Золотой Кубок

(Joel Bezerra — A Glad Reunion) Роджер повесил на дверь «Золотого Кубка» выцветшую табличку с надписью ОТКРЫТО и, кряхтя, вернулся за стойку. Бокалы ждали своей участи, и он с деловитым видом начал натирать их тряпкой, от которой уже пахло и мылом, и элем вперемешку. Солнце лениво просачивалось сквозь мутноватое стекло окон, ложилось полосами на деревянный пол и подсвечивало вихри пыли, которые носились в воздухе, будто решив устроить свой собственный танец. Особенно буйно эта пыль крутилась вокруг метлы Тильки — мышь, поджав хвост, энергично выметала из-под лавок, ворча себе под нос что-то про «вечно за всеми убирать». — Ты только смотри, не разгони тут ураган, а то клиенты подумают, что у нас шоу начинается, — лениво протянула Лира, сидя на подоконнике и лениво чистя когти. Её хвост изредка подрагивал, выдавая скрытое удовольствие от поддевки. — А ты, кошка без совести, сама бы взяла метлу да помогла! — огрызнулась Тилька, сдув с носа прядку волос. — Но нет, царская особа только и умеет языком шлёпать! — Язык — это оружие, детка, — Лира хищно прищурилась. — И у меня он куда опаснее, чем твоя метла. Роджер, не поднимая глаз от бокала, ухмыльнулся, а затем, громко поставив его на стойку, обрезал словесную дуэль одним предложением: — Тилька закончит, и ты, пушистая, помоешь полы. Лира замерла, хлопая глазами так, будто он только что предложил ей прыгнуть в чан с кипятком. — Ч-что? Я?! — она вскинулась, хвост стал в два раза пушистее. — Я не… я… Тилька залилась смехом так звонко, что даже за окном вороны подпрыгнули. — Ооо, я это увижу! Кошка с тряпкой! Да я за это молиться начну! — Я… Я тебе намолю, — пробурчала Лира, но в голосе слышалось, что спор она уже проиграла. Роджер довольно подмигнул обеим. — Ладно, девчонки, не деритесь. У нас сегодня вечером леприкон из Дальних Земель обещался заглянуть. Вот и покажем ему, что у нас в таверне порядок, а не кошачье- мышиный балаган. Лира закатила глаза, а Тилька только фыркнула, но обе уже по-тихому начали думать, как бы при гостях друг на друге отыграться. День тёк размеренно, как мёд из старой бочки. Роджер, привычно опершись на барную стойку, одной рукой разливал эль и пиво, а другим глазом сканировал зал — на случай, если кто-то вздумает устроить что-то глупее, чем обычно. За пятым столиком фреи азартно рубились в карты с эльфами. Причём рубились так, будто на кону была не пара серебряных, а судьба мира. И судя по лицам остроухих, мир они уже безвозвратно просрали. Роджер заметил и вторую деталь — Лира, якобы вытирающая пыль с подоконника, слишком уж часто заглядывает в карты фреев. Чёртовка подсказывает. И наверняка потом попросит «долю за помощь». Вдруг в углу раздался радостный ор, сопровождаемый дружным стуком кулаков по деревянному столу. Трое орков с кружками в руках спорили, кто из них царя кабанов поймал быстрее. Причём каждый называл цифры, которые с каждой фразой становились всё более неправдоподобными. Роджер прислушался, и в бороде заиграла скрытая улыбка. — Интересно, — пробурчал он вполголоса, — кто из вас троих первым поймает оплеуху от жены, когда вернётесь домой? И снова зал зажил своим шумным, уютным хаосом, в котором Роджер, как всегда, был и хозяином, и свидетелем всех маленьких афер, споров и легенд, рождённых под крышей его таверны. Дверь таверны с тихим скрипом распахнулась, и внутрь скользнул худой леприкон. Роджер лениво проводил по нему взглядом — так похож на того, что пару лет назад у гнома спёр золото, что было невозможно не улыбнуться. Леприкон понуро прошёл к барной стойке и, крехтя, едва взобрался на высокий стул. — Сидр яблочный есть, хозяин? — спросил он грустно, едва приподнимая взгляд. — Был бы, да только кентавры всё выжрали, — Роджер косо посмотрел на стол в конце зала, где трое полуконей уже издавали ржание, будто рты их были наполнены овсом и шампанским одновременно. Тилька метнулась к ним, хвостик дергая, и пискливо выговаривала: — Ну что за ужас, прекратите ржать, иначе я вас на пол посажу! Лира, лениво прислонившись к стене, прищурилась и бросила через плечо: — Эй, пусть ржут. Выглядят как настоящие лошади, а не как кентавры. Роджер погладил бороду и ухмыльнулся: — Да успокойтесь уже, а то у меня здесь скоро цирк откроется! Леприкон вздохнул и снял зеленую шляпу. — Тогда эль… — пробормотал он. Роджер подал кружку и, прищурившись, заметил странный след под глазом леприкона. — А это что у тебя за фонарь под глазом? — хохотнул он. — Это… жинка вмазала… — пробубнил леприкон, отхлебывая эль. Пенная борода из усов спадала ему на подбородок, а глаза были усталыми и чуть влажными. Роджер усмехнулся, облокотившись на стойку: — Так и за что тебя так женушка? — Золото спиздили… — протянул леприкон, с грустью поглядывая в кружку, словно в ней можно было увидеть весь его позор. Роджер рассмеялся, не столько из-за пенных усов, сколько потому, что хоть кто-то из леприконов, наконец, получил по заслугам. Пусть и не тот самый, что раньше доставлял гному столько хлопот. Лира хмыкнула, прищурившись: — Ну что ж, значит, сегодня урок для зелёных шляп. Главное, чтобы гном не узнал — а то он снова будет планировать засаду. — А я, — фыркнула Тилька, подкидывая в воздух маленькую крошку хлеба, — буду следить, чтобы у нас в таверне больше никто не крал! Роджер фыркнул, наслаждаясь сценой, и снова поднял кружку: — Вот оно, счастье в «Золотом Кубке» — кто-то потерял золото, кто-то над этим смеётся, а мы просто продолжаем варить эль.

