Рояли сталкиваются друг с другом

В конце концов Лань Ванцзи просто сдаётся и уезжает на день раньше. Он доберётся до Западного хребта раньше Вэй Усяня, но лучше уж переживать в одиночку, чем заставлять переживать свой орден. Он берёт с собой цянькунь с провизией, различными лекарствами и бинтами на всякий случай, а также три флакона «Улыбки императора». Прощается с дядей и Сычжуем, становится на меч и отправляется в путь. На самом деле полёт до Западного хребта Гусу не занимает целого дня, особенно для такого человека, как Лань Ванцзи, который достиг немалых высот в своём развитии. Поэтому, хотя он и не медлит, он всё же не торопится. Всякий раз, когда пролетает над особенно красивым местом или чем-то интересным, он позволяет себе снизиться, чтобы насладиться видом. Он считает, что это не пустая трата времени, если размышлять об увиденном. Поэтому он останавливается у водопадов, необычных скальных образований и стад оленей, позволяет себе полюбоваться ими и попрощаться. Он не знает, когда окажется здесь снова. Даже с учётом того, что он петляет, когда он приближается к Западному хребту, ещё светло. Он подлетает со стороны равнины и уже подумывает перебраться через хребет, чтобы осмотреть скалы в поисках места для ночлега, когда слышит это. Он чуть не падает с высоты. Вэй Ин. Он летит так быстро, как только может, на звук дицзы – дицзы Вэй Усяня, – их песни. Через минуту он видит чёрный силуэт Вэй Усяня, сидящего на своём нелепом осле на краю хребта и продолжающего играть «Вансянь». Лань Ванцзи бесшумно спешивается в полудюжине шагов от него и, переводя дыхание, какое-то время просто смотрит. Его одежда другая, а волосы, кажется, немного длиннее. Вэй Усянь заканчивает фразу, и Лань Ванцзи произносит: – Вэй Ин. Вэй Усянь медленно оборачивается, и его широкая улыбка при виде Лань Ванцзи заставляет сердце того биться быстрее. Лань Ванцзи делает шаг вперёд. – Вэй Ин, – повторяет он. – Лань Чжань! – наконец восклицает Вэй Усянь. Он спрыгивает с осла и сначала идёт, потом бежит трусцой, а затем со всех ног бросается к Лань Ванцзи. В последнюю секунду он обхватывает его руками за талию. От силы столкновения они оба теряют равновесие и падают в траву. Лань Ванцзи обнимает Вэй Усяня и прижимает его голову к своей груди, чтобы тот не ударился о землю. – Лань Чжань!! – повторяет Вэй Усянь, когда они устраиваются поудобнее. Он высвобождается из объятий Лань Ванцзи, опирается на него руками и демонстративно осматривает его с ног до головы. – Ах, ты – отрада для глаз, – радостно вздыхает он. – Я всегда знал, что ты симпатичный, но почему-то каждый раз удивляюсь, насколько ты красив. – Хм, – отзывается Лань Ванцзи. Он довольно равнодушно относится к подобным похвалам: учитывая его стремление контролировать почти все аспекты своей жизни, внешность не поддаётся этому контролю и потому не является для него поводом для гордости. Но он должен признать, что понимает это чувство, глядя на улыбающееся лицо Вэй Усяня. Он не настолько бесстыден, чтобы сказать такое, но именно это он и имеет в виду, когда слегка дёргает Вэй Усяня за волосы. – Ты рано, – говорит Вэй Усянь, видимо решив, что они просто будут разговаривать, а Лань Ванцзи – лежать на спине в траве. – Или, думаю, я просто ошибся с датой? Признаюсь, я думал, что мы встретимся завтра. Лань Ванцзи качает головой: – Рано. – О, – снова широко улыбается Вэй Усянь. – Не мог дождаться встречи со мной, да? – дразнит он. Лань Ванцзи просто смотрит на него, надеясь, что тот понимает: конечно, конечно, конечно, ответ на этот вопрос – да. Вэй Усянь долго смотрит ему в глаза. Он словно спрашивает: «Ты собираешься меня поцеловать?» Но не целует. Вместо этого он снова ложится, прижимается лицом к шее Лань Ванцзи и одной рукой играет с его воротником. – Лань Чжань, ты не поверишь, как сильно я по тебе скучал, – говорит он. Лань Ванцзи задаётся вопросом, слышит ли Вэй Усянь, как быстро бьётся его сердце, и чувствует ли это, положив ладонь ему на грудь. – По дороге из Юньпина