В одном тумане

— У тебя температура?

— Нет. Почему ты так решил?

— Ты горячая. Во всех смыслах.

*** Утром Эллине не хотелось просыпаться. Она напилась и натворила делов. Не хотелось снова виновато смотреть в глаза, извиняться, делать то, от чего она казалась еще более уязвимой и жалкой. — Morgen, — услышала она голос Кристофа. — Я знаю, что ты не спишь. — Доброе утро, — она нехотя высунулась из-под одеяла. — Ты в белье, потому что сняла платье, — решил уточнить Кристоф. — Хорошо, — Эллина села на кровати, не прикрываясь одеялом. — Спасибо, что пришел. Снова. — она посмотрела на него. Кристоф сидел на кресле, сложив руки в замок. Он смотрел на нее спокойно. Эллина тепло улыбнулась. — Иди ко мне, — она похлопала ладонью по месту на кровати рядом с ней. Кристоф удивился, но спорить не стал. Он перебрался из кресла на кровать и лег напротив. Эллина подвинулась ближе и обняла его руками за шею. Кристоф почувствовал, как его дыхание замедляется. Она снова поцеловала его первая, но этот поцелуй был уже не легким и нежным, а настойчивым и отрывистым. Эллина нависла над ним и начала покрывать его шею поцелуями. Он хотел было задать вопрос, но вместо этого обнял ее за талию и притянул к своему телу вплотную. Она оторвалась от его шеи и на секунду взглянула ему в глаза, будто надеясь прочитать что-то в них. Эллина расстегнула его джинсы руками и стянула их вниз, начав гладить его между ног через белье. — Крис, трахни меня, — прошептала она, и он перевернул ее на подушку, поменяв их тела местами. Он неторопливо снял с нее бюстгальтер, пока она в спешке снимала с него трусы. Кристоф целовал ее грудь и гладил по бокам ладонями. Эллина обхватила его член рукой и повела несколько раз вверх и вниз, затем он снял с нее оставшееся белье и пальцем коснулся клитора. — Крис… — Эллина вцепилась рукой в его волосы. — Ударь меня по лицу. — Сказала она, и Кристоф не медля шлепнул ее по щеке, но она сразу же скомандовала. — Сильнее, пожалуйста. — Это насилие, — сказал он. — Это не насилие, когда я об этом прошу, — отрезала Эллина и повторила: — Ударь меня. Bitte. Он ударил. На ее щеке остался след от его ладони. Она вскрикнула и довольно улыбнулась. — Danke. — У тебя очень красивый немецкий. — Заткнись, я помню всего пару фраз. — А что еще? Was weißt du sonst noch? — он поцеловал ее в щеку. — Deine Augen sind schön, — прошептала Эллина, водя рукой по члену Кристофа. — Плюнь мне в рот. Он не спрашивал. Сначала поцеловал ее в губы, придержал за подбородок пальцами, затем плюнул, когда она открыла его. Эллина проглотила слюну и довольно улыбнулась. — Schlag zu, — снова сказала она. Он ударил снова. Затем погладил по щеке и медленно вошел в нее, сохраняя зрительный контакт. Эллина сцепила собственные руки в замок и завела их вверх над своей головой, пока Кристоф двигался в ней. — Du bist ganz nass, — довольно заметил Кристоф, набирая темп. — Alles für dich, mein Schatz, — Эллина прикрыла глаза. Ей нравилось ощущать его. Нравилось быть перед ним голой. Нравилось, когда он просил говорить на немецком. — Danke, — шептала она. — Danke, danke, danke… С каждым «спасибо» ритм нарастал, и оба больше не могли сдерживать стоны, которые то и дело вылетали из их ртов. — Du bist sehr schön, — Эллина закусила губу. — Ты тоже, моя маленькая. Ты тоже. — Не останавливайся, пожалуйста. — Никогда, — произнес Кристоф сквозь зубы и прижал Эллину к матрасу кровати. Он двигался все быстрее, пальцами массируя ее клитор, что заставляло ее стонать и шумно выдыхать воздух. Она не хотела, чтобы этот момент заканчивался, не хотела, чтобы он уходил. — Отшлепай меня между ног, — скомандовала Эллина, и он тут же исполнил приказ. — Тебе нравится? — спросил Кристоф. — Да, — ответила она. — Хорошая девочка, — он шепнул это ей на ухо. — Скажи это еще раз. — Хорошая девочка, Эллина. Это было приятнее, чем водка. — Никогда не оставляй меня, — шептала ему Эллина в момент, когда тот был готов кончить. — Никогда, Крис. — Назови меня так еще раз, — хрипло попросил он. — Крис… Крис… — она с силой сжала его волосы у корней. Он задышал чаще, а через пару движений высунул член. Сперма растеклась по животу Эллины. — Слизывай. Давай же. Слегка помедлив, Кристоф слизал с ее живота жидкость, плавно перейдя языком к клитору. Он водил по нему, аккуратно захватывая губами, как бы целуя. Он вошел в нее двумя пальцами, не переставая водить языком по клитору. Эллина замерла на секунду, потом сама начала двигать бедрами и насаживаться на его пальцы, пока он не ускорился. Влаги было так много, что оба слышали каждый звук. Эллина подавляла стоны и закрывала рот рукой, но Кристоф взял ее ладонь и переплел их пальцы вместе. — Не сдерживайся. Не нужно. Не сейчас, — сказал он, прежде чем снова зарыться между ее ног. — Я не хочу сейчас кончать, Крис, — умоляюще прошептала она и сжала его руку. — Трахни меня в рот. Эллина приподнялась, поджав под себя ноги и оказавшись перед Кристофом на коленях. Тяжело дыша, она открыла рот и завела свои руки в замке за спину, будто они были связаны. Во всяком случае, ей бы этого хотелось. Кристоф провел головкой по ее губам, размазывая то, что осталось на ней от прошлого раза. Эллина хотела лизнуть, но он дернулся и легонько шлепнул ее по щеке. Он вошел. Медленно, пока головка не уперлась в нёбо. Эллина выдохнула носом, стараясь не кашлянуть. Ей нравилось это чувство — когда нечем дышать, когда рот заполнен целиком. — Аlles gut? — спросил Кристоф. Пока он смотрел на нее, все, что ей оставалось, это выдавить глухое «угу», посасывая его член. Кристоф ускорился. Его дыхание стало рваным, бедра двигались жестче, он больше не контролировал глубину, он просто трахал ее рот, как ему нравилось. Слюна потекла по подбородку Эллины, смешиваясь со слезами, капая на грудь и простынь. Кристоф резко вышел, давая ей глотнуть воздуха. Эллина жадно вдохнула, не закрывая рта, и тут же потянулась к нему снова сама, взяла его член в рот, насколько могла глубоко, и замерла. — Хорошая маленькая девочка, — он потрепал ее по рыжим волосам, которые уже спутались. Он откинул голову назад и стал двигаться быстрее, почти грубо. Эллина слышала, как сбивается его дыхание, чувствовала, как напряглись его бедра и живот. Ей нравилось смотреть на него, потому что берет в рот и истекает слюной она, а уязвимым все равно кажется он в момент оргазма. Горячая сперма брызнула ей в рот и она закашлялась, проглатывая. — Прости, — прошептал Кристоф. — Не извиняйся, я в порядке, — Эллина вытерла слюну и слезы ладонью. — Ну, что теперь? — спросил он, задыхаясь. — Теперь хочешь кончить? Он уложил ее головой на подушку и погладил по волосам, снова спустился между ее ног. Кристоф покрывал поцелуями внутреннюю сторону бедра, затем снова перешел к клитору. Он сделал несколько движений языком вверх-вниз и перешел на круговые. Эллина хрипло постанывала под ним, а когда он увеличил темп, то совсем потеряла контроль. — Да, Крис, пожалуйста, — она зажмуривалась и закусывала губы, стараясь не думать о том, как выглядит в этот момент. Эллина намотала его волосы себе на руку и сжала их у корней. Мокрый язык становился все быстрее, а горячее дыхание обжигало. Конечно, она хотела кончить, но с другой стороны остаться навечно в этом моменте — прямо перед оргазмом, когда тело напрягается и начинают дрожать ноги. Секунды перед беззащитностью. Время невозможно было остановить, а Эллина лишь умоляла Кристофа продолжать, уже почти шепотом. Когда ее тело настигли мышечные сокращения, она не сопротивлялась им. — Останься со мной, — умоляюще просила она. — Bitte bleib bei mir. Лежа на подушке, она пыталась отдышаться и прогнать с себя жар. Кристоф лег рядом с ней и тоже тяжело дышал. — Я кончил дважды, — заметил он. — А ты всего один раз. Так нечестно. — Я же сама попросила, — Эллина улыбнулась. — Хотелось подольше побыть с тобой. — Ты мне нравишься, Эллина, — Кристоф погладил ее по щеке. — Что? — она испуганно переспросила, хотя понимала, что четко слышала его слова. — Ты мне нравишься, — с той же нежностью в голосе повторил он. — Это гормоны, — Эллина отмахнулась. — Полежим еще чуть-чуть, и я снова начну тебя бесить. — Я серьезно, вообще-то, — его голос теперь звучал растерянно. Она знала, что Кристоф не шутит, но так и не нашлась, что ему ответить, хотя ответ был очевиден по тому, как она нуждалась в нем, как не хотела отпускать, но признать это для нее было все равно, что умереть. А умирать Эллина не хотела.