Оттенки чувств

Чуя не сомкнул глаз этой ночью, а после непродолжительного утреннего сна, обернувшегося кошмаром с участием крупной рыбы, плавающей в его ванне, и вовсе оставил жалкие попытки выспаться, поспешив в душ под бодрящие струи ледяной воды. Зафиксировав серое полотенце вокруг талии, он уперся ладонами в края раковины, некоторое время узучая свое бледное сонное личико. Собрав рыжие волосы в хвостик, парень достал из шкафа заранее выглаженную форму: чёрные брюки и белоснежную рубашку, на которой не было ни единой складочки, завершив образ прилежного ученика. Только отличником Накахара не был. Вернее, учился на одни пятерки до класса восьмого, а потом попросту забил на учебу, а после смерти матери для него отметки, зубрежка и уроки вовсе потеряли смысл. Вдруг, Чуя вспомнил, что оставил вчерашнии сообщения своего лучшего друга – Ацуши, без ответа и потянулся к телефону. — Привет, Чуйка. Как настрой?! Вечером буду ждать подробный отчет!🙃 — Классного дня, шкет, обними всех наших. А я пошел на расстрел... Ой, точнее, в новую школу — Удачи, я уверен, что моя Чуйка не подведет. Срази их всех там наповал! Рассмеявшись, рыжий набрал еще десяток смайликов, и, отправив их Ацуши, потянулся к своему тайнику. Он уже успел оборудовать его в среднем ящике прикроватной тумбочки. Там лежало самое ценное, что он поклялся беречь всю жизнь, несмотря ни на что. Это был маленький плюшевый мишка, который ему подарила мама, когда ему было пять лет. Его талисман. Бросив игрушку в рюкзак, голубоглазый повесил его на плечо, поспешив вниз по лестнице. Парень рассчитывал позавтракать с отцом, однако на месте папы лежал сиротливый белоснежный кусок бумажки, на котором было написано: «Удачи в новой школе, Чуя! С самого утра важная встреча... Но вечером отметим» — И тебе удачи, папа... — покосившись на часы, Чуя решил не испытывать судьбу — не хотелось опаздывать в первый же день. Позавтракав хлопьями с молоком, он накинул чёрный осенний плащ и поспешил в школу. К счастью, расчёт оказался верным, и рыжик пришёл вовремя. Изнутри новое учебное заведение ничем не отличалось от его прошлого: расположение также напоминало букву «П», гардероб находился справа от входа, а дверь в столовую виднелась в конце коридора. «Хоть какое-то постоянство.» Остановившись около указанного в расписании кабинета, Накахара моментально притянул к себе вереницу любопытных взглядов. «Ну, еще бы, сменить школу в одиннадцатом классе накануне ЕГЭ – коктейль из слабоумия и отваги». — Привет, ты новенький? - поинтересовался статный блондин в очках. Его серые, словно пасмурное небо, глаза смотрели оценивающе. — Ага, — натянуто улыбнулся рыжеволосый. — Меня зовут Влад Лобанов. Я староста в этом змеепитомнике, — произнес он, продолжая осматривать Чую с ног до головы, будто изучая какую-то достопримечательность. — Если есть какие-то вопросы, то я с радостью отвечу. «Ну-ну, только сперва убьёшь взглядом, скинув мой хладный труп в ближайшую речушку. Судя по выражению его лица и языку тела, Лобанов был последним человеком, к которому я бы обратился за помощью», — думал Накахара, всматриваясь в холодные глаза старосты. — А это Данил с Ильей! — указал Влад на двух шатенов в чёрных толстовках, сидящих на подоконнике. Насмешливые и оценивающие взгляды его свиты лишь подтвердили опасения голубоглазого. «Нам вряд ли удастся подружиться. Ну и ладно, я ведь сюда не друзей заводить приехал. Нужно продержаться всего-то годик, а дальше…» Рыжий пока не решил, что дальше, потому что отец ни в какую не хотел слышать об обучении в другом городе. Прозвеневший звонок вывел его из транса. Отвернувшись от Лобанова и его свиты, Чуя поплёлся за новоявленными одноклассничками. Откровенно говоря, рыжик ожидал, что классная руководительница представит его коллективу, однако учительское место всё ещё пустовало, в то время как тот растерянно переминался с ноги на ногу, не зная, куда ему сесть. - Эй, новенький, иди сюда! - Накахара почувствовал, как кто-то потянул его за лямку рюкзака. Обернувшись, он увидел парня с