Оттенки чувств

В сером небе повисли тучи, словно давящие на город своим грузом. Первые капли начинают падать, стуча по асфальту, создавая ритм, который смешивается с сердечным безумием повседневной жизни. Люди, спешащие по своим делам, укрываются под зонтами, но некоторые всё равно замачиваются под холодным, пронизывающим дождём. Старинные здания, утопающие в зелени травы и влажных камнях, кажутся ещё более загадочными. Лужи на тротуарах отражают не только мир вокруг, но и внутренние переживания Чуи, который пытается понять, как вписаться в новый город. Капли стекают по стёклам, напоминая о непрекращающихся мыслях и чувствах, которые он не может контролировать. Курсивное журчанье воды, смешанное с ветерком, приносит запах свежей земли и мокрого асфальта через открытое окно на кухне. Каждая капля напоминает о выборах, которые предстоит сделать, о страхах, которые надо преодолеть, и о том, как сложно бывает открыться перед новым классом и людьми в городе, которые поют под дождём. — Чуя, — окликнул рыжеволосого мужчина и, отрезав небольшую часть яичницы, закинул ее в рот. — Я понимаю твое недовольство, но нам стоит жить дальше, несмотря на то, что произошло. Мне тоже не хватает мамы, но... — И поэтому мы переехали сюда из-за твоей новой гребаной должности?! — воскликнул парень, с грохотом бросив свою вилку в тарелку с недоеденным завтраком. — За несколько дней до начала одиннадцатого класса ты просто поставил меня перед фактом, что нам придётся переехать на другой конец страны, — потарался успокоиться Чуя, но нервы были на пределе. — С похорон мамы ещё даже года не прошло. Как ты думаешь я себя сейчас чувствую? Отец настороженно посмотрел на того поверх своих очков. Он не мог винить сына в таком поведении, ведь полностью понимал его боль. — Чуя, не стоит делать из лужи цунами, — нерешительно начал мужчина, теребя дужку очков. — Я долго ждал это повышение и твоя мама была бы рада, если бы ты не скорбил о потере всю жизнь, а наоборот начал свою жизнь заново, а новый город - это хорошее начало. Нервы рыжего больше не выдерживали. "Как? Как он может говорить такое?! Ему как будто бы всё равно на её смерть!" — мысли Накахары кружились в голове, как хмурые тучи над городом, а в голубых глазах, которые ещё буквально год назад сияли, словно безоблачное и лазурное небо, закрался серый оттенок, делающий их холодными и пустыми. — Для тебя всё так просто... — тихо вымолвил тот и, не произнеся ни слова больше, резко встал из-за стола и быстрыми шагами направился к входной двери дома. Чуя моментально натянул свои чёрные кроссовки, да и весь сам он был одет в черную одежду, будто все еще принимая цвет траура: толстовка без каких-либо рисунков или надписей с капюшоном, скрывающим его ярко-рыжие, как горящий огонь, волосы от холодных капель осеннего дождя, широкие брюки, которые ветер обдувал туда-сюда, кожаный ремень на уровне торса, так как его талия была достаточно узкой, и в таких сильных порывах ветра штаны могли бы запросто упасть. А вообще по внешности он был очень хорош собой: красивая фигура, какую нечасто можно встретить, волосы, пылающие пламенем костра с оттенком корицы и заплетённые в небольшой высокий хвостик, маленький аккуратный носик, скулы у него были не очень выразительные, как у многих парней его возраста, а глаза были серо-голубые, прямо как непредсказуемое небо: то оно пасмурное с кучей туч, поливающий город, то ярко-голубое, где сияет солнце, согревая землю своими лучами, но после смерти матери такого неба в его глазах перестало быть видно. Как бы ни старался отец его растормошить и увидеть улыбку сына, всё было бессмысленно. Только вот роста, видимо, ему не досталось... Он всегда был ниже всех своих одноклассников, ну с этим уж ничего не поделаешь. Именно из-за роста он никогда не мог найти себе девушку, ведь почти всегда они были намного выше него. В прочем, Чуя и не расстраивался. Это не было целью его жизни. Напротив, он хотел начать отношения как можно позже, смотря по опыту его друзей из прошлого города. То их девушка слишком уж самовлюблённая и не обращала на парня внимания, то вечно недовольная чем-то, то жадная. И все их такого рода проблемы выслушал именно Накахара, словно их личный психолог. После таких рассказов голубоглазый теперь уж точно не спешил с девушкой, как бы это не нравилось его отцу. Там, где он раньше жил, у него было много друзей и подруг, и каждый из них был для Чуи очень ценным и самым лучшим, ведь они всегда поддерживали его, когда случались