Глава 52
9 декабря 2025 г., 08:00
«Гермиона, мне жаль, что я не рассказал тебе обо всем этом раньше», - сказал он. «Я пытался оправдать это тем, что не знал, как ты отреагируешь, пытаясь защитить меня, но на самом деле я чувствовал себя подавленным всем тем дерьмом, которое происходило в этом году, и не хотел, чтобы ты переживала еще и из-за этого. Мне следовало быть честным с тобой и просто найти время, чтобы объяснить свои причины, и мне жаль, что я этого не сделал».
«Гарри, учитывая все, что произошло с Турниром, я понимаю, почему ты поступил так, как поступил, и если бы ты этого не сделал, мы, возможно, никогда бы не узнали о хоркруксе», - сказала Гермиона. «Я забочусь о тебе больше, чем могу сказать, и если я подумаю, что ты делаешь что-то без необходимости опасное, я скажу тебе, но знай, что ты можешь доверять мне во всем. Я на твоей стороне, что бы ни случилось, и мне нужно знать, что ты это понимаешь».
«Знаю», - улыбнулся Гарри. Улыбка пропала, когда он продолжил, сказав: «Я убил одного из стражников, преследовавших Исайю».
«Ты...» сказала Гермиона.
«Он был злым человеком, Гарри», - заявила Полумна, одарив его ободряющим взглядом.
«Ты спас жизнь невинному мальчику», - добавила Гермиона. «Это прискорбно, но учитывая, что...»
«Исайя был вне опасности, а охранник уже был выведен из строя», - оборвал ее Гарри. «Риас и Акено хотели, чтобы я убил его, и я это сделал».
«Почему?» спросила Гермиона, сузив глаза.
«Потому что Волдеморт может вернуться к жизни в любой момент, собрать войска, большинство из которых ему даже не понадобится выпускать из тюрьмы, потому что они разгуливают на свободе и управляют гребаным правительством, и тогда я застряну перед армией безумцев, которые хотят смерти мне и моим близким», - горячо объяснил Гарри. Сделав глубокий вдох, он успокоил себя и добавил: «Риас права; я не могу ожидать, что другие люди будут постоянно защищать меня, и если Волдеморт или один из Пожирателей смерти нападёт на меня, намереваясь убить, я должен быть в состоянии ответить ему тем же. Я буду видеть лицо этого злобного урода, когда закрою глаза, но, учитывая то, что он сделал, я не смогу заставить себя искренне сожалеть о том, что убил его».
«Пацифизм работает только в мирное время», - легкомысленно заметила Полумна. «Я доверяю твоему мнению, Гарри».
«Я тоже тебе доверяю, но...» Гермиона замялась, выглядя противоречиво. «Я не хочу, чтобы ты позволял кому-то, будь то дьяволы или Пожиратели смерти, менять твою сущность».
«Я тоже не хочу, но мне давно пора повзрослеть», - сказал Гарри. «По всей вероятности, грядет война, и я не могу оказаться на задворках, если она начнется. Если единственный способ однажды спасти твою жизнь - это запустить взрывное проклятие между глаз Волдеморта или Люциуса Малфоя, я не могу оставаться тем парнем, который не решается это сделать».
«Гарри», - скорбно сказала Гермиона.
«Эй, - сказал Гарри, вставая и обнимая ее. «Я все равно останусь собой, Миона, это не изменится, но мне нужно быть тем, кто способен защитить людей, которых я люблю».
«Гарри, - вздохнула Гермиона, глядя в его широко раскрытые глаза, когда он понял, что только что сказал.
Прежде чем он успел произнести хоть одну неловкую фразу, которая вертелась у него на языке, к ним влетела крошечная белокурая ракета, обхватив их обоих руками.
«Мы будем рядом с тобой, - прошептала Луна, - как и Риас с Акено. Вам не придется справляться с этим в одиночку».
«Именно так», - непреклонно заявила Гермиона.
Гарри крепче обнял их и сглотнул, так как от такой поддержки у него заныло сердце. Это был невероятно трудный день, и он не мог поверить, что он еще не закончился, но знание того, что в его жизни есть люди, которые любят и поддерживают его, делало все это терпимым.
«Итак, ваши подарки, скорее всего, все еще ждут вас на кровати», - сказала Гермиона. «Пойдем?»
«Звучит здорово», - улыбнулся Гарри.
«Я знаю короткий путь!» воскликнула Полумна, и посреди ближайшей стены появилась дверь.
«А?» спросил Гарри.
«Мы обнаружили кое-что об этой комнате, когда узнали, что ты был в больничном крыле прошлой ночью», - объяснила Гермиона, пока Полумна открывала дверь, чтобы показать общежитие Гарри, которое, к счастью, было пустым.
«О, ничего себе», - облегченно рассмеялся Гарри.
«Это место просто невероятно», - сказала Гермиона. «Я с нетерпением жду возможности испытать его на прочность, когда у нас появится свободная минутка».
«Не сомневаюсь», - усмехнулся Гарри и вместе с Полумной направился в свою комнату.
