Глава 93
1 мая 2026 г., 15:02
Вытащив свою палочку, Гарри сбросил мантию, игнорируя свист, который, как он был уверен, исходил от близнецов Уизли, и быстро преобразил свое тело, чтобы оно соответствовало трансформации, которую он испытал, когда принял водоросли. Это было сложнее и труднее, чем просто проглотить еще больше неприятной слизистой травы, но было приятнее, более контролируемо и не исчезало через час. Когда его перепончатые ноги коснулись воды, он улыбнулся, понимая, что его заклинание обогрева работает хорошо, и быстро погрузился в глубину, произнеся заклинание «Люмос», чтобы осветить себе путь.
Он догнал Флер, которая ждала его, и произнес заклинание, которое ему удалось выработать вместе с Волан-де-Мортом. Злой ублюдок был неохотно заинтригован ментальной связью, которую Риас наложила на него вскоре после их встречи, и им двоим удалось разработать похожее заклинание, основанное на принципах легилименции.
— Ты меня слышишь? — спросил Гарри.
— Гарри? — удивленно спросила Флер, поворачиваясь к нему.
— Я сам придумал, — соврал Гарри. — Я подумал, что будет легче работать вместе, если мы сможем общаться.
— Великолепно, — похвалила Флер, звуча искренне впечатлённой. — Пошли.
Гарри, благодаря своим более водным чертам, был быстрее Вейлы, но знал по предыдущему исследованию, что деревня не так уж и далеко, и замедлился, чтобы она не отставала. Они оба погрузились в ледяное озеро, видя, как всевозможные рыбы разбегаются от них. Большинство существ в озере были относительно безобидны и, по возможности, избегали их. Глядя вперед, Гарри увидел вдали человека-акулу и понял, что, скорее всего, именно он больше всего пугал окружающих существ.
— Крам получит дополнительные баллы за свое преображение, но оно не так впечатляюще, как твое, — заметила Флер.
— Он взял за основу реальное животное и был вынужден ограничить свои действия, чтобы не превратиться в акулу и не потерять контроль, — пояснил Гарри. — Я специально постарался воспроизвести эффект водоросли, потому что знал, что она не влияет на разум, и мне не пришлось ни в чем себя ограничивать.
— Ты действительно похож на русалку, — улыбнулась Флер. — Конечно, не как сельки, а как более красивые морские люди из теплых вод.
— Некоторые даже выдвинули теорию, что чрезмерное использование водорослей гилливедом культом Посейдона привело к появлению первых русалок, — сказал Гарри. — Я не знаю, верю ли я в это, поскольку это не объясняет существование сельки и им подобных, но это была интересная теория, на которую я наткнулся, когда читал о растении.
— Это... берегись! — воскликнула Флер, заметив справа от себя несколько маленьких существ, быстро плывущих в их сторону.
Гарри обернулся и увидел стаю гриндилов, надвигающихся на них, и пробормотал ругательство. Флер уже запустила в них жгучие заклинания и удары, чтобы отпугнуть их, и Гарри быстро последовал ее примеру.
Нахождение под водой сильно ограничивало возможности магического боя. Огонь и молния были исключены по понятным причинам, а ледяная магия могла быть непредсказуемой. Невозможно было создавать физические объекты, чтобы бросить их в противника, потому что они двигались медленнее, чем вы привыкли, а последнее, что вам хотелось в бою, — это приспосабливаться к таким изменениям на лету. Хуже всего было то, что заклинания, вызывающие сотрясение, такие как взрывное проклятие, из-за большей плотности воды по сравнению с воздухом, часто наносили столько же вреда заклинателю, сколько и его цели.
Не имея большого выбора, Гарри придержался тех же заклинаний, что и его напарница, обрушивая на маленьких гадов жгучие проклятия и легкие удары. Те, кого они попадали, кричали и уплывали, но их, казалось, были десятки, и вскоре они оказались в окружении. Прижавшись к ее спине и стараясь не думать о том, насколько чертовски приятно было прикоснуться к ее попке, он заклинаниял так быстро, как только мог.
— Их так много! — воскликнула Флер.