такие горестные ситуации, и парень был им очень благодарен за это. "Может, конечно, я и найду здесь пару друзей, но замены им не будет никогда" — думал рыжик и за круговоротом своих озабоченных мыслей не заметил, как ноги принесли к супермаркету. Папа как раз, когда они только приехали, сказал ему купить продуктов, а то в холодильнике было шаром покати. В течении часа он ходил по большому продуктовому и сосредоточенно рассматривал этикетки, выбирая только качественную и свежую пищу. Наконец, накидав всё в свою тележку, которая была забита почти до конца, он рассчитался на кассе и направился к прозрачным раздвижным дверям, в одной руке сжимая два увесистых пакета, а в другой — телефон с открытой картой местности, потому что голова вновь была занята обдумыванием наиболее короткого маршрута до дома. Но вдруг на выходе кто-то толкнул Накахару в плечо, причем с большой силой. Чуя, обернувшись, наткнулся на тяжёлый взгляд янтарных глаз молодого брюнета. Наступив на свой же шнурок, у рыжеволосого подкосились ноги, и, не удержав равновесие, он шлепнулся на задницу, рассыпав часть продуктов. "Удача явно не на твоей стороне блять, Чуя" — подумал тот. Внезапно виновник его случайного падения присел на корточки, потянувшись к одному из выпавших алых, словно яркий рубин, яблок. Поспешно поднявшись на ноги, Накахара ожидал извинений от незнакомца и предложения о помощи, однако брюнет вместо этого ухмыльнулся акульей улыбкой и откусил от яблока большой кусок. Голубые глаза расширились от такого поведения. — Тебя родители не учили хорошим манерам?! Убери свои грязные руки! — воскликнул Чуя так громко, что некоторые люди обернулись на его крик. В шоколадные глаза пробрался оттенок разъярённости от слов рыжего, а тёмные густые брови взметнулись от вспышки гнева, образуя несколько глубоких морщин, а тонкие губы, на которых засохла кровь, сжались в плоскую линию и в тот же момент голубоглазый пожалел о сказанных словах, ведь этот парень был еще и выше его на голову. Чуя фактически паралезовало от выражения лица кареглазого. Оно выглядело до жути мрачным и пугающим. Открыв рот, рыжик окончательно растерялся, потому что в этот миг телефон нетерпеливо завибрировал в его ладони. "Папа как обычно в самый "подходящий" момент!". Он собирался ответить, как вдруг крупная мозолистая ладонь обвила запястье Накахары, слегка надавив на выступающую венку, а пульс с шумом торнада поразил виски. Ладони взмокли. От неожиданности телефон выпал из рук, так же, как и сердце рыжеволосого, рухнувшее с отвесной скалы в темную неизвестность. Болезненный взгляд брюнета, просто убивающий изнутри, грубое прикосновение. Пульс Чуи мотало как под ударами тока. Голубоглазый хватал пересохшими губами воздух, ставший в миг вязким, цепляясь пальцами свободной руки за ткань своих брюк. Парень потянулся за все еще звонящим телефоном, чтобы ответить наконец на входящий звонок отца, однако его мучитель лёгким движением пнул устройство к самому выходу. — Отпусти! — прошипел Накахара, ели выдерживая безумный взгляд шоколадных глаз. — Ой, прости, забыл помыть руки, коротышка, — ухмыльнулся кареглазый, сдувая со лба несколько каштановых прядей возле глаз. Незнакомец усилил нажим, отчего нежная кожа на запястье рыжеволосого порозовела. Брюнет тихо рассмеялся, не переставая глазеть на парня. — Мне больно, придурок... Прищурившись, кареглазый еще раз несколько раз покусал яблоко, а потом так резко отпустил руку, что Чуя еле удержался на ногах. Выпрямишись, обидчик посмотрел на того, как кот на серого мышонка и унёсся прочь, бросив рыжика посреди рассыпавшихся продуктов и битого стекла от бутылок. Весь вечер Накахара не находил себе места, постоянно проигрывая в своей голове неприятные события этого дня. "Этот парень вел себя как полный психопат!". След от шершавых пальцев брюнета до сих пор "украшал" запястье голубоглазого, только из красно-розового кожа обрела оттенок спелой сливы. "Брр. И угораздило же меня. Еще и в первый день, сука!" Сперва, он даже хотел пожаловаться отцу, но так как тот не торопился домой, решимость Чуи поубавилась. Приготовив на скорую руку ужин: тосты с сыром и ветчиной, парень поднялся в свою комнату. Вообще, дом его вполне устраивал. Это был двухэтажный коттедж из красного кирпича. Его комната была на втором этаже, и пока что рыжик не успел ее до конца обустроить, конечно, мебель такие как кровать, шкафы стояли, но вещи он не успел разобрать, так как они с папой прилетели в два часа ночи и Чуя почти сразу же лёг