Обреченное счастье.

Утро следующего дня выдалось для Аллы столь же тяжелым, как и предыдущее - Пугачева помнила, что анализы следует сдавать натощак, и вынужденный отказ от приема пищи для нее превратился в мучительную и, что еще ужаснее, продолжительную - потому что прием врача не с раннего утра, а ближе к одиннадцати часам - пытку. Пока они с Филиппом и маленьким Мишей доехали до центра, пока Аллу по записи принял маммолог, пока они направились к кабинету сдачи анализов и плюхнулись на диван, Пугачева так и сидела без крошки во рту. В какой-то момент, чувствуя, что ее начинает потряхивать от голода, а руки леденеют и потеют, набрала себе из кулера воды - это, пожалуй, единственное, что ей можно перед сдачей крови - и вернулась обратно на комфортабельный диван в приемной. - Алла Борисовна, прошу Вас! - из процедурной выглянула медсестра и, приоткрыв пошире дверь кабинета, пригласила пациентку. Нехотя поднявшись со своего места, Пугачева чмокнула сынишку в макушку и, оставив ребенка Филиппу, поплелась вслед за медработницей. - Можно чуть быстрее, пожалуйста? - тяжело вздохнув, попросила прима, усевшись в специальное кресло и вытянув правую руку, пока девушка заполняла анкету именитой клиентки, - Я есть очень хочу, щас прям тут рухну - делать тогда что будете? - немного напугала, надеясь, что это ускорит процесс. - Конечно-конечно, сейчас, - молоденькая, но, на удивление Пугачевой, умелая медсестра быстро натянула жгут и, аккуратно проколов вену, взяла шесть пробирок на анализы. Посмотрев на количество, Алла не смогла скрыть своего удивления: - А зачем так много? - Марк Аркадьевич назначил комплекс: биохимия, общий, гормоны. - закончив процедуру забора крови, девушка аккуратно перебинтовала, придерживая ватку в месте укола, Алле руку и протянула стакан воды. - А-а-а, ну если Аркадич... то конечно, - ухмыльнулась прима, в два глотка опустошив пластиковый стаканчик. Нет, Курцеру и его команде докторов она вполне доверяла, но комплексная проверка ей казалась излишней, - А что, онкомаркеры там тоже есть? В этом комплексе? - Да, конечно, - кивнула медсестра, - Вы как себя чувствуете после забора? - Знаете, детачка, - хихикнула прима, решив немного пошутить, - пожрамши было бы лучше. Но это я сейчас исправлю. Где у вас буфет-то? - На первом этаже, чуть дальше гардеробной. - Отлично, - Пугачева помнила, что впереди предстояла консультация по поводу Миши у непосредственно Курцера - касаемо прививок, какие и когда, учитывая обстоятельства, лучше ставить ребенку - до которой еще полчаса, и потому решила перекусить. Встав с кресла, слегка шатаясь от незначительного пока головокружения, она вышла из кабинета и плюхнулась на диван, - Филь... - Киркоров, взглянув на бледную жену, испугался до такой степени, что она сейчас прямо тут рухнет, что заранее, пока Алла сдавала кровь, успел купить шоколадку ей в вендинговом аппарате неподалеку и, развернув обертку, протянул Алле, - Спаситель ты мой! - расплываясь в широкой улыбке, произнесла Пугачева, - Спасибо! После порции TWIX'а приме стало немного легче, и она уже уверенным шагом в сопровождении мужа дошла до буфета. Филипп, который из чувства солидарности, чтобы поддержать любимую женщину, тоже не завтракал, вместе с ней с большим аппетитом уплетал вкусные сырники с джемом, и только маленький Миша, сидя в детском кресле за столом, молча, попивая сок, наблюдал, как его родители завтракают. Уложившись в полчаса, супруги успели до приема врача неплохо перекусить, после чего прошли в зону ожидания. Когда ребенка на осмотр забрали врачи, Аллу и Филиппа пригласил в свой кабинет Марк - он