Часть 30. Два месяца
14 августа 2025 г., 20:05
Пребывание Гарруса в Туринской Академии Спектров оказалось совсем не таким, как он ожидал. С тех пор как в ряды галактического общества влилась новая раса, многое изменилось. Прошло всего два месяца, но всё, что было связано с Шепард чувствовалось так, словно это было в другой жизни. Теперь он стоял напротив азари-коммандос, одной из тех, кого Турианская Иерархия спонсировала для обучения лучших специалистов по рукопашному бою. Её отряд проводил время с Альянсом, обучаясь у людей. Одни из немногих инопланетян, которым было разрешено посетить Землю. Если он правильно понял статью (каждый вечер перед сном он просматривал экстранет в поисках новостей, надеясь, найти какие-нибудь материалы о Шепард), то Землю посетили отряд коммандос, охранницы- коммандос, Совет и несколько послов, включая посла Зору.
Гаррус очистил разум от всех мыслей и закрыл глаза. Ему не удавалось полностью избавиться от мыслей о Шепард, но он мог отогнать их на несколько секунд. Достаточно, чтобы открыть глаза и...
И рука коммандос оказалась там, блокировав его выпад.
— Неплохая попытка, Вакариан, — сказала азари.
Он попытался снова, и она начала кружить вокруг него, блокируя каждый его удар. Если он планировал нанести удар сбоку, она выставляла предплечье сразу после того, как мысль превращалась в действие. Если он видел брешь с другой стороны, она закрывала её прежде, чем он успевал пошевелиться.
— Я знаю, что турианские военные уделяют много времени тренировкам новобранцев в рукопашному бою, так что тебе придётся постараться.
Он бы так и сделал, но последние несколько недель его мысли были заняты другим. Неужели он уже заржавел? До сих пор ни один из его спарринг-партнёров в Академии не мог бросить ему настоящий вызов.
Он кружил вокруг неё, внимательно следя за каждым её шагом. Её задача состояла не в том, чтобы одолеть его, а в том, чтобы проверить, сможет ли он перехитрить врага, и она отлично справлялась с этой ролью. Он изо всех сил старался не смотреть в её зелёные глаза. Они напоминали ему о Шепард, как и её характер и то, как она ждала его, провоцируя на любые действия, которые могли бы дать ей возможность обезоружить его.
— Кто вас обучал? — спросил он.
— Военные моего народа. А в последнее время — Альянс. Вы удивитесь, узнав, чему они научили нас за такое короткое время. Когда видите их лучших бойцов, создаётся впечатление, что продолжительность их жизни гораздо больше. Не удивлюсь, если через пару лет у них появится свой Спектр.
Гаррус поморщился при упоминании Альянса. Ему был известен ответ, но не понимал, почему ему так хотелось услышать это от неё.
Турианская Академия Спектров привлекала лучших преподавателей, включая азари. Их внешнее сходство было поразительным, но Гарруса больше впечатлило признание инструктора в том, что люди — грозные противники в рукопашном бою. Немногие удостоились чести провести время с Альянсом, чтобы познакомиться с подготовкой, которую проходят их лучшие бойцы. Несколько азари-коммандос остались на Земле в качестве охраны высокопоставленных чиновников. Этот жест был проявлением доверия со стороны Тевос. И люди ответили на это, обучив некоторых инопланетных бойцов основным навыкам рукопашного боя.
Никого не удивило, что маргинальные группы различных рас галактики просочились в СМИ, поливая грязью человечество. Их интеграция произошла быстрее, чем у любого другого вида в истории. Несмотря на то, что подавляющее большинство известных обитателей галактики приветствовали объединение, многие высказывались о том, что подготовка к сражениям как с представителями других рас, так и против них, остаётся негласной необходимостью. Поэтому, как и все остальные виды, люди изучали вооружённые силы, стили ведения боя и тактики друг друга.