я всё время оборачивался, чтобы поговорить с тобой, но там никого не было – только я и Маленькое Яблочко. Лань Ванцзи робко протягивает руку и обнимает его за талию. У Вэй Усяня перехватывает дыхание. – Я тоже скучал по тебе, – тихо признаётся он. – Я был рад получить твоё письмо. Хотел больше. Хотел больше. Боже. Краткое описание их отношений. – Мм, – произносит Вэй Усянь, с трудом сдерживаясь. – Я бы отправил больше, но у меня не было денег. Лань Ванцзи смотрит в небо и старается не придушить его. – Вэй Ин, – осторожно говорит он, – письма стоят очень дёшево. За стоимость одного супа можно отправить десять писем. Он ведь не просто добывал еду каждый день, верно? – Я знаю, знаю… Но, Лань Чжань, я не хотел… ну, я не хотел тебя раздражать, – признаётся Вэй Усянь, хватаясь за воротник. – С каких это пор? – не может не спросить Лань Ванцзи. Вэй Усянь смеётся и садится. Лань Ванцзи тоже садится; их плечи соприкасаются. – Может быть, я думал, что разлука укрепляет чувства… или что-то в этом роде, – смущённо говорит Вэй Усянь, отводя взгляд. – Вэй Ин, – обиженно произносит Лань Ванцзи. Как будто его сердце может стать ещё больше! Разлука делает сердце одиноким, глупец. – В любом случае, мы оба здесь, так что ничего страшного, – решает Вэй Усянь. Лань Ванцзи подавляет возмущенное фырканье. – Лань Чжань, Лань Чжань, – поворачивается к нему Вэй Усянь, – у меня к тебе вопрос. На самом деле, предложение. Уши Лань Ванцзи предательски краснеют. Когда Вэй Усянь не спешит объясниться, он заставляет себя сказать: – Продолжай. – Вернись со мной в Юньмэн, – говорит Вэй Усянь. Лань Ванцзи вглядывается в его лицо, пытаясь понять, осознаёт ли тот, что говорит. Но, в конце концов, отвечает: – Хорошо. Вэй Усянь снова улыбается – широко, солнечно. Лань Ванцзи хочет, чтобы он просто поцеловал его. Вместо этого он осторожно выбирается из-под его ног и встаёт, протягивая руку, чтобы помочь подняться. Вэй Усянь берёт её, сжимает, а затем отпускает, чтобы поправить Лань Ванцзи волосы. Лань Ванцзи позволяет – сам же виноват, что всё так запуталось. Вэй Усянь улыбается, отстраняется и идёт за ослом. Когда он возвращается, Лань Ванцзи протягивает животному яблоко, и оба – и осёл, и Вэй Усянь – радостно восклицают. – Лань Чжань! Какой заботливый! – воркует Вэй Усянь, пока осёл хрустит яблоком. – Яблочко, надеюсь, тебе понравится. – Мм, – отзывается Лань Ванцзи. Осёл доедает яблоко и тычется носом в его ладонь, выпрашивая ещё. Он гладит его по мягкой морде, но принёс ей только одно. (Два других – для него самого и Вэй Усяня.) – Ой, ты ей нравишься. Ты её новый папа, – комментирует Вэй Усянь. Лань Ванцзи скептически смотрит на осла, который, поняв, что добавки не будет, теряет интерес. – Хм, – говорит он. Они идут на юг вдоль гребня хребта: Вэй Усянь верхом на осле, Лань Ванцзи рядом, держа поводья. Он знает, что Вэй Усяню это нравится, хотя и не понимает почему. Лань Ванцзи рассеянно думает, есть ли у того конкретная цель на вечер, но подозревает, что нет. Это не важно – он счастлив просто идти рядом. Ближе к закату Вэй Усянь сползает с осла и бормочет: – Скоро будет город… Первая же гостиница, Лань Чжань, давай снимем комнату… Я так долго путешествовал, я устал… – Мм, – соглашается Лань Ванцзи, подходя ближе на случай, если тот споткнётся. Вэй Усянь смотрит на него глазами, смеющимися из-под короткой жёсткой гривы осла. Такой милый. Лань Ванцзи отводит взгляд. Как и предсказывал Вэй Усянь, вскоре они находят небольшой городок с подходящей гостиницей. Лань Ванцзи платит за комнату и еду, пока Вэй Усянь возится с ослом. Он мог бы снять две комнаты, но Вэй Усянь сказал, что ему нужна одна, и Лань Ванцзи не возражал – не хотел надолго выпускать его из виду. Вэй Усянь возвращается и следует за ним в комнату, где тут же падает лицом вниз на кровать. Лань Ванцзи терпит его неудобную позу ровно пять минут, прежде чем встать из-за стола. – Вэй Ин, – произносит он, садясь рядом. Тот что-то мычит в подушку. – Не спи так. Вэй Усянь стонет