Поездка в Америку

Поднявшись на трибуну, они уселись рядышком. Причём Чейз и Сэм оказались по краям, а Дин и Кас — в центре, рядом. Дин тут же сбросил куртку и размял плечи. — Может, не стоит раздеваться? — Чейз окинул пылающим взглядом его стройную фигуру в классическом деловом костюме. Ведь Дин так и не переоделся, поехав прямо из офиса. — Тут довольно прохладно. — Ничего. Я не орхидея — не замёрзну! — хмыкнул Дин, но пиджак снимать не стал. В тонкой рубашке и правда прохладно. Последовав его примеру, Кастиэль, тоже стянув куртку, положил её на колени. И сел настолько близко, что их руки соприкоснулись. Дин дёрнулся, нервно сглотнув. Не поворачивая головы, он незаметно рассматривал, сидящего рядом, Альфу. Синий пуловер аккуратно обтягивал литые мышцы торса, поразительным образом делая глаза визави ещё более синими и глубокими. Сейчас, в обычной одежде, без претензий на брэнд, Кас выглядел необычно привлекательно, но в тоже время уютно и парадоксально стильно. Рабочий костюм скрывал его стать, хоть и не мог скрыть силы и красоты. Но, всё-таки, роба как-то преуменьшала его особенную стать. А что она в действительности особенная, Винчестер видел невооружённым глазом. И сейчас, когда они оказались в неформальной обстановке, абстрагировавшись от работы и обязанностей, всё было иначе. Дин украдкой рассматривал его, пытаясь разгадать эту загадку. «Кас, кто же ты? Сейчас я точно вижу, что ты как будто прикрываешься маской простого студента и уборщика. В тебе есть что-то особенное и возвышенное. Да, на тебе сейчас простые шмотки, но они сидят так, словно вышли из-под рук как минимум Доменико Дольче и Стефано Габбана. Так что же ты прячешь, Кастиэль Новак? И зачем?» Калахан ухмыльнулся и тоже стянул пальто, демонстративно укрывая колени Дина и свои. Тем самым отгораживая Омегу от посторонних и давая понять, что этот парень — его. А вот Сэм не стал заморачиваться и просто остался в верхней одежде. Осмотрев толпы народу, голдящих в ожидании начала, Чейз поднялся. — Парни! Кто что желает выпить? Я организую. — Кофе, спасибо, — не смотря на него, кинул Дин, смотря на поле, где сейчас разминались и проводили свой обычный ритуал перед началом игры «Берсерки». — Но, Дин, под такой матч лучше подойдёт пиво. А если учесть, что он планирует быть горячим, то можно и что покрепче, — Калахан нахмурился. Второй пункт плана летит к чертям. Дин не сел в его машину и не желает пить алкоголь. Но, ничего. Впереди игра, которая явно его взбодрит, а Чейз добьёт подарочком. И тогда Омега на эмоциях точно не устоит. Поцелуй подарит однозначно. — Если ты вдруг не заметил, я за рулём. И нарушать правила не собираюсь. Я не вожу в нетрезвом виде. Поэтому — кофе. Чёрный, без сахара, с лимоном. — Кофе, так кофе, — Чейз посмотрел на Сэма и Каса. — Ну а вы, что предпочитаете? Вы, вроде, не за рулём. Пиво? Виски? Ром? — Я — пиво! — Сэм расплылся в улыбке. — Предпочитаю классику. Матч, значит пиво и чипсы. А ты, Кас? — Я бы тоже выпил кофе. Капучино, — Кас поднялся. — Помочь? — Считаешь, что я сам не в состоянии справиться с парой напитков? Или думаешь, не смогу оплатить? — на губах Чейза повисла ехидная улыбка. Он достал портмоне, демонстративно сверкнув именной платиновой картой. Как будто хотел продемонстрировать свою, отнюдь не маленькую, платёжеспособность. Кастиэль только хмыкнул. Богатенький Буратино? Пусть хвастается. О, если бы он знал, наличие каких сумм предполагает его, вполне скромная с виду, чёрная карта. И любой, мало-мальски сведущий в мире финансов человек, едва взглянув на неё, поймёт, что это — высший показатель финансовой стабильности. Именно чёрная скромная карта, несмотря на свою неприметность, как фонарь сигналит работникам дорогих бутиков и прочей сферы услуг, что перед ними не просто богатый, а неприлично богатый покупатель. Но Принц, конечно, не демонстрировал её, поддерживая легенду о нищем студенте. Поэтому в его кармане мирно соседствовали скромное портмоне из искусственной кожи с небольшим количеством наличности и картхолдер с картой. Чейз вернулся довольно быстро. Осмотрев компанию мужчин, он нахмурился. За то время, пока он ходил в буфет, Дин сбросил его пальто с колен и, просто положив рядом, мирно беседовал с Касом и братом. Вернее, он больше объяснял мужчине, что такое игра. Чем, собственно, и заставил удивлённо нахмуриться. Интересненько. Так это Кастиэль ещё и в регби не разбирается? Неужели, не американец? Или просто не любит спорт? Определённо, за ним стоит присматривать. Калахан раздал принесённые напитки и уселся рядом со старшим Винчестером на лавочку, вновь демонстративно накинув своё пальто на их колени. Глаза Дина сверкнули негодованием, но отвлекаться он не стал. — Смотри, Кас, вот тот с белым номером 7 — капитан «Берсерков» Клео Страйкер. А вот тот в красном с номером 2 — капитан «Джерси Кроу» Роуд О’Нейл. Сейчас будет их особое приветствие. Они всегда так делают перед каждой игрой, — Дин нервно хохотнул. — Это очень забавно. В это время, на поле, капитаны, встав напротив, резво стянули свои футболки и врезали ими друг другу несколько раз. После, повертев ими в воздухе, снова нацепили, и буквально сцепившись взглядами, что-то громко выкрикивали друг другу. — А зачем они майками-то? — не понял Кас. Он вообще слабо понимал регби. Да и видел всего несколько матчей в интернете. Чисто для общего развития. Но такого странного приветствия капитанов не видел точно. — Ну вот такой у них обычай, — улыбнулся Дин. — А я думаю, что эти два альфача просто решили похвастаться стальными мускулами перед толпами омег, которые сейчас просто исходят слюнями на трибунах, — засмеялся Сэм. — Фанатское обожание — особый адреналин. И это подпитывает их перед игрой. Особенно сексуальное восхищение. Зуб даю, окажись сейчас любой из омег там, рядом с ними, наверняка словили бы даже основные ноты. Кастиэль чуть склонил голову. А Сэмми прав. Да, Принц знал, что этот красавчик Клео является предметом восхищения Дина и его омежьей половой конституции, но ревновать к этому? Ну, ей-богу, смешно. Это же просто тайная восхищённость картинкой. Но, с другой стороны, реакция Омеги была вполне реальной. Потому что, пересекая даже лимонный пирог, в нос вдруг ворвался бадьян, резко пахнув одной нотой и тут же погаснув. Однако, вопреки нормальной Альфа-ревности, которая вроде бы должна быть, всё в очередной раз пошло не по сценарию. Едва поймав краткое мгновение бадьяна, Кас застыл, пытаясь остановить вдарившее в грудь сердце. Глаза впились в Омегу. Тот спокойно попивал кофе, поглядывая на то, что происходит на поле. Игра, хоть и захватила с первых секунд, но пока была относительно ровной. Поэтому и Дин был спокоен. Но регби такой вид спорта, где спокойствие только снится. И вскоре матч стал не просто зрелищным. Он был захватывающее-жарким. Дин, то и дело, вскакивал с места при удачной атаке, крича. Его лицо светилось азартом. Каждое движение — чистый, ничем не сдерживаемый энтузиазм. В этой естественности и была его главная притягательность. Кас сидел, словно в тисках. Взгляд прикован к Дину. Всё тело напряжено, как струна. Альфа пытался отвлечься, но безумная радость Винчестера не давала покоя. «Не поворачивайся. Не улыбайся ему. Не касайся. Чёрт возьми, он сейчас опять вскочит, и его куртка соскользнёт с плеча. Сосредоточься на игре. На игре! Господи, какой горячий. Ходячий секс и адреналин. Свихнуться можно,» — думал про себя Кас. Но как бы он не старался — ничего не выходило. А когда, в очередной раз после неудачной атаки, Дин упал на лавку, случайно промахнувшись и попав аппетитной булочкой прямо на руку Кастиэля, которая цепко сжимала край лавки… Кас буквально подпрыгнул и резко дёрнул руку, потряся ей в воздухе. — Ой, прости. Я, кажется, уселся тебе на руку. Больно? — Дин тут же подвинулся и покраснел. — Не заметил. — Нн-етт, — проклацал зубами Кас. Больно? Да, какое там. Боли он точно не почувствовал. А вот мягкость этой одурительно прекрасной округлости... Ей-богу, хотелось перевернуть руку, оторвав её от лавки так, чтобы эта самая округлось улеглась в ладонь, и сжать её. Но Дин неверно воспринял его перекосившееся лицо. Он машинально схватил Кастиэля за запястье и, совершенно по-детски, подул, смотря на него виноватым взглядом. — Вот я кретин! — Винчестер крепко сжимал запястье мужчины, переворачивая руку продолжая дуть. — Даже не заметил. — Твою мать! — захохотал Калахан, увидев это. — У кошечки боли, у собачки боли, у птички боли, а у Кастиэля не боли. Детский сад. Что, Новак? У него стальная задница? Чуть не распластал тебе клешню? — Идиот! — рявкнул Дин, отпустив руку Каса. — Между прочим, это и правда больно, когда вот так с размаху. И ты прав, Калахан. У меня стальная задница! Намёк был слишком прозрачным, чтобы его не заметить. И Чейз сразу же сбавил тон. — Ничего страшного, — Каса взбесила эта глупая выходка. — Стальных задниц я не боюсь. И рож, кстати, тоже, — он демонстративно сложил руку в кулак и, накрыв её другой, воинственно похрустел костяшками. — Угомонитесь уже! Как дети малые, ей-богу! — рявкнул Сэм. — Между прочим, последние минуты перед тайм-аутом. А у нас Ничья. И сейчас Клео намеревается… Ох, чёрт! Он же сцепился с О’Нейлом! Любимая фишечка — добавить игре драйва. Сейчас эти два альфача устроят нам бои без правил. Все вмиг переключили взгляды на поле, где и правда шла захватывающая заварушка между двумя капитанами. Дин нервно ёрзал на сиденьи, ожидая решающего удара своего любимчика Клео. Да ещё этот чёртов Калахан, будь он не ладен! Он