Обреченное счастье.

- Алл, скажи честно, - Рёдель, только что подав гостям - Алле и Филиппу - чай, присела рядом и, кратко улыбнувшись маленькому Мише, который у бизнес-вумен вызывал особое умиление, демонстративно насупилась на подругу, - ты приехала меня проведать, ведь так? - Что за вопросы, Алинчик? - немного удивилась Алла, помогая мужу снять с ребенка комбинезон, чтобы малыш не вспотел, - Конечно, я за тебя переживаю, волнуюсь. Потому мы и решили тебя проведать. Ты что, не рада нас видеть? - Рада, Алл, рада. - тяжело вздохнула хозяйка дома, - Просто ты меня тоже пойми - на второй день после химии мне хочется отлежаться, а не бегать вприпрыжку по гостиной, обслуживая дорогих гостей. Хотя, за внимание спасибо, - ухмыльнулась Алина, - я теперь хоть знаю, что... кому-то нужна. - Вот-те на! Приехали! - всплеснула руками прима, словив непозволительный тон отчаяния в голосе лучшей подруги, - Ты чего, мать? Тебе там психотропы не добавляют случайно? Мне твои суицидальные мысли совсем не нравятся. Как это "кому-то нужна"? Нам с Филей и Мишей, как минимум! - Спасибо, Алл, спасибо, - горько улыбнувшись, кивнула Рёдель, как будто бы не особо веря в утешительные слова Пугачевой, - я бы пошутила, да настроения и сил физических - не поверишь - даже на такую малость нет. Хотя, что Мишутку привезли - это вы молодцы, прямо глаз радуется. Я ведь, - взяв упаковку печенья с подноса, женщина открыла ее и протянула, предлагая гостям, - чувствую себя так или иначе сопричастной к рождению этого чуда. - Да, - кивнула Пугачева, тяжело вздохнув, - и при этом не хочешь быть его крестной. Что ж, - развела она руками, - тогда мы вопрос крестин вообще снимаем с повестки дня, пусть будет некрещеным, это лучше, чем абы-кто. - Тебя из крайности в крайности, как всегда, Аллунь, - Рёдель предполагала, что это некая уловка, чтобы попытаться в очередной раз уговорить ее стать крестной мамой Миши, но нет - Алла и впрямь намеревалась закрыть эту тему, - Ребенок не может быть некрещеным, это неправильно. Но Пугачева молчала, и Рёдель, чуть призадумавшись, посмотрела на кроху - трехмесячный Миша играл со своим отцом в какую-то игрушку-неваляшку, которую захватили из дома с собой, чтобы малышу в гостях не было скучно. Киркоров занимался ребенком, сидя рядом и, изредка попивая чай, никак не встревал в диалог двух подруг - понимал, что им, вероятно, есть, что обсудить. В общем-то, после обследования в центре Курцера Алла и Филипп с маленьким Мишей вернулись, как и планировали, домой, но следующим же утром решили съездить к Алине: во-первых, Алле не терпелось убедиться, что с подругой все более-менее, насколько, конечно, позволяет ситуация, нормально. Во-вторых, она знала, что новость о новой беременности непременно обрадует бизнес-вумен, поднимет, возможно, настроение, но вот как сообщить пока о своем интересном положении еще не знала. - Нет, Алин, я серьезно, - нахмурившись, Пугачева посмотрела на лучшую подругу, как будто бы окончательно смирившись с фактом, что ту невозможно убедить стать крестной, - Тема закрыта, больше я к тебе не пристаю, - Рёдель ничего не ответила - да и не знала, что в такой ситуации можно сказать, казалось, молчание куда красноречивее, - Разреши, я уборной воспользуюсь... - поднявшись с дивана, Алла вышла из комнаты, и Алина, улыбнувшись играющему Мише, зачем-то последовала на кухню. Рёдель почти не курила - так изредка - но сейчас ей прямо не терпелось, женщина чувствовала излишний стресс, который хотелось хотя бы немного сбавить никотином, и потому, найдя припрятанную в шкафу початую пачку, вытянула сигарету и закурила, - Алин... - Пугачева встала на пороге