и отворачивается – немного лучше, чем лицом вниз, но делает это явно наперекор. Лань Ванцзи не принимает этого и дёргает его за хвост: – Если хочешь лечь, ложись нормально. – Лань Ванцзи, – хнычет Вэй Усянь, – мы не в Облачных Глубинах, кому какое дело до моей осанки?.. – Мне не всё равно, – отвечает Лань Ванцзи, а потом добавляет то, что действительно беспокоит: – Ты выглядишь как труп. Вэй Усянь хмыкает, потом на секунду задумывается, почему его может тревожить это сравнение. Переворачивается на спину, смотрит на Лань Ванцзи взглядом, который трудно прочесть. – Извини, – наконец говорит он, барабаня пальцами по поясу. – Это не труп, обещаю. – Мм, – соглашается Лань Ванцзи. Вэй Усянь ещё немного наблюдает за ним, потом садится и прижимается лицом к его плечу: – Лань Чжань такой чувствительный. Прости, прости. Ты и правда был так расстроен? Лань Ванцзи не знает, с чего начать ответ. Что это за вопрос? Сейчас – нет, но когда Вэй Усянь был буквально мёртв… да, он был. От ответа его спасает стук в дверь – приносят еду. Вэй Усянь оживляется: – Не думал, что мы будем есть так рано. Думал, ты заставишь меня ждать до семи, как положено. – Смягчающие обстоятельства, – говорит Лань Ванцзи. Ему хочется, чтобы Вэй Усянь был ещё более в безопасности и счастливее, чем обычно. И к тому же он любит есть с ним, несмотря на его ужасные манеры. Вэй Усянь смеётся и садится за стол. – А-а-а, Лань Чжань, ты заказал для меня острое! – радостно восклицает он, увидев тарелку. Он запихивает в рот ярко-красный кусок курицы и, не переставая жевать, бормочет что-то вроде: – Ты правда меня любишь. Лань Ванцзи категорически отказывается признавать это прямо сейчас, поэтому игнорирует жар в ушах и говорит: – Ешь, а не говори. Вэй Усянь закатывает глаза, улыбается и запихивает в рот ещё больше еды, но подчиняется. К тому времени, как они оба заканчивают есть, Вэй Усянь выглядит рассеянным, его мрачный взгляд устремлён куда-то вдаль. Лань Ванцзи берёт пустую миску друга, ставит её поверх своей и относит поднос с едой за дверь. Он слышит, как Вэй Усянь подходит сзади; выпрямляясь и собираясь вернуться в комнату, он чуть не сталкивается с ним – тот стоит прямо за его спиной. Вэй Усянь кладёт руки ему на талию, не давая обернуться. – Не смотри на меня пока, Лань Чжань, – тихо говорит он. – Я не вынесу, если ты посмотришь на меня сейчас. Я хочу задать тебе вопрос. – Мм, – соглашается Лань Ванцзи, несмотря на беспокойство. – Не буду смотреть. Вэй Усянь обнимает его за талию и прижимается лицом к его волосам. Его руки, прижатые к бокам Лань Ванцзи, слегка дрожат. – Вэй Ин? – спрашивает Лань Ванцзи. Вэй Усянь сжимает его талию: – Ты помнишь тот день на горе Байфэн? – тихо спрашивает он. – До того, как всё действительно пошло наперекосяк. – Мм, – отвечает Лань Ванцзи. – Я помню. – Ты спросил меня, кем ты для меня являешься, – говорит Вэй Усянь, – и я ответил, что ты для меня… ты для меня… – Твоя вторая половинка в этой жизни, – тихо заканчивает Лань Ванцзи. Его сердце бешено колотится. Он поднимает руки, чтобы положить их поверх рук Вэй Усяня на своей талии. – Вэй Ин. Я помню. Вэй Усянь напрягается: – Думаешь, это всё ещё имеет значение, даже если та жизнь закончилась? Лань Ванцзи осторожно вздыхает. Он нежно разжимает руки Вэй Усяня, чтобы тот мог повернуться, обнимает его за плечи и прижимает к себе. – Да, – выдыхает он в его волосы. – Всегда твой. В этой и во всех последующих жизнях, Вэй Ин. Вэй Усянь снова обнимает его, запуская пальцы в складки его одежды: – Слава богу, – выдыхает он. – Слава богу, слава богу, Лань Чжань, ты всё ещё мой. Лань Ванцзи хочет никогда больше его не отпускать, держать так, пока они не умрут или не превратятся в камень. Он хочет поцеловать его. Закрывает глаза и довольствуется тем, что не отпускает его, пока этого не сделает Вэй Усянь. Он решил больше никогда не отходить первым. Они долго стоят у закрытой двери, дольше, чем горит палочка благовоний, просто держась за руки и дыша в унисон. В какой-то