Глава 2.2
15 августа 2025 г., 15:29
Вторник. Вечер
Родители зашли в комнату незадолго до ужина. – Можно? – спросил папа. – Да... – выдохнула я, и они расселись по комнате. Мы снова говорили о программе, примерно около часа. Это было сложно, но я попыталась понять их позицию. – А ты, мам?! – спросила я многозначительно. – Ты бы согласилась ходить так на работе? Она замялась: – Ох. Ну, это совсем другое, – начала она и покачала головой. – Хотя, не думаю, чтобы была какая-то разница, – призналась она. – У твоей мамы ещё будет шанс, – улыбнулся папа. Мама бросила на него косой взгляд. Как я поняла, она ещё поднимет с ним эту тему. Разговор сошёл на нет, и мы отправились ужинать, но я всё ещё продолжала думать о школе. За столом царило неловкое молчание. Я решила продолжить тему наготы, пока Джимми зависал в телефоне. – А если я и дома начну так ходить? – взглянула я на отца. Он откинулся на спинку стула. – Хм-м. Ну, в принципе, дома ты можешь делать что хочешь. Ты не бегала голышом с детсадовского возраста, но спокойно могла бы, если захочешь. Я хмыкнула и задумалась. – Это всё? – поинтересовалась мама. Я покопалась вилкой в тарелке и покачала головой. – Продолжай, – сказала она немногословно. – А как насчет... Улицы? – я выгнула бровь и посмотрела на них. Если они и это разрешат, то тогда уже я посчитаю их сумасшедшими. – Тебе этого хочется? – спросила она. Я сидела неподвижно и ждала, ничего не ответив. – Если это достаточно безопасно... Если это... Будет достаточно приемлемо в данной ситуации и весело... Многие молодые люди будут рады видеть тебя, так что... Почему бы и нет? Существуют же всякие нудистские пляжи и разные фестивали, да и современное общество всё ближе подходит к свободному обнажению, включая хотя бы, эти ваши эксперименты в школах. Мне кажется, это в скором времени будет более чем распространено, ну или через пару лет... – ответила мама. – А как насчет... Других вещей? Секс? – спросила я. – Вы хотите, чтобы я стала более неразборчивой в связях? – Я укоризненно прищурила глаза. – Сомневаюсь, что такая как ты будет неразборчивой в связях, – хохотнул папа. Я молчала. – Я бы сказал, что никогда не следует быть неразборчивой в связях. Надо разбираться в людях, надо ответственно подходить к своему поведению. В конце концов, надо предохраняться. – Папа говорил аккуратно, с трудом подбирая слова. – Тем не менее, я не вижу причин ограничивать тебя в возможностях. Ты молода, кипишь энергией, живи так, как считаешь нужным. Брат отвлёкся от телефона и встрял в беседу: – Эй, о чём это вы тут говорите?! Мы проигнорировали его и сменили тему. Под вечер я решила выйти из дома, чтобы прогуляться по городу. Это, конечно, не слишком свойственно мне, но уж больно осточертели эти «доброжелатели». Включая моих родителей. Хотя бы на улице обдумаю всё без советчиков. Побродив по дворам, но так и не придумав ничего путного, я вышла к центру города. По пути оказался магазин одежды. На витрине красовались манекены. В чём-то, что по привычке называют «купальниками». Эти тряпочки становятся всё меньше и меньше с каждым годом. Даже на том, миниатюрном во всех смыслах, манекене, купальник такой же декоративный, как и у грудастой куклы слева. Я отвернулась и пошла дальше. Не сказать, конечно, что существование «NUDE» так уж сильно меня возмущает. Государство всегда найдёт повод залезть людям в трусы. Скорее, тут виной целая череда глупых недоразумений. Я... Да, в общем-то, как и весь класс, до последнего считали, что правительство не посмеет внедрить эту программу в общеобразовательных школах. До этого её разрешали лишь в частных. Американское образование – сами знаете. Это полный либерализм и бардак. Каких их только не было: религиозные там, специальные, гендерно-разнообразные... Да даже нудистские. Но это было, именно что, в частных школах. Что заставило государство распространить эту практику на общие – я до сих пор не знаю. Школьники говорят, что нам, мягко говоря, «повезло». Наш штат был одним из первых, кто разрешил эту программу сначала в частных, а теперь уже и в общих школах, как мы