Глава 59
31 декабря 2025 г., 10:03
«Хорошо, - согласился Дамблдор. «Гарри, знай, что, несмотря ни на что, ты остаешься в безопасности в этом замке».
«Я беспокоюсь обо всех, кто находится за пределами замка», - пробормотал Гарри. «До свидания».
«До свидания», - вздохнул Дамблдор.
*****
Гермиона и Полумна предсказуемо побледнели, когда он сказал им правду. Гарри было неприятно даже думать о таких эгоистичных вещах, но возвращение старого врага сразу же принесло пользу. Когда Полумна заявила, что с помощью дьяволов они будут в безопасности, Гермиона без колебаний согласилась, и Гарри был рад, что она стала относиться к ним чуть более благосклонно, хотя и жалел, что причиной тому не стали столь тяжёлые обстоятельства.
Следующие несколько дней прошли в привычном режиме: Полумна тренировалась вместе с ним, вместе с Риас, Акено или с обеими. Через несколько дней к ним присоединилась Гермиона, чему он был рад, и, хотя она по-прежнему настороженно относилась к Риас, они нашли общий язык в их обоюдном желании убедиться, что он как можно лучше готов к предстоящим испытаниям. На следующий день после Нового года, за день до начала занятий, Гарри обнаружил, что его снова забрали из школы и привезли в Агреас.
«Спасибо, что предупредили меня заранее, - сказал он, вставая и оглядывая комнату, в которую его вызвали. Она сильно отличалась от тех, что он видел раньше: маленькая, совершенно лишенная мебели и вообще чего-либо, кроме зловеще выглядящего ритуального круга, начерченного на полу, и множества зажженных черных свечей вокруг него.
«Я решил, что это элементарная вежливость», - резко ответил Аджука. «Ритуал уже готов, и все, что тебе нужно сделать, - это раздеться, сесть в круг и выпить зелье, которое в нем находится».
«Почему я должен раздеваться?» встревоженно спросил Гарри.
«Как волшебник, ты впитываешь мельчайшие частички магии во все, с чем соприкасаешься», - объяснил Аджука. «Речь идет о действительно ничтожных количествах магии, не оказывающих заметного влияния в обычных условиях, но когда речь идет о ритуалах, постороннее вмешательство вообще исключено».
«Понятно», - неловко пробормотал Гарри.
«Если я увижу что-то, чего не видел раньше, я брошу в это золотую монету», - сухо сказал Аджука.
«Если все равно, я бы предпочел, чтобы ты этого не делал», - хмыкнул Гарри. «Очень хорошо».
Ни Риас, ни Акено там не было - вероятно, потому, что Аджука хотел как можно меньше вмешиваться в ритуал, так что Гарри не мог даже обратиться к ним за поддержкой, но он знал, что у него нет выбора, особенно с учетом того, что Волан-де-морт вернулся к живым, и быстро снял с себя всю одежду и даже очки. Войдя в круг, он заметил небольшой пузырек с зельем, настолько темным, что даже не заметил его, когда осматривал комнату, и, усевшись со скрещенными ногами, откупорил темную пробку и выпил одним глотком.
«Хм, я ожидал, что на вкус это будет...», - пробормотал он и больше ничего не знал.
«Отлично, - усмехнулся Аджука, взмахнув рукой над ритуальным кругом.
Из земли появились черные цепи, и тяжелые кандалы обвились вокруг рук и ног Гарри, стягивая их до тех пор, пока он не смог пошевелить ни единым мускулом. Теперь наступило самое интересное.
«Отойди в сторону, мальчик, я попрошу тебя, но только один раз», - прошипел Волан-де-морт.
Обычно он не пощадил бы человека в подобном положении, особенно грязнокровку, но Северус оказал ему большую услугу, и никто не мог сказать, что великий лорд Волан-де-Морт не вознаграждает за такие поступки. По его мнению, она была эстетически привлекательна, хотя он уже давно пожертвовал такими низменными человеческими побуждениями в погоне за божественностью. Если его верный последователь хотел взять ее в качестве домашнего питомца, кто он такой, чтобы возражать?
«Если хочешь, можешь убить меня, но не Гарри», - решительно заявила Лили. «Моя жизнь для него».
«Авада Кедавра», - холодно произнес Волан-де-морт, посылая тошнотворно-зеленое проклятие прямо в центр груди рыжеволосой. «Ну что ж, я могу сказать ему, что пытался».
Подойдя к кроватке, он посмотрел на сидящего в ней младенца, который смотрел на него почти такими же зелеными глазами, как и проклятие, оборвавшее жизнь его родителей. Подумать, что нечто столь маленькое может представлять угрозу для такого могущественного человека, как он, было смешно, но он не смел пренебрегать пророчеством. Этот мальчик, если позволить ему расти, должен был стать его погибелью. Вместо этого он станет последней частью его бессмертия.
Надежно держа в руках выбранный сосуд, он направил палочку на невинное дитя и, ухмыльнувшись, произнес «Авада Кедавра!».
Ребенок начал плакать, и его крики стали еще громче, когда убийственное проклятие ударило точно в центр лба. Однако плач не прекращался, что насторожило Волан-де-Морта лишь на мгновение, прежде чем волна силы, подобной которой он никогда не ощущал в своей жизни, вырвалась из его пророческого заклятия, и он больше ничего не знал.
«Ах!» закричал Волан-де-морт, в панике оглядываясь по сторонам и борясь с путами, которые он не сразу узнал.
Он не знал, где находится и как попал сюда из Годриковой впадины, но знал, что убьет того, кто посмел его связать.
«Здравствуйте, - сказал мужчина с зелеными волосами, одетый в маггловский костюм.
«Отпустите меня, и я подарю вам быструю смерть», - солгал Волан-де-морт. «Не сможешь, и твои страдания будут бесконечными».
«Страдания?» - холодно усмехнулся мужчина. «Вы произносите это слово так, словно понимаете его. Уверяю вас, это не так».
Без лишних слов из спины мужчины вырвались крылья, похожие на крылья летучей мыши, и Волан-де-Морт почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок.
«Дьявол?» - вздохнул он.
«Не просто дьявол», - усмехнулся мужчина. «Ты сидишь перед Аджукой Вельзевулом».
Один из повелителей дьяволов, одно из самых могущественных существ на свете.
«Как, черт возьми, я здесь оказался?» - судорожно подумал он, пытаясь улететь, но понял, что не может.
В панике он попытался взлететь, чтобы, возможно, забрать цепи с собой, но понял, что не может ни двигаться, ни призывать свою магию.
«Я... я никогда не имел дела с такими, как вы, - заикался Волан-де-морт, - никогда не наносил оскорблений и не делал ничего, что могло бы вызвать ваш гнев. Почему я здесь?»
«Интересно, а ты вообще знаешь, кто ты такой?» спросила Ажука.
«Я - Лорд Волан-де-Морт», - ответил Волан-де-Морт.
«Я не спрашивал, знаешь ли ты, кто ты», - усмехнулся Аджука, вызывая зеркало. Поднеся его к зеркалу, он добавил: «Хотя в этом вопросе ты тоже ошибаешься».
«Джеймс Поттер?» недоверчиво спросил Волан-де-Морт. «Что это за фокусы...»
Он осекся, заметив зеленые глаза, и почувствовал, как его охватывает ужас.
«Уже догадался?» насмешливо спросила Ажука, когда Волан-де-морт в ужасе уставился на дьявола. «Ты - Том Риддл, или его часть, во всяком случае, и каждый день с той хэллоуинской ночи ты проводишь в теле живого хоркрукса, который ты невольно создал, ты, безмозглый идиот».
Волан-де-морт несколько раз шевельнул губами, но из них не вырвалось ни звука, так как сердце мальчика бешено колотилось в груди.
«Неужели книги, с которыми ты консультировался, не предупредили тебя о том, что подобная нарезка души может иметь последствия? спросил Аджука. «Неужели тебе не пришло в голову, что это может сделать твою душу несколько нестабильной? Ты хоть представляешь, сколько времени я потратил впустую, пытаясь расследовать дело о шраме Поттера, потому что не позволял себе думать, что кто-то может быть настолько глуп, чтобы сделать то, что сделал ты?»
Каждый вопрос разгневанного дьявола усиливал смертельный ужас, который испытывал Волан-де-морт в этот момент. Многие тёмные волшебники на протяжении веков обращались к Подземному миру в поисках силы, и ему в молодости тоже приходило в голову сделать это, но в конце концов он отказался, не желая рисковать и злить таких невероятно могущественных существ, как эти. Даже тот факт, что этот дьявол знал о его крестражах, пугал его не так сильно, как его основной гнев.
«Между вами и Гарри Поттером существует пророчество, не так ли?» спросила Ажука, и глаза Волан-де-Морта расширились от еще большего страха. Могущественный дьявол рассмеялся и добавил: «Я так и думал. Так вот, знай, что, пытаясь обойти содержание пророчества, ты посеял семена своей гибели и дал своему врагу все, что ему понадобится, чтобы прикончить тебя».
Аджука взмахнул рукой, и на его ладони на мгновение появился зеленый магический круг, а затем начали светиться вырезанные вокруг него руны.
«Кстати, то, что ты испытаешь в тот момент, когда поймешь, что я делаю, - дьявольски ухмыльнулся Аджука, - это и есть страдание».
Волан-де-морт, все еще слишком напуганный, чтобы произносить слова, мог лишь с приглушенным ужасом наблюдать, как дьявол начал скандировать на неизвестном ему языке, совершая какой-то ужасный магический акт. Мгновение спустя он попытался дернуться вперед от боли, но не смог этого сделать, так как почувствовал, как в глубине его души за него уцепилось что-то чужое. Если бы его душа не была повреждена, или, возможно, даже если бы он был тем самым первичным куском, из которого были вырезаны остальные, чужеродные чары такого рода не могли бы быть так легко наложены на него. К несчастью для него, он был маленьким осколком души, не имеющим такой защиты, и когда он понял, что именно собирается сделать эта геаса, то пожелал, чтобы нарастающая паника нанесла удар по телу Поттера, чтобы он освободился от неё, ведь даже то, чего он боялся больше всего, было бы предпочтительнее того, что приготовил для него дьявол.
В конце концов, он не мог двигаться, не мог говорить, мог только кричать.
*****
Гарри проснулся от кашля и поморщился: ему показалось, что он выкурил во сне целую коробку сигарет.
«Я оставила тебе стакан воды, - позвала Ажука из соседней комнаты, и Гарри, осторожно потянувшись, схватил стакан и с удовольствием выпил его содержимое, чтобы успокоить ноющее горло.
Его одежда лежала на другой стороне, а очки были аккуратно положены поверх неё. Он не спеша оделся и вышел в следующую комнату, где застал Аджуку, читающего какой-то толстый фолиант в кожаном переплёте в кресле с высокой спинкой возле богато украшенного камина. В руке у него был бокал с каким-то ликером.