кухни, где дымила Рёдель и, на удивление бизнес-вумен, попросила, - Можешь не курить, пожалуйста? Я тебя очень прошу. - А че такое? За Мишу переживаешь? - все-таки потушив сигарету под струей воды из крана, Алина выкинула бычок в мусорное ведро и подошла к Алле, - Это что-то новенькое, мать, - поддела она приму, слегка улыбнувшись, - Когда это тебя ебло, в конце концов? Сама, будучи на сносях, как паровоз дымила, и ниче. Кроме того, они с Филиппом в гостиной, дым до них не доходит. - Меня... - замялась прима, почему-то немного растерявшись, - тошнить начинает сильно. И вообще, я беспокоюсь сейчас не только о Мише, но и... о другом ребенке. - повисла молчаливая пауза, Алина, пытаясь осознать услышанное, демонстративно перевела взгляд на початую пачку, что все еще лежала на столешнице, а затем на подругу, которая стояла, словно пионерка, но скрестив на животе руки, - Я беременна, Алин. - Да ладно! - Алина одновременно и удивилась, и обрадовалась, а на ее лице красовалась широкая улыбка, - Серьезно, что ли? - Пугачева слегка улыбнулась, кивнув головой, и Алина в порыве чувств обняла подругу, - Ну вы молодцы! Я ж говорила! Второй на подходе! Помнишь, когда к вам в лесочек-то приехала? А срок какой? - Пять недель, - все еще отчего-то смущаясь, негромко ответила Алла. - Ну я ж говорю - волшебный тот лесок! - хихикнула Рёдель, по-доброму подначивая подругу, - Не, я очень рада! А еще рада, что ты за мозги взялась. Помню, ты была на шестой неделе, когда узнала о Мише. - Алин, ты знаешь, - Алле не терпелось поделиться с подругой своими переживаниями и опасениями, она надеялась, что та поможет ей успокоиться и развеять чуточку страхи, связанные с ее беременностью, - не все так просто, - тяжело вздохнув на удивление Алины, прима развернула стул и уселась на него, - в анамнезе невынашиваемость, Курцер сказал, что рождение Миши можно считать чудом. Кроме того, диабет - я теперь на особом режиме питания. - Алл, поверь мне, это все фигня, если ты слушаешь своего врача, - резко оборвала ее Рёдель, видя, что подруга все больше погружается в ненужное ей волнение, - я тебе объясню на пальцах: в тот раз ты какой только херни не творила, извини, конечно - потому да, я согласна с Курцером, рождение Миши можно реально считать чудом. Но, как я понимаю, в этот раз все иначе. У вас с Филиппом семья, ребенок, второй на подходе - ты же адекватная тетка, ты же умеешь себя контролировать и свои эмоции? У тебя Филипп есть, поддержка. А сейчас - без обид - что ты хочешь от меня услышать? Я тебе ничего нового, что не говорили твой врач и любящий супруг, не скажу. Могу посоветовать только одно - выполняй все рекомендации. Но я рада за вас с Филиппом, искренне поздравляю. Надеюсь, - ухмыльнулась сама себе Рёдель, вмиг вспомнив о своем грустном, - доживу до твоих родов, маленького хочется увидеть. - Алина, что ты такое говоришь? - Аллу возмутили слова подруги, и она даже как-то сурово посмотрела на нее, - Не хочу такое слышать! - Алла, перестань. Есть статистика! - продолжала гнуть свою линию бизнес-вумен, не особо веря в свое выздоровление. - Статистика? - Пугачева, резко вскочив со стула, как будто взбесилась, и Алина интуитивно сделала полшага назад, немного опешив от такой бурной реакции, - Статистика, говоришь? Из пяти беременностей одна удачная, которую врач считает чудом - вот тебе статистика, ясно? Ясно, Алина?! И как будет протекать эта беременность и чем она закончится - это тоже статистика? Это мне хочешь сказать? - Пугачева заметно покраснела, разозлившись словам подруги, которые задели лично ее, но Алина, пытаясь сбавить накал, подошла и коснулась ее предплечья: - Успокойся. - Нет, это