Он следил за всеми новостями, касающимися человечества, и за тем, как они приспосабливаются к своему новому положению. Благодаря новостям из экстранета он знал, как обстоят дела у Шепард. Оказаться одним из двух выживших людей после резни на планете, где о существовании человечества знали на протяжении многих лет, было нелегко. Негативный осадок этой истории заключался в том, что многие были недовольны тем, что турианцы скрывали людей. В результате поднятого шума, человечество оказалось в центре внимания, что также негативно повлияло на общественное мнение, ведь большинство считало, что другие расы заслуживают большего внимания за годы членства в галактическом сообществе.
Цитадель всё ещё была небезопасна для людей, как и Палавен. Даже общение с человечеством было ограничено Советом и послами. Он надеялся, что сможет связаться с Шепард, просто чтобы узнать, как у неё дела, и сказать, что он скучает по ней. Когда он попытался связаться с ней через несколько дней после её ухода, связь с инструметроном, который она оставила себе, прервалась.
Через неделю после этого он наконец-то получил место в Академии Спектров.
Он следил за новостями с того дня, как «Нормандия» покинула Палавен. Совет направил часть своих военных сил для охраны Земли. Их корабли ждали, когда затаившиеся угрозы дадут о себе знать. Эта защита также позволяла переключаться между задачами. В Солнечную систему были отправлены технические специалисты, чтобы начать устанавливать специальные технологии и прокладывать маршруты, которые соединят человечество с остальной частью галактики. Гаррус надеялся, что после этого сможет связаться с Шепард. Если она вообще сможет ответить. Может быть, она слишком занята? Кто знает, что ей разрешили увидеть благодаря новому допуску. Возможно, она узнала больше подробностей о том, что сделали турианцы, обнаружившие первых людей. В конце концов, он получал информацию только из вторых рук. Теперь, когда история стала известна, ей могли предоставить доступ к официальным документам.
Он был прав, когда попрощался с ней, но от этого не становилось легче.
Гаррус резко обернулся, когда двери тренировочного зала открылись. Встретившись взглядом с вошедшим в зал примархом, спарринг-партнёр повалила его на землю. Он с глухим стуком ударился о маты. Несколько месяцев назад это было бы больно, но после ухода Шепард всё стало казаться тусклым.
— Гаррус, сосредоточьтесь, — сказала коммандос.
— Я сдаюсь, — спокойно ответил он. Она отошла в сторону, и он поднялся на ноги. — Я не думал, что вы собираетесь меня атаковать.
Она ухмыльнулась и скрестила руки на груди.
— Вы потеряли бдительность, пришлось преподать вам урок, — она подняла руку и постучала двумя пальцами по его виску, задержав прикосновение дольше, чем нужно, и сказала: — Прекратите летать в облаках. Ментальная концентрация важнее физических навыков, а вы тренировали только одно из двух. Тренируйте и то, и другое.
Примарх подождал, пока коммандос закончит говорить, и спросил:
— Не возражаете, если я поговорю с ним несколько минут?
— Конечно, — она улыбнулась Гаррусу на прощание, задержав на нём взгляд, как и её прикосновение. Ходили слухи о его отношениях с пленённой женщиной, и, похоже, она могла их слышать. К счастью, примарх постарался пресечь эти слухи. Ради него и Шепард.
— Я думал, ты ненавидишь это место, — Гаррус помассировал затылок, где пульсировала боль, и плюхнулся на скамейку в углу зала.
Тренировочный комплекс для кандидатов в турианские Спектры был оборудован по последнему слову техники, но этого нельзя было сказать, глядя на небольшой тренировочный зал, в котором едва хватало места для скамеек по бокам, больших красных матов в центре и единственного окна от пола до потолка, выходившего на Ципритин с противоположной от двери и скамеек стороны. В турианской культуре спарринг считался искусством. Будучи прирождёнными хищниками, турианцы преуспели в ближнем бою и много тренировались, когда служили в турианской армии. Этот опыт не шёл ни в какое сравнение с методами, которые они применяли в Академии Спектров.
Находясь здесь, важно было сосредоточиться на спарринге. Сегодня ему это не удалось.
