плитка. В глазах всё поплыло. Пространство будто бы сжалось, а потом раздулось до невероятных размеров. Всё, как в ту ночь перед Рождеством. Я помнил эти чувства. Сильнейшая дезориентация, на фоне этого тошнота и слабость в теле, а потом поток мыслей, бесконечный поток воспоминаний. Картинки со скоростью света сменялись перед глазами, пока не дошла очередь до той самой. Она то намертво и застыла перед глазами. Как только я смог сосредоточиться на воспоминании, я увидел, как я сижу за расшифровкой того же отрывка из фолианта, что и последние несколько месяцев. Но стоило мне это осознать, память подкинула мне ещё пару интересных моментов. Как я что-то пишу на обрывках пергамента и прячу это прямиком в подвале, среди страниц самой скучной книги о зельеварении. Мне пришлось приложить немало сил, чтобы сфокусировать взгляд и разобрать, что таинственной книгой с моими же посланиями стал учебник зельеварения за первый курс. Это было гениальное решение. Наверное, это была единственная книга, к которой ни я, ни Северус не притронулись ни в одной из жизней. Он наверняка сгреб её вместе со своими вещами, когда покидал дом, а после просто забыл про такой пустяк, оставив её в библиотеке. Я тут же решил рвануть к шкафу, чтобы отыскать послание, но тело пока что не слушалось меня. Не знаю, сколько я так пролежал в позе сутулой собаки, но галлюцинации в один момент отступили. Они, как туманный полог расступились в стороны, и моему взору открылся реальный мир, но куда более жестокий и ненавистный. Я собрался с силами и поднялся на ноги. Стойка была не уверенная и шаткая. Шаги ничуть не отличались. Я покачивался и держался за всё, что попадалось под руку. – Думаешь, ты можешь помнить свою жизнь от третьего лица? – я не успел сделать даже шага, зверский страх за свою жизнь окутал всё моё тело, сковав ноги в тяжелые путы. – Это ищите, мистер Поттер? – Северус впервые настолько меня пугал. Даже моё сердце замерло, желая провалиться сквозь пол. Но я не был призраком, к сожалению, я был живым. А ещё, я осознал, что всё только что увиденное было его рук дело. Он проник в мою память и показал свою. Он проснулся, когда проснулся я и пошёл следом. – Я ничего не ищу, мне не спалось. Решил не будить тебя, – какой же я идиот. Он почувствовал мой страх за версту, как выдрессированный пёс, который уже много лет жил на одном лишь адреналине. Не я тут свихнулся, а он. Мозг Северуса точно был в состоянии не лучше моего. – Правда? В столь поздний час решил почитать книги? – он сделал ко мне два неспешных шага, пока не оказался прямо перед моим лицом. Мне пришлось заглянуть в его глаза, дабы не выдать себя, но я выдал себя ещё в прошлый раз, когда также полез в подвал. – Не эти ли бумажки, так Вас будоражат? – он поднял руку с мятым пергаментом вверх и скомкал его ещё сильнее, показывая, что я проиграл всю войну, развязанную им же. – Я в последнее время совсем перестал заниматься поиском истоков цикла. Хочу закончить перевод. Не отдашь ли ты мне эти бумажки? – я старался казаться честным и ни чуть не взволнованным, но голос, голос постоянно выдавал меня. Каждый гребанный раз, когда я висел на волоске от очередной смерти или, хуже того, потери памяти. Северус ничего мне не ответил, разжал ладонь с пергаментом и пододвинул её поближе ко мне. Его вид говорил “Возьми, ну же”, а его глаза предупреждали о том, что последует после. Но я решил сыграть с судьбой в удачу и, кажется, выиграл. Снейп отдал мне мои записки, по-зверски холодно улыбнулся и отошёл от меня. Он занял стоящее неподалеку кресло и, закинув ногу на ногу, стал просто наблюдать за мной, всеми жестами подталкивая прочесть записи на пергаменте. Дрожащие руки самовольно развернули мятую бумагу и мои глаза округлились. “Кулон - виновник цикла”, “Кулон - омут вины. Одна из важных страниц вырвана, там рассказан ритуал разрыва.” – И что там пишут, мистер Поттер? – почему я позволил ему раскрыть меня? Всего один неверный шаг поставил мою жизнь и разум на кон. Глупый оступ дал ему возможность идти на шаг впереди… Моё сердце сжалось, но я старался не подавать виду. – Ты видел в прошлый раз, как я что-то прячу и сделал всё, чтобы я забыл! – реальность снова раскалывалась. Сколько раз она разделялась и делилась надвое? Что сейчас вообще было реальным? Те ласки с Северусом или моя ненависть? – Думаешь? – Мерлин, я снова терял связь с реальностью. Голова пронзающе разболелась в районе виска и я уткнул взор в пол. Снова чёртовы глюки. Поначалу они были размыты, а потом картинка приобрела четкость. Лучше бы этого не произошло, лучше бы Снейп мне соврал. В очередных видениях или глюках, я уже не различал их, я увидел, как он обеспокоенно наблюдает за мной. Услышал его голос – “Гарри, всё в порядке? Ты в последние дни сам не свой.”. А потом я услышал свой голос и увидел, что я делаю. “Круцио!” – выкрикнул я тогда. Снейп не дернулся, не попытался скрыться, а я отчего-то рухнул на землю, весь искореженный, сжавшийся, задыхающийся. – Вспомнил? – я ничего не ответил, платил Снейпу той же монетой. – Ты настолько желал умереть, что заклинание обернулось против тебя, – наконец-то и Северус дал слабину в этом диалоге. – Я не хотел, чтобы ты ещё раз так травмировал себя. Я надеялся, что ты забудешь на утро об этом, а ты забыл всё. – Почему я должен верить тебе? Я не могу верить даже себе, а ты предлагаешь поверить пожирателю, предателю и убийце? – Снейп смутился, я ранил его достаточно, чтобы обезоружить. Но он всё ещё шёл на шаг впереди меня. Я даже не заметил, как моя палочка отлетела далеко от меня, а я снова оказался прижатым в угол. Уж не знаю, какие эмоции отображались на моём лице, но внутри я ощущал, как скручивает все мои органы, отчего хотелось выблевать каждый из них.