всё время намеревался приобнять Винчестера и показать, что он принадлежит ему. Но Омега его только отталкивал. — Чейз, не мешай. Места мало что ли? — с недовольной мордочкой проговорил Дин, немного отодвигаясь. — Не видишь, какой момент?! — Я просто подумал, может тебе холодно. Хотел согреть, — Чейз настырно придвинулся ближе и, нырнув рукой под пальто, аккуратно погладил бедро парня. Но на большее не решился. Хотя очень хотелось пробежаться горящими пальцами выше, чтобы дотронуться. Его буквально сводил с ума вид взбудораженного Дина. — Нет, мне не холодно, — фыркнул на него Винчестер, скидывая пальто и ещё ближе пододвигаясь к Касу. — И не трогай меня. Кас украдкой посматривал на него. Рука горела. Но не от боли, а от того, насколько сильно он почувствовал это прикосновение. И тут наступило крещендо. Вырвавшись из захвата соперника и оставив в его руках свою майку, Клео пошёл в нападение, буквально на последних секундах вырвав победное очко для команды. Трибуны взорвались! Дин, тоже не удержавшись, подскочил на месте с диким воплем и как-то нелепо заплясал на месте, двигая бёдрами в такт, хором скандирующим речёвку, болельщикам. Его щёки пылали от восторга, глаза горели ярче софитов, а грудь тяжело вздымалась. — Дааа!!! Чёрт! Я люблю этих парней! — заорал он. Зелёный взгляд, горя, осматривал просто волшебный торс капитана, который, отобрав свою майку у соперника, махал ею над головой, играя мускулами. В нос Кастиэля ударил запах лимонного пирога и корицы. Его внутренний Альфа заскрипел зубами. А когда, преодолевая эти запахи, резко рванул бадьян, голова пошла кругом. Альфа сделал несколько жадных глотков кофе из стакана, просто пытаясь успокоиться. Рука сама сжала почти пустой стаканчик, выдавив остатки кофе прямо на пол. Но, как оказалось, это была всего лишь разминка. Чейз, видимо тоже не совладав с инстинктами альфы, решил, что именно этот момент самый лучший. Он тоже вскочил на ноги, заорал и крепко обнял радующегося Дина, прижимая к себе. Если честно, ему было глубоко посрать на этот гол. Он даже не особо следил за игрой. Но упустить такой момент не мог. И, будучи актёром, вполне профессионально сыграл дикий восторг. Дин, в пылу азарта, даже не заметил хитрости. Он и правда искренне обнял Чейза, радуясь победе. Но Калахан был хитрым лисом, с далеко идущими планами. Поэтому, как бы ему не хотелось задержать этот момент объятий, Чейз поступил по-другому. Отстранившись, он быстро достал из кармана пальто пакет. — Дин, я хотел приберечь подарок до конца матча, но не удержался. Впереди ещё тайм. Может, это поможет тебе ещё больше поддерживать любимую команду, — он выудил из пакета фирменную майку «Берсерков» с номером 7 и именем Клео Страйкера. — Это футболка капитана с его личным автографом, — он показал на размашистый росчерк маркером по белому фону номера. — И она подлинная. Дин вспыхнул и бережно взял майку. Руки задрожали, сжимая раритет. И всё бы, возможно, прокатило. Но тут Чейз допустил роковую ошибку. Видимо, слишком напитавшись энергией Омеги, он не удержался. Прикрыв глаза, альфа быстро сложил губы бантиком и, обняв Дина за лицо, прижался к его губам. — Малыш, может теперь я достоин того, чтобы получить хоть один твой поцелуй? Дин ошеломлённо замер, а потом, резко вырвавшись, отвесил Калахану звонкую оплеуху. — Отвали! Чёрт, в этом весь ты, Калахан. Только что-то дашь, тут же требуешь расплатиться, — он швырнул в лицо Чейза футболку. Кулаки зловеще сжались. — Прости, я просто не удержался, Дин, — Калахан поймал футболку. — Ты такой горячий, такой красивый. Ты же знаешь, как я тебя люблю. И сейчас я просто не справился с эмоциями. Прости, детка. — Пошёл к чёрту, Чейз! Никогда, слышишь, никогда не пытайся меня поцеловать! — Дин плюхнулся на скамейку, зарывшись пятерней в волосы и яростно тёр губы, пытаясь стереть остатки поцелуя. Быстро развернувшись, Калахан вылетел с трибун. Его мелко потряхивало. Ещё бы! Впервые, за все полгода их общения, он поймал скрытую ноту Дина. Бадьян. Разочарование накрыло подобно шторму. Не его истиный. А он так надеялся. Но ещё больше разочаровало, что не он вызвал эту реакцию. Нота открылась не благодаря возбуждению от его ласки, а просто на фоне волнения от игры. Он летел по коридору, точно зная, куда… Кастиэль аккуратно сжал руку Дина, поглаживая одним пальцем. Успокаивая. Чейз — это воплощение всего, что Кас ненавидит: напускной, неискренний и безумно раздражающий. Хотя сейчас, его эмоции были очень даже настоящими. Но Касу было наплевать на этого напыщенного болвана. Дин так нервничал. Будто включив внутреннюю антенну, Принц тихо успокаивал разгорячённого Омегу. И Дин позволял, принимал его спокойную ласку, дыша тише. — Ну почему он всегда так? Господи, как мне всё это надоело! — Дин поднял глаза наверх, пытаясь скрыть кипящие горячие слёзы ярости. — Однажды я пошлю его совсем, и плевать, что на это скажет папа. Видеть его не могу! — Хочешь выпить? — Кас сжал его пальцы, заглядывая в глаза. Внутри всё кипело. В тот момент он с трудом себя сдержал. Очень хотелось просто оторвать этого наглого Чейза от Дина и врезать ему так, чтобы с трибун скатился. Но кое-что останавливало. И даже не боязнь скандала, нет. Дин, его любимый сильный Омега, этого бы не понял. Он в состоянии ответить и постоять за себя сам. Не стоит принижать его достоинства. Поэтому сейчас Кастиэль просто пытался успокоить и его, и себя. — Честно? Очень хочу! Но я же за рулём. А Сэмми тоже уже выпил, — Дин вдруг посмотрел в синие глаза напротив. В них было само спокойствие, как после прошедшего шторма. — А ты водишь, Кас? — Да, у меня же есть права. Правда, я не знаю как управлять именно твоей машиной, но, думаю, ты подскажешь, — мягко улыбнулся Принц. — Что тебе принести? — Виски, — выдохнул Дин и, занырнув в куртку, достал портмоне и ключи. — Вот, возьми. Деньги на выпивку и ключи от Детки. Ты же отвезёшь нас потом? В его глазах плескалась надежда и усталость. — Конечно, — машинально сжав купюру и ключи, Кас поднялся. — Посиди здесь с братом, я скоро, — он протянул купюру обратно. — Я сам в состоянии купить выпивку. Тебе что нибудь взять, Сэм? — Вот только не надо самодеятельности, Кастиэль! — вспыхнул Дин. — Я прекрасно знаю, что тут, в барах, ломят дикие цены за выпивку. А ты — студент. И сколько ты зарабатываешь, я тоже прекрасно знаю. Так что давай, я оплачу свой аперетив сам. И Сэмми тоже. Тебе ещё пива, брат? Сэм устало кивнул. Ну что за драмы Мадридского двора. Надо поговорить с братом. Как раз есть время. Без Чейза и Каса. Кастиэль кивнул и быстро вышел. Спорить он не стал. Ладно, он прекрасно оплатит всё картой, а Дину ничего не скажет. Идя по коридорам стадиона, заполненным гомонящей толпой, он озирался по сторонам в поисках туалета. Для начала очень хотелось посетить клозет. А уж потом, купит выпить. Обратив внимание на таблички со знаками, он завернул в какой-то коридор, оттуда попал ещё в какой-то. Совершенно заблудившись, он снова вырулил в небольшой холл и, поняв, что идёт не туда, решил повернуть обратно. Но тут внимание привлекли очень горячие звуки и знакомый голос. Кас аккуратно выглянул из-за стены. Чуть в стороне, около открытого кабинета у стены стояли Чейз и неизвестный блондин. Калахан, яростно прижимая его к стене, целовал податливого омегу, распечатывая на ходу рубашку под пиджаком. — Чейз, — стонал парень, извиваясь ужом в его руках и поддаваясь опытным ласками. — Заткнись, Голди! — рявкнул альфа, расспахивая рубашку и сильно царапая кожу груди, чем вырвал новый стон и шипение. — Ты, моя сладкая сучка! Ждал меня? Хочешь, чтобы папочка оттрахал тебя на столе твоего шикарного кабинета? — О, да! — парень дёрнулся всем телом, подставляясь. — Я знал, что ты придёшь. Этот твой гордый омега снова довёл тебя до нервного тика и не дал даже поцеловать? Сволочь! Ненавижу его. Почему, Чейз? Почему ты с ним? Я же лучше. Я всегда готов для тебя. Всё, что хочешь, любимый! — Всё, что хочу? Хочу отодрать тебя прямо тут. Вот под этими камерами, чтоб, бля, твоя служба безопасности, полюбовалась, какая ты сучка. Хочешь, Шейн? Хотя их это вряд ли удивит. Кто из твоих секьюрити ещё не драл тебя? — Ох, делай, что хочешь, только возьми, — парень развернулся в его руках, прижавшись щекой к стене и оттопырил задницу. — Умница, послушная сучка, — Чейз резво распечатал его ремень, стянул штаны и, обхватив ладонью уже дымящийся ствол и поплевав на пальцы, вонзил их внутрь, вырвав у парня практически вой восторга. — Зачем мне нужен мой строптивый Омега? Глупенькая сучка, Голди. Я его люблю. Хотя, это сильно сказано. Я его хочу! Вот. Я хочу вот так же, как тебя, отодрать этого гордого Омегу. И так всегда. А ещё я хочу заполучить его навсегда. Чтобы мой маленький строптивый Омега был только моим. Знаешь, у меня есть план. Я непременно дождусь его течки, и тогда он никуда не отвертится. Забеременеет и выйдет за меня. — А как же я? — парень прогибался всё сильнее, насаживаясь на его пальцы. — Чейз, не надо. Оставь его. Возьми меня. Я весь твой. Моё тело, душа и все мои деньги. Ты знаешь, у меня их много. Как и связей. Я раскручу тебя. Ты больше не будешь играть в эпизодах, хочешь? Главные роли, лучшие фильмы и Оскар. Чейз, я сам положу его к твоим ногам. При всех. Хочешь? — Чёртова шлюшка! Это ты сейчас так говоришь. А когда меня нет рядом, что ты делаешь? О, я знаю. Ты — ненасытная тварь, — Чейз вытащил из него пальцы, чтобы в следующий момент вонзить их снова, заставляя парня вскрикнуть и зацарапать ногтями мраморную стену. — Ты