Здорово, что мы столкнулись с тобой

      Я не удержался и обнял Джейкоба, пока лифт поднимал нас на третий этаж, но отпустил его, когда двери открылись. Взяв его сумку, я повёл нас по коридору к своей квартире.       — Спасибо, что решил остаться со мной сегодня. После наших совместных выходных не хочу спать один.       Мы остановились перед дверью, и он коснулся меня, пока я вставлял ключ в замок.       — Мне тоже не нравится спать одному.       Только железный самоконтроль помог мне закрыть за нами дверь, прежде чем снова обнять его. Никому и никогда не помешает хороший поцелуй перед тем, как разуться и снять пальто.       В конце концов, мы добрались до гостиной.       — У тебя тренировка утром? — спросил Джейкоб.       — В семь, так что мне нужно уходить около шести сорока пяти.       Он расширил глаза.       — Мне тоже нужно будет уйти?       Его удивленное выражение лица заставило меня улыбнуться.       — Нет, можешь поспать. Я вернусь после тренировки, и мы сможем весь день готовиться к экзаменам во вторник.       Джейкоб посмотрел на часы.       — Если тебе нужно уходить так рано, то стоит начать готовить ужин прямо сейчас, и лечь спать пораньше. — Он помедлил. — У тебя же есть что-то, что я могу приготовить, да?       — Конечно, но я хотел приготовить нам что-нибудь лёгкое. Можешь мне помочь.       Он покачал головой.       — Я придумал кое-что получше. Ты наверняка устал после целого дня зубрёжки, почему бы тебе не вздремнуть? Я что-нибудь приготовлю и разбужу тебя.       Немного отдохнуть было бы неплохо.       — Только если я помою посуду.       — Решим после ужина. — Он кивнул в сторону кухни. — Что у тебя есть?       — Пойдём посмотрим.       Джейкоб последовал за мной на кухню, похожую на камбуз, с кухонной техникой и шкафами по обеим сторонам. Я распахнул шкафчики, где хранил продукты, и открыл дверцу холодильника. Джейкоб, похоже, был удивлён.       — Что-то не так? — Я опустил руку ему на плечо.       — Я удивлён, как много у тебя продуктов. — Он заглянул в холодильник и осмотрел содержимое шкафчиков, прежде чем наконец вытащить коробку пасты. — В холодильнике есть куриные грудки, сливки, масло и сыр. Как насчёт феттуччине Альфредо?       Я не умел готовить это блюдо.       — Обожаю его. Отличная идея!       — Тогда решено. Иди отдохни, я разбужу тебя, когда всё будет готово.       — Думаю, я пойду на диван. Я могу спать практически где угодно и хотел бы лежать поближе к тебе.       Его улыбка дала мне понять, что ему нравится эта мысль.       — Спи, где хочешь. Наверное, готовка займет минут сорок пять, если делать всё как положено.       — Спасибо, малыш.       Он снял с крючка кухонное полотенце и в шутку хлопнул им мне по бедру.       — Иди поспи, здоровяк.       Джейкоб ужасно милый. Он не был накачанным, но и не был тощим. Его уверенность в себе делала его ещё более притягательным. Мне нравилась его решительность, которую он иногда проявлял. В тот день в автобусе, когда я собирался пройтись к задней части салона и надрать Бэнксу задницу за то, что он назвал нас этим ужасным словом, Джейкоб остановил меня своими негромкими фразами и взглядом. И сделал то же самое в своей квартире, когда не дал мне сказать той девушке, что мы встречаемся. Я нуждался в ком-то вроде него. Я хорош в лидерстве на льду, но в личной жизни не всегда всё так гладко.       Я взял плед с дивана и накрылся им. Было приятно растянуться и закрыть глаза, но куда приятнее было слышать звуки из кухни. Я слишком долго был один, и теперь, когда кто-то важный всё время был рядом, сердце звало не выпускать его из своих объятий. Я почти поддался искушению побежать на кухню и крепко обнять Джейкоба. Но удержался, потому что он готовил для меня, и мне не следовало мешать ему хорошо сделать это.       Мой телефон лежал на журнальном столике у дивана. Я чуть не включил его, но решил подождать до окончания ужина. Я вытянулся и…       — Ник?       — Мммм.       Мягкие губы коснулись моих, и горячий язык скользнул в рот, заставив открыть глаза. Джейкоб стоял на коленях у дивана, и я улыбнулся.       — Вот и мой красавец-парень.       