***

Ох, если бы кто-то сказал мне, что один день обернётся почти катастрофой, я бы только усмехнулся. Но это случилось именно так. Всё началось с дракона. Огромный, чешуйчатый, с глазами, как два раскалённых угля. — Вот, леприкон, — рявкнул он, обмахивая крыльями. — У меня есть для тебя диковинка! Только помни: открыть её дома — и чудеса начнутся! Я, счастливый как птичка на весеннем ветру, схватил мешок и побежал домой. Мысленно уже раздавал медали себе за такую удачу и представлял, как жена ахнёт от счастья: «О, золотишко моё! Ты принес чудо!» — Жинка, смотри! — воскликнул я, распахивая дверь. — Диковинку продал дракон! Говорят, можно любое желание загадать! Любое! Она посмотрела на меня с выражением, которое я сначала принял за удивление, но потом заметил тонкую нотку недовольства. — Ммм… — протянула она, сложив руки на груди. Я открыл мешок и… — Та-дам! — гордо поднёс его к свету. В мешке лежала… сковородка. Чугунная. Самая обычная сковородка на свете. Я начал нервно хихикать, пытаясь смягчить ситуацию: — Ну… может, её надо потереть… и тогда она… э-э… сработает, да? — Твои мозги бы кто от пыли потер! — взревела она. И прежде чем я успел даже моргнуть, сковородка уже летела прямо в мой глаз. Я отпрыгнул, но было поздно — боль пронзила всё тело. — Ай-ай-ай-ай! — визжал я, хватаясь за лицо и одновременно пятясь назад. Она рванула за мной по дому, крича: — Ну что за леприконские фокусы! Я тебя до блеска натру этой сковородкой! Я бегал от комнаты к комнате, чуть не врезаясь в столы и стулья, а она сковородкой махала, как будто это было оружие древних богов. — Нет, нет, нет! — вопил я, запихивая голову в шкаф, чтобы спрятаться. — А вот и нет, зелёная шляпа! — слышалось из-за двери. — Ты мне ещё и завтрак испортишь! Так и бегал я весь вечер, уворачиваясь от её чугунных атак. В какой-то момент понял, что сковородка летит точнее, чем дракон стреляет огнём. И вот теперь, сидя за стойкой у Роджера, вспоминая всё это, я тихо вздыхаю и отхлебываю эль: — А вы говорите… «диковинка дракона»! Я бы лучше золото потерял, чем глаза свои.