Гермиона смотрела ему вслед, чувствуя себя довольно задумчивой. Мало что из того, что она узнала из этого разговора, было приятным, и при других обстоятельствах она могла бы еще больше беспокоиться о его связи с дьяволами, чем раньше, но, учитывая то, что он сказал о своем шраме, это было спорным вопросом.
«Дьяволы знают о таких вещах больше, чем любой волшебник, включая, наверное, Волдеморта», - подумала она про себя. «Если они смогут помочь ему справиться с этим и другими, раз и навсегда избавить его от этого чудовища, как я могу возражать против этого?»
Проглотив остатки сомнений, она решила последовать его примеру, по крайней мере пока. Разумеется, она будет проверять запретный раздел на предмет возможного упоминания крестражей, не желая полностью доверять тому, что дьяволы были полностью откровенны.
Ее родители не были чрезмерно религиозны, но в детстве они часто посещали церковь. Ее очень религиозная бабушка-англичанка, которой не сказали бы о ее магии, даже если бы могли, до того как она умерла на втором курсе, оказала на нее влияние, и, хотя она уже много лет не видела церкви внутри, мысль о том, чтобы полагаться на дьяволов, была для нее тревожной. Однако Риас, похоже, искренне заботилась о Гарри, и, учитывая, в какую беду он попал, ему нужна была любая помощь и забота.
Она будет присматривать за ними, как только сможет, и следить за тем, чтобы Гарри был в безопасности, но это будет потом. А пока она собиралась сделать все возможное, чтобы Гарри отвлекся от всего этого, хотя бы до конца дня.
Приняв решение, она последовала за ним в дверь, которая тут же скрылась за ней.
*****
«Это очень тревожно», - сказал Сазекс, когда Риас закончила подробный доклад четырем сатанам.
«Ужасающе», - согласилась Риас. «Этот Валпер Галилей - один из самых мерзких людей, о которых я когда-либо имела несчастье узнать».
«О, его бессердечие - обычное дело для его типа», - сказал Сазекс. «Я имел в виду его исследования. Идея о том, что ангелам удалось сделать кого-то способным владеть священными мечами...»
«Это устранило бы существенный недостаток с их стороны», - нахмурился Аджука.
Риас постаралась не выдать своего раздражения на брата. Он был таким спокойным и беззаботным большую часть времени, что легко было забыть о том, что ему тысячелетия и он видел бесчисленные невыразимые ужасы на своем веку. Эоны не сделали его таким холодным, как Аджука, но когда требовалось быть серьезным, его спокойствие таяло, как лед под летним солнцем. Как бы молода ни была Риас, временами она все еще могла испытывать беспокойство, и расправа над детьми встревожила ее больше, чем она могла себе представить.
«Священники и наемники сбежали?» спросила Серафолл, нахмурившись.
«Мои люди были на месте через несколько мгновений после того, как Риас доложила мне о случившемся, но им не удалось обнаружить никаких следов», - ответил Сазекс. «Они прочесали бункер и тоже не нашли никаких документов».
«А дети?» спросила Риас.
«Местные власти были поставлены в известность», - ответил Сазекс. «Это доставит церкви небольшую головную боль, хотя я уверен, что они хорошо все замяли».
«Итак, мы ничего не делаем и ждем, не появится ли этот Галилей снова», - вздохнул Фальбий, лениво проводя пальцами по своей козлиной бородке.
«К сожалению, в данном случае мы мало что можем сделать», - сказал Аджука.
«Если бы я знала, что все это так серьезно, я бы сама занялась этим вопросом», - сказала Серафолл. «Разрывать на части этих старых злобных священников было бы очень весело, и не похоже, что небеса в любом случае просто умыли бы на них руки».
«Они почти наверняка окажутся в союзе с падшими», - прокомментировал Фальбиум.
«Азазель молчит уже очень давно», - сказал Сазекс, постукивая пальцами по столу, обдумывая все, что услышал от сестры. «Скорее всего, ему не нужны такие жалкие люди, как эти, но я могу предположить, что в его рядах есть те, кто с радостью воспользуется ими».
«Проблема на другой день», - сказала Серафолл. «Было ли что-нибудь еще? Потому что мне нужно вернуться к съемкам».
«Я просмотрел все, что у меня есть», - сказала Риас.
«Это все», - подтвердил Сазекс, и не успел он это сказать, как официальная одежда Серафолл мгновенно сменилась нарядом девочки-волшебницы.
Риас скривила губы, глядя на это зрелище: она всегда находила Серафолл забавной, в том числе и потому, что Соне она не нравилась.
«Всем пока», - весело сказала Серафолл. «Риас, передай Соне, что я скучаю по ней, люблю ее и думаю о ней каждый день».
«Обязательно», - усмехнулась Риас, когда левиафан исчез в розовом ритуальном круге.
«Позови меня, если что-то еще возникнет», - зевнул Фальбиум, тоже исчезая.
«Учитывая, как поздно мы узнали об операции, я доволен тем, как все обернулось, - сказал Сазекс, - и горжусь тем, как вы с этим справились. Возможно, нам не удалось заполучить их исследования или убить того, кто за ними стоит, но мы все равно узнали больше, чем узнали бы в противном случае, и у вас даже появился новый член вашего пэра».