настаивал, чтобы клиенты дождались результатов анализов и не торопились, как только другие доктора закончат осмотр Миши, ехать домой. - Алла Борисовна, Вам бы еще осмотр у гинеколога пройти плановый - после родов это показано, - листая ее медицинскую карту, как бы невзначай попросил Марк, на что Алла лишь пожала плечами, - Что-то еще, кроме болей в груди, беспокоит? Кстати, маммография у Вас хорошая, а боли могут быть связаны с изменениями гормонального фона - это мы по анализам поглядим. Мастопатии не выявлено, экссудата - то есть, нетипичных выделений из соска - тоже. - Марк, не знаю, как объяснить, - тяжело вздохнула прима, все больше облокачиваясь о комфортабельное кресло, - Я последние два дня чувствую себя, как выжатый лимон. Особенно, если не поем. - Так-так, - оживился врач, отложив в сторону бумаги и поправив на носу чуть свисшие очки, - подозреваете диабет? - Да не знаю я, - устало прильнула к плечу мужа, что сидел рядом, - не знаю. Кровь из носа течет - разве при диабете такое бывает? - Кровь из носа и диабет объединяет только то, что и то, и другое - это набор симптоматики. Когда сахар в крови понижен - что называется "гипогликемией" - это поверхностный симптом. А сам диабет, как подножие айсберга - диагноз, который способствует развитию других болячек, и те могут быть опасны для жизни. Не так страшно, когда сахар повышен, кстати, - встав со своего места, Курцер подошел к Алле и, надев одноразовые перчатки, чуть-чуть оттянул нижнее веко, что-то смотря в ее глазах, а затем, немного пощупав кожу щек, снял латекс и бросил в урну, - страшнее, когда сахар критически низкий. То же и с давлением - резкое понижение его показателя может привести к спазму - в лучшем случае. Думаю, потому и кровь течет из носа. Какие еще симптомы? Усталость? Чувство голода? Может быть, тремор? - Я бы не сказала, что еда меня спасает, - заявила вдруг Пугачева, - Вот перед твоим приемом вроде бы поела, да? Но... если это низкий сахар, который, вроде как купирован, то с фига ли меня даже сейчас... потряхивает? Слабость опять-таки. Ладони ледяные. - Филипп, сидя рядом, на каком-то интуитивном уровне прижал к себе жену поближе, словно желая защитить - описываемая симптоматика его пугала, он уже не знал, на какой диагноз грешить, - Честно - я еле дожила до буфета, потому что проснулась в восемь утра и, чтобы сдать натощак анализы, мучилась до полудня почти, пока мы до харчевни твоей не допетрили. Кстати, смени повара - тошниловка редкостная, меня до еды мутило от голода, а сейчас изжога от сырников пошла. - облокотившись о письменный стол, Курцер внимательно смотрел на пациентку и размышлял над услышанным, а затем, подойдя к Алле, жестом попросил ее встать: - Сейчас что конкретно беспокоит? Жажда? Сухость во рту? Чувство голода? - удивительно, но пока Пугачева элементарно поднималась со стула, успела покрыться липким холодным потом, и Фил, заметив, что ее шатает, мгновенно подскочил и придержал под локоть. За считанные секунды прима побелела, будто ей лицо мелом обмазали, и теперь, опираясь на Филиппа, желала только одного - поскорее присесть обратно. Она дрожала, мысли путались, сердце билось, как ненормальное в груди, из-за накатившей вдруг немощи еле стояла на ногах. Видя, что с ней творится что-то неладное, Курцер подошел к тумбе и, выдвинув из первого ящика нашатырный спирт, вернулся к пациентке, которая к тому моменту, повернувшись к Филиппу лицом, прижалась к мужу, будто ей сильно страшно, - Алла Борисовна, - окликнул ее Курцер, но Пугачева не среагировала. Тогда врач быстро намазал ей виски нашатырем, отчего Алла дернула головой - запах слишком резкий - но лучше ей не стало. - А вдруг это... - прошептала она, глядя перепуганному супругу в глаза, - рак? Ф... Филь? - сама не заметила, как сознание, в ту же секунду куда-то провалившись, ее покинуло, и она обмякла, затрясшись в судорогах, на руках Филиппа, который еле-еле успел среагировать и подхватить. - Лена! - открыв дверь кабинета, Курцер громко позвал свою помощницу, - Глюкозу сюда! Быстро! - но затем, оглядевшись, понял, что в его кабинете нет кушетки, куда можно положить пациентку и потому поправил сам себя, - В интенсивку, в третью! Принеси туда! Филипп, пойдемте! - Марк провел Киркорова с женой на руках в отделение интенсивной терапии, где Аллу подключили к датчикам, а медсестры суетились, ставя нужный укол. - Марк Аркадич, кардионитики вводим? - уточнила одна из работниц, что немного взбесило Курцера, и тот рявкнул: - Зачем? У нее кардиограмма чистая, по прочей симптоматике инсульт и кардиогенный шок исключаем. Дай еще нашатырь! - снова намочив ватку, дал приме понюхать, - АллБорисна! АллБорисна, Вы меня слышите? - но ответа пока не было, - Лена, добавь еще глюкозы! - Филипп, в абсолютном шоке стоявший рядом, на несколько секунд растерялся, ему словно обухом по голове дали, и Марк, взглянув на Киркорова, поспешил успокоить, - Все нормально будет. Давайте ее на бочок положим... - Фил помог врачу, и Алле от этого жеста стало легче - она пришла в себя, - Так, артериальное нормализовалось. - с облегчением вздохнул Марк, посмотрев на показатель, - Алла Борисовна, - слегка похлопал ее по щеке, - приходим в себя, дорогая, приходим. Ничего-ничего, такое бывает! Все хорошо. Тошнит Вас? Есть хотите? - но Пугачева, сглотнув слюну, протянула руку к Филиппу, и он наклонился, обнимая ее: - Все хорошо, не бойся, не волнуйся, я рядом. - как мог, успокаивал ее Филипп, понимая, чего жена страшится больше всего, - Это не рак, да ты что, Аллусь, - нежно поцеловал в висок, - Ты как себя чувствуешь? - Рак? - переспросил Курцер, услышав это слово, - Да Вы что, АллБорисна! Какой рак-срак, о чем Вы вообще? - Марк Аркадьевич... - незаметно подойдя к врачу, окликнула его медсестра, - прошу прощения, анализы Аллы Борисовны пришли, - вручила несколько бланков, и Курцер, перехватив их, принялся изучать. Несколько раз пробежался глазами по показателям, поправляя очки, затем нахмурился, и Алла с Филиппом, заметив его реакцию, испугались настолько, что Пугачева чуть было не заплакала. - Не... может этого быть... - прошептал Марк, не сумев сдержать эмоций, но сразу, понимая, что подобное поведение непрофессионально, осек себя, - Алла Борисовна, Филипп Бедросович, не нервничаем. Успокаиваемся. Сейчас мы Вас, дорогая Вы наша, прокапаем, полежите чуток. Потом отвезем Вас на кое-какое обследование, хорошо? Это не больно, не переживайте. - Наш сын, - напомнил Филипп, - Миша. Мне надо его забрать из педиатрии. - Давайте он побудет под присмотром моих коллег, пока все не прояснится с мамой Миши, - улыбнулся доктор, - а потом Мишу вам принесут, хорошо? Так и вам, и ребенку спокойнее. - Ладно, - тихо прошептала прима, все еще сжимая руку Филиппа. Курцер отошел чуть в сторону, позволяя Киркорову сесть рядом с супругой и, все еще поглядывая на пациентку, проверял ее анализы. Больше всего Алла и Филипп боялись услышать вердикт врача - потому что ни вариант рака, ни вариант диабета их не устраивал от слова совсем. И, пока врач совещался с коллегами в другом кабинете, супруги довольно сильно переживали, не зная, что им думать. Когда в палату привезли обед, Алла от стресса даже не посмотрела на еду, но Филиппа поесть заставила, едва