Легкости перевода

      Утром Кайзеру долго не хотелось подниматься с постели. Тело стянуло приятной ломотой, – результат усердной тренировки. Кайзер потянулся, прикрыл глаза, но разученные удары перед ним не возникали, как он ни старался. Давненько не приходилось ему так неизбежно о чем-то думать. Для всего в жизни нужен четкий план действий – вот кредо Кайзера. Даже для такой тривиальной вещи, как влюбленность, план необходим, ведь если что-то может пойти не так, считайте, что уже пошло, и закладывайте в расчеты.       Подождите, а наш актер уже признал поражение? Уже поддался шарму заискиваний и карих глаз со сливовым отливом? Если спросите его, он начнет отрицать. Если он сам себя спросит, отрицания зазвучат еще громче. Но есть вещи, заметные и без слов. Как разбросанные салфетки, дрожащие от порывов утреннего сквозняка, который, однако, не остужает горячие щеки. Ладно, подумал Кайзер, если что-то пойдет не так, всегда можно сыграть более выгодную партию. Например, того, кто в Несса не влюблен.       От чего же бежит Кайзер, – вы наверняка задаетесь этим вопросом. Ведь влюбленность прекрасна: она наполняет неиссякаемым теплом, растягивает на лице глупые улыбки, смачивает одежду потом и дарит взгляду этот жадный взгляд гончей. Почему Кайзер бежит от нее, а не окунается с головой? Здесь стоило бы упомянуть о прежних радостях в личной жизни актера, да больно коротким окажется список. Не спешите его жалеть, он такого не терпит. Ведь и сказать нельзя, что ему не везло, – как-никак он у удачи в любимчиках. Люди всего лишь требовали желаемого, а действительное списывали на неточности перевода. Хотя Кайзер только с немцами и встречался.       Их было трое: две девушки и один парень. Никаких кинозвезд, боже упаси, – только фанаты. Настойчивые, как уличные торговцы, с неплохим по уличным меркам товаром взамен. Вот только неплохой не значит хороший. А вот фанат всегда значит хочу, а никак не держи.       Вот вам диалог из последних, самых долгих (шесть месяцев) отношений:       - Ты в том фильме был таким сексуальным! – Девушка подносит телефон с афишей к лицу Кайзера и вертит его подбородок, подбирая ракурс.       - Таких имбецилов играть таланта не нужно. - Три года назад наш актер еще напрашивался на комплименты. - Хорошо хоть больше не придется.       - А если я скажу пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста? - Девушка гладит Кайзера по волосам, но все еще смотрит в телефон. - Ведь нет такого, чего бы великий Михаэль Кайзер не смог сделать?       Конечно нет, Кайзер все может. И трижды насладившись отнюдь не безусловной фанатской любовью, он эволюционировал в преданного служителя искусства, у которого на такие мелочи, как любовь и отношения, нет ни времени, ни сил. Ни желания, вслух произнес Кайзер, но заклятие не спало. Тогда он встал, натянул вчерашний халат и пошел в душ.       Обитатели дома в традиционном японском стиле вчера пали на поле боя, поэтому на глаза Кайзеру не попадались. Тишина пришлась ему по душе – влюбленность на мизантропию никак не повлияла. После душа он порылся в спортивной сумке, выудил оттуда протеиновый батончик без сахара и отправился на тренировку.       Вновь утренний сад дышал безлюдной свежестью. Под журчание воды и постукивание бамбука в пруду вполне себе притягательной показалась Кайзеру мысль устроиться под деревом и начать слагать стихи, те самые, короткие, с иероглифами. Ведь поэзия издревле любима теми, чье сердце… Кайзер сильно дернул за ивовую ветку, птицы с криком разлетелись. Никаких хокку на сегодня, – лишь воинская стойкость и самоистязания.       Из тренировочного домика доносилось клацанье металла, словно в воздух подбрасывали монетку и пытались сбить ее еще одной. Представить себе фехтовальщика за таким идиотским занятием Кайзер не мог. Скорее внутрь пробрались очередные явно неприятные люди. Что ж, оставалось только проверить.       - Учитель взбесится, если узнает, что ты в обуви. - Крикнул Кайзер по-французски прямо с порога.       - Только если господин актер настучит на меня.       Торчащая из белого костюма для фехтования демоническая голова озарилась зловещей улыбкой. Соперник в маске сделал выпад, но демон ловко увернулся, продолжая улыбаться. Монетки вновь стукнулись – теперь атаковал демон. Он был повыше на полголовы и заметно плечистее, отчего вариант, что под маской учитель, Кайзер отмел. К тому же поединок перед его глазами был в европейской традиции, а представить, что вчерашний непреклонный самурай за один день сдастся и начнет плясать под дудку режиссера, у Кайзера снова не получилось.       - Переодевайся, мы почти закончили. - Бросил демон, парировав удар.       - Зачем? - Спросил Кайзер.       - Буду учить господина актера. - Демон отпрыгнул в сторону, – соперник наступал. - Или ты все умеешь?       - С какой стати ты будешь меня учить? Где… - Кайзер прокрутил варианты в голове, но на имя учителя ни один из них не был похож. - Где сенсей?       Демон начал было говорить про Рин-Рина, но соперник выбил шпагу у него из рук, а свою поднес к его шее. Демон деланно поднял руки и рассмеялся, и затем приобнял победителя. Тот из объятий не вырвался. Кроме карлика-французика никто не смог бы стерпеть подобное. Никто из тех, кого Кайзер знал лично.       Лицо, более не скрытое под маской, украшал румянец в тон влажным красноватым волосам. Когда их смахнули назад, Кайзер узнал соперника демона, ведь он совсем недавно видел его на фотографии. В жизни брат фехтовальщика был еще привлекательнее, отчего Кайзер вновь засомневался в правдивости рассказов об их отношениях. Он потер глаза, но как и прежде на омерзительного демона смотрели с нежностью. Видимо, Кайзер совсем ничего не понимал в любви.       - Рин уехал по делам. - Кайзеру же достался холодный почти презрительный взгляд. - Рюсей его заменит.       - Кто такой Рюсей?       Брат фехтовальщика посмотрел на демона, на лице читался вопрос.       - Я тебе говорил, что он не очень сообразительный. - Демон как и красноволосый заговорил по-английски. - Ватаси ва Рюсей десу, но можете звать меня просто сенсей.       - Я не собираюсь звать тебя сенсей. - Возмутился Кайзер. - Если учитель слинял, я тоже ухожу.       Он резко развернулся к выходу.       - Чем ему так приглянулся Рин?       - Может нравятся мальчики-цундере? А как же Несс?       - Он с Нессом встречается? Бедный парень.       - И не говори, Саэ-тян!       - Что значит бедный? - Крикнул Кайзер с порога. - Смешно такое слышать от того, кто встречается с мерзким демоном!       - Ты что-то натворил? - Красноволосый обратился к своему парню. - Почему он называет тебя демон?       - Хочет меня, наверное.       - Так он же с Нессом встречается?       - Мы не встречаемся! - Кайзер подошел вплотную к японцам, но остановился и сделал шаг назад. - Да и в чем твоя выгода меня учить, а, Рю…?       - Сей. - Демон протянул второго слог своего имени. - Работенка, конечно, та еще, но плюсов много. Рин-Рин взбесится, когда приедет, это раз. Мне заплатят его гонорар, это два. И, наконец, не вечно же эти съемки будут продолжаться. Хочется уже отдохнуть, а не господина актера обхаживать.       - Кайзер попытался вспомнить, какая должность была у Рюсея, но не смог, – в голове крутилась мысль, что он был не более чем бесячим маскотом. А значит отправится в отпуск он мог хоть сегодня. В отличие от Кайзера.       - Ладно, а мне с этого что? - Годы работы в киноиндустрии научили Кайзера искусству переговоров. - Мне заплатят и с простоем в тренировках.       - Какой скользкий, правда, Саэ-тян? - Рюсей прислонился к стене и скрестил руки на груди. - Не знаю даже, что тебе предложить. Может, какая информация интересует? Или совет?       - Не смеши меня. - Кайзер зашагал по татами. - Это в какой области мне нужен совет?       - А он точно парень Несса? - Раздался голос из комнаты с инвентарем.       - Нет, но очень хочет им стать. - Рюсей сверкнул глазами. - Точно совет не нужен?       - Господи, допустим, по какой-то нелепой причине, ты прав. Какой совет ты можешь мне дать?       - Переодевайся и узнаешь.       Неприязнь к новому учителю затуманила разум Кайзера и, как видите, он не заметил, что сдал позиции. Но кроме того, Рюсей и Саэ-тян внушали авторитет в делах любовных, отчего Кайзер допустил возможность, что им есть, чем поделиться. Как-никак Саэ-тян тоже был божественно красивым актером, но в отличие от Кайзера, более удачливым в сфере любви. Рюсей, правда, все еще вызывал только отвращение, но теперь туда вмешали капельку уважения. Или хотя бы интереса.       Кайзер переоделся, но демон, естественно, наврал, и заставил тренироваться, а не вести пространные диалоги о любви. Как ни унизительно было это признавать, из него получится отличный учитель, на голову выше хореографа и самурая. Самурайский же брат, сидя на циновке у стены, не скупился на оскорбления и презренные взгляды. Видимо, чтобы Кайзер не забывал о хваленной японской вежливости.       К обеду объявили перерыв. Рюсей яростно хлопнул Кайзера по плечу и ушел в сторону выхода. Кайзер хотел было оскорбить его вслед, но сил не хватило. Вдыхая воздух через рот, он стянул с себя перчатки и рукой откинул волосы со лба.       - А ты неплохо держался. - Кайзеру кинули бутылку воды. - Есть у тебя и положительные качества, однако.       - Я понимаю твой брат-сенсей, он злобный потому что иначе неинтересный. - Кайзер сделал несколько глотков и с шумом выдохнул. - Ны ты почему язвишь? С твоим-то лицом.       - Тебе лицо не мешает хамить.       - Так я в стане врага. Ежедневно мне всевозможные японцы строят козни и не дают нормально работать. То грубят, то заставляют впахивать сверхурочно и учить всякую херню. - Кайзер бросил на татами маску для фехтования. - Один раз вообще трусы украли.       - Это которые Несс выменивал у фанатов взамен на автограф?       Кайзер посмотрел на Саэ-тяна с непониманием.       - Забыл кто такой Несс? - Красноволосый усмехнулся.       - Очень смешно. Что еще за автограф?       - Автограф Саэ-тяна конечно! - В тесный зал ворвался громогласный голос Рюсея. - Как сейчас помню его умоляющие глаза и услужливый голос. Несс в прошлой жизни точно был японцем!       У Кайзера пересохло во рту. Ангел с демоном не только обставили его в сфере любви, но и с Нессом у них явно были дружеские отношения.       И что с того? Кайзер прокашлялся. У Несса со всеми были теплые отношения, с его-то агрессией на уровне кокер-спаниеля. Хуже, если б у него совсем друзей не было. Чтоб не у кого было попросить автограф и выменять потом на трусы. Кайзер знает, каково это – быть без друзей. Он, конечно, на таких убогих и не согласился бы, какой бы высокой не мнилась польза. Да и получить желаемое можно и от обычных знакомых.       - Так вы значит на коротке с помощником Ёити? - Кайзер принял протянутый ему белесый напиток.       - Пересекались пару раз. - Красный сделал глоток и скривил лицо, видимо, от холода.       - И что узнали полезного?       - Что он ни с кем не встречается.       Зачем парню демона была нужна эта информация, пронеслось в голове Кайзера вкупе с отвращением к переслащенному протеновому коктейлю.       - А еще узнали, что Несс, чтоб угодить господину актеру, готов идти на прямо-таки крайности - Рюсей высосал остатки через трубочку и взял из рук Саэ-тяна его почти нетронутый напиток. - Он тебе денег должен что ли?       В груди Кайзера потеплело.       - Он всего лишь делает свою работу, нет?       - Не помню, чтоб передо мной так выслуживались помощники.       Кайзер вспомнил, что Саэ-тян тоже был актером.       - Наш немецкий друг без сюсюканий не функционирует. Помнишь, я тебе говорил…       - Конечно, я ему нравлюсь, - Перебил Кайзер. - вот только он же не признается!       - А ты спрашивал в лоб? - Рюсей.       - Я не дикарь, в отличие от тебя.       - И без парня, в отличие от меня.       - А вы разве не хотели мне с этим помочь? Взамен на фехтовальные гонорары и истерику сенсея?       - И что ты хочешь узнать? - Спросил Саэ-тян. - Как добиться Несса? Что ему нравится?       - Нет, конечно. - Выпалил Кайзер без раздумий. - Как заставить его признать, что он в меня влюблен.       Повисла пауза. Кайзер наверняка не услышал в своей фразе то, что услышали его собеседники. Страх? Отчаяние? Неуверенность в себе? Подчеркните все неправильные ответы.       - Если будешь напористее, Несс точно раскроется. - Демон прикрыл рот ладонью.       - Как будто у него есть выбор.       - Саэ-тян, ну что ты, дай тоже какой-нибудь совет герою-любовнику.       - Быть собой? Хотя, в твоем случае может дать обратный эффект, но иначе будет…как там nurui по-английски?       - Все понятно. - Кайзер развернулся в сторону раздевалки. - Очень дельные советы, что бы я без вас делал.       Ишь чего удумали (это мы уже в голове Кайзера, пока он переодевается) – быть собой. Он уже так делал и в итоге все оказалось как раз-таки nurui, что бы это не значило. Больше ничего личного, – только продуманные образы, лишь блестящая актерская игра.       А вот совет нового сенсея неплохой, как бы Кайзер не противился. Решено, подумал он. Будем давить на четвертого помощника, пока эта услужливость из ушей не польется. А там и признание не за горами.       Почему Кайзер пришел к выводу, который обнуляет вчерашний смущенный румянец? Уж слишком часто он играл ведущие роли: крушил, подавлял и доминировал. Так что и не просите его быть уязвимым, – не согласится и за высокий гонорар.       Больше о Нессе не говорили. Хотя возможностей была масса, – до конца недели только с Рюсеем и Саэ-тяном Кайзеру и пришлось общаться. Вся съемочная группа испарилась, либо, что более вероятно, записывала втайне реалити-шоу, где главную звезду избивали и оскорбляли, и решительно некому было заступиться. Несс, естественно, тоже исчез.       К вечеру пятницы от терсов и квартов кисти Кайзера ныли почти со звуком. В том же сером халате (который невидимые слуги выстирывали, пока он спал) он разминал запястья по пути из онсена к себе в комнату. Из желаний было завалиться поскорее спать или пособачиться с Ёити, тоже пропавшим, и потом на бок, но судьба распорядилась иначе. У двери оставили большую коробку. Точнее, оставляли, – доставщик еще не ушел и, видимо, не планировал.       - Какая удача наткнуться на вас! - Звонкий голос Несса был пропитан отдыхом. - Я переживал, что уже спите.       Обычный Кайзер съязвил бы уже, но тот онсэн в понедельник и ежедневные воспоминания изменили его. Повисла пауза.       - Я вам подарки привез. Из Мюнхена.       - Мюнхена? - Кайзер встрепенулся. - Что ты там забыл?       - Дипломатические переговоры.       Привычный односложный ответ Кайзера больше не раздражал.       - Успешно? - Спросил он.       - Еще как! Завтра будут подробности, но вам расскажу сегодня. - Несс наклонил голову в сторону бумажной двери-перегородки. - Если пустите.       Ночные уборщицы наверняка уже привели комнату Кайзера в достойный вид, за это можно было не переживать. Но вот как влюбленной школьнице (Кайзеру) не умереть со стыда и пригласить к себе свой предмет обожания (Несса), - этот повод был достоин переживаний. Однако после пятой за неделю тренировки прилечь хотелось сильнее, чем сидеть на полу в общей столовой. Кайзер отодвинул перегородку и жестом пригласил Несса внутрь.       - У тебя там есть вишневый штрудель из Rischart’а? - Кайзер прищурил один глаз. - Или хотя бы яблочный.       - Тоже выбрать не смог и пришлось взять оба. - Несс вытащил из коробки шуршащие пакеты с масляными следами. - Так вот, переговоры.       Не отвлекаться на кисленькие вишенки в сахарной обсыпке было сложно, но Кайзер постарался выцепить из речи Несса хотя бы самое важное. Им было следующее: Несс ездил в Мюнхен к жене Итоси-сана (жена упоминалась только учительская, значит с этой фамилией разобрались), и уговорил ее накричать на этого самого Итоси-сана и заставить снова обучать фехтованию. Кайзер с трудом представлял себе Несса и накричать в одном предложении. Видимо, поэтому переговоры затянулись на несколько дней, а из участников пожаловал и сам фехтовальщик и режиссер. Какая, должно быть, разгоряченная выдалась встреча, подумал Кайзер и освободил от обертки еще один штрудель. В этот раз яблочный.       - Так что теперь все проблемы решены, – уроки можно продолжать. - Несс засиял. - Но если что еще всплывет, я тоже разберусь, не переживайте.       - С меня хватит фехтования. - Кайзер покрутил запястьем свободной руки. - Я все нужное выучил. С Рю… белобрысым, короче. И красноволосым ангелом.       - Красноволосый? Итоси Саэ-сан? Они вас учили фехтовать?       Кайзер кивнул, ожидая увидеть хоть толику разочарования на лице Несса. Но тот играл отменно. Даже в голосе нотки разве что удивления, и то напускного, – не может быть чтобы демон с парнем ему ничего не рассказали.       - Тогда еще сильнее вас напрягать не стоит. - Поза Несса стала расслабленной. - В крайнем случае, можно использовать дублера.       - Неужто Ёити стал настолько сговорчивым?       - Мы все вас ценим, господин Кайзер.       - Увести их всех подальше и вправду высший акт заботы.       - Главное, чтобы вы не скучали.       - Ты вон сколько подарков с родины привез. - Кайзер заглянул в забитую сувенирами коробку. - Теперь только скучать и остается.       - Прошу прощения, я хотел совсем другого.       - Чего же?       Несс хмыкнул и задумался. В раздумьях он засмотрелся в окно. Кайзер, хоть и запретил себе, посматривал на него украдкой, делая вид, что увлечен гостинцами. По Мюнхену он, конечно, скучал. Но с приездом Несса потеплело и в сырой Камакуре.       - Тогда мой главный подарок совсем не в тему будет. - Уголки губ Несса по-детски опустились. - Только сильнее напомнит о доме.       - Ты уж покажи, а там посмотрим.       Несс воодушевился и залез в коробку почти с головой (настолько огромной она была). С самого дна он достал большой пакет, за которым просвечивал пластиковый контейнер. Герметичность ушла со звуком, и из-под крышки в самурайскую комнату просочилась запеченная влага летних баварских вечеров.       - Моя бабушка приготовила, а не в кондитерской, поэтому может и не такой красивый вышел… - Заговорил Несс неспешно. - Но уж очень захотелось поделиться. Тем более, что в октябре сезон слив заканчивается.       Кайзер застыл, приоткрыв рот. Его бабушка была актрисой и сладкое не любила. А другая не любила Кайзера, как и его отца. Поэтому сливы в загородном доме гнили и привлекали мух. Из них не готовили пироги. И уж точно не думали потом, с кем бы поделиться кусочком.       Разве это не любовь?       В актерской школе было упражнение: нужно было показать, что ты кого-то любишь как угодно, но не словами. Все этюды были идиотскими, Кайзеровский в том числе. Досмотрев последний, преподавательница драматично выдохнула.       Быть любимым – значит чувствовать себя особенным. - Заговорила она занудным тоном. - Не томные вздохи, не серенады и не стихи заставляют это почувствовать. А мелочи жизни: налить кофе, укрыть пледом, запомнить любимое печенье и принести его из магазина вместе с картошкой и стиральным порошком.       Любовь – это пробраться в голову к Кайзеру, среди его путанных мыслей и желаний выудить сливовый пирог и привести его через весь континент.       Напористость больше ни к чему.       Интересно, Кайзер сегодняшний, взрослый и возбужденный от сахара, смог бы показать правильный этюд? Сомневаюсь. Он отлично собирает информацию, но как-то неумело ее анализирует, согласитесь?       Две девушки и парень, поток Кайзеровских держи, но любви не случилось. Внутри ничего не загорелось. На этюд не наберется.       А вот если поменять слагаемые, и все пледы с печеньем теперь как стрелы летят в Кайзера, что от держи уже впору задохнуться? Думаешь, любовь, господин актер?       Ах, если б все, чему учили в школе, было правдой! В лучшем случае достанется крупица истинного знания, которую по неумелости или забывчивости, все равно применишь не там, где надо. Так что поосторожнее с тем, что говорят уставшие от жизни преподавательницы на последней паре в пятницу вечером. Особенно о любви.