Tempting The Sugar Mommy

В тот вечер, когда семья Шин собралась за ужином под сенью домашнего очага, атмосфера витала лёгкая, словно пух одуванчика, – время для смеха и беспечных разговоров. Рюсок, отец Лии, увлечённо делился приятными семейными воспоминаниями, его голос ласкал слух, как тёплый летний ветер. Но по мере того, как слова отца сплетались в нить повествования, лицо Дживон омрачилось тенью задумчивости, и улыбка, до этого озарявшая её уста, поблекла, словно утренний туман под лучами солнца. — Я знаю, что решение отпустить Йеджи было единственно верным, но… как же я скучаю по ней, – прошептала она, и в её голосе отчётливо звучала щемящая тоска. – Без неё наш дом кажется осиротевшим, будто лишился своей души. Рюсок, понимающе кивнув, тяжело вздохнул, и этот вздох, казалось, был наполнен сожалением и грустью. — Ты права. В офисе тоже ощущается её отсутствие. С тех пор как она ушла, мы отчаянно пытаемся угнаться за неумолимо растущим спросом на наши роскошные сумки – похоже, наш бизнес утратил свою былую искру, словно потерял волшебный талисман. Он бросил на Дживон задумчивый взгляд, прежде чем добавить: — Может быть, нам стоит всерьёз задуматься о возвращении Йеджи, хотя бы ради восстановления былого процветания нашего дела. Но, честно говоря, дело не только в этом. – Затем он повернулся к Лие с мягким, почти извиняющимся выражением лица, словно предчувствуя бурю. – Лиа, в тот злополучный день мы действовали под влиянием ослепляющего гнева, словно марионетки, пляшущие под дудку эмоций. Но Йеджи по-прежнему остаётся членом нашей семьи, и, возможно, пришло время залечить старые раны, помириться с ней и попросить её вернуться. Тебя бы это устроило, милая? При этих словах лицо Лии вспыхнуло, словно от удара хлыстом, а пальцы судорожно сжались в кулаки, словно пытаясь удержать рвущуюся наружу ярость. Она резко отодвинула стул, и тот с оглушительным скрежетом рухнул на пол, а сама Лиа вскочила на ноги, кипя от клокочущего внутри гнева. — Я – настоящая дочь в этом доме! И всё же, именно я чувствую себя чужой, словно нежеланный гость на собственном празднике? В её голосе не было ничего, кроме горькой обиды и разочарования, когда она бросила на родителей обвиняющий взгляд, полный невысказанной боли. — Как вы могли даже допустить мысль о её возвращении после всего, что она натворила? Это ей здесь не место, а мне – да! Рюсок и Дживон были ошеломлены внезапным взрывом, словно их окатили ледяной водой. Чувство вины густой тенью легло на их лица, когда Лиа, не давая им опомниться, повысила голос, и каждая её фраза звучала как удар хлыстом. — Может быть, если бы вы хоть раз попытались действительно услышать меня, понять, что у меня на сердце, я бы не чувствовала себя здесь настолько никчёмной, настолько ненужной! Рюсок, дрожащей рукой, попытался успокоить её, словно пытаясь остановить надвигающуюся бурю. — Лиа, милая, нам искренне жаль, что всё так обернулось. Это не входило в наши намерения, мы не хотели причинить тебе боль… Но Лиа, не дав ему договорить, перебила его, словно обрубая мост между ними. — Нет, мне не нужны ваши лицемерные извинения! – отрезала она, исказив лицо в гримасе ярости, и, стремительно развернувшись, убежала прочь, игнорируя полные сожаления мольбы родителей остановиться. Ворвавшись в свою комнату, она захлопнула дверь с такой силой, что со стен посыпалась штукатурка, и дала волю своей ярости, сокрушая всё, что попадалось под руку. Подушки взлетали в воздух, словно брошенные на поле боя, флаконы с духами с хрустальным звоном разбивались о стены, драгоценные фотографии в рамках летели в осколки – ничто не избежало её гнева, наполняя комнату какофонией звуков разрушения. Тяжело дыша, с искажённым от ненависти лицом, она процедила сквозь зубы, словно проклятие: — Ты всё портишь, Йеджи! – её голос дрожал от злобы и отчаяния. – Я бы хотела, чтобы ты просто исчезла из моей жизни навсегда, чтобы тебя никогда не существовало! Одна лишь мысль о возможном возвращении Йеджи, о восстановлении её положения в семье, о возвращении любви, внимания и уважения, за которые Лиа так отчаянно боролась, словно лев за добычу, наполнила её сердце жгучей жаждой мести. Она рухнула на пол, злобно сверкая глазами, словно хищник, готовящийся к прыжку, и прошептала себе под нос, словно принося клятву: — Я не позволю тебе отнять их у меня, Йеджи. Ты ещё пожалеешь, что осмелилась вернуться… Я позабочусь об этом лично. Запомни мои слова – ты будешь страдать, ты заплатишь за всё!