покрашенными в светло-зеленый цвет волосами и смелой, очень короткой стрижкой. Его яркие зеленые глаза полыхали лукавым огнем, на губах играла заговорщическая улыбка — искренняя. — Садись, пока Злюковна не припёрлась... — зеленоглазый кивнул на свободное место рядом с ним за второй партой. — Злюковна? — недоуменно переспросил Чуя, вытаскивая блокнот с ручкой и кинув портфель на пол рядом с партой. — Ага. Нашу классную зовут Зинаида Зиновьевна, — объяснил тот. — Мы зовём её Злюка Злюковна, потому что она не женщина, а тираннозавр в юбке! — А тебя как зовут? — поинтересовался Накахара, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды вокруг. — Я Павел. Можно просто Паша, а тебя? — Чуя, — смущенно улыбнулся рыжеволосый. А вот и Злюковна… Классной оказалась высокая пожилая женщина средних лет в строгом, темно-сером костюме и очках в роговой оправе. Хлопнув дверью, Зинаида Зиновьевна обвела класс внимательным взглядом, наконец, сосредоточившись на лице Чуи. — Всех с первым сентября, класс. Сегодня у нас только классный час. Доставайте ручки и блокноты, коротко пройдемся по основным тезисам… — начала классный руководитель. — Но сперва, позвольте мне представить вам новенького. Чуя Накахара. Прошу любить и жаловать. Благо, экзекуция оказалась недолгой — вскоре Накахара вместе с остальными одноклассниками уже шуршал ручкой, записывая расписание и другие, по мнению их классной, архиважные вещицы. После этого вводного урока Паша предложил новенькому прогуляться, и рыжик поддержал эту идею. Вскоре они остановились около передвижного киоска с кофе и выпечкой в парке поблизости. К слову, не они одни решили взбодриться после нудного классного часа – Лобанов вместе со своей свитой оживлённо болтал с компанией девушек, которые, очевидно, тоже учились в их школе. — Два латте с корицей, пожалуйста, — протянул свою карту голубоглазый. — Я угощаю. — Спасибо, Чуя, — веснушчатое лицо зеленоволосого озарила довольная улыбка. — А то со всеми этими репетиторами в последнее время я что-то на мели… — Эй, новенький, Филатов! Идите сюда! — воскликнул Влад, кивнув в сторону оккупированной ими скамейки. — Ты хочешь? — напряженно поинтересовался Павел, наблюдая, как неторопливо бариста взбивает молоко для их напитков. — Не особо. Если честно, нет желания с ними сближаться, — пожал плечами Накахара, делая вид, что не расслышал старосту. — ЭЙ, ВЫ ЧТО, ГЛУХИЕ?! — позвал их блондин громче. Повернув голову, новенький напоролся на задумчивый взгляд карих глаз одной из девушек, на плече которой лежала голова Данила. Она была светловолосой, с копной таких блестящих выгоревших волос, будто в них запутались солнечные лучики. И очень привлекательной. Очень. — Новенький, забыл предупредить, моя мать – директор школы, так что лучше со мной не ссориться! — по акульи улыбнулся Лобанов, поманив Чую пальцем. «Да я и не собиралась ссориться. Но и общаться совершенно не хотелось», - крутил в мыслях тот, подходя к одноклассникам. Как показывает опыт, от таких самоуверенных ублюдков лучше держаться как можно дальше. Наконец, бариста протянула напитки, и они с Пашей, переглянувшись, всё-таки присоединились к компании молодёжи. — Всем привет! — поздоровался рыжий, лихорадочно придумывая повод поскорее смыться. Блондинка, на плече которой всё ещё висела башка Данила, кивнула, устремляя на новенького еще один чересчур внимательный взгляд. Две другие девицы не потрудились даже обернуться – так были увлечены общением с Ильей и еще каким-то незнакомым для Чуи парнем. — Вероника, — внезапно улыбнулась кареглазая, протягивая Накахаре руку. Улыбка казалось теплой, искренней, но глаза… Мрак, поглотивший ее радужку цвета темной плитки шоколада, выдавал тяжёлую утрату в прошлом. После смерти матери рыжеволосый каким-то невидимым радаром улавливал похожее эмоциональное состояние. — Чуя, — неуверенно и слегка смущённо пожал тот её крупную шершавую ладонь. Новенькому показалось, что Вероника сжала его руку чуть сильнее, чем положено, хотя он не особо разбирался в правилах рукопожатий. А