What if: Se non fosse per te...

Привычка ждать плохих новостей и быть готовым решать чужие проблемы вырабатывается быстро, приводит к неврозу, тревожности, злоупотреблению никотином и может вести к суицидальным мыслям, бессоннице, алкоголизации и бесконтрольному приёму рецептурных препаратов и запрещённых веществ. Привычка ждать плохих новостей и быть готовым решать чужие проблемы – неотъемлемая черта любого продюсера, режиссёра, директора. Вопрос заключается только в том, по какой именно причине большинством известных невротиков, ипохондриков, наркоманов и алкоголиков всё же являются их подопечные. Может быть, чтобы стать известным или хотя бы успешным продюсером, нужно перейти на какой-то иной уровень самосознания, сделать что-то со своими нервами, своей ответственностью, получить какие-то особые знания и умения?... Или, может, попросту нет времени на то, чтобы нервничать, унывать, выпивать и колоться? С каким бы удовольствием Томмазо сейчас лежал на диване в обнимку с бутылкой вина, наблюдая, как красивый мальчик набивает косяк… Но в сутках только двадцать четыре часа, и непосредственно сейчас ему следует продолжать быть готовым к плохим новостям, собираться и решать чужие проблемы. - Стоп, - прислонившись лбом к стене, просит Томмазо, посмотрев в очередной раз на экран телефона. Заряда осталось около 6%, до конца разговора вряд ли хватит, если собеседник будет продолжать путать его трындением на профессиональном финансово-юридическом языке. – Пожалуйста, стоп. Я понимаю, что Вам неинтересно заниматься нашими делами и тем более не интересно продавать лейбл на наших условиях, но, насколько мне объяснил наш юрист, у Вас-то как раз и нет выбора сейчас! Собеседник заткнулся. Лифт, наконец, пришёл. Уже хорошо, может, заряда и хватит. Впрочем, сейчас телефону предстоит сражение за сеть. Но, кажется, именно в этом отеле телефоны в лифте работают. - Давайте сделаем так, - взгляд на телефон, 5% на глазах превращаются в 4, - я сейчас передам Ваши контакты юристу, и он с Вами свяжется завтра утром, а по результату ваших переговоров мы составим уже окончательный договор. - Зачем удлинять цепочки посредников? – взмолился на той стороне собеседник. Продюсерский центр, у которого Томмазо давно мечтал отжать права на старые альбомы Чиелло, разорился. Кажется, сейчас маячила перспектива сделать это быстро и максимально безболезненно… - Я пришлю Вам договор, вы ознакомитесь с ним… - Нет! Будет так, - 3%, лифт открывается на нужном этаже, - как я сказал. Спокойной ночи, завтра утром ждите звонка от юриста. Сбросив, наконец, этот утомительный звонок, он достал карт-ключ, открыл дверь. Включить свет, найти документ с контактами, открыть электронную почту, переслать юристу… 1%. В коридоре стояла девушка. Длинные тёмные волосы, очень худенькая, но с искусственной грудью, смешно приподнимающей футболку Рокко. Ту самую, с надписью Black Sabbath, в которой он фоткался как-то в обнимку с кошкой Марко. - Ой, здрасте, - пьяно улыбнулась она и, неуверенно пошатываясь, подошла, протянув узкую тонкую ладошку. – А Вы – продюсер? А можно я Вам демку свою пришлю? Вы же меня раскрутите? В ванной шумит душ. Дверь приоткрыта, и хорошо слышно нетрезвое мурлыкание. Телефон, выключаясь, пронзительно пищит в руке. - Конечно, - пару раз моргнув, Томмазо осторожно отстраняет девушку и под внезапно пронзительный вопль «Ну, нельзя же!» входит в ванную. Рокко, по большому счёту, очень красивый парень. Высокий, с тонкой, но крепкой мускулатурой, с белоснежной кожей, по которой вьются вульгарные, но при том стильные татуировки. Белоснежные волосы отрасли сейчас почти до плеч, но привычно стоят дыбом, образуя вокруг головы смешное облачко. У него красивое лицо, по которому никогда не скажешь, пьян он или трезв, а, может, принял что-то покруче. И очень чувствительные глаза, тёмные, глубокие, особенно яркие на фоне остальной выдающейся белизны, подчёркнутые крыльями ядовитой бабочки с одной стороны и сердечком – с другой. Горячая вода, обжигая, струится вдоль позвоночника и бёдер, промачивает, утяжеляет, делает почти нормальными волосы… Он оглядывается заторможенно, моргает пару раз, прежде чем понять, что перед ним стоит не миниатюрная гостья, которую он пригласил, как казалось, на пару часов – обсудить какие-то вопросы, о которых он уже не помнил, а собственной персоны его продюсер, директор, режиссёр и по совместительству – любимый человек. - Это не то, о чём ты думаешь! – ответственно заявляет он, проворно вылезая из душа. Почти трезвый, даже не шатается и не шепелявит, хотя последнее водится за ним, стоит только пива пригубить. - Ну, да, - Томмазо испытывает подобие счастья от того, что даже не подумал до сих пор снять тёмные очки: без их защиты он, наверно, не выдержал бы взгляда Рокко. Абсолютно прямого, откровенного и злого, как будто это не он развлекался тут с какой-то силиконовой куклой, по недоразумению умеющей говорить и потреблять алкоголь. – Это инопланетянка, с планеты Ка-Пэкс, и вы занимались тут квантовой механикой. Рокко пару раз задумчиво моргнул, переваривая юмор поколения VHS. - Ну, что мне было делать? – проговорил он. - Ты так от меня отдалился за последнее время, а я… А я мне вообще-то… - Помолчи, - Томмазо не интересно слушать, что ему нужен секс и близость живого, тёплого тела. Наверно, в какой-то степени они понимает, что в этом есть и его вина. Хотя, какого чёрта!? – Замолчи и сделай вид, что ты можешь запоминать важную информацию. Завтра юрист должен всё уладить на счёт лейбла. Я пришлю тебе договор в том виде, в котором он будет интересен мне. Поставишь факсемиле и перешлёшь юристу. После этого лейбл будет принадлежать тебе, но я буду получать отчисления как продюсер прежних проектов. Новогодние выступления я все согласовал, найдёшь все документы у себя на почте в папке «Бумажки Томми». Третье: документы на развод я отправлю на следующей неделе. Будешь в Милане – заскочи за справкой, что ты теперь свободный человек. Ищи нового продюсера. А вещи мои пришли моим родителям в Порто Эрколе. Рокко не успел сказать ровным счётом ничего. Отчеканив всё это Томмазо развернулся и, не снимая верхнюю одежду, прошёл вглубь номера. Пыль на ботинках размокла от пара в ванной, и на полу оставались грязные следы. Девушка во все глаза наблюдала, как взрослый мужчина, взявшийся ниоткуда, о котором не предупреждал парень, не обращая на неё никакого внимания, выудил из сейфа ягодно-розовую папку с документами и, отпихнув с дороги выбравшегося-таки из ванной Рокко, плечом, поднял с пола сумку с ноутбуком и быстро покинул номер.