момент Вэй Усянь начинает дрожать, но в конце концов успокаивается, ровно дышит в ворот Лань Ванцзи, позволяя ему гладить себя по волосам. Он тёплый и крепкий в объятиях, сердце бьётся ровно, дыхание спокойно. Лань Ванцзи любит его. Наконец Вэй Усянь слегка натыкается на него, будто ненамеренно, а затем отшатывается, и Лань Ванцзи приходится сделать шаг вперёд, чтобы поддержать его. – Вэй Ин! – говорит он с лёгким беспокойством. Вэй Усянь сонно моргает и качает головой: – Я в порядке. Я просто… а-ха-ха, начал засыпать на ходу! Наверное, я и правда устал. Лань Ванцзи опускает руки и обхватывает его локти: – Тогда спи. Вэй Усянь кивает и уже собирается отойти, но останавливается и хватается за его бока: – Но я… – начинает он, и резко замолкает. Лань Ванцзи ждёт, что он либо договорит, либо отойдёт. Вэй Усянь просто смотрит на него и говорит: – …Э-э-э… – …Да? – подсказывает Лань Ванцзи. Вэй Усянь смотрит на него, отводит взгляд и с глухим стуком опускает голову на его плечо. – Я хочу спать, но… не хочу тебя отпускать… – признаётся он. Лань Ванцзи теряет дар речи от восхищения. Ему кажется, что его только что ударили по голове гигантским воком. Он прижимается лицом к голове Вэй Усяня и, когда снова обретает способность говорить, произносит: – Мм. Не надо. – Хм? – откликается Вэй Усянь, уткнувшись в его плечо. Лань Ванцзи опускает руки, обхватывает его за талию и поднимает на руки, чтобы отнести на небольшое расстояние до кровати. Вэй Усянь удивлённо вскрикивает и цепляется за его плечи, чтобы не упасть, хотя для того, чтобы Лань Ванцзи действительно пошатнулся или уронил его, нужно сильно постараться. – Лань Чжань! – задыхается он, уже смеясь. Лань Ванцзи осторожно садится на кровать, отпускает его талию, а затем ложится рядом. Вэй Усянь оживляется, явно немного озадаченный, но очень довольный, и тут же прижимается к Лань Ванцзи, закидывает ногу ему на бедро и устраивается так, что наполовину лежит на его груди, уткнувшись лицом в шею. Лань Ванцзи не возражает. – Лань Чжань такой хороший, – говорит Вэй Усянь. – Ты действительно лучший. Ты такой странный. – Странный и лучший? – не удерживается от вопроса Лань Ванцзи. – Мхм. Странность – часть твоей привлекательности, – сообщает ему Вэй Усянь. Возможно, он первый, кто так подумал о Лань Ванцзи. В награду Лань Ванцзи проводит пальцами по его волосам, и Вэй Усянь довольно хмыкает, протягивая руку, чтобы тоже потрогать его волосы. Они лежат, прижавшись друг к другу, долгие тихие минуты, пока Вэй Усянь не вздыхает и не приподнимается, опираясь на локоть над Лань Ванцзи. Свободной рукой он медленно вытаскивает шпильку из его волос и осторожно снимает накладку с макушки. – Вот, – тихо говорит он, откладывая детали в сторону. – Клянусь, эта штука становится всё красивее каждый раз, когда я тебя вижу… Это очень элегантно и красиво, не пойми меня неправильно, но мне больше нравится, когда ты с распущенными волосами. – Мм, – откликается Лань Ванцзи. Он слегка приподнимает голову, чтобы Вэй Усянь мог распустить его волосы. Так действительно удобнее – заколка не тянет волосы. Он смотрит на Вэй Усяня, который сосредоточенно глядит на него, слегка приоткрыв рот. Он чувствует, как рука Вэй Усяня скользит по его волосам на затылке, как пальцы развязывают ленту на лбу. Он с трудом сдерживает волнение, пока Вэй Усянь снимает ленту, стягивающую его волосы, и отбрасывает её куда-то назад. Ему всё равно. Он закрывает глаза и прижимается обнажённым лбом ко лбу Вэй Усяня. Их лица так близко, что они дышат друг другу в рот. – Лань Чжань, – едва слышно произносит Вэй Усянь. – Вэй Ин. Вэй Усянь опускает руку с его волос, чтобы обхватить щёку, проводит большим пальцем по скуле, отводит волосы от виска. – Я чувствую… – начинает он. Лань Ванцзи думает почти истерически: Он собирается меня поцеловать? Мы наконец-то поцелуемся? Вэй Усянь снова проводит пальцами по его волосам, от виска до затылка: – Я чувствую… Ты – дикая лошадь, которую я приручал несколько месяцев… А теперь ты