Здорово, что мы столкнулись с тобой

      Видеть шокированного, замершего Джейкоба, окружённого всеми этими репортёрами, было по-настоящему страшно. Когда я подбежал к нему, паника в его глазах разбила мне сердце, и обеспечить его безопасность стало моим абсолютным приоритетом. Если для этого придётся заключить сделку с дьяволом — или, по крайней мере, с группой репортёров — я без раздумья сделаю это.       «Люблю тебя, Джейкоб». Слова вылетели прежде, чем я успел осознать их, и я напрягся, ожидая реакции. Я не знал, как отреагирует Джейкоб, и надеялся, что мои слова не напугают его. Больше всего я боялся, что он скажет: «слишком рано».       И испытал огромное облегчение, когда он ответил, что тоже любит меня. Теперь, когда мы знали, что наши чувства взаимны, всё остальное было не важно. После стольких лет мучений и сокрытия тайны о себе, не жизни, а существования, полного бессмысленных связей, я нашёл наконец своего человека. Пока ехали — мы молчали, но взгляды, улыбки и касания рук говорили сами за себя.       Как я и опасался, у входа в дом стояла толпа репортёров. Эти, по крайней мере, казались сдержаннее тех, что охотились у дома Джейкоба. Несколько фотографов направили на нас свои камеры, но многие не стали. Мы подошли к ним, держась за руки, и один из репортёров крикнул:       — Это правда? Ты устраиваешь пресс-конференцию утром?       — Если вы уже в курсе, то наверняка знаете, что есть одно условие.       Парень из ESPN, который когда-то брал у меня интервью, опустил микрофон.       — Большинство из нас поддерживает тебя и желает всего наилучшего. Если ты не против пообщаться с нами, мы не станем беспокоить твоего друга.       Все согласились, и я усмехнулся.       — Спасибо всем. Завтра в десять, у Хоккейного центра.       Море тел расступилось, пропустив нас. Вместо тех сумасшедших вопросов, что были раньше, теперь звучали более приветливые комментарии. Удачи, ребята. Не сдавайтесь. Держись, Ник.       Мы едва успели войти в квартиру и прижаться друг к другу, как пропищал мой телефон. Но я был слишком занят, обнимая Джейкоба и наслаждаясь его пухлыми алыми губами, чтобы обращать внимание на входящее сообщение.       — Расскажи мне всё, — попросил Джейкоб. — Я должен понимать, что происходит.       — Подождёшь минутку? Мне надо в туалет.       — Конечно. Пойду взгляну на свой цветок и принесу нам воды.       — Бери только себе. Я сделаю протеиновый коктейль.       Пока я шёл в ванную, у Джейкоба зазвонил телефон, и я вспомнил о полученном сообщении. Я положил свой телефон на раковину, а после того, как достал Экскалибур и приступил к делу, взял телефон, чтобы прочитать сообщение. У меня перехватило дыхание, и струя мочи прервалась.       НЕИЗВЕСТНЫЙ АБОНЕНТ: Хоккеисты не геи! Брось этого маленького педика и вернись к своей роли нашего звёздного игрока, или у него будет проблема покруче, чем кучка репортёров. Все знают, где он живёт.       Я взбесился от того, что кто-то угрожает Джейкобу, и прочитал сообщение несколько раз, убедившись, что правильно понял посыл. Возможно, мне стоит позвонить в полицию. Дискомфорт в мочевом пузыре напомнил, что я кое-что прервал, поэтому продолжил начатое. Закончив, я отряхнул Экскалибур и засунул его обратно в джинсы. Взяв телефон, я отправил сообщение Блейку и Келли. Мне не хотелось пугать Джейкоба, но мои друзья могли бы подсказать стоит ли обращаться к копам.       НИК: Могу я позвонить? Мне нужно с вами кое-что обсудить.       