ли не накормив принесенным салатом с куриной грудкой. - Ты хотя бы сок попей, - попросил ее Киркоров, и Алла нехотя сделала пару глотков. - Да-да, - вмешался Курцер, вновь заглянув в - уже обычную - палату, где находилась пациентка, - сок Вам не помешает. Алла Борисовна, томить не буду - диагноз Вам поставлен, - в этот момент сердца супругов забились почти в унисон, да так часто, что пульс ощущался неприятным дерганием под горлом, - это не рак - скажу сразу, - и Алла облегченно вздохнула, а Фил улыбнулся, посмотрев на жену, - У Вас, как я и предполагал, диабет. - Твою мать, - буркнула прима, скрестив в недовольной позе руки на груди. - Но он... гестационный, - продолжил Курцер, и супруги, не понимая значение этого термина, вопросительно посмотрели на врача, - Это значит, что сам пройдет. - Отлично! - обрадовалась прима, снова засияв улыбкой. Перспектива глотать какие-либо таблетки и ставить уколы ее мало прельщала. - Когда родите... - добавил Курцер, и в палате сразу же повисла такая тишина, что слышно даже тиканье стрелок настенных часов - ни Алла, ни Филипп, ни даже, пожалуй, сам Курцер не могли поверить в происходящее, это казалось каким-то чудом, Божьим подарком, - Вы беременны, Алла Борисовна. - более твердым тоном произнес доктор, - Судя по высокому в Вашей крови хорионическому гонадропину - иначе ХГЧ - Вы... в положении. Я поздравляю Вас с мужем. - с каждой секундой, осознавая услышанное, Филипп все больше расплывался в счастливой улыбке - еще одному ребенку он искренне был рад - и Алла, заметив это искрящееся счастье в его глазах, улыбнулась в ответ. Она все еще была в шоке - новость слишком неожиданная - но при мысли, что будет еще один малыш в их семье, еле сдержала слезы счастья, - Я попрошу Вас пройти со мной в УЗИ кабинет, я сам проведу Вам исследование - нужно посмотреть, на какой Вы неделе и нет ли патологии. Вы, - приблизившись к пациентке, Курцер отдал ей бланк анализов и быстро, засекая пятнадцать секунд, прощупал на ее запястье пульс, - в состоянии идти? Голова не кружится? - Если только, - все-таки смахнув слезы радости, прикрыв лицо руками и сделав глубокий треморный вдох, произнесла прима, - от счастья! - Марк, а Миша как? С ним все в порядке? - сменил тему Фил, беспокоясь о сыне и помогая жене встать с кровати. - Да, не переживайте. У вас растет здоровый мальчик, с ним все хорошо. Завтра его заберете. - Как завтра? - едва ли не вскочила обеспокоенная Алла, - Почему? Что случилось? - Да ничего не случилось, что ж Вы так реагируете? Спокойно! Просто Вам я предлагаю, учитывая наличие гестационного диабета, провести ночь в стационаре, а Ваш ребенок побудет в детском отделении. А завтра выпишитесь. Я выдам назначения. - Нет! Нет, не хочу так, нет! - воспоминание о том, как она переживала за Мишу, пока тот лежал после родов в неонатальном отделении, заполнило душу Пугачевой, она боялась не видеть сына слишком долго и начинала довольно сильно за него переживать, - Если все хорошо, я не хочу оставлять тут ребенка даже на ночь! Мы поедем домой, я дома могу также валяться! - Ладно, Бог с Вами. - сдался Курцер, видя, что пациентка излишне занервничала, - Только сперва сделаем УЗИ-скрининг, договорились? Потом я выпишу назначения, мы Вас прокапаем еще раз глюкозкой и магнием и отпустим, ладно? Алле не терпелось поделиться радостью с ближайшей подругой - она знала, Алина, как никто другой, порадуется за нее - и, едва дотянулась до прикроватной тумбы, как только врач вышел из палаты, набрала Редель. Один гудок, второй, третий... Алла перезванивала снова и снова, только вот абонент никак не брал трубку...