спать, ну а утро... Прошло не очень гладко, поэтому на его белоснежном ковре стояли полные коробки вещей. Сегодня он только разобрал свой рюкзак, потому что завтра уже было первое сентября и нужно было собрать учебники, которые выдали его отцу неделю назад, когда он выбирал сыну школу. Ну, а Накахара в то время еще был один в квартире, которую и до сих пор считает его настоящим домом. Да, конечно, частный дом - это круто, но тот уют, который держался в той небольшой квартирке никогда не будет заменен. Сегодня он решил лечь спать пораньше, чтобы не быть сонным на линейке в новой школе. Приняв душ и натянув на себя пижаму: тёмные шорты и футболку, парень расстелил постель, однако его внимание привлекли звуки музыки и оживлённые голоса за окном. Выйдя на балкон, Чуя обнаружил, что во дворе соседнего дома проходят какая-то вечеринка. Разместившись вокруг костра, парни и девушки пели песни под гитару и жарили шашлыки на мангале. Во всех комнатах дома кипела активная деятельность и горел свет. "Блеск! Я, конечно, люблю громкую музыку, но не в одиннадцать же часов ночи!" Помучившись какое-то время, зажимая голову подушкой, парень вновь поднялся, решительно хлопнув балконной дверью. Приподнявшись на носочках, он перегнулся через перила, стараясь отыскать кого-нибудь из взрослых. Увы и ах. Кроме разнузданной молодежи на территории просторного двора никого больше замечено не было. Рассматривая гостей, взгляд рыжика остановился на парочке, разместившейся прямо под его балконом. В глубоких сумерках он мог различить лишь силуэты. Девушка с распущенными длинными волосами восседала на коленях у накаченного парня, тесно к нему прижавшись. — Кхе-кхе, я прошу прощения! Ноль реакции. Вернее, реакция всё-таки последовала — они начали так жадно целоваться, будто сейчас сожрут друг друга, а завывания под гитару лишь усилились. — Эй, вы! — воскликнул Накахара уже громче первого раза. — Можно потише! На этот раз его посыл был всё-таки услышан. Не разрывая поцелуй, девушка вытянула руку, адресовав Чуе неприятный жест. "Идиотка несчастная! Хотя, выглядит она вполне до омерзения счастливой лобзаясь с качком, который с большой вероятностью тупой как пробка," — думал тот. — Последнее китайское предупреждение! — покачал голубоглазый головой, поражаясь их наглости. "А мы ведь могли бы стать хорошими соседями. Но куда уж там... С таким то наплевательским отношением." Вернувшись в свою спальню, Накахара набрал отцу, который был на своей работе. У его отца была крупная компания, где он работал одним из главных сотрудников. Сын никогда не углублялся в его должность и чем он там занимается, ему на это было глубоко наплевать. — Чуя, прости, с очень большой вероятностью, сегодня заночую под завалами документов, — услышал тот усталый голос через телефон. — Ты ведь без ужина? — запрокинув голову, парень прислонился спиной к прохладному стеклу окна. — Заказал суши. А у тебя как дела? Почему не спишь? — Как раз собираюсь ложиться... — отключившись, он взял большое ведро, наполнив его водой. Правда быстро передумал, решив использовать в качестве оружия возмездия ведерко поменьше. "Пора бы найчить кое-кого хорошим манерам." Вернувшись на балкон, Накахара подавил вздох, обнаружив, что к завываниям гитаристов из открытых нараспашку дверей дома добавились ударные и тяжелые басы, будто бы ему на зло. — Ребят, ну серьезно, уже почти полночь! Давайте решил все мирно. Мне рано вставать... Игнор. Причем полный. Послужил Чуе ответом. Парочка внизу была так увлечена друг другом, что вряд ли вообще что-то слышали. — Ну, я вас предупреждал! — приведя оружие массового уничтожения в боевую готовность, рыжеволосый опрокинул ведерко им на голову. — ЧТО ЗА?! — девушка подпрыгнула и, сыпля матами, устремила на голубоглазого убийсивенный взгляд. Наконец, Чуя смог рассмотреть ее лицо: симпатичная шатенка с аккуратным вздёрнутым носом смотрела недобро, расчёсывая пальцами слипшиеся пряди. — Скумбрия, он совсем берега попутал! "Скумбрия? Пфф, чё ещё это за рыбеха?" Вдруг луна вышла из-за облака. Она осветила лицо парня, которое всё это время находилось в тени. На его губах блуждала улыбка. Их взгляды встретились и пульс рыжика с бешенной скоростью полетел вниз. Цепляясь пальчиками за прохладные перила, он задыхался на лихих виражах, ведь на него, не мигая, смотрел тот, кто сегодня уже заставил сердце биться неровно. — Скумбрия... - прерывисто повторил Накахара, всё еще не решаясь велезти из под обжигающих кожу струй воды в душе. К его стыду, после