вот Лобанов судя по всему разбирался – так не добро вдруг вспыхнули его глазки. — Ну, как тебе наша школа? Новые одноклассники? — еще сильнее прильнул к блондинке Влад. — Пока трудно понять, — пожал плечами голубоглазый. — Скучаю по старым друзьям... — Откуда ты переехал? — поинтересовалась Вероника. — Из маленького городка в западной Сибири. — Это там, где медведи по улицам ходят? — ухмыльнулся блондин. — Ага. Один даже жил у нас на заднем дворе вместо собаки, — саркастично промолвил Чуя. — Бросишь ему сухарик — он радуется и лапками своими машет! Вероника рассмеялась, а Лобанов лишь картинно закатил глаза. — Наверное, тяжело пока влиться? — голос девушки прозвучал серьезно и ровно. — Не то слово! — Накахара смахнул невидимую соринку. «Да уж, говорить под расстрельным взглядом старосты было непросто». — Если понадобится помощь... — сосредоточенный взгляд карих глаз блондинки всего на мгновение скользнул к губам рыжеволосого. — Дай знать – все порешаем! — Ну, ладно, ребят, нам пора… - легонько толкнув новенького локтем, вклинился Паша. — Счастливо! — вторил Чуя зеленоглазому. — Пока-пока, — пухлые губы Влада растянулись в ледяной усмешке. — И, новенький, помни, я наблюдаю за тобой... Хмыкнув, он еще что-то прошептал блондинке на ухо.

***

— Офигеть… — скрывшись за поворотом, Павел присвистнул. — Что такое? — перехватил его удивленный взгляд Чуя. — Ковалева с тобой разговаривала! — произнес тот таким потрясенным тоном, будто до этого момента блондинка была глухонемая. — И?! — вскинул бровь рыжик. — Она, конечно, крашиха, но после той истории очень замкнутая… — Ничего не понимаю! — Вероника Ковалёва учится в параллельном классе. Лобанов уже четвертый год бегает за ней. — А она? — А она больше интересуется книжками в библиотечке, чем Владиком! — воскликнул Филатов. — Так Влад и Вероника не вместе? — У Лобанова в мечтах! На деле парни толпами бегают за Вероничкой, а она вся такая холодная, как лед в стакане мохито. Даже разные слухи уже пошли… Но, судя по тому, как она оживилась во время разговора с тобой… — Паша сделал небольшую многозначительную паузу. — Ты сказал «после той истории»? Что произошло? Улыбка моментально сползла с его лица. Одноклассник громко вздохнул. — Только пообещай, что никому не скажешь? Не хочу выглядеть треплом… — Конечно! Я могила. Так что случилось? — ощутив сердцебиение где-то в горле, Накахара вспомнил её тяжелый и холодный взгляд. — Это случилось лет пять назад… В тот день Вероника возвращалась домой после какой-то там тренировки, но, услышав крики за гаражами, она пришла на помощь мальчишке, которого мучили обкуренные наркоманы. Но поражение, как ты понимаешь, с самого начало было неизбежно... Перед тем, как скрыться, подонки обчистили парнишку и пырнули ножом, а Ковалёву изнасиловали и жестоко избили. — Какой кошмар… — перебирал дрожащие пальцы Чуя. — А мальчик выжил? — Увы... — покачал головой Павел. — Скончался до приезда скорой. А Вероника... Она еще около года провалялась в больнице и ходила к психиатру. Когда она в восьмом классе после этого момента вернулась, она очень замкнулась в себе. Толком ни с кем не разговаривала. Училась хорошо, но устно не отвечала. Поэтому я, правда, удивился, когда эта молчунья заговорила с тобой… — Теперь понятно, — внезапно рыжеволосый почувствовал такую усталость, будто бы на его плечи навалились все проблемы этого насквозь прогнившего мира. Из его головы никак не шел образ девушки, вступившуюся в неравную схватку с подонками, напавшими на невинного ребенка. Она столько всего пережила... Наконец распрощавшись с новым другом, Чуя с неспокойным сердцем поплёлся домой. Весь вечер провозившись с ужином, парень рассчитывал поговорить с папой по душам, рассказать о своем первом дне в школе, расспросить его о новой работе, однако вопреки своему обещанию, отец так и не появился. Приняв пенную ванну, он тщательно высушил свои достаточно длинные до плеч непослушные волосы, завязав их в свой привычный хвостик и, натянув пижаму, решил перед сном подышать воздухом. Благо, сегодня было тихо. Накахара уже было собирался возвращаться к себе в комнату, как вдруг его внимание привлек хрипловатый женский смех. Повернув голову, в тусклом свете уличного фонаря рыжий обнаружил скумбрию, развалившегося с какой-то девчонкой на лежаке. Он не мог разглядеть её лица, однако судя по голосу, вчерашней подружке Дазай уже дал отворот и поворот…