наконец позволишь мне оседлать тебя, и мы станем лучшими друзьями, человеком и его лошадью, как в легендах, – заканчивает он. Лань Ванцзи открывает глаза и смотрит на него. Что? Лошадь? Какого чёрта? Вэй Усянь лишь очаровательно улыбается. У Лань Ванцзи есть ровно два варианта. Первый – озвучить очевидную оседлай-меня шутку про то, что его лицо слишком худое, чтобы это сделать. Поэтому он выбирает второй вариант – повернуть голову и укусить Вэй Усяня за тонкое запястье. – Э-э-э!! – восклицает Вэй Усянь и едва успевает отдёрнуть руку. – Лань Чжань!! – Кто ещё ручной! – произносит Лань Ванцзи, и Вэй Усянь разражается удивлённым смехом. Лань Ванцзи хватает его за руку, и они какое-то время борются, пока он не прижимает запястья Вэй Усяня к изголовью кровати. Вэй Усянь визжит от смеха, явно в восторге от его поведения, и извивается под ним, как рыба. Лань Ванцзи наклоняется и кусает его за обнажённое предплечье, а затем ещё сильнее – за бицепс. – Лошадь… смешно, – бормочет он. – Приношу свои извинения! – хихикает Вэй Усянь. – Лань Чжань явно волк, как я и думал. При этих словах Лань Ванцзи резко замирает. Он отпускает запястья Вэй Усяня и уже собирается отстраниться, но тот хмурится и перехватывает его руки. – Нет, подожди! Почему ты остановился? Тебе что, не весело? Мне весело, – жалуется он. – Я не хочу быть волком, – тихо произносит Лань Ванцзи, смущённый и немного растерянный. – Не хочу, чтобы ты меня боялся. – Я не боюсь… А, ты думаешь, что они похожи на собак? Нет, с волками всё в порядке, – отвечает Вэй Усянь и, обхватив его пальцы своими запястьями, демонстративно откидывается на спину. – Собаки пугают, потому что они повсюду, а люди считают их милыми. Никто не думает о волках как о милых. Перед ними испытывают здоровый страх. Так что можешь быть волком, я не против. Лань Ванцзи весело фыркает. – Вэй Ин, – произносит он, не находя других слов, и всё же позволяет притянуть себя ближе. Вэй Усянь смотрит на него в ожидании, и глаза его блестят. Он слишком красив. Лань Ванцзи наклоняется и вцепляется зубами в мягкую внутреннюю сторону бицепса. Тот смеётся и пытается отдёрнуть руку, но лишь загоняет зубы Лань Ванцзи глубже. Лань Ванцзи отпускает его, скользит губами к уху, прикусывает тёплый кончик, нежную раковину, мягкую мочку. Вэй Усянь дышит в его шею коротко и прерывисто. – Лань Чжань… – едва слышно шепчет он. Лань Ванцзи прикусывает его подбородок. Вэй Усянь издаёт тихий, странно жалобный звук. – Кто здесь ручной? – снова говорит Лань Ванцзи, прижимаясь губами и зубами к твёрдой линии челюсти. – Только не ты! – задыхаясь, отвечает Вэй Усянь. – Ахаха… я всё понял, Лань Чжань совсем не ручной! Тот снова его кусает. – Он… эхехехе… он дикий… совсем одичал… – смеётся Вэй Усянь. Лань Ванцзи опускается к его горлу, и смех обрывается стоном: – Ахха… чёрт… – Вэй Усянь обхватывает его бедро ногами. – Вэй Ин, – произносит Лань Ванцзи, не поднимая взгляда. – Х-х-хэй, Лань Чжань? – Ты можешь сказать, если захочешь, чтобы я остановился. Вэй Усянь вновь смеётся, запрокидывает голову, подставляя шею. – С какой стати мне это делать, Ханьгуан-цзюнь? Лань Ванцзи что-то мычит в его кожу, и Вэй Усянь вздрагивает. Он высвобождает руки, кладёт их на затылок Лань Ванцзи, притягивает его к уху. – Мне нравится, когда ты играешь со мной, Лань Чжань, – шепчет он. – Ты…такой милый. Хорошо, что его лицо скрыто, думает Лань Ванцзи. Уши точно пылают. Он несмело прикусывает подбородок Вэй Усяня. Тот смеётся громко и свободно, обнимает его за плечи, раскачивая, как выдру в воде. – Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань, посмотри на меня, – просит он. Лань Ванцзи замирает, собираясь с силами, но поднимает взгляд. Вэй Усянь ухмыляется и показывает язык. Это… ну, это почти приглашение, не так ли? Вэй Усянь чуть вздёргивает подбородок, словно бросая вызов. Лань Ванцзи не остаётся ничего иного, кроме как принять его. Он наклоняется и нежно прикусывает язык Вэй Усяня. Тот стонет и извивается, притягивая его ближе, чтобы целоваться как следует – жадно, влажно, горячо. Наконец-то, успевает подумать Лань Ванцзи той частью разума, что всё ещё способна формулировать слова. Его пальцы скользят в тёплые волосы Вэй Усяня, и он целует его глубже, сплетаясь языками, жадно ловя каждый стон. Вэй Усянь отвечает с таким же пылом – губы раскрыты, дыхание тяжёлое, а на каждом выдохе срываются отчаянные звуки. Лань Ванцзи мельком думает, что, возможно, оба они пока не слишком искусны в поцелуях, но это не имеет никакого значения. У них впереди будет много времени, чтобы научиться. Тем более, Вэй Усянь держит его за волосы и одной ногой обхватил за талию – а это, по мнению Лань Ванцзи, уже залог хорошего поцелуя. Единственная проблема в том, что Вэй Усянь начал стонать, как только их языки соприкоснулись, и с тех пор не остановился. Это льстит и, конечно, невероятно возбуждает, но он очень громкий, а стены таверны толщиной примерно, как лицо Лань Ванцзи – то есть, совсем не толстые. Лань Ванцзи отстраняется и выдыхает: – Вэй Ин. Тише. – Я… я правда пытаюсь, – оправдывается Вэй Усянь. Он такой милый, весь покраснел. – Просто… боже мой, Лань Чжань… Лань Ванцзи снова целует его – на этот раз мягче. Когда отстраняется, слышит, как тот выдыхает: – Я так хочу тебя… Милый Лань Ванцзи, мой лучший друг, моя родственная душа… ты нравишься мне больше, чем кто-либо другой. – Вэй Ин, – тихо откликается Лань Ванцзи, почему-то всё ещё удивляясь после всего случившегося. Вэй Усянь целует его губы, затем подбородок, щёку, переносицу. – Я хочу целовать тебя, есть с тобой, играть с тобой музыку, ходить вместе на ночные охоты… и всегда, всегда делать с тобой в постели всё, что угодно. – Бесстыдник! – Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань, – смеётся он, – я люблю тебя, восхищаюсь тобой, ты действительно лучший. Лань Ванцзи моргает, прогоняя внезапные слёзы, и прячет лицо в его волосах. Вэй Усянь переворачивает их, гладит его по голове. – Люблю тебя, – выдыхает Лань Ванцзи. – Обожаю, хочу целовать, играть музыку… всегда, Вэй Ин, Вэй Ин. Вэй Усянь целует его. Они целуются снова и снова – жадно, без пауз, едва прерываясь чтобы вдохнуть. Лань Ванцзи обнимает его и переворачивает, целует ещё глубже. Вэй Усянь стонет, затем хихикает прямо в его рот; Лань Ванцзи прикусывает нижнюю губу, заставляя смех смениться новым стоном. Во рту всё ещё ощущается лёгкий пряный привкус ужина, но Лань Ванцзи всё равно – языки скользят друг о друга, и руки Вэй Усяня в его волосах сводят с ума. Он целует его лицо, затем прижимается к шее, наслаждаясь этим местом. – А, – выдыхает Вэй Усянь. Лань Ванцзи осыпает влажными поцелуями его мягкую кожу, спускается ниже и оставляет заметный след на горле. Вэй Усянь вздрагивает и издаёт тихие звуки всякий раз, когда он проводит зубами по коже, и протяжные стоны – когда лижет и посасывает. Его пальцы сжимаются и скользят по плечам Лань Ванцзи. – О-о-о… Лань Чжань, да… да… ах… – Тише, – шепчет он, уткнувшись в тёплую влажную кожу. Но Вэй Усянь продолжает извиваться, задыхаться, ронять тихие ругательства. Лань Ванцзи целует его шею, скользит к впадинке между ключицами и расстёгивает воротник, чтобы слизать каплю пота. – Да, боже, да, сними с меня эту чёртову одежду, Лань Чжань, о, пожалуйста! – бормочет Вэй Усянь, приподнимаясь, чтобы расстегнуть ремень. Лань Ванцзи помогает ему, а затем Вэй Усянь помогает Лань Ванцзи раздеться, и вскоре они остаются в одних брюках и нижних одеждах, после чего снова падают друг на друга. Вэй Усянь продолжает комментировать происходящее, пока Лань Ванцзи проводит руками по его груди, грязно ругаясь и издавая бессвязные стоны удовольствия: – Так чертовски горячо, Лань Чжань, ты знаешь… ах! А-а-а, ты знаешь, как меня трогать… ммм-ннн… сделай это снова… я люблю твой рот… я хочу… о, я хочу, чтобы он был весь во мне… – Вэй Ин, – ахает Лань Ванцзи, когда Вэй Усянь с мурлыканьем притягивает его к себе. – Я люблю тебя. Будь тише. Но от этих слов Вэй Усянь лишь крепче сжимает его плечи