***

На следующее утро Рюджин и Йеджи проснулись в объятиях друг друга, всё ещё погружённые в послевкусие страстной ночи, проведённой вместе. Рюджин крепко прижимала Йеджи к себе, словно боялась, что та растворится в воздухе, исчезнет, как сон. Заметив это, Йеджи, с игривой усмешкой, поддразнила её: — Ты планируешь держать меня здесь в плену, Рюджин? Рюджин усмехнулась в ответ, притягивая её ещё ближе, словно не желая отпускать ни на секунду. — Пленница? Нет, это слишком банально. Но я определённо планирую держать свою прекрасную, властную девушку рядом с собой, оберегать её от всех невзгод. Йеджи закатила глаза, но счастливая улыбка, расцветающая на её лице, выдавала, как ей приятно слышать эти слова. Когда она попыталась встать, резкое: — Ой! – сорвалось с её губ, словно крик раненой птицы, – боль, оставшаяся от прошлой ночи, дала о себе знать, словно напоминая о бурных событиях. Рюджин мгновенно забеспокоилась, её глаза наполнились тревогой. — Тише, тише, детка, всё хорошо, я помогу тебе. Позволь мне позаботиться о тебе, – не давая ей возможности возразить, Рюджин подхватила Йеджи на руки, словно новобрачную, и понесла её в ванную комнату, словно хрупкий цветок, требующий бережного обращения. Йеджи тихо рассмеялась, обнимая её за шею, словно доверяя ей свою жизнь. — Раз уж ты взялась за это, может, поможешь мне принять душ? Рюджин игриво приподняла бровь, в её глазах зажёгся дразнящий огонёк. — Ты уверена? Я была бы совсем не против продолжить с того места, на котором мы остановились прошлой ночью, знаешь ли… организовать третий раунд? Йеджи подняла палец, словно отсчитывая время, и с притворным раздражением произнесла: — Рюджин!.. Ты неисправима! Рюджин, от души смеясь, подняла руки в знак капитуляции, словно сдаваясь на милость победителя. — Ладно, ладно, я просто шучу! Не принимай всё так близко к сердцу. Они вместе приняли душ, наполненный беззаботностью и интимностью, словно два голубка, воркующие в своём гнёздышке. Рюджин оставалась верна своему слову и относилась к Йеджи с нежностью и уважением, словно к драгоценному сокровищу. После душа они собрали свои вещи и приготовились к отъезду в Канвондо, предвкушая долгожданное уединение и спокойствие. Когда они подошли к стойке администратора, Рюджин уже протянула руку, чтобы вернуть ключ от номера, но Йеджи, словно молния, выхватила его у неё из рук, её лицо выражало непоколебимую решимость. — Я сама верну его, – твёрдо заявила Йеджи, её глаза сузились, словно у кошки, выслеживающей добычу, и она решительно направилась к администратору, словно идя на войну. Передавая ключ, Йеджи встретилась взглядом с администраторшей, словно пронзая её душу. — Спасибо за отличный номер. Это был действительно незабываемый вечер, – её голос сочился сарказмом, словно ядом. – И, кстати, просто напоминаю – она моя девушка, – она намеренно подчеркнула это слово, кивнув в сторону Рюджин, словно ставя клеймо собственности. – Не трогайте её. Никогда. Даже не смейте думать об этом. Секретарша в приёмной выглядела явно взволнованной, словно пойманной на месте преступления, и поспешно взяла ключ, словно избавляясь от опасного предмета, слова Йеджи лишили её дара речи, словно парализовали. Рюджин, нежно обняв Йеджи за талию, лишь улыбнулась, её взгляд был полон восхищения и гордости. — Хорошо, моя ревнивица, успокойся. Не волнуйся, я смотрю только на тебя, ты – единственная в моём мире. Йеджи подняла на неё глаза, и выражение её лица смягчилось, словно под лучами солнца. — Тебе лучше запомнить это, – прошептала она, хотя в её взгляде всё ещё читалось собственническое удовлетворение, словно она была королевой, защищающей свою территорию. Бросив последний взгляд через плечо на посеревшую от страха секретаршу в приёмной, Йеджи и Рюджин, рука об руку, вместе направились к выходу, словно две неразлучные половинки единого целого. С каждым сладостным, зажигательным моментом их связь становилась всё крепче, словно закалялась в огне любви.

***

Перед отъездом Рюджин, словно заботливый механик, убедилась, что всё готово, и дважды проверила шины автомобиля, чтобы их поездка прошла гладко и безопасно. Вскоре они прибыли в частный дом Йеджи, расположенный в тихой сельской местности Канвондо, словно в затерянном раю. Когда Рюджин заносила сумки в дом, она заметила Йеджи, стоящую на крыльце и любующуюся безмятежным пейзажем, словно вдыхающую свежий воздух свободы. Рюджин, подойдя к ней сзади, нежно обняла Йеджи, положив подбородок ей на плечо, словно заключая её в кольцо своей любви. — О чём ты думаешь, любимая? Йеджи, прижавшись к ней в ответ, одарила её нежной улыбкой, словно благодаря за поддержку. — Я просто… счастлива, понимаешь? Так просто, так искренне. — Словно мы наконец-то свободны, вдали от хаоса и угроз, исходящих от таких людей, как Лиа. Здесь только мы, и больше никто, кто мог бы причинить нам боль. Здесь спокойно, здесь безопасно, здесь наш дом. Рюджин обняла её ещё крепче, ободряюще поцеловав в щёку, словно клянясь в вечной верности. — Тогда не позволяй этим мрачным мыслям закрадываться в твою голову и отравлять нашу жизнь, Йеджи. Теперь я рядом, и вместе мы создадим прекрасные воспоминания, которые согреют нас в самые холодные дни. Давай просто сосредоточимся друг на друге, сейчас самое главное – это мы. Затем Йеджи, повернувшись к ней лицом, посмотрела в её глаза, словно пытаясь найти там ответы на все свои вопросы, и её взгляд смягчился, словно тающий лёд. — Спасибо тебе, Рюджин, за то, что всегда была рядом со мной, даже когда становилось невыносимо трудно, когда казалось, что весь мир ополчился против меня. Рюджин, одарив её лучезарной улыбкой, обхватила её лицо ладонями, словно держа в руках драгоценный цветок. — Конечно, любимая. Я бы не хотела быть ни с кем другим, даже если бы мне предложили весь мир. Это место… оно идеально подходит для нас, словно создано для нашей любви. Я даже могу представить, как мы когда-нибудь создадим здесь настоящую семью, вить своё гнёздышко. Просто представь, как наши дети будут бегать по двору, наполняя это место своим смехом и радостью. Глаза Йеджи заблестели, словно звёзды, отражая радостное предвкушение, её рука легла поверх руки Рюджин в знак согласия. — Звучит просто восхитительно, как рай на земле. Я больше ни о чём не мечтаю. И не волнуйся, этот день обязательно настанет для нас, я верю в это. Но сейчас, – она замолчала, словно собираясь с духом, – давай сосредоточимся на том, чтобы начать новую главу нашей жизни здесь, вместе, рука об руку. Шаг за шагом, день за днём. Они обменялись нежными улыбками, их надежды и мечты переплелись в единое целое, когда они, обнявшись, стояли посреди тихой сельской местности, словно укрытые тёплым одеялом любви и спокойствия. В последующие дни они стали строить свою совместную жизнь, наполняя её смыслом и радостью. Йеджи отдавала всю свою энергию своему страстному увлечению – шитью и дизайну красивой одежды и сумок, создавая настоящие произведения искусства. Рюджин поддерживала её во всём, взяв на себя управление бизнесом и продвигая творения Йеджи растущей аудитории клиентов, с восторгом принимавших её талант. Вместе они процветали как пара, поддерживая и вдохновляя друг друга каждую минуту, строя не просто жизнь, а будущее, наполненное любовью и счастьем.