— Похоже, все гриндилоу из озера, — поморщился Гарри, поразив одного прямо между глаз. — Нам просто нужно отбить их.
Его рука начала уставать, и он понял, что есть еще один фактор, ограничивающий его способность заклинать под водой. Двигаться под водой было гораздо утомительнее, чем на суше, и он инстинктивно ограничился заклинаниями, требующими минимальных движений палочкой. Как раз когда он подумывал перейти к чем-то вроде разрезающих проклятий или пронзающих заклятий, он услышал панику Флер.
— Гарри! — закричала она, и его сердце забилось в груди от очевидной опасности, грозившей ей.
Он рискнул оглянуться и увидел, что один из гриндилов проткнул ее пузырь, и она не могла дышать. Он зашипел от боли, почувствовав, что один из них воспользовался его отвлечением и подобрался достаточно близко, чтобы царануть ему грудь, и он ткнул палочкой в лицо маленького монстра.
— Перферо, — прошипел он и поморщился, увидев, как пронзительное заклинание прошло сквозь череп существа, разбросав вокруг него кусочки его мозга.
Внезапная смерть одного из них настолько шокировала остальных, что у него появилось время подумать. Он отбросил идею использовать заклинание «пузырь» именно по этой причине, но, почувствовав, как Флер медленно теряет сознание через связь между их умами, он понял, что ему нужно использовать что-то подобное. Обернувшись, он наложил пронзительные заклинания на трех ближайших гриндилоу перед Флер, притягивая ее к себе. Он убил еще нескольких, отбросив их достаточно далеко, чтобы сосредоточиться на Флер и наложить заклинание.
Вокруг ее головы образовался пузырь воздуха, но он не остановился на этом, становясь все больше и больше, пока не охватил их обоих. У него все еще были жабры, и он не мог дышать, но знал, что это не убьет его мгновенно, а для того, что он задумал, они оба технически не могли оказаться в воде. Гриндилоу наблюдали за ним, заинтригованные тем, что он делает, и, поняв, что происходит, они ухмыльнулись ему демоническими улыбками. Мчась вперед, намереваясь проткнуть этот новый большой пузырь, они вытянули когти в его сторону, наступая со всех сторон.
Он позволил им приблизиться на расстояние нескольких сантиметров от него и Флер, а затем атаковал, произнеся заклинание. «Глация максима».
Вода вокруг них мгновенно замерзла, заключив их в яйцеобразную скульптуру, которая простиралась на четыре фута во всех направлениях. Гриндилоу вокруг них сразу же оказались в ледяном плену, их потрясенные, ужасающие выражения лиц застыли во времени. Наклонившись, когда он почувствовал, что начинает терять сознание от нехватки воздуха, он растопил круг льда под ними и начал поднимать огромный айсберг над ними. Как только он оказался в безопасности, он вышел из пузыря, в котором Флер все еще была в безопасности, и поплыл вокруг, позволяя своим жабрам снова работать, пока ледяная тюрьма, содержащая десятки маленьких гремлинов, продолжала мчаться к поверхности.
Причина, по которой не рекомендуется использовать магию льда в воде, заключается в том, что нельзя гарантировать, что вы случайно не заморозите воду вокруг себя. Чтобы обойти это, ему нужно было сначала создать воздушный карман для себя и Флер, что ему удалось сделать с помощью заклинания «Расширенная пузырьковая голова».
Сильное заклинание левитации продолжало поднимать гигантский кусок льда к поверхности с такой силой, что, прорвавшись на поверхность, он вылетел в воздух и полетел в сторону Запретного леса, как он искренне надеялся.
— Если повезет, мой ледяной снаряд приземлится в центре территории акромантул, — подумал он про себя.
Остальные гриндилоу бежали, увидев, что так много их товарищей оказались заключенными во льду, и, когда они были отправлены в полет, Гарри смог сосредоточиться на Флер, которая, как он понял, все еще не говорила.
— Флер! — воскликнул он, бросаясь к ней.
Его заклинание «пузырь» оттолкнуло всю воду вокруг них, и он ожидал, что оно вытолкнет воду из ее легких, но, когда он добежал до нее, не был уверен, что заклинание подействовало. Он быстро понял, что она дышит, хотя и не сильно, и что она все еще без сознания. Она также истекала кровью из множества ран, нанесенных гриндилоу, и только в этот момент он заметил, что то же самое произошло и с ним.