Оба почти сразу сказали «да», и, споласкивая руки, я размышлял, как сильно за последние пару недель изменилась моя жизнь. Я влюбился в классного парня, но фигуры на шахматной доске судьбы изменились. Блейк стал моим лучшим другом, а Бэнкс превратился из раздражающего человека в откровенного врага. Келли занял прочную позицию на моей стороне, а парни, которые мне нравились, но которых я не слишком хорошо знал, теперь мои верные союзники. А ещё оставался Хоук — сложно было понять его отношение ко мне. Он по-прежнему игнорировал меня, но казался лояльным, когда речь заходила о делах команды.       Джейкоб последовал за мной на кухню, пока я готовил протеиновый коктейль. Он положил руку мне на спину.       — Милый, мне нужно с тобой поговорить. Мы только что признались в любви друг другу, и мне не хочется скрывать от тебя такое.       — В чём дело? — Я сделал глоток коктейля.       Вместо того, чтобы что-то сказать, он протянул телефон, и текст сообщения на экране почти заставил меня блевануть.       НЕИЗВЕСТНЫЙ АБОНЕНТ: Это единственное предупреждение. Руки прочь от Ника, или оглядывайся. Такому мелкому парню, как ты, может очень не поздоровиться.       Я швырнул свой стакан на барную стойку.       — Ну всё, звоним в полицию.       — Нет, — возразил Джейкоб, яростно качая головой и хватая меня за руку. — Подумай. Это только раздует шумиху, и что, в конце концов, сможет сделать полиция?       Я был не в том настроении, чтобы меня отговаривали.       — Угрозы — это серьёзно, и полиция отнесётся к ним соответственно, вот что. Я получил сообщение с похожим содержанием.       — Они угрожали тебе? — Джейкоб замер.       Опираясь руками о барную стойку, я опустил глаза и вздохнул. Я не хотел ничего от него скрывать.       — Не совсем. Скорее тебе.       — Это просто слова, Ник. Они ничего мне не сделают. — Джейкоб пытался говорить смело, но я знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что он нервничает не меньше меня.       — Детка, ты…       — Полиция ничего не сможет сделать, Ник.       Я обнял его.       — Я только нашёл тебя, и мне невыносимо думать, что с тобой может что-то случиться. Пожалуйста, не спорь со мной.       Он печально покачал головой.       — И нет другого способа? Ты же знаешь, что если мы вызовем полицию, об этом тут же станет известно, и репортёры будут ещё назойливее.       Я сжал губы, размышляя.       — В ванной у меня появилась идея.       Джейкоб поднял бровь, и я поделился с ним своим планом.       — Не уверен, что это настолько необходимо, — сказал он, — но звучит лучше, чем привлекать полицию. Если угрозы не прекратятся, обратимся к ним. Договорились?       — Согласен. — Я достал телефон из кармана и кивнул в сторону гостиной. — Давай присядем, пока я звоню Блейку и Келли.       Пока я разговаривал с друзьями, Джейкоб подошёл к окну и уставился на пруд, где мы катались на коньках. Закончив разговор, я подошёл к нему и обнял.       — Всё решено.       — Я слышал. Спасибо.       — Джейкоб, я сказал именно то, что думаю. Я люблю тебя и сделаю всё, чтобы ты чувствовал себя в безопасности.       Он повернулся и прижал ладонь к моей щеке.       — Ты тоже должен быть осторожен, милый.       — Пфф, — отмахнулся я. — Я здоровый, крепкий хоккеист. В этом Хиггинс был прав.       Джейкоб уставился на меня, сжав губы.       — Я серьёзно. Ты должен быть очень осторожен. Обещай мне.       — Обещаю.       Он позволил себя поцеловать, и когда я отпустил его, улыбнулся.       — У меня идея.       — У меня тоже. — Я поднял бровь. — Отпразднуем нашу любовь?       — Позже. Я пока не оправился от сегодняшнего дня.       — Слабак.       Он фыркнул.       — Слабак? Разве я не сексуальный господин, контролирующий твой разум.       Мы оба смеялись слишком долго, но это ослабило повисшее в воздухе напряжение. Джейкоб улыбнулся.       — Пока ты разговаривал по телефону, я подумал вот о чём. — Он указал на окрестности. — Видишь все эти огни? Разве они не выглядят волшебно?       