применения "оружия массового уничтожения" он позорно капитулировал, закрывшись в ванной. Он поверить не мог... Его безумная улыбка и яркие губы, все еще припухшие от поцелуя с шатенкой, отчетливо выделялись залитой лунным светом кожи. "Похоже этот придурок стал моим проклятием!" Подставив лицо под упругие струи воды, рыжеволосый молился, чтобы эта рыбина оказался всего лишь гостем вечеринки, и на этом их случайные столкновения закончились. Чуе не хотелось даже думать, что своим глупым импульсивным поступком он лишь усугубил ситуацию, и хулиган с проникновенными ореховыми глазами теперь знает, где он живет. Потерявшись во времени, голубоглазый всё ещё сидел в своем скромном укрытии на холодном кафельном полу, прижав ноги к груди и, опустив свою голову на колени. После смерти мамы ванная стала местом, где он частенько прятался от всего этого мира. Шум воды мог помочь расслабиться и вымести из головы все лишние мысли напрочь. В самые трудные дни парень мог просто сидеть там часами, бездумно глядя в потолок. Его отец из-за этого даже консультировался с психологом, но мозгоправ успокоил того, объяснив тягу Накахары к водным процедурам собственным способом уйти от реальности. Однако, пора было возвращаться на нашу бренную землю. Закрыв воду и повесив душевую лейку на место, он насухо вытерся, расчесав влажные слегка вьющиеся волосы на прямой пробор, и заплёл их в его привычный маленький хвостик. Натянув обратно свою пижаму, рыжий осторожно вернулся в свою комнату. К его удивлению из открытого окна больше не доносилось ни единого звука. На цыпачках, парень вышел на балкон, сразу же вздрогнув от прохладного и порывистого ветерка. Он ошарашенно посмотрел на пламя затихающего костра. Все гости видимо разошлись. — Доволен? — где-то по близости раздался звонкий смех. Повернув свою голову, Чуя напоролся на душераздирающий прямой взгляд. Брюнет сидел на ветке дерева, прямо напротив балкона Накахары, и не отводил взгляда, словно осматривая свою жертву. По пояс обнаженный, в одних черных джинсах с прорезями на коленях. Рыжеволосый, сжав костяшки с такой силой, что побелели фаланги, не мог отвести взгляда. — Коротышка, — карие глаза со смешинкой на дне, казались почти темными и пугающими. Чуя не хотел в них смотреть, но и отвернуться не мог: тело будто бы связали невидимыми путами, а в горле образовался огромный ком. Будто под гипнозом, рыжик внимательно его рассматривал, стараясь отыскать недостатки, однако, кроме очевидного скверного характера, внешне кареглазый был чертовски хорош собой. Блестящие темные волосы парня были подстрижены в модную стрижку с выбритыми висками и слегка удлинёнными прядями на затылке. Скользнув взглядом ниже, Накахара уперся глазами в мускулистую грудь и мощные плечи. Накаченные руки были забиты пугающими черно-синими татуировками. Вновь вернувшись к красивому безразличному лицу, голубоглазый попытался прикинуть сколько лет его новому соседу. "Выглядит он гораздо старше меня. Да и девушка, с которой он обжимался, явно тянула на студентку второго-третьего курса." — рассудил Чуя, всё ещё не сводя с того своих лазурных глаз. — Ты живешь один? — кашлянул рыжеволосый, в ожидании ответа. Брюнет покачал головой в знак отрицания. — Твои родители уехали, и ты решил оторваться на всю катушку?! — старался произнести рыжий уверенно, потому что от соприкосновения с его взглядом внутри сотрясалась каждая клеточка тела. — Отдыхают далеко отсюда... — равнодушно и спокойно промолвил кареглазый. — Тебе повезло, что моего отца не было дома, иначе он бы сразу им настучал! — Не-а — прошептал он. — Но... — На том свете связь не ловит, — ухмыльнулся брюнет, пожав плечами. — Твои родители... Они... — Ага. Так что некому меня было научить хорошим манерам, коротышка. От его признания и раздражённого взгляда, устремлённого на Накахару, его поясницу прошиб холодный пот. "Теперь точно ясно, что добрососедства не выйдет. А моя фраза, брошенная в магазине, запустила маховик необратимых событий…" — Дазай, ну ты скоро? — тихий сахарный голосок заставил парней обернуться. Смазливая девчушка в мужской футболке на босу ногу появилась на пороге, недвусмысленно улыбаясь брюнету. — Иди в дом, я сейчас приду, — мягко вымолвил Дазай и прыгнул с ветки, бросая в сторону рыжеволосого ожесточенный взгляд. — Не переживай, я не из тех, кто воюет с маленькими глупыми мальчиками. Но если еще хоть слово вякнешь про моих родителей... Он оставил угрозу повисшей в воздухе и ушел в дом, громко хлопнув входной дверью.