и издаёт горловой звук, похожий на всхлип. – Лань Чжань, Лань Чжань, чёрт возьми, я люблю… я не могу замолчать… не знаю, как замолчать… аааах… возьми меня, возьми меня! – умоляет он. Он хватает Лань Ванцзи за волосы, притягивает к себе для страстного поцелуя, а затем снова опускает его голову к своей шее. Он будто не может дышать, не издавая звуков, – тихих, жалобных «а-а-а», от которых Лань Ванцзи хочется стянуть с него штаны и отсосать до оргазма. Но это было бы слишком громко. Поэтому он делает единственное, что приходит в голову: протягивает руку и засовывает указательный и средний пальцы в рот Вэй Усяню. Тот хнычет, просовывает язык между пальцами и посасывает их так же, как Лань Ванцзи посасывал его шею. Это немного успокаивает или, по крайней мере, отвлекает, пока Лань Ванцзи двигает пальцами, хотя тот и не перестаёт стонать. Другой рукой он проводит по боку Вэй Усяня – от подмышки до колена, которым тот обхватил его талию. Вэй Усянь вздрагивает и прижимается ещё крепче. Лань Ванцзи чувствует, как его эрекция упирается в бедро, и слегка покачивается. – Да… да, да… ах! – задыхается Вэй Усянь, обхватывая его мокрыми пальцами. Лань Ванцзи опирается на руку и наблюдает, как Вэй Усянь облизывает пальцы. Заметив его взгляд, тот ухмыляется, подмигивает и снова высовывает язык между ними – горячий и влажный. Лань Ванцзи наклоняется, чтобы поцеловать его, не убирая руки, – по сути, просовывает язык в рот Вэй Усяня. Похоже, тому это нравится: он стонет, притягивает его ближе, смотрит полузакрытыми глазами и раздвигает ноги, обхватывая ими бёдра Лань Ванцзи. Он убирает пальцы и целует его по-настоящему, оставляя на подбородке влажные следы. Когда он отстраняется, Вэй Усянь ахает: – Какой смелый, Лань Чжань… у тебя столько грязных мыслей… я и не подозревал… Он прерывается, радостно смеясь, когда Лань Ванцзи целует его в ухо. – Слишком милый, – бормочет он. – Лань Чжань слишком милый для того, у кого такие грязные мыслишки. Эй… – он отстраняется, чтобы посмотреть на улыбающееся лицо Лань Ванцзи, прижавшего пальцы к его подбородку. – Вот ты где… Мне нравятся твои пальцы у меня во рту. Сделай так ещё раз. – О? – произносит Лань Ванцзи, проводя кончиком указательного пальца по нижней губе Вэй Усяня. Тот высовывает язык, чтобы облизать его. – Ммм, – говорит он. – А потом, если бы ты… о, если бы ты захотел плюнуть мне в рот… я бы, наверное, кончил прямо на месте, – шепчет он. Лань Ванцзи, возможно, издал какой-то звук. Вэй Усянь, задыхаясь от смеха, проводит пальцами по его волосам, и тот наклоняется, чтобы поцеловать его в подбородок, а затем в шею, покрасневшую и покрытую багровыми пятнами от предыдущих ласк. На этот раз он продолжает, пока не добирается до воротника Вэй Усяня, затем задирает нижнюю одежду, чтобы поцеловать его вздымающуюся грудь. Вэй Усянь хнычет и дрожит от его прикосновений; мышцы живота напрягаются по мере того, как Лань Ванцзи спускается всё ниже. Он перестаёт целовать его, когда добирается до пояса брюк, и вместо этого прижимается лицом к натянутой ткани. – Вэй Ин, – шепчет он. – Да, – отвечает Вэй Усянь; его голос звучит выше обычного. Лань Ванцзи целует его через брюки. – Ааахххх… да, да, пожалуйста, Лань Чжань… Лань Ванцзи задумчиво напевает, затем аккуратно развязывает пояс и освобождает его от штанов. Он думает: «Милый», – и целует его. Вэй Усянь беззвучно вскрикивает и резко тянет его за волосы, но тут же ослабляет хватку и выдыхает: – Прости, прости, – и гладит его по волосам в знак извинения. – Всё в порядке, – говорит Лань Ванцзи, уткнувшись в его кожу. – Тяни, если хочешь. Он снова целует его и пробует на вкус. Вэй Усянь снова стонет, вздрагивает и послушно тянет его за волосы. У него уже выделяется предэякулят, стекая по животу и смазывая дорожку из тонких тёмных волос, ведущую к пупку. Лань Ванцзи наклоняется и слизывает его. Он с огромным удовольствием проводит следующие – бог знает, сколько – времени, лаская его ртом и руками, пока Вэй Усянь не превращается в ещё