видим. Если не будет никакого скандала, то велика вероятность, что нас так и оставят – с голыми жопами. Учитесь, детки. В который раз убеждаюсь, что единственный способ скрыться от «доброжелателей» – это... Слиться с толпой? Но это уже похоже на какую-ту дурную шутку. Ладно, если бы мы жили на ближнем востоке, но мы живём в блядской Америке, где пол страны состоит из психов, а другая из фриков. И если ты хочешь спрятаться здесь – то маскироваться тебе придётся под кого-то из них. Бросив тщетные попытки обдумать ситуацию, я свернула в парк. Если я выходила из дома, то чаще всего сюда. Всё-таки, я частично замкнутая тихоня и редко хожу по людным местам. Летом я выбиралась на озеро – понаблюдать за местными «дикарями». Кстати о птичках. Год назад у нас официально открыли настоящую нудистскую школу. Ту самую, про которую говорил директор. Причём не абы какую, а вполне легальную! У них даже собственный автобус был! То, что я о ней слышала, до боли напоминало пресловутую «NUDE». Её даже нельзя назвать нудистской в привычном понимании – это полноценная школа с уклоном в секс-просвещение. Только вот стадиона-то своего у них не было. Поэтому время от времени их вывозили наружу. Голыми. В основном в парк: на физкультуру. Но иногда и на озеро. Пляж платный, конечно, но всё равно – приватность эти меры создавали чисто номинальную. Туда всё равно мог прийти кто угодно. Мне казалось это слегка диковатым, однако я всё равно подгадывала время и приходила. Ну, – голые парни есть голые парни... Даже представить страшно, что там ещё с ними делали. Говорят, это их специально так натаскивают, чтобы от стыда отучить. У них часы ещё какие-то навороченные на руках: с камерами, тревожными кнопками... В прошлом году, когда шли разговоры, что у нас введут нечто подобное, то мы знатно перепугались. Хотя, говорили, что это будет сильно сокращённая версия. Мы думали, что всё ограничится просто уроками. Но если то, что сделали у нас – ЭТО сокращённая версия, то я даже не представляю, как выглядит полная. Впрочем, подростки из той школы выглядели вполне довольными. Что-ж, настал и мой черёд выяснить, как они это делают... Вот так, называешь кого-то всю жизнь фриками, а потом они становятся единственными, кто тебя понимает. В кармане завибрировал телефон. Наверное, мама разыскивает. Я разблокировала экран, но это оказался Рик. Каким-то образом он отыскал меня в соцсетях и напросился в друзья. Что ж, не вижу причин отказывать. – Привет. Ты дома? – всплыло сообщение. – Гуляю, – отписалась я. – Одна? – Да. – Слушай, я как раз в центре... – начал подбивать клинья он. – Может пересечёмся? – Может, – напечатала я без особого энтузиазма. Мы перекинулись парой фраз, где я объяснила, куда подходить. Может и зря я согласилась, конечно. Уж больно смахивало на свидание. Раньше я гуляла только с подругами. Впрочем, мне было настолько безразлично, что здравые комплексы неполноценности уступили место рассудку. Хочет со мной гулять – пусть гуляет. Мне решительно нечего от него скрывать. Вскоре Рик меня отыскал: – Привет! Это, э-э... Непривычно видеть тебя в одежде. Я меланхолично улыбнулась: – Наверно. – Можно? – спросил он. Я кивнула, и он присел рядом. Рик был достаточно деликатен, чтобы не поднимать тему наготы некоторое время. Пару минут мы непринуждённо общались, а потом решили прогуляться. По пути он купил нам по банке газировки. Видимо, чтобы как-то растормошить меня. Мы лениво прогуливались где-то в спальных районах, стремясь обходить людные места, чтобы избежать других школьных товарищей, которые могут пристать к нам. Наконец моё терпение лопнуло, и я решила выговориться: – Просто не верится, что всё, что происходит в школе – это правда! – пожаловалась я. – Родители думают, что это полезно, учителя говорят, что я должна смотреть на всё позитивно, но... Это так унизительно! Что позитивного в том, что каждый в этой чёртовой школе хочет до меня домогаться?! Рик внимательно слушал, пока я изливала длинную жалостливую тираду. Когда я уже в четвёртый раз упомянула, насколько всё вокруг несправедливо, он меня перебил: – Карен. Успокойся. Не всё так плохо. – Ну, да. Конечно… – я почувствовала моментальную враждебность, нахлынувшую на меня по отношению к нему. – Не принимай близко к сердцу, – оговорился он. – Ты красивая. Не только я, все так думают. Да и два дня ты уже прожила. Слышала про ту девку, которая убежала? Ей придется заново всё это делать. Неплохо, да? Но к ней всё равно все скоро привыкнут. И к тебе тоже. – Да, да… – я мрачно хмыкнула. – Да и вообще, ты быстрее всех отстреляешься. Не то, чтобы я думал, что это будет легко для тебя или любой из девушек – это явно не так. Просто хватит бояться. Я положила руки в карманы и стыдливо отвернулась. – К тому же... Не только девки ходят голыми. Мне кажется у парней тоже существует какая-то тайная психология, которую они должны развивать, но об этом почему-то никто не говорит. Будто это нужно только, чтобы вас не обидеть. Возможно парни... Тоже учатся как-то преодолевать комплексы, общаться с девушками. Пытаться заинтересовать их не только членом, а какими-то личными качествами. Может быть в этом есть какой-то смысл… Мы шли по аллее. Ни о чём больше не разговаривая: просто гуляли, разглядывая окрестности, пока не уткнулись в небольшой гаражный массив. – Рик? – пробормотала я неуверенно. – Надеюсь, ты не злишься. Он улыбнулся и развёл руки: – Я? Серьёзно? Ну, надеюсь, ты тоже не злишься. В конце концов, это же не я хожу без одежды. – Родители думают, что я должна... Попробовать и в других местах, – сказала я доверительно. – Ходить голой? Я кивнула. – Ну... Не знаю. Может, это и поможет, но лучше не занимайся этим одна, – проговорил он с опаской. – Я думаю... Ничего не страшного, если сделать это где-нибудь, – я нервно огляделась по сторонам. – В принципе... Законом не запрещено, – Рик стал подозрительно разговорчив. Я ещё раз взглянула на его, припоминая, что он уже видел меня голой. Убедившись, что больше вокруг никого нет, я выдохнула и стянула кофту. Черта пройдена. Кажется, Рик оценил мою решимость. Воодушевившись его присутствием, я расстегнула лифчик. Грудь выскользнула из чашечек, покрывшись мелкими мурашками. Я потянулась было к джинсам, но... Ладно, лучше отойти с улицы. Оглядевшись по сторонам, я забежала за один из гаражей. Рик пошёл следом. Сделав пару вдохов спустила джинсы до коленей и поочерёдно вытащила каждую ногу. Осталось только… Что ж, гулять так гулять. Бросив на Рика торопливый взгляд, я согнула колени и сняла трусики. Оголив бёдра, я снова ощутила то необычайное чувство азарта вперемешку со стыдом, которое испытывала каждый раз, раздеваясь на людях. Прислонившись к гаражу, я надела ботинки и сложила одежду в сумку. – Мне кажется... Я становлюсь смелее. – Знаешь... Ты очень красивая. Не только внешне, но и... Внутренне, – отметил он с ноткой серьёзности. – Спасибо... – Давай просто погуляем, – предложил Рик. – Вокруг блока. Если что, то сразу оденешься. – Хорошо, – я сосредоточенно кивнула. Мы медленно гуляли по району, стараясь держаться подальше от дорог, петляя между гаражами и двориками. Каждый раз, когда я слышала звук автомобиля, меня пробирало до дрожи. Большинство тревог были ложными, но при малейшем шуме я сразу же бежала в кусты. – Хватит бояться, никто тебя не видит! – повторял Рик из раза в раз. В конце концов, во время очередной паники, он просто схватил меня за руку, чтобы я не отклонялась от маршрута. В отдалении проходили люди. Я пряталась за спиной Рика, и мы сразу же уходили. В один миг где-то недалеко от нас проехал автомобиль. Это было жутковато. Не знаю, видел ли меня кто-нибудь. В конце концов, я успокаивала себя мыслью, что никто всё равно не знает кто я такая и не имеет никакого права указывать мне. Рик ещё какое-то время выгуливал голую меня, но я быстро сдалась, попросив одежду обратно. – Хватит на сегодня, – сказала я виновато и поспешно оделась. Он пожал плечами и покривил ртом, глядя на меня. – Тебе хоть понравилось? – спросил он. – Наверно... – призналась я. Всё произошедшее уже не казалось таким экстремальным, когда я вновь оделась. В общем-то... Сегодня точно не произошло ничего плохого.