***

Леприкон только закончил свой рассказ, вытирая слёзы от смеха и боли, как Лира лениво присела на край стола, перекатывая взглядом свои острые когти. — Ага, значит, дракон диковинку продал, а у тебя дома сковородка… — усмехнулась она, словно тщательно подбирая слова для сарказма. — Ну да, логично. Кто ещё ожидал, что чудо будет сковородкой? Тилька, прячась за стулом и наблюдая за леприконом с высоты своего роста, фыркнула: — Хм, зелёная шляпа, ты выглядишь так, будто ждёшь ещё один удар. Или хотя бы двойной. Леприкон нервно почесал затылок и пробормотал: — Ну что ж… мне ещё повезло, что глаз не выбила полностью… — Ох, повезло? — хихикнула Лира, подпрыгивая на месте. — Я бы сказала, что тебе просто нечего терять! А сковородка… ммм, отличный реквизит для боевых тренировок! — Идея! — подхватила Тилька, выныривая из-за стула. — Надо бы устроить тебе тренировку прямо здесь, в таверне. Чтобы ты не так легко попадался на удары чугунной диковинки! Роджер, стоя за барной стойкой и подливая леприкону эль, лишь фыркнул: — Леприкон, ты снова сделал этот день забавным. Если бы не ты, девушки бы просто носились по залу как обычно. А так — хоть кто-то сегодня получает порцию смеха бесплатно. — Бесплатно?! — воскликнула Лира. — Он тут ещё и плату за страдания берёт! — Ага, — поддержала Тилька, — смехом. И потом эль нам принесёт. Леприкон вздохнул, оглянувшись на обеих девушек. В «Золотом Кубке» всегда так: беда, золото, драконы, сковородки, зелёные шляпы… и всё это каким-то чудом превращается в праздник. — Знаете что, — наконец сказал леприкон, поднимая кружку, — лучше пусть драконы оставляют диковинки где угодно, только не дома. А сковородки… пусть остаются здесь, в таверне. Здесь я их переживу. Лира и Тилька захохотали, а Роджер, поправляя бороду и подмигивая, заметил: — Так и есть. В «Золотом Кубке» даже леприконские несчастья превращаются в легенду. Леприкон едва успел отхлебнуть эль, как Лира уже подскочила и схватила его за локоть: — Ну что, зелёная шляпа, раз ты так любишь сковородки, давай попробуем, как ты с ними справляешься! Тилька подпрыгнула рядом, держась на кончиках лапок, и шипя добавила: — Не ной! Это же тренировка для настоящих леприконов. Или ты хочешь, чтобы твои глаза снова оказались под угрозой? — Э-э… — леприкон нервно осмотрел зал, где посетители уже перешептывались и подглядывали из-за кружек. — Эм… ладно, только осторожно… Лира взяла старую чугунную сковородку и легонько ткнула её им в плечо. Леприкон подпрыгнул и чуть не свалился на пол. — Вот видишь! — хихикнула Лира. — Если бы я замахнулась серьёзно, ты бы уже лежал на полу! — Ну, это просто разминка… — задыхаясь, пробормотал леприкон, уворачиваясь от следующего удара. Тилька уже кружилась вокруг него, издавая лёгкое фырканье, и слегка била сковородкой по воздуху, заставляя леприкона прыгать в разные стороны: — Быстрее! — кричала она. — Если хочешь выжить в Дальних Землях, ты должен уметь уклоняться! Роджер, наблюдая из-за стойки, хохотал так, что борода дрожала: — Смотрите-ка, мои девушки придумали новый аттракцион! «Леприкон и смертельная сковородка»! Билет платный? Нет, бесплатный! Леприкон наконец нашёл момент, чтобы отдышаться, и прилип к стене, шаря глазами: — Вы же не собираетесь меня… убить, да? — Ну как же, — усмехнулась Лира, — но только для тренировки. Чтоб больше не попадался на драконьи диковинки! — Ага, — добавила Тилька, усмехаясь, — и чтоб сковородка больше не летала в глаза! Посетители зала хохотали, облокотившись о столы, а орки и фреи даже перестали спорить за карты, чтобы наблюдать за этим хаосом. Леприкон, мокрый от пота, с зелёной шляпой чуть набекрень, всё же понял, что «Золотой Кубок» — единственное место, где даже беда превращается в праздник. Роджер снова фыркнул, разливая свежий эль: — Ну что, зелёная шляпа, тренировка окончена. В следующий раз — сковородку мы оставим только для жарки бекона. Леприкон лишь облегчённо вздохнул, потирая лоб, а Лира с Тилькой уже строили новый план, как «доработать» его ко второму раунду.