более дрожащее и хнычущее месиво, чем был до этого. Он начинает умолять, как только Лань Ванцзи обхватывает его член губами, а затем и вовсе теряет дар речи, когда тот прижимает его бёдра к себе, не позволяя толкаться в рот, и может только тяжело дышать: – Пожалуйста, пожалуйста, Лань Чжань!.. Когда он наконец выдыхает: – Лань Чжань, я сейчас… – Лань Ванцзи с влажным звуком отстраняется. Он тщательно облизывает губы, собирая вытекающий предэякулят и слюну, а затем приподнимается, опираясь на дрожащие руки. Вэй Усянь смотрит на него широко раскрытыми глазами; лицо потемнело, рот приоткрылся. Лань Ванцзи наклоняется ближе, и Вэй Усянь опускает веки, следя за его движениями. Лань Ванцзи выплёвывает в его рот смесь слюны и предэякулята. Вэй Усянь резко открывает глаза, захлопывает рот, а затем его бёдра поднимаются один раз, второй – и он кончает, издавая влажный стон. Лань Ванцзи падает рядом и наблюдает, как тот извивается в оргазме, прижимается к его виску и в шутливой манере извиняется, поглаживая волосы. Вэй Усянь лежит, очевидно потрясённый всем случившимся, долгую минуту. Наконец он затихает, тяжело дыша через нос и время от времени тихо всхлипывая. Потом поворачивает голову, чтобы посмотреть на Лань Ванцзи, и хрипит: – Ты! Чему ты улыбаешься?! Лань Ванцзи моргает, затем понимает, что действительно улыбается, и не может удержаться, чтобы снова не прижаться лицом к лицу с Вэй Усянем и тихо не рассмеяться ему в рот. Вэй Усянь неуклюже целует его; его губы всё ещё пахнут сексом. – Да ладно, – бормочет он, – ты что, смеёшься надо мной? Слишком жестоко, Лань Чжань… Лань Ванцзи снова смеётся про себя, целует его и признаётся: – Я не был уверен, что ты действительно это сделаешь. Вэй Усянь смущённо вздыхает. – Мило, – говорит Лань Ванцзи, – это было мило. Вэй Усянь наконец отпускает его волосы, чтобы спрятать лицо в ладонях. – Мне правда нравится, когда ты со мной груб, – стонет он, закрыв лицо ладонями. – Боже мой. Боже мой, ты правда плюнул мне в рот, чёрт возьми… Лань Ванцзи целует его в ухо. Вэй Усянь поворачивает голову и раздвигает пальцы, чтобы посмотреть на него. Он такой милый. Вэй Усянь протягивает всё ещё дрожащую руку, обхватывает лицо Лань Ванцзи и наклоняется, чтобы снова поцеловать его. – Лань Чжань, – шепчет он, касаясь губами губ Лань Ванцзи, – мой Лань Чжань, я люблю тебя. Позволь мне довести тебя до оргазма. – Мм, – соглашается Лань Ванцзи, зажмуриваясь. На самом деле ему будет несложно это сделать. Вэй Усянь снова целует его, проводит рукой по груди и животу Лань Ванцзи, нащупывая то место, где он тоже промок насквозь за последние полчаса. Лань Ванцзи не открывает глаз, но чувствует на себе его взгляд, пока тот гладит и сжимает его умелой рукой. На мгновение рука исчезает, а затем возвращается ещё более влажной, и Лань Ванцзи понимает, что Вэй Усянь смазывает путь собственной спермой, что одновременно отвратительно и невероятно возбуждает. Он толкается бёдрами в его ладонь и выдыхает: – Вэй Ин. – М-м-м, – произносит Вэй Усянь, понизив голос. – Ты уже близко? Лань Ванцзи судорожно кивает. Вэй Усянь целует его в приоткрытые губы, затем отпускает и влажно проводит рукой по талии. – Тебе стоит снова лечь на меня сверху, – шепчет он, – я хочу, чтобы ты кончил на меня. Лань Ванцзи ахает и сам издаёт стон. – Вэй Ин, – выдавливает он, – бесстыдник! Но он позволяет себе снова опуститься на Вэй Усяня и остаётся в таком положении, пока умелые руки и пошлый голос Вэй Усяня не доводят его до оргазма, и он со вздохом кончает, спрятав лицо в изгиб идеальной шеи. Когда он снова может двигаться, с трудом приподнимается и методично приводит их обоих в порядок – на самом деле, в порядок нужно привести в основном Вэй Усяня, но в этом нет ничего нового. Они снимают грязную одежду, а затем снова падают в объятия друг друга – обнажённые и согретые. Вэй Усянь ещё пять минут нежно поглаживает его спину, прежде чем они оба засыпают, пробормотав по очереди: «Спокойной ночи» и обменявшись нежными поцелуями.