— Черт, — пробормотал он, понимая, что ему нужно делать.
Он наложил заклинание передвижения на ее купальник и направил его к берегу, в сторону того места, откуда они только что приплыли. У него не было времени помогать ей самому, если он хотел спасти Луну и Габриель, да и он был далеко не так опытен, как мадам Помфри. Глядя, как красивая Вейла уплывает, он мог только надеяться, что школьная медсестра сумеет ей помочь, и снова сосредоточиться на своей задаче.
Плывя к деревне русалок, он проплыл через облако крови гриндилов и поморщился. Он не знал, было ли это потому, что они не были людьми, или потому, что он просто стал сильнее и более стоическим в отношении такого рода вещей, но он обнаружил, что не испытывает никаких чувств по поводу того, что убил так много из них, в полном контрасте со своим опытом в Италии. Конечно, когда он мчался к деревне, теперь способный плавать гораздо быстрее без Флер, он понял, что это может быть просто потому, что его нынешняя задача была слишком важна, чтобы беспокоиться о таких мелочах.
Он быстро достиг деревни и увидел Седрика, плывущего с Чжоу за рукой. Деревня выглядела так же, как и неделю назад: небольшая группа каменных домов, окруженных стеной из камней. В центре деревни стояла каменная статуя русалки с четырьмя веревками, привязанными к ней. Одна из веревок свободно болталась, но другие были привязаны к оставшимся заложникам.
Гермиона, Луна и маленькая серебристоволосая девочка, которую он узнал бы как сестру Флер, даже если бы она ему не сказала, все плавали там, привязанные к столбам за лодыжки. Они явно находились в каком-то волшебном сне, спокойно дыша благодаря пузырькам вокруг их голов. Крам уже был там, безуспешно пытаясь перекусить веревку, привязанную к Гермионе. Гарри перерезал ее взмахом палочки, отдав честь Краму, когда тот посмотрел на него. Тот кивнул и уплыл.
Убедившись, что все его друзья в безопасности, Гарри перерезал веревку Луны и схватил ее. Однако, когда он уже собирался перерезать веревку Габриэль, один из морских людей направил копье на шею Гарри.
— Только один, — прошипело существо.
Гарри уставился на морского человека и превратил его копье в ярко-розовую надувную игрушку. Тот в явном возмущении закряхтел, и некоторые из окружающих рассмеялись, но Гарри был слишком раздражен, чтобы найти в этом что-то смешное. Сосредоточившись, он так сильно расширил свою ауру, что ни одно существо или человек с малейшей магической чувствительностью не мог этого не заметить. Его разочарование турниром и ярость от одной только мысли, что ему не позволят спасти сестру Флер, стали частью его самого, и русалки отступили на шаг, вдруг насторожившись.
Он не хотел сражаться с ними, как потому, что сомневался, что они согласились превратить свою деревню в поле боя ради этой глупой задачи, так и потому, что не мог рисковать, что Луна и Габриэль пострадают в процессе. Пока охранники смотрели друг на друга, по-видимому, гадая, что делать дальше, он воспользовался их рассеянностью и аккуратно перерезал веревку Габриэль, близко к статуе. Не давая им опомниться, он притянул ее к себе, развязал веревку с ноги Габриэль и быстро обвязал ее вокруг всех троих, чтобы удержать без сознания девушек на месте, а затем поплыл прочь.
Он не знал, будут ли русалки преследовать его, и не особо хотел это выяснять. Создав большой кусок дерева, он наложил на него заклинание движения, заставив его мчаться к поверхности, и ухватился за него, как за спасательный круг. Все трое с большой скоростью поднялись с дна озера, и раньше, чем он ожидал, кусок дерева начал плавать. Исчезнув веревку, он толкнул вперед сначала Луну, а затем Габриэль, и обе проснулись, как только их головы оказались над водой. Когда он снял с себя заклинания, он услышал крик Габриэль.
— Все в порядке, все в порядке, — попытался успокоить ее Гарри, высунув голову из воды.