***

— Доброе утро, сын! — отсалютовав Чуе чашкой с дымящимся кофе, мужчина, как ни в чем не бывало, уткнулся носом в планшет. — Доброе… — открыв холодильник, рыжик с досадой уставился на нетронутую курицу в маринаде, ради которой вчера весь вечер простоял у плиты. — Ты обещал праздничный ужин. — Ах, да! — отец комично стукнул себя по лбу. — Прости, Чуя. Я даже не ожидал, что будет такой аврал с документами! — Ясно... Ну, ладно! Мне пора, — бросив огрызок от яблока в мусорную корзину, парень схватил рюкзак, и, накинув плащ на плечи, поспешил из дома. Голубоглазый запоздало покосился на часы, когда, не дойдя метров десять до класса, его поприветствовал звонок, возвещавший о начале уроков. Влетев в двери класса по русскому языку, Чуя растерянно уставился на грозную учительницу в бесформенном мятом платье со старомодной химической завивкой на голове. — Так-так, а это должно быть новенький, — она язвительно усмехнулась. — Спасибо, что почтили нас своим присутствием, Накахара. Сразу видно как вы тянитесь к знаниям! Окинув класс рассеянным быстрым взглядом, рыжеволосый лишь виновато улыбнулся ей в ответ. — Прошу прощения! — испытал укол досады тот, обнаружив рядом с Пашей за первой партой незнакомую девчонку, которой вчера не было. Зеленоволосый одноклассник лишь смущенно пожал плечами. — Ну, хватит разлагать дисциплину! Вперед, на галерку, и с песней! — русичка сопроводила свою реплику тяжелым горловым смехом. «Обхохочешься…» Накахара не стал с ней спорить, устремившись на единственное свободное место за последней партой. Повесив рюкзак на спинку стула, парень быстро достал тетрадь и ручку, машинально кивнув своему соседу по парте. «Нет… Не может быть…» Изумленно глядя в насмешливые темный ореховые глаза, пальцы Чуи разжались, и ручка, отскочив от стола, улетела куда-то между рядов. Он услышал характерный стук каблука, а потом громкий треск. — Упс, случайно наступил, — донесся тихий зловещий смех. Не надо быть экстрасенсом, чтобы догадаться, кто «случайно» раздавил ручку. Лобанов молитвенно сложил ладони на груди. — Чу-уя, прости, — протянул тот с издевкой. «Ммм, а запасной у меня нет... А впереди еще шесть уроков, блять!» — Коротышка, — под пристальным взглядом Дазая щёки новенького, должно быть, пылали. Поспешно вытащив карандаш, Накахара принялся писать тему урока, как вдруг пальцы брюнета на миг коснулись его, а вместо карандаша в ладони оказалась стильная хромированная ручка, всё ещё хранившая тепло от кожи. — Будешь передо мной в долгу. Наконец, Чуя осмелился посмотреть на своего соседа по парте. Дазай в чёрном кардигане, надетом поверх голубой рубашки в полоску, и бежевых брюках, развалившись, сидел с вытянутыми в проход ногами. Он явно перерос и эту парту, и других одноклассников тоже. «Поверить не могу, что он все еще учится в школе!» — подумал рыжик, собирая мысли в кучу. — Спасибо, — пискнул тот, протягивая ему свой карандаш, однако спаситель, глянув на рыжеволосого со снисходительной усмешкой, лишь покачал головой. Дазай достал свой телефон и быстро что-то настрочил в нем. Спустя миг, девушка, сидящая в соседнем ряду, ослепительно улыбнулась, протягивая кареглазому ручку. «Охренеть сервис!!» Голубоглазый лишь раздражённо вздохнул, стараясь сосредоточиться на монотонной болтовне учительницы по русскому. К счастью, остаток урока прошел без каких либо происшествий. Брюнет больше не удостоил Накахару ни единым словом либо взглядом. Стремительно выполнив все задания, он, со скучающим видом, переписывался одновременно с двумя девушками, адресуя им одни и те же ответы. «Вот придурок! Так и подмывает отвесить какую-нибудь колкость по этому поводу, но... Эта вонючая скумбрия ведет себя так, будто я - пустое место. Пфф, не больно уж и хотелось...» — Чуя, пойдешь с нами в столовку? — прервал рыжего от мыслей Паша. — Кстати, познакомься, это Марина! Филатов кивнул на загорелую темноволосую девушку в черном платье с белым отложным воротником. — Очень приятно! Я только вчера вечером вернулась из Геленджика, — доброжелательно улыбнулась одноклассница, — Паша мне всё про тебя рассказал. Если хочешь, будем сидеть друг с другом по очереди?! — Взаимно, ребят! И спасибо за предложение, но я могу и один посидеть. — Я предлагаю вернуться к этому вопросу за чашечкой какао! — взяв парней под руки, деловито предложила Марина. В столовой казалось собралась вся школа. Здесь были и ученики средних, старших классов и учителя. С трудом отыскав пустой стол, они отстояли километровую очередь, наконец, вернувшись с полными подносами на место. — Ну, как первый день? — поинтересовалась девушка у Чуи, делая маленький глоток какао. — Да вроде неплохо… — вдруг рыжик напоролся на смеющиеся ореховые глаза. Спустя секунду Дазай перевел взгляд, сосредоточившись на лице длинноногой шатенки с распущенными волосами, сидящей рядом. Уткнувшись ей в шею, брюнет что-то прошептал девушке на ухо. Внезапно до Накахары дошло, что это та самая девушка, против которой он использовала свое водное оружие. «Хм, интересно, в курсе ли она, какая по счету у этого бабника?!» — Не смотри на него, как на этот пирожок, — загадочно произнесла Марина. — Ты о чем? — сглотнул голубоглазый, глядя как джем сочится из ароматной сдобы на пластиковую тарелку. — Я все видела! — одноклассница подмигнула. — Но тут без шансов даже у девушек, да и... — Не понимаю?! — Она про Осаму… — тут же включился Павел. — Забыл тебя вчера предупредить. Не сдержавшись, Чуя вновь устремился взглядом на рослого темноволосого парня, увлеченного разговором с девушкой из параллельного класса. Красивые. Стильные. Они слишком сильно выделялись из общей массы, приковывая к себе завистливые взгляды. — Эта скумбрия ещё та опасная рыбка в этом аквариуме, — добавил Филатов, понизив голос. — Что значит опасный?! — голубоглазый с такой силой сжал пирожок, что из него брызнул джем. — Ну, если не брать в расчёт, что он сам по себе ходячая угроза для неокрепшей психики, поговаривают, Дазай связан с криминалом. Ну по крайней мере его брат точно связан. — У него есть брат? — Ага, старший. Ты бы его видел. — Я думал, что Дазай один живет... — У-у-у… - осведомители Накахары загадочно переглянулись. — Ну-ка, колись, чего мы не знаем? — их глаза вмиг сделались размером с блюдца. — Эй, вы не поняли! Мы с этой скумбрией просто соседи! Наши дома на соседних участках. И мне казалось, кроме него никого в доме нет. — Так и есть. Реальность такова, что Артём давно свалил из нашего захолустья в Москву, — объяснила одноклассница. — Думаю, после выпускного и Осаму к нему переберётся. Но до совершеннолетия скумбрия вынужден поддерживать легенду, что живет с братом. — А где их родители? Одноклассники вновь переглянулись после вопроса рыжеволосого. Наклонившись чуть поближе, Марина поведала. — Тайна, покрытая мраком. Братья воспитывались в интернате. Выпустившись, Артём собрал все необходимые документы, и забрал Дазая. Кажется, ему тогда было лет десять. Какое-то время они действительно жили вместе, ну, а классе в девятом Осаму стал самостоятельным… — Я слышал версию, что у братьев уговор: Артём закрывает глаза на прегрешения своего младшего братика, пока тот учится. За столом повисла неловкая пауза, прерываемая лишь беззаботными смешками и гулом чужих голосов. Паша открыл рот, чтобы еще что-то рассказать, однако прозвенел звонок, сбил его с мысли. Спеша к выходу, Накахара краем глаза заметил Ковалёву. Блондинка в компании нескольких девчонок и ребят, сидела с непроницаемым лицом, глядя куда-то сквозь пространство. Однако, когда их глаза случайно встретились, уголки ее губ приподнялись, сложившись в теплую улыбку. Улыбнувшись Веронике в ответ, Чуя покрылся испариной, вдруг ощутив на себе чей-то расстрельный взгляд…