— Напротив, я считаю, что это место учит наших лучших солдат оттачивать свои навыки. Мне только не нравится, для чего они их оттачивают. Я предпочитаю судить по справедливости. Спектры выносят правосудие по другим критериям.
Гаррус отпил воды из бутылки, стоявшей рядом с ним, и спросил:
— Так о чём ты хотел поговорить? — он старался говорить спокойно. Отец никогда не навещал Гарруса по каким-то пустякам, это всегда было что-то серьёзное.
— Это насчёт Артериуса.
— Что насчёт Артериуса? — Гаррус сжал кулаки, чтобы подавить раздражение, которое копилось в нём месяцами. Было трудно притворяться, что всё в порядке, когда он чувствовал себя так, словно от него оторвали половину. Каждая клеточка его существа скучала по Шепард. В ночь перед её отъездом он притворился спящим, думая, что ему нужно выглядеть так, будто он может жить с тем, к чему он её подтолкнул. Во сне она дала ему обещание, которое, как он был уверен, она не сможет сдержать, но больше всего на свете он надеялся, что она говорила искренне.
— Совет восстановил его статус Спектра. Я подумал, что тебе стоит узнать это от меня.
Гаррус вскочил со скамейки.
— Восстановил?! Они что, не понимают, что именно из-за него команда Шепард…
— Шепард попросила, чтобы его восстановили в должности.
Гаррус замер на месте, уверенный, что ослышался из-за бешеного стука собственного сердца.
— Шепард попросила об этом?..
Примарх кивнул.
— Совет ограничил некоторые… привилегии его статуса, — он оторвал взгляд от пола и посмотрел на Гарруса. — Это был дипломатический ход с её стороны. Благодаря этому античеловеческие настроения могут ослабнуть. Хотя мне не нравится, как действует Артериус, Совет не возражал против его методов до тех пор, пока не появилась команда Шепард.
— Можно подумать, что убийство входит в список их угрызений совести, — ответил Гаррус.
Он забыл о своём гневе ровно настолько, чтобы насладиться мгновениями тишины перед тем, как примарх произнесёт то, что собирался сказать. Шепард, в своей неизменной доброте, нашла в себе силы простить турианца, который убил её команду и чуть не убил её саму. Если бы только от этого у него не болело в груди ещё сильнее, чем раньше. Он мог злиться сколько угодно, но она всё ещё была там, выполняя важную работу. Это должно было что-то значить. Если она могла видеть достаточно ясно, чтобы попросить вернуть Артериусу статус Спектра, то, конечно, он должен был сделать что-то значимое. И он больше не был уверен, что самое значимое, что он мог сделать в данный момент, — это тренироваться, чтобы получить шанс стать Спектром.
Нет. Он заслужил это своими заслугами и служением обществу, которое в нём нуждалось. Академия Спектров была не единственным способом для турианца стать Спектром, но самым эгоистичным.
Примарх продолжил говорить, возвращая Гарруса в реальность. Он прогнал из сознания её образ. Она исчезла, словно выключенный голографический экран, превратившись в тонкую полоску пустоты. Теперь он видел только зал для спарринга и примарха.
— Артериус будет обучать кандидатов в Спектры.
Гаррус медленно моргнул.
— Где?
— Здесь. Это будет что-то вроде испытательного срока.
— У тебя остались связи в СБЦ? — Гаррус взял со скамейки бутылку с водой.
— Конечно.
— Хорошо, скажи им, что мне нужна работа, — он покинул тренировочный зал, оставив примарха одного.
Неделю спустя он покинул Палавен.
Если Цитадель однажды станет местом, где сможет поселиться человечество, он потратит всё своё время на то, чтобы оно стало для них безопасным. После долгих лет, в течении которых он мечтал стать Спектром, решение далось ему легко из-за того, что Спектр-изгой чуть не убил женщину, которую он любил.
В тот день, когда он прибыл на Цитадель, впервые за долгое время он ощутил всепоглощающее чувство умиротворения, вызванное его новой целью в жизни.