***

Но, несмотря на светлое будущее, которое Рюджин и Йеджи с таким воодушевлением планировали вместе, против них работали тёмные силы, тайно плетя свои зловещие сети, – в частности, Лиа, снедаемая ревностью и злобой. Встревоженная и одержимая местью, Лиа тайно встретилась с частным детективом в тёмном переулке, её лицо выражало холодную решимость, словно она готовилась к войне. — Присмотритесь к этим двоим, – твёрдо сказала Лиа, протягивая следователю фотографию Рюджин и Йеджи вместе, словно улик. Её взгляд был жёстким, а тон не оставлял места для пререканий, словно она отдавала приказ солдату. — Я хочу, чтобы вы нашли их, чего бы это ни стоило. Где бы они ни скрывались, я хочу знать о каждом их шаге, я должна контролировать ситуацию. Следователь, внимательно изучив фотографию, отметил напряжённость в голосе Лии, словно она сдерживала бушующий внутри шторм. — Понял, мэм, – ответил он, кивая и убирая фотографию в свой портфель, словно принимая задание. Затем Лиа, не говоря ни слова, вручила ему большой запечатанный конверт, набитый толстыми пачками купюр. Он, ухмыльнувшись, ловко засунул конверт во внутренний карман своего пиджака, словно хищник, получивший свою плату. — Я займусь этим немедленно, не сомневайтесь, – заверил он её, словно давая клятву верности. Шли дни, месяцы, а Лиа, чтобы скоротать время, весело проводила вечера в элитном баре, окружённая своей обычной свитой, заполняла пустоту дорогим алкоголем, смехом и пустыми разговорами, пытаясь заглушить боль и тоску в своём сердце. В разгар очередного вечера, когда музыка гремела в её ушах, у неё зазвонил телефон, словно пронзая тишину. Раздражённая, она нахмурилась и, не глядя, сняла трубку. — Кто это? Вы вообще смотрите, кому звоните? Она замолчала, взглянув на определитель номера, и её лицо изменилось в одно мгновение, когда она увидела, что ей звонит её частный следователь. Губы Лии, словно по волшебству, растянулись в улыбке, а в глазах зажёгся огонёк надежды, и в предвкушении она ответила: — А, вот и звонок, которого я так долго ждала. Итак… какие хорошие новости ты мне сообщишь? Есть какие-нибудь новости о Йеджи и Рюджин? Где они прячутся? — Да, мэм, – ответил детектив спокойным, но уверенным голосом, словно профессионал, знающий своё дело. – У меня есть подтверждение их местонахождения, мы вышли на их след. Они скрываются в провинции Канвондо, словно затерялись в лесу. Улыбка Лии стала ещё шире, глаза сузились от удовлетворения, словно она только что выиграла в лотерею. — Канвондо, значит? – она прислонилась к стойке бара, неспешно потягивая свой изысканный коктейль и наслаждаясь моментом триумфа. – Интересный выбор… Должно быть, они думают, что достаточно далеко, чтобы чувствовать себя в безопасности, чтобы я никогда их не нашла. — Да, мэм, – подтвердил детектив, – у меня также есть их точный адрес. Я вышлю его вам вместе с фотографиями их нынешнего местожительства, чтобы вы были в курсе всех деталей. Лиа усмехнулась, изящно крутя в руках свой бокал и внимательно слушая каждое слово, словно наслаждаясь симфонией мести. — Отличная работа, я знала, что на тебя можно положиться. Хорошо плачу – хорошо работаешь. Продолжай внимательно следить за ними, но ни в коем случае не позволяй им ничего заподозрить, будь невидимкой. Я хочу знать обо всём, что они делают, обо всех, с кем они общаются, о каждом их шаге. — Понял, мэм. Я буду регулярно информировать вас о любых изменениях, – заверил её детектив, словно клянясь в беспрекословной верности. Когда он повесил трубку, улыбка сползла с лица Лии, уступив место холодной, расчётливой решимости, в её глазах вспыхнул зловещий огонёк, словно предвещающий бурю. Она, пробормотав себе под нос словно проклятие, прошептала гневные слова: — Значит, Йеджи и Рюджин думают, что могут просто так исчезнуть и жить долго и счастливо, как в сказке? Что ж, этого не будет, пока я жива! Она медленно отпила из своего бокала, мысленно уже обдумывая свой следующий шаг, словно плетя сложную паутину. — Наслаждайтесь своей маленькой идиллией, пока она длится, Йеджи. Но знайте, я ещё не закончила с тобой, наша игра только начинается…