ты успокойся! - все еще продолжала Пугачева, и на ее повышенный тон, доносящийся даже до гостиной, пришел Филипп с Мишей на руках, - Это ты успокойся, Алина! И лечись нормально! Тоже - выполняй предписания врачей и не говори, что есть какая-то статистика! Срать я хотела на эту статистику, понятно? - Тебя заклинило? - пошутила Алина, видя, что подруга всерьез завелась на пустом, казалось бы, месте, - Ты еще пену изо рта пусти. Давай остановимся, Алл. Тебе нервничать нельзя, а я не хочу обсуждать эту тему. - А я не хочу слышать слова "статистика", Алина. Не хочу! - Пугачева так переживала и даже чуть кричала, потому что вдруг испугалась потерять ребенка. В какой-то момент ее триггернуло, едва она поняла, насколько высоки шансы, что дело снова закончится выкидышем. Голова закружилась от страха, и Алла плюхнулась обратно на стул, а затем, проведя ладонью по вспотевшему лбу, посмотрела на Мишу - Фил, испугавшись за жену, присел рядом, и Алла, обняв ребенка прямо с рук мужа, еле слышно прошептала, - Мишутка - это не чудо, как говорит Марк. Это мое, - выделила голосом прима, - родное чудо... Это мое счастье, мой ребенок, а не статистика, какой бы положительной она ни была, и у него родится брат или сестра, неважно - главное, чтоб здоровый и в срок. - Аллунь, ты как, нормально? - обеспокоено уточнил Фил, видя, что Алла не выпускает из объятий любимого сына, но Алина, молча наблюдая эту сцену, решила пошутить, чтобы разрядить обстановку: - Алл, знаешь... Может, ты и права. В конце концов, из четырех твоих браков только один счастливый - с тобой, Филь, - посмотрела на Киркорова, который устроился так, что мог обнимать слегка Аллу, - а это ведь тоже... статистика. - Замолчи, Алин... - еле слышно, прижимаясь к мужу, прошептала женщина, на что Рёдель лишь широко улыбнулась, хмыкнув: - Да нет, правда: при раке желудка, согласно последним исследованиям, опять же - статистике - выживают два человека из десяти. Кто знает, может, и у меня получится, - на это Пугачева, чуть отодвинувшись от Филиппа, улыбнулась, и Алина, глубоко вздохнув и подойдя к Алле ближе, продолжила, - Человеку надо знать, зачем он выздоравливает, Алл. Потому что в какой-то момент формулировка "для себя" перестает работать, она не мотивирует, а даже угнетает. Так вот... Ты меня сегодня настолько обрадовала тем, что снова залетела - без обид на это слово - что... у меня появился стимул: дожить до твоих родов - благополучных и в срок - и жить, чтобы все-таки стать... крестной мамой Миши. - на эти слова Алла и Филипп, переглянувшись, посмотрели на Рёдель - та, скрестив на груди руки, стояла и довольно улыбалась. Но это была лишь маска: на самом деле, прекрасно понимая, что шансов у нее на излечение не так уж много, Алина, чтобы мотивировать и Аллу, и себя до кучи, решила пообещать то, что трудно в ее ситуации выполнимо - выздороветь. От осознания этого факта, от воспоминаний еле прожитых мучительных курсов и предстоящего количества для достижения более-менее устойчивой ремиссии, когда болезнь притихнет, Рёдель искренне захотелось плакать, и потому она резко отвернулась, сделав глубокий вдох, чтобы успокоить разбушевавшиеся эмоции. - Алинушка... - Пугачева, неторопливо встав со стула, подошла к ней и обняла со спины, на что Рёдель, не сумев справиться с эмоцией, дернула плечом: - Иди в жопу, Алл, - но прима лишь расплылась в улыбке и, встав перед подругой, тепло обняла ее, - Не надо, не обнимай. Вон, в "МК" пишут, что рак заразен, не дай Бог! - Ой! Я тя умоляю! - хихикнула прима, чувствуя, как Алина обнимает ее также тепло, - Ты выздоровеешь. Станешь крестной Миши. Договорились? - Я ж уже сