Белая тень

***

Воздух в операционной комнате был спертым, пропитанным запахом пороха, металла и пота. На большом стальном столе, под ярким лучем операционной лампы, лежал Киллер. Его черная кожаная куртка была сброшена на пол, рукав рубашки разорван, обнажая глубокую, аккуратно зашиваемую рану на плече. Доктор, человек с усталыми глазами и быстрыми руками, работал молча. Найтмер стоял у стены, в тени, скрестив руки. Его темно-синие глаза, холодные и нечитаемые, были прикованы не к ране, а к лицу Киллера. Киллер лежал с открытыми глазами. Черные, как смоль, они смотрели в потолок, но в них не было ни страха, ни боли – лишь знакомое, утомленное возбуждение после адреналина и ярости боя. Губы были сжаты в тонкую линию, но уголки то и дело подергивались в попытке ухмыльнуться. – Еще чуть левее, док, – внезапно произнес Киллер, голос хриплый, но наглый. – Там, кажись, заноза осталась. От их дешевого кирпича. Прямо позор, босс, – он перевел взгляд на Найтмера, – работать с такими неряхами. Дома свои разваливают, осколки по всему городу швыряют. Найтмер не ответил. Он сделал шаг из тени, приблизившись к столу. Доктор на мгновение замер, почувствовав тяжесть его присутствия. – Заткнись, Киллер, – сказал Найтмер тихо. Голос был низким, как скрежет камня. – Или я попрошу доктора зашить тебе и рот. Киллер фыркнул, вызывая резкую боль, и скривился. –Ой, не надо. Тогда как же я буду тебя восхищать своим острым умом? Или раздражать? Это, по-твоему, не одно и то же? – Он попытался повернуть голову, чтобы лучше видеть Найтмера. – Спасибо, кстати. За то, что не бросил там. Хотя... мог бы. Освободил бы себя от головной боли. Найтмер наклонился чуть ниже. Их лица оказались в сантиметрах друг от друга. Доктор старательно смотрел на шов. –Бросить? – Найтмер повторил с ледяной усмешкой. – Кто бы тогда меня так мастерски бесил? Кто бы пил мой лучший виски без спроса? Кто бы... – он намеренно задержал паузу, – напоминал мне, что я не просто тень? Взгляд Киллера на мгновение потерял насмешку, став пристальным и... оценивающим. Что-то промелькнуло в черной глубине – удивление? Признание? –Ага. Неблагодарная мразь, – пробормотал он, но голос звучал странно приглушенно. Он снова посмотрел в потолок. – Ладно, признаю. Ты сегодня не подвел. Для ледяного глыбища. Найтмер выпрямился, его лицо снова стало непроницаемым. –Долечи его, док. Быстро. – Он развернулся и вышел, не оглядываясь. За дверью его шаги затихли быстро. Киллер закрыл глаза, глубже вдавливаясь в стол. –Слышал, док? Быстро. У босса планы. Надеюсь, веселые.

***

В гостиной базы царило привычное напряжение. Ред, развалившись на потертом кожаном диване, чистил ногти кончиком своего керамбита. Его ядовито-рыжие шипы волос казались еще ярче в тусклом свете. Хоррор сидел на полу, методично собирая и разбирая свой массивный дробовик, его темно-каштановые волосы спадали на лоб, лицо было сосредоточенным, но слегка расфокусированным. Кросс стоял у огромной карты города, утыканной булавками, его безупречная белая прическа, строгий костюм и ледяное спокойствие резко контрастировали с обстановкой. Ред бросил многозначительный взгляд в сторону Кросса. –Ну что, Снежная Королева, – начал он, растягивая слова. – Опять карту мира завоевываешь? Или места для новых цветочков присматриваешь? Слышал, ты вчера опять светился где-то. На закате. Романтично. Кросс даже не повернул головы. Его пальцы легонько коснулись красной булавки. –Мои передвижения не входят в круг твоих обязанностей, Ред. Лучше озаботься состоянием своего оружия. Последний раз ты чуть не прострелил Хоррору ногу. Опять. Хоррор поднял голову, тупо уставившись на Реда. –Нога... да. Болела бы. Плохо. – Эй, это был несчастный случай! – огрызнулся Ред. – А ты, Кросс, ведешь себя странно. Пропадаешь. Возвращаешься с таким видом... будто тебя подменили. Или тебе кто-то мозги промыл? Солнышком, например? – Он язвительно подчеркнул последнее слово. Кросс медленно обернулся. Его ледяные глаза встретились с насмешливым взглядом Реда. В них не было ни гнева, ни смущения – лишь абсолютное, презрительное спокойствие. –Мои отношения с Дримом, – произнес он четко, холодно, – не являются предметом для твоих примитивных шуток или обсуждения. Дрим – брат босса. Это делает его присутствие в определенных контекстах неизбежным. Все остальное – плод твоего скучающего и недалекого воображения, Ред. Ред покраснел от злости. –Отношения? Ого, так ты уже признаешь, что у вас там что-то есть? Братец босса и его ледяной киллер... Пикантно. Найтмеру это точно понравится. Особенно если узнает, как ты на него смотришь. Будто он твой личный... ну, знаешь. Киллер ввалился в дверь, держась за перевязанное плечо. Его черная рубашка была расстегнута, лицо бледное, но ухмылка уже вернулась на место. Он мгновенно словил нить разговора. –Ой-ой, что это тут? Рыжий опять завидует, что не он любимчик Солнышка? – Киллер подошел к бару, налил себе виски из бутылки Найтмера без тени сомнения. – Не трать силы, Ред. Кросс-кроссу явно нравится его новое... хобби. Собирать солнечные зайчики. Правда, Кросс? – Он облокотился на бар, глядя на беловолосого наемника с вызовом. – Только смотри, не обожгись. И помни – босс своего братца бережет пуще зеницы. Ты там не надолго. Кросс дернул плечом, единственный признак раздражения. –Твои предупреждения так же ценны, как твои шутки, Киллер. То есть ноль. Меня волнуют реальные угрозы, а не сплетни завистливых посредственностей. – Его взгляд скользнул по Рыжему с явным презрением. – И твоя работа в прошлый вторник была откровенно халтурной. Лучше озаботься этим. Хоррор, закончив сборку дробовика, тяжело поднялся. –Дрим... хороший. Улыбается. Кросс... тоже хороший? – Он посмотрел на Кросса с искренним, немного туповатым вопросом в глазах. – Но босс... может рассердиться? Если... если... – Если ничего не будет, то и сердиться не на что, – резко закончил за него Кросс, его ледяной взгляд остановил Хоррора. – Займись лучше делом. Проверь периметр. Хоррор кивнул, унося дробовик. Ред недовольно буркнул что-то под нос. Киллер допил виски и поставил стакан со звоном. –Ладно, цирк закрыт. Мне нужно сменить повязку. И найти новую куртку. Эту испортили. – Он направился к выходу, проходя мимо Кросса. На мгновение он остановился, его черные глаза сверкнули. – Правда, Кросс, – прошептал он так тихо, что слышал только адресат. – Солнышко светит ярко. Но тень босса длинна. И холодна. Не забудь об этом, когда будешь греться. Кросс не ответил. Он снова повернулся к карте, его пальцы сжали красную булавку так, что побелели костяшки. В ледяных глазах, однако, промелькнула не тревога, а решимость. Вызов принят.

***

Совсем другая атмосфера царила в маленькой, уютной квартирке Дрима. Солнечные лучи заливали гостиную, отражаясь от белых стен и светлого дерева мебели. Воздух пах свежесваренным кофе, ванилью и красками. Дрим, в светлой футболке и мягких спортивных штанах, хлопотал на кухне, помешивая что-то в кастрюльке. Его лицо было спокойным, умиротворенным, сияющим внутренним светом. На диване, устроившись среди разноцветных подушек, сидел Инк. Его каштановые волосы были небрежно собраны в маленький хвостик, на коленях лежал открытый блокнот, куда он что-то быстро набрасывал карандашом. Янтарные глаза то смотрели на Дрима, то возвращались к рисунку. Рядом с ним, буквально ерзая на месте, сидел Свап. Его светло-русые волосы торчали в разные стороны, голубовато-зеленые глаза искрились неиссякаемой энергией, а веснушки на носу и щеках казались еще ярче от возбуждения. Он не мог усидеть на месте – то подпрыгивал, то перебирал ногами, то хватал со стола печенье. – Итак, – громко начал Свап, крошки печенья летели во все стороны. – Я решил! Сегодня я делаю тосты с авокадо! Прямо как в том кафе! Я купил самый спелый авокадо, хлеб с зёрнышками, и... и кунжут! Дрим, я правда купил кунжут? Кажется, да. Где он? – Он начал озираться по сторонам. Дрим обернулся, улыбаясь. –В шкафчике над раковиной, Свап. Синяя баночка. И да, авокадо отличный. Только не забудь его аккуратно размять. Вилкой. Не кулаком, как в прошлый раз. – Ха-ха! – засмеялся Свап, уже мчась к шкафчику. – Это было эпично! Зеленое месиво по всей стене! Но я научусь! Я же научился яичницу делать? Почти не поджигать! Инк оторвался от блокнота, его янтарные глаза с любопытством наблюдали за Свапом. –Ты напоминаешь мне персонажа манги, Свап, – задумчиво произнес он. – Того, что вечно врезается в стены и оставляет за собой шлейф разрушений. Только вместо силы у тебя... гиперактивность. И желание накормить всех тостами с авокадо-катастрофой. – Он ухмыльнулся своей шутке. – Эй! – Свап обиженно надул губы, но тут же рассмеялся. – Это не катастрофа! Это... кулинарный эксперимент! А персонаж манги – это круто! Я бы хотел быть сильным! Как в зале! Хотя масса... – он сокрушенно посмотрел на свои бицепсы, – упорно не хочет расти. Но я не сдамся! Дрим поставил перед Инком чашку дымящегося кофе. –Вот, как ты любишь. Крепкий, без сахара. – Он сел рядом. – А что рисуешь? Инк показал блокнот. Набросок был динамичным, хаотичным: силуэт Свапа в прыжке, разлетающиеся крошки, кастрюльки на плите, солнечные зайчики на стене. –Хаос утра в квартире Солнечного Принца, – объявил он с пафосом. – С элементами кулинарной авантюры. Твоя спокойная энергия, Дрим, – он кивнул на хозяина, – тут как стабилизирующий центр вселенной. Островок умиротворения посреди энергетического шторма по имени Свап. – О, это про меня! – Свап, уже разминавший авокадо с невероятным энтузиазмом (и брызгами), обернулся. – Я шторм! Класс! Нарисуй меня с молнией в руке! Или... или с тостером-мегаустановкой! – С тостером-мегаустановкой, пожалуй, – серьезно согласился Инк, делая новый набросок. – Она идеально впишется в твою эстетику разрушения кухонного пространства. Дрим рассмеялся, его синие глаза искрились весельем. –Не разрушишь, Свап? Обещаешь? Иначе мы останемся без завтрака. – Обещаю! – торжественно заявил Свап, махая вилкой. – Сегодня будет идеально! Я чувствую! Смотри, Дрим! Консистенция почти как у тебя! – Он показал миску с довольно аккуратно размятым авокадо. Дрим подошел, заглянул. –Отлично, Свап! Видишь, прогресс! Теперь соль, перец, чуть-чуть лимонного сока... Давай, я покажу. – Он мягко взял у Свапа миску и начал добавлять специи, объясняя пропорции. Свап внимательно слушал, его гиперактивность на мгновение сменилась сосредоточенностью. Инк наблюдал за ними, его карандаш замер. Он смотрел на Дрима – на его терпеливые движения, на теплую улыбку, на свет, исходящий от него. Потом взгляд скользнул на Свапа, на его искренний восторг и старание. В янтарных глазах Инка мелькнуло что-то сложное – не насмешка, а скорее... отстраненное наблюдение художника, фиксирующего редкую гармонию. Он снова начал рисовать, но теперь линии стали мягче, светлее. Запах подрумяненных тостов смешался с ароматом кофе. Свап с гордостью разложил свои творения – тосты с аккуратным слоем авокадо, посыпанные кунжутом. Они были не идеальны, но явно лучше прежних попыток. – Ну? – с надеждой спросил он, смотря на друзей. Дрим взял тост и откусил. –Вкусно, Свап! Правда! Очень хороший вкус. Инк тщательно прожевал свой кусок. –Да, – заключил он после паузы. – Съедобно. Даже хорошо. Прогресс налицо. Хотя... – он посмотрел на крошки, рассыпанные Свапом по столу, – эстетика подачи все еще требует работы. Но как содержание – вполне приемлемо для второстепенного персонажа в кулинарной сцене. Свап сиял, не обращая внимания на последнее замечание. –Ура! Я сделал это! Следующий шаг – твой фирменный пирог, Дрим! Я научусь! Я все смогу! Смех друзей наполнил солнечную комнату, такой же светлый и беззаботный, как сам Дрим в своем мире, далеком от теней базы и ледяных взглядов Кросса. Здесь царили свои законы – дружбы, поддержки и неистребимого, хотя и хаотичного, оптимизма Свапа.