Дома были украшены по полной программе, и я не мог не признать, что это впечатляло.       — Да, красиво. — Я поцеловал его в макушку и прижал к себе.       — А у тебя есть праздничные украшения? — Глаза Джейкоба сияли, как звёзды.       Я качнул головой.       — Нет, я… Постой! Есть, я вспомнил. Мама купила их, когда перевезла меня сюда, но я ни разу не доставал их.       — Настало их время, большой парень. Наша жизнь стала слегка мрачновата. Давай украсим это место и сделаем его нашим светлым убежищем.       Было легко поддаться энтузиазму Джейкоба, и мне показалось, что будет совсем не плохо добавить в квартиру немного праздника.       — Сюда, — сказал я, направляясь к комнате с орхидеями.       Пять минут спустя Джейкоб стоял на коленях у шкафа, и глаза его блестели ярче, чем огни за окном.       — Эти штуки просто восхитительны. Здесь даже ёлка есть. — Он встал. — Помоги мне отнести всё в гостиную, и давай приступим. Это отвлечёт нас от тяжёлых мыслей.       — А как же ужин? — Моё нервное напряжение спало настолько, что желудок заурчал.       — Закажем пиццу и перекусим, пока будем украшать.       Через несколько минут мы включили плейлист с праздничной музыкой и начали наряжать ёлку.       — Во сколько у тебя экзамен утром? — спросил я.       — В половине девятого. — Он был занят, расправляя ветви и придавая им натуральный вид. — Буду сдавать налоговое право, пока ты будешь проводить пресс-конференцию. Уже знаешь, что примерно будешь говорить?       Я сел на пол и начал доставать гирлянды из коробок.       — Я расскажу правду. Сделаю короткое заявление о том, что я гей и продолжу играть в хоккей, а потом отвечу на несколько вопросов.       — Спасибо тебе за просьбу оставить меня в покое. Я вижу, пресса симпатизирует тебе, и это может сработать.       — Я всегда был вежлив с журналистами, общался с ними, когда мог. Надеюсь, теперь это окупится.       Джейкоб молчал, пока украшал другие ветки. Я не мог долго оставаться так далеко от него, встал и поцеловал его в шею, а он замурлыкал.       — У тебя есть ещё экзамены послезавтра? — поинтересовался я.       — Нет. — Он подправил ветку и посмотрел на меня. — У тебя рано утром тренажёрный зал?       — Нет. Мы решили пропустить его завтра и в пятницу, чтобы поберечь силы для матча.       — Здорово. — Джейкоб коснулся моей руки, пока я выравнивал верхушку ёлки. — Чем займёшься, пока я буду сдавать экзамен, кроме пресс-конференции?       — Подготовлюсь к последнему экзамену в пятницу. Если хочешь, можем пообедать вместе, а в три сорок пять у меня тренировка на льду.       — Напряжённый день. — Джейкоб отошёл, чтобы осмотреть ёлку. — Выглядит неплохо. Давай повесим гирлянду.       Пока мы вешали её, он предложил мне поехать с ним в Вашингтон в понедельник.       — Дев написал мне сегодня днём, они не возражают. Поедешь? Не хочу, чтобы кто-то из нас оставался один.       — Будет весело. Они уже прислали информацию о рейсе?       — Мм-хмм. — Джейкоб прищурился, пытаясь решить, как развесить огоньки. — Она у меня в телефоне.       — Давай посмотрим после того, как привезут пиццу, и я куплю билеты на те же рейсы.       Два часа спустя перед окном стояла сверкающая ёлка, усыпанная игрушками и огоньками. По всей квартире были развешаны различные украшения.       — Мама будет счастлива узнать, что я наконец-то воспользовался всем этим, — сказал я. — Завтра сделаем для неё фотку.       Джейкоб улыбнулся.       — Получилось очень красиво. Ей понравится.       После того, как мы сделали селфи перед нашей первой ёлкой, он подарил мне сладкий горячий поцелуй. Вскоре мы отправились в постель, но, будучи молодыми и влюблёнными, долго не могли заснуть.