За это мне достался ещё один поцелуй, а потом Джейкоб встал и насмешливо посмотрел на меня.       — Мой красавец-парень должен поднять свой зад с дивана. — Он погладил ладонью мою грудь. — Давай, пока еда не остыла.       — О боже, пахнет как в дорогом ресторане.       — Надеюсь, вышло съедобно, — он прикусил нижнюю губу и посмотрел мне в глаза.       — Уверен, это чертовски вкусно. — Я встал. — Извини, но мне нужно отлить. Сейчас вернусь.       Стоя перед унитазом и пуская сильную струю в воду, я вспомнил свои каникулы на День Благодарения. Я остался в городе один, якобы для дополнительных тренировок, но на самом деле я впал в депрессию и мне потребовалось время, чтобы окончательно не утонуть в своём отчаянии. За эти несколько дней я понял, что должен раскрыть свою тайну, если хочу сохранить разум. Я и подумать не мог, что всего через две недели у меня появится такой классный бойфренд.       Оказавшись за столом, я принялся набивать рот едой.       — Это восхитительно, детка. Ты настоящий повар. — Я проглотил ещё немного, прежде чем заметил, что он взял себе совсем чуть-чуть. — Не надо было отдавать всё мне. Вот, возьми ещё. — Я взял свою тарелку и поднес её к его.       — Стоп! — Он зазвучал панически, и я замер с вилкой в руке, когда она была в сантиметре от его тарелки.       — Тебе тоже нужно поесть.       Он дерзко посмотрел на меня.       — Председателю нужно понять, что я не такой огромный, как он, и не занимаюсь агрессивным спортом. — Он закатил глаза и улыбнулся. — Мне этой порции вполне достаточно, Ник. Я не могу есть так много, как ты.       — Не уверен, что это правда. — Я подмигнул. — По-моему, ты довольно крупный.       — Рад, что тебе нравится, но он не такой большой, как твой.       — Для меня вполне достаточный. Джейк-младший — идеальный.       — Ты только что, — он прищурился, — назвал его Джейком-младшим?       — Да. Посмотри на меня — у меня классный бойфренд с потрясающим агрегатом, Джейком-младшим.       — Чёрт. Я же намеренно не давал ему имени.       — Ну, теперь оно у него есть. — Я поднял брови. — У Джейка-младшего тоже есть свой бойфренд.       — Неужели?       Я прожевал кусок хлеба и выждал паузу.       — Конечно, есть. Его зовут Экскалибур.       Джейкоб опустил голову и неверяще потряс ею.       — Ты называешь свой член Экскалибуром?       Смеясь, я потянулся через стол к его руке.       — Я назвал его так давным-давно. Как думаешь, ему подходит?       — О, ему идеально подходит. И я рад приветствовать новую пару, Джейка-младшего и Экскалибура.       После ужина мы уютно устроились на диване и смотрели телевизор. Через некоторое время мне понадобилось в туалет, и когда я вернулся в гостиную, то взял телефон и сел, а Джейкоб положил голову мне на колени.       — Настало время узнать, кто хочет связаться со мной, — сказал я.       — О чём ты? Твой телефон молчал все выходные.       Пришлось признаться.       — Келли дважды пытался дозвониться вчера утром. Я не хотел обсуждать драку между мной и Бэнксом, поэтому выключил телефон как только приехал к тебе.       Джейкоб положил руку мне на живот.       — Сочувствую.       — У всех бывают проблемы, когда они раскрывают свою ориентацию, верно? — Телефон включился, и я не поверил своим глазам. — Девять пропущенных.       — Что? — Джейкоб сел и обнял меня. — Все от Келли?       Я прокрутил экран вниз, считая на ходу.       — Нет. Три от Келли, пять от Хоука и один от Блейка.       — Они оставили сообщения?       Я открыл экран голосовой почты.       — Келли оставил два, Хоук — три, а Блейк — одно.       — Чего они хотели? — Голос Джейкоба стал настороженным.       — Пора это выяснить, — я нажал на имя Блейка.       Привет, Ник. Было приятно увидеться с тобой вчера вечером и познакомиться с Джейкобом. Он показался мне милым, и я рад за вас обоих. Слушай, хотел ещё раз сказать, что я на твоей стороне. Знаю, пошли слухи, но тебе не обязательно комментировать их, если не хочешь. Раскрытие своей ориентации — это твоё решение, и время для этого выбираешь ты сам. Позвони мне, если что. А если нет, увидимся завтра на тренировке.       — Старый добрый Блейк. — Я улыбнулся Джейкобу, который по-прежнему казался взволнованным. — Это было круто.       — Да, но он сказал, что пошли слухи. Интересно, что говорят.       — Посмотрим, что хочет Хоук. — Я нажал на его последнее сообщение.       Ты должен мне перезвонить, чувак. Это уже третье сообщение, которое я тебе оставляю. Что, блядь, происходит? Хочу услышать это лично от тебя.       — Почему он так злится? — Голос Джейкоба слегка дрожал. — Я думал, он твой друг.       — Хоук легко заводится, и он уже ушёл, когда мы с Бэнксом сцепились в пятницу вечером. Наверное, просто хочет знать, что произошло.       — Мне всё равно интересно, о чём пошли слухи, — вздохнул Джейкоб       — Думаю, мы сможем узнать это, если послушаем одно из сообщений Келли. — Я коснулся последнего сообщения, которое он оставил.       Хотелось бы поговорить с тобой, Стик. Я знаю, что на этой неделе между нами было не всё гладко, но Ревун вчера вечером перешёл черту, и я рад, что ты поставил его на место. Никто не хотел с ним общаться, и он всё ещё был в ярости, когда я уходил. Может мне и не понятно, что с тобой происходит, но ты мой друг. Позвони мне.       — Вот это сюрприз, — сказал я.       — Кто такой Стик? Он называет тебя Стик?       — Ребята зовут меня так с первого курса. — Я усмехнулся. — Двойной смысл. Знаешь, клюшка Ника. У меня хорошая техника владения клюшкой, и они были впечатлены моим… ну, ты понимаешь, Экскалибуром.       Взгляд, который бросил на меня Джейкоб, был не иначе как страстным.       — Я их понимаю. Экскалибур впечатляет.       — Хочешь увидеться с ним? Он соскучился по тебе.       Я потянулся к Джейкобу, но он отклонился.       — Не хочешь сначала позвонить этим парням? Хотя бы одному из них?       — Зачем? Я увижу их всех утром в спортзале.       Он взял мою руку и поцеловал её.       — Ты уверен, что хочешь идти туда, не зная, о чём судачат?       — Почему нет? Я всё равно скоро узнаю, и что бы там ни было, моё знание ничего не изменит. Я раскроюсь, готовы они к этому или нет. — Я сделал нервный вдох и выдохнул. — Нравится им это или нет.       Джейкоб долго смотрел в сторону, и я даже решил, что он расстроился. Когда он наконец повернулся, его лицо было очень серьёзным.       — Ты знаешь, что я очень сильно к тебе привязался. Я буду рядом, что бы ни случилось, но мне нужно кое-что знать.       Я кивнул.       — Ты делаешь это ради себя, Ник? Ты чувствуешь, что должен открыться прямо сейчас, чтобы жить счастливо? — Он положил руку мне на плечо и посмотрел в глаза. — Или ты делаешь это ради меня? Боишься, что это единственный способ остаться вместе?       — Нет, вовсе…       — Я может и не разбираюсь в хоккее, но знаю, что такое раскрытие своей ориентации, и знаю, как ужасно могут вести себя люди. Возможно, сейчас не лучшее время, и я могу подождать до окончания сезона. Я не уйду, Ник. Мы всё равно будем вместе.       Моё горло сжалось так сильно, что стало больно дышать, а в глазах появилась влага. Джейкоб был невероятно понимающим парнем, но я не мог поступить так, как он предлагал.       — Я не хочу тебя терять, это точно. Я так долго ждал тебя, но я не собирался открываться ради тебя. — Я сделал паузу, чтобы проглотить комок в горле. — Я долго об этом думал, и во время Дня Благодарения понял, что больше не могу скрываться. Я ждал подходящего момента, и теперь, когда появился ты, этот момент настал.       Джейкоб сжал мою руку.       — Делай это ради себя, Ник.       — Я говорил тебе с самого начала, и не знаю, как выразиться яснее. Я не буду скрываться, чтобы быть с тобой, и я не буду… — Мой голос дрогнул, и мне пришлось снова сглотнуть. — Я не буду просить тебя скрываться. Эта глава моей жизни окончена.       — Я понимаю, но…       Я резко всхлипнул и попытался вымолвить ещё несколько слов сквозь слёзы.       — Это убивает меня, Джейкоб! Напряжение и страх накапливались так долго, что я больше не могу так жить. Пожалуйста, пойми — ты должен понять. Если ты не поймёшь, никто не поймёт.       Слава богу, Джейкоб был рядом, потому что я полностью раскис. Он держал меня, пока я рыдал, гладил по спине и шептал утешительные слова на ухо.       — Я понимаю, милый. Не представляю, как ты жил с этой тайной так долго.