трахаешься с любым, кто ставит тебя раком. — Это потому, что ты редко приезжаешь. Если бы ты был со мной, я бы больше никого не замечал, — всхлипнул омега. — Ничего, моя свадьба ничего не изменит. Ты всегда останешься моим любовником. Вечно! Потому что, несмотря на то, что ты похотливая блядь, я всё равно тебя хочу. И люблю. По-своему. Но не говори мне, что тебе это не нравится. — Чейз, пожалуйста. Я не могу больше. Пойдём в мой кабинет, я хочу тебя, — парень дрожал осиновым листом, прямо-таки истекая ручьями смазки. — Любишь меня? Чейз… — Ах ты, ненасытная утроба! Да у тебя завтра течка? Ты решил меня подловить? — Чейз резко вонзил пальцы так, что парень охнул и бессильно затрясся. — Но это тебе не поможет. Я надену две резинки и отдеру тебя. Так будет дольше. И ты, сука, сдохнешь, оттого, что я затрахаю тебя до комы. Хочешь? — Дааа! — взвыл парень, изгибаясь и шире расставляя ноги. — Иди в кабинет. Обойдётся твоя служба безопасности без такого концерта! — Чейз вынул пальцы и с оттягом шлепнул его по заднице. Потом, схватил за член и, как шарик на верёвочке, потащил в кабинет, плотно прикрыв дверь. Кастиэль застыл, как прикованный. Вот она, вся сущность этого альфы! Любит? Ага, пиздит как дышит. А дышит часто. Нет, в принципе он сам, как Альфа, вполне понял неудержимый порыв Калахана. Дин действительно до одури соблазнительный, и держать инстинкты в узде, особенно когда вдруг открывается его основная нота, как признак явного возбуждения, сложно. Но тут дело не в этом. Кас не винил Чейза за альфа-натуру. Но его ложь. Чувства? Да какие, к херам, чувства, когда он просто хочет заполучить Дина в качестве покорной «жёнушки», а сам будет по-прежнему ходить к своей шлюшке Голди. И даже план у него, сука, есть! В сердце забилась злость. Чейз — сволочь. Всё делает так, как ему выгодно. И его ни разу не заботит, что он может сломать такой уникальный цветок, как Дин. Перебить его натуру, гордость, бунтарство. И извалять чувства в грязи. Просто представив на миг, что этот план исполнился, что Дин, забеременев от этой скотины, будет вынужден, прижатый тоталитарным папашей, выйти за него... Господи, у Каса волосы дыбом встали! Ну уж нет! Этому набальзамированному хлыщу он не достанется. И как же хорошо, что Кас вмиг чувствует его ноты и перемены настроения. Он поймает момент будущей течки и не подпустит даже близко к нему этого придурка. Даже если придётся начистить ему физиономию. Кое-как отдышавшись, Кастиэль быстро выбрался из лабиринта коридоров и, найдя туалет, а после и бары, вскоре вернулся на трибуну, неся на подставках стаканчики с виски, кофе и пивом. Подойдя вплотную, он остановился, слушая тихий разговор братьев. Конечно, это весьма низко, вот так подслушивать. Но он очень хотел узнать мысли Дина. А с кем, как ни с братом, тот поделится? К тому же, прямо перед ним, довольно крупный мужчина старательно упаковывал сына в куртку, закрыв собой весь обзор. Поэтому Принц не стал спешить и просто тихо присел на лавку, прислушиваясь. — Сэм, я не могу больше. Я устал от него. Ну почему я должен, как хочет отец, непременно стать разменной монетой и выйти замуж за того, кого он считает подходящим кандидатом? — Дин нервно теребил галстук. — Ты не должен. Просто… — Сэм сконфуженно опустил глаза. После смерти матери Дин стал главной опорой отца. И Сэм, будучи умным парнем, прекрасно видел огромную такую кучу психологических комплексов у старшего брата. Дин, сам не зная почему, винил себя в смерти матери, и считал, что именно он должен взять бремя помощи и повиновения отцу во всём. Лишь бы не упасть в его глазах. Быть идеальным сыном. Именно поэтому он послушно следовал указаниям Джона, который непременно желал своим детям самое главное — финансовой стабильности в этом мире. Иными словами, Джон чётко видел будущее сыновей-омег: свадьбы, семьи, но, исключительно с обеспеченными альфами. И его мало интересовало душевное состояние, хоть он и не был деспотом в полном смысле этого слова. В идеале, он был бы рад, если бы мальчики встретили альф, которых полюбят, но при этом богатых. Но если стоял вопрос выбора — чувства или деньги, Джон без промедления выберет второе. А чувства? Появятся. Никуда не денутся. — Просто, что? — Дин посмотрел на нахмурившегося брата. — Я… Чёрт, я тюфяк, Сэмми. Мне бы надо чётко расставить свои правила и послать Чейза к херам собачьим. А я слушаю отца, пытаясь поддерживать с ним отношения. Но если по-дружески это ещё возможно, то чувства… Я не хочу, Сэм! Не могу, чтобы он дотрагивался, целовал. Меня трясёт от него, как от чумы. — А от Каса значит нет? — Сэм смахнул упавшую на лоб чёлку и прищурился. — А причём тут Кас? — Дин недоумённо посмотрел на брата. — Дин, может, конечно, ты и не видишь за собой. Да и за ним тоже. Но, поверь, мне со стороны всё видно. Он — Альфа, Дин. Сильный. И он явно выше, чем пытается себя преподать. Уборщик? Студент? Красивая сказка для маленьких омег. — Ты тоже это чувствуешь? — Дин испуганно огляделся. К счастью, Кастиэля не заметил, потому что тот сидел, скрываясь довольно тихо. — Это невозможно не чувствовать. И, поверь, это чувствует Чейз. Соперничество. Поэтому и ведёт себя всё наглее и напористее. — Ты считаешь, я даю повод? — Да ты даже если не захочешь, дашь его. Дин, чёрт, ты идиот? Не видишь, как ты сам рассыпаешься, когда Кас рядом? Он успокаивает тебя, глуша твои приступы агрессии, но он и заводит тебя. Бадьян, Дин? Ты открываешься? — Я не могу. Сэм, я чувствую его. Слышу его зов, запах. Бадьян, Сэм. И не только мой. Его ведущая нота идентична. Ты понимаешь, что это значит? — Истинный? — Сэм хмыкнул, почесав затылок. — А вот это уже проблема. Папа никогда не позволит. С простым студентом и уборщиком. — Что же мне делать, Сэмми? — Дин, хоть и был старшим, но в вопросах чувств был аки агнец, невинен и неопытен. И поэтому всегда прибегал за советом к младшему. — Пока ничего. Следует во всём разобраться. А ты — держи оборону, братец. И если с Чейзом у тебя это выходит блестяще и без усилий, то Кас... Держись, Дин, — вздохнул Сэм. Кому, как не ему знать, как это, когда альфа сводит с ума. Он прошёл этот путь сполна. Да, его «жених» не был истинным, но там была драма похлеще Шекспира — чувства в клочья. И, пережив полный крах любви, юный омега справился и даже был готов попытать счастье вновь. — Сэмми, если бы ты знал, как мне сложно держать себя в руках. Я не знаю, как это объяснить. Я хочу чувствовать его. Я хочу его поцелуи, — Дин опустил глаза. Только с братом он мог быть вот настолько откровенным. Никому больше он не покажет своих страхов и слабостей. И это сейчас для Каса было самым ценным. Как будто тайно заглянуть в дневник и глубину сердца, узнать всё сокрытое, чтобы понять, кто же он, его любимый Омега. — Он уже целовал тебя, ведь так? — Сэм усмехнулся. Уверенно. Точно зная правду. — Да, — почти шёпотом, с силой сжимая галстук. — И? — вопрос требует ответа. — И я… — Ну и чего расселся, Новак? — сзади на плечо легла крепкая рука Калахана. Он уже явился и, застав Кастиэля, сидящего на скамейке с напитками, решил подтолкнуть. — Эй, мужик, разреши пройти. Наши места там, чуть дальше. Мужчина быстро усадил ребёнка на сиденье, пропуская зрителей вперёд. Чейз решительно просочился мимо и вновь упал на лавочку рядом с Дином. Скинув пальто, на этот раз он не стал кидать его на колени, а просто положил на лавку. Весь его вид выражал довольство и превосходство. Ещё бы. Пар он выпустил, впереди ещё тайм. И, может, Дин уже угомонится со своими всплесками злости. Ну а если нет, то и похер! Он сегодня вполне сыт, благодаря неустанным стараниям Голди. Но Дину об этом знать не надо. Дин и Сэм быстро повернулись, переводя разговор на матч. Будто ничего и не было. Кас тоже прошёл вперёд и уселся на привычное место. Раздав напитки, он тихо сжал стаканчик с обжигающим кофе, поглядывая на Калахана. Тот, довольно небрежно приобнял Дина, поглаживая плечо. — Виски? Детка, а как же «не нарушать правила и не пить за рулём?» — Чейз резко дёрнул носом и щёлкнул пальцами по пластиковому стаканчику, который держал Дин. — Нас отвезёт Кастиэль, — Дин скрипнул зубами, рывком сбрасывая руку Чейза. — Кастиэль? — захохотал Чейз. — Впрочем, почему нет? Кас, ты же, верно, отлично справляешься с механикой и старыми машинами? Я, знаешь ли, пробовал один раз прокатиться на Детке, когда Дин позволил, — он высокомерно сверкнул глазами, как будто речь шла не о машине. — Не вышло, прикинь! Я не приучен к таким машинам. У меня автомат и полная компьютеризация. Дорогая лялька, но зато, удобная. — Не поверишь, но да! — Кас просто не удержался от ехидства. — Я отлично управлюсь с раритетными моделями и редкими экземплярами. И вообще, терпеть не могу, пусть и навороченный, но ширпотреб. Это как показатель слабости конституции альфы. Настоящий альфа выбирает реликвию, особенный экземпляр, чтобы покорить и завоевать. А ездить на электронной игрушке — это как спать с роботом. Вроде всё за тебя делает, а чувство, что просто высокотехнологичная дрочка. Сэм громко охнул, услышав это. А Дин неожиданно вспыхнул, поймав сверкнувший холодом взгляд, направленный на Чейза. — Не знаю, — фыркнул Калахан. Он явно понял второй подтекст ехидного спитча Новака, и он ему не понравился. Это что? Какой-то там нищеброд будет его попрекать в том, что он неразборчив в выборе? — Но, тебе, наверное, есть с чем сравнить. Высокотехнологичная дрочка. Чудно. Я предпочитаю живое общение. — Я тоже. Но не разбазариваю себя на «общедоступное Золото», — Кас явно