Недоразумение

Лань Цижэнь еще не полностью восстановился после болезни, но слабость уже прошла, поэтому из-за отсутствия Сичэня и неловких социальных навыков Ванцзи ему приходится пойти на корпоратив. Сотрудникам разрешено взять с собой пару, а алкоголь на вечеринке — несмотря на неодобрение Лань Цижэня — льется рекой. Лань Цижэнь обходит зал, здоровается с работниками, знакомится с их партнерами, друзьями и всеми теми, кого они посчитали нужным привести, и чувствует подступающую головную боль. Мрачное выражение лица Ванцзи привлекает его внимание, и он прослеживает гневный взгляд племянника — тот смотрит на странного молодого человека в черно-красной одежде, который едва ли не вешается на Цзян Ваньиня, их лучшего работника. Конечно, Лань Цижэнь замечал взгляды, которые Сичэнь бросает на Цзян Ваньиня. По мнению Лань Цижэня, нужно разделять работу и личную жизнь, но в компании нет правил, запрещающих отношения между коллегами. И все же старший племянник, будучи слишком принципиальным, так и не открыл своих чувств тому, кто формально считается его подчиненным. Лань Цижэнь нередко выражает свою благосклонность, одаривая Цзян Ваньиня одной из своих самых добродушных улыбок, но тот так и не пригласил Сичэня на свидание, а теперь открыто поощряет заигрывания другого. Неужели Лань Цижэнь так сильно в нем ошибался? Молодой человек, обнимающий Цзян Ваньиня, олицетворяет собой все то, что Лань Цижэнь ненавидит в людях. Прежде Цзян Ваньиня на корпоративах неизменно сопровождал Не Хуайсан, который сегодня пришел с Ванцзи. Лань Цижэнь сначала не придал значения этому факту, но теперь уверен, что все дело в таинственном незнакомце. — Кто это? — Вэй Усянь, бывший парень Цзян Ваньиня, — грустно объясняет Не Хуайсан и тяжело вздыхает. — Похоже, они помирились. Сичэнь-гэ расстроится. Лань Цижэнь не собирается обсуждать с Не Хуайсаном душевное состояние старшего племянника и решительно устремляется к Цзян Ваньиню и его спутнику. Ванцзи следует за ним. Лань Цижэнь тронут его преданностью Сичэню, но категорически не хочет, чтобы кто-то из его племянников даже на пушечный выстрел приближался к этому Вэй Усяню. — Так ты зайдешь ко мне сегодня? — слышит Лань Цижэнь, как только подходит ближе. Парочка не обращает на него внимания, и, прежде чем Лань Цижэнь успевает кашлянуть, обозначая свое присутствие, Цзян Ваньинь удивленно спрашивает: — Разве тебя не нужно отвезти домой? — В смысле — может, ты останешься, и мы наконец поговорим? — Ты вроде как обещал меня не торопить, — замечает Цзян Ваньинь, и в его голосе скорее смирение, чем недовольство. — Ты же знаешь, какой я нетерпеливый, а прошло уже две недели. — Если напьешься, какой смысл с тобой разговаривать? — хмыкает Цзян Ваньинь. Вэй Усянь хихикает, допивая еще один бокал вина, и наклоняется, опираясь на плечо Цзян Ваньиня. — Ах, Цзян Чэн, позволь мне сегодня немного выпить. — Вэй Усянь, я всего лишь предложил отвезти тебя домой, — сухо говорит Цзян Ваньинь. — Я не собираюсь тащить тебя в постель. — Как будто ты раньше этого не делал. — Вэй Усянь похлопывает Цзян Ваньиня по плечу. — Ты такой сильный, А-Чэн. Лань Цижэнь потрясен таким откровенным бесстыдством. — Блядь, Вэй Усянь, тебе не стыдно? Честное слово, сейчас сброшу тебя с балкона. — Айя, А-Чэн, ты так со мной жесток. — Вэй Усянь надувает губы, а Цзян Ваньинь закатывает глаза. — Пойдем, идиот, отвезу тебя домой, пока ты еще стоишь на своих двоих, — говорит Цзян Ваньинь и тащит Вэй Усяня к выходу. На памяти Лань Цижэня Цзян Ваньинь никогда не закатывал глаза и не ругался. Дурное влияние этого Вэй Усяня налицо. — Никогда не видел, чтобы Цзян Ваньинь так нежно к кому-то относился, — замечает Не Хуайсан у него за спиной, и Лань Цижэнь делает вид, что ничего не слышит.