пошёл в разнос. — И если я выбрал для себя… Авто, то будь уверен, что это будет единственный в своём роде экземпляр, неповторимый, особенный. И он будет нежно мною любим. Такой пинок Чейз уже не выдержал. Общедоступное Золото? Это однозначно про Голди. Но, откуда, чёрт возьми?.. Он же не видел. Никто не видел. Сэм, видя бурлящее негодование Кастиэля, его взгляд, прикованный к Дину, и сжатые кулаки из-за Чейза, решает, что это пора прекратить. — Так, знатоки автопрома. Второй тайм. Не будете ли вы любезны оба заткнуться? Второй тайм прошёл на подъёме. Однако, вопреки всем чаяниям и надеждам Дина, «Берсерки» проиграли. Совсем немного. С минимальным перевесом. Но настроение это подпортило. Дин встал с лавки, быстро натягивая куртку. То ли волнение сделало своё дело, то ли виски оказался странно крепким, но небольшой стаканчик заставил здорово захмелеть. Они вышли на улицу. Снег уже успел засыпать Импалу тонким слоем. Дин быстро выудил из багажника большую щётку, очищая. Кас, меж тем, завёл авто, чтобы прогреть. Чейз хмуро смотрел на всё это. Что за идиотский вышел вечер? Ну, краткий поцелуй он, конечно, сорвал. Но удовлетворения от этого — чистый ноль. Да и щека до сих пор горела от оглушительной пощёчины Винчестера. Радовал только быстрый перепихон с Голди. Кастиэль уселся на водительское, осматривая систему управления. Нет, водить он, конечно, мог. Но с такой моделью и правда сталкивался впервые. Не хотелось ударить в грязь лицом. — Ты и правда намерен доверить управление твоей драгоценной тачкой этому… Хм, — Чейз не знал, как ещё подстегнуть. Это было реально обидно. Да, он стерпел кучу, надо сказать, метких подколок Новака. Но тот факт, что Дин и правда отдавал управление в его руки, возымел странное действие. Как будто покушение на личное. А почему? Да потому, что Детка — нечто особенное для Дина. Её нельзя было обижать, говорить о ней гадости и выражать недовольство. И вообще, хочешь, чтобы Дин был благодушен — похвали его колымагу! Правило действовало безотказно. А уж чтоб он доверил её руль кому-то! Да, было один раз, когда по стеченю обстоятельств, ему пришлось пересесть за управление Импалой. Но это был единственный случай. Дин его откровенно задолбал указаниями как и что нажать и повернуть. И вообще вёл себя так, словно это не машина, а хрустальная статуэтка, с которой следует только пыль сдувать и любоваться. Больше он Чейзу никогда не позволял подобного. А сейчас отдал управление Новаку? Чёрт! Ревность бухнула в голову. — Прикинь! — Дин сел на пассажирское рядом с водительским и повернулся к Касу, не обращая внимания на Чейза. — Кас, смотри… Я подскажу, — и пустился в объяснения. — Дин, ты хочешь сказать, что сядешь здесь? — Калахан подозрительно осмотрел их, вслушиваясь в диалог. — А я что, сзади? — Тебя что-то не устраивает? — Винчестер фыркнул, швырнув назад полотенце. — Если не нравится — можешь вызвать такси. Я не возражаю. А я буду сидеть тут и подсказывать, как управлять Деткой. И подстели полотенце, а то, боюсь, тебе холодно будет. — Я надеюсь, что мы хотя бы выпьем кофе? — поворчал Чейз, плюхаясь на заднее рядом с Сэмом. Снова накрыло разочарование. Холодно, сиденья дубовые, из бокового окошка даже дует и эта чёртова вонючка-ёлка… — Вполне, в нашем ресторане. Сейчас приедем и Анна приготовит, — хмыкнул Дин, аккуратно беря Кастиэля за руку. — Кас, тут рычаг немного барахлит, поэтому переключай сцепление нежно, ладно? Новак кивнул, бросая взгляд в зеркало заднего вида. И вовсе не потому, что ему было интересно, что там с Калаханом. А больше чтобы отвлечься. Ведь горячие пальцы Дина, аккуратно накрыв его руку, обхватившую рычаг переключения скоростей, сжали, пожалуй, слишком крепко. Вскоре Импала припарковалась у ресторана. Чейз вылетел из неё пулей, старательно расправляя пальто. Кастиэль вышел и, вдохнув холодный воздух, резко выпустил его из лёгких белым облаком. Он справился. — Ну вот, мы на месте, — улыбнулся Дин, тоже выбираясь из машины. — Дальше, кому куда. Чейз, твоя машина, как видишь, на месте. Доброй ночи. — А как же обещанный кофе? — Калахан покосился на свою тачку, уже сильно припорошенную снегом. — Честно, я устал как конь. Но если ты настаиваешь, пройди в зал и скажи Анне. Она быстро тебе сварит, — пожал плечами Дин. — Давайте-ка все по домам. Сэм, мы на такси. Кас? — Я на маршрутке, как всегда, — Кастиэль, конечно, не собирался ехать на общественном транспорте. Боже упаси! Но, имидж следовало поддерживать. — Послушай, а может ты отвезёшь нас с Сэмми домой? Наш дом в пригороде Куинза. Это всяко ближе, чем с Манхеттена, да ещё и в вечерних пробках, — Дин сжал, отданные ему Новаком, ключи. — Уж лучше я вас доставлю, — Чейз демонстративно щёлкнул брелоком, запуская на разогрев свою тачку. — Ты пил, и с тобой я не сяду, — Дин подбросил ключи в воздухе, намереваясь перекинуть их Касу. Всё это грозило перерасти в очередной раунд неприятностей. Сэм сжал руку брата и, наклонившись, тихо шепнул: — Не борзей! Ты реально переходишь все границы. Дин хотел было возмутиться, но точку в этом неначавшемся конфликте внезапно поставил Джон. Он увидел, что компания прибыла с матча и поспешил туда. Выйдя из ресторана, он осмотрел назревающее негодование. — Ну как? Матч был удачным? — Нет, моя команда проиграла, — вздохнул Дин, покосившись на Каса. Тот, несколько минут постояв, расплылся в улыбке. — А мне понравилось. Спасибо за чудесный, вечер. Мне пора. Ещё добираться до дома, — он махнул рукой и направился в сторону 25-стрит. — Кас! — крикнул Дин, пожалуй слишком надрывно, что не спряталось от внимания Джона. — Пап, мы же домой. Давай его подбросим в Куинз. Холодно. Нельзя так. — Хорошо. Сейчас заведу джип и поедем, — Джон подозрительно нахмурился и обернулся к Чейзу. — Сынок, а ты лучше на такси. Не переживай, твоя машина будет тут в сохранности. Загоняй её во внутренний дворик, охрана ночью не спит. Завтра заберёшь. — Я предпочитаю сам! — рявкнул Чейз, в упор смотря на Дина. — Завтра я заеду. И кофе ты не отделаешься, котик. Ты обещал мне ужин. И я не собираюсь от него отказываться. Доброй ночи! — он быстро запрыгнул в машину и стратанул с места, подняв тучи снега. — Дин, ты играешь с огнём, — Сэм внимательно посмотрел на брата. Щёки горят, куртка расстёгнута, грудь тяжело вздымается. — Мне плевать. Пусть приходит. Завтра я скажу ему всё, что давно хочу сказать. Хватит! Джип отца остановился рядом. Они быстро запрыгнули в него и поехали вперёд. По пути, догнав шедшего к остановке Кастиэля, они подхватили его в салон и помчались по мосту. — Кастиэль, — Джон посмотрел в зеркало заднего вида, — я знаю, что завтра суббота. И, возможно, у тебя были планы. Но всё равно спрошу. Не могли бы вы с Габриэлем завтра поработать весь день в зале. Понимаешь, выходные перед Рождеством всегда очень активные. И народу будет много. Я боюсь, что Анна и Хлоя не справятся. Обещаю оплатить этот день по двойному тарифу. И сам буду помогать, как смогу. Кас встретился с его взглядом в зеркале. Конечно, Гейб будет не просто возмущён. Принц даже предвидит особый набор синонимов и выражений, которыми наградит его друг, узнав, что придётся работать в субботу, да ещё и целый день. Может, лучше отказаться? Сослаться на занятость или отъезд? Но тут Дин, сидевший рядом, тихо вздохнул. — Да, суббота мне только снится. Конец года. Я буду работать, пап. И если понадобится, помогу в зале девушкам. Кастиэль решительно тряхнул головой. Да, Гейб будет в ярости. Но, переживёт! — Конечно, мистер Винчестер. Я непременно выйду. Думаю, Габриэль тоже не откажется. — Спасибо, — улыбнулся Джон, сосредоточившись на дороге. Вскоре они были уже в пригороде. Высадив Каса на удобной остановке, Джон снова врезал по газам. — А теперь поговорим! — грозно возвестил он, смотря в зеркало заднего вида на сына. Всю дорогу он и Кастиэль сидели рядом в полумраке салона. Да, они говорили исключительно об игре. Но то, что витало в воздухе, сложно было не заметить, особенно такому матёрому альфе, каким был Джон. — Как это всё понимать, Дин? — Пап, — Дин не стал юлить. Эта дорога, что заняла примерно минут сорок, лишь убедила, что комфорт его пространства там, где рядом успокаивающее тепло того, кто сейчас сидел в дюймах от него. — Понимай как хочешь, ладно? Я не хочу больше играть в эти глупые игры в парочку с Чейзом. Не хочу! — Дин, одумайся. На кого смотрели твои глаза всю дорогу? Кастиэль? Серьёзно? Да он же просто нищий студент, который подрабатывает у нас уборщиком. Да, возможно, когда-нибудь он станет кем-то, когда выучится и заработает денег. Но сейчас. Дин, ты хочешь, чтобы нищий приживала попал в нашу семью? — Я пока ничего не хочу. Ничего! Но я точно знаю, что мне с ним комфортно и интересно. Просто хорошо. Пап, оставь эти размышления. Я не буду плясать под твою дудку. Сегодня Чейз попытался меня поцеловать. И знаешь что? Меня чуть не прибило от этого. Я не хочу, чтобы он касался меня, целовал, стал моим супругом. Я не хочу его! Никого не хочу. Я вообще не хочу чувств. — Ладно, успокойся. Сейчас не время об этом. Подумаешь, остынешь. Глядишь, к утру всё будет казаться не таким уж кошмарным, — Джон решил, что сейчас не стоит нервировать сына. Он просто положился на Чейза. Тот уже всё придумал. И не далее, как в эти выходные, расставит все точки. Вот тогда Дину придётся подумать. И уже основательно. Домой они приехали молча. А Кас, прекрасно добравшись на такси, просто упал в постель, совершенно измотанный этим днём. Он подумает обо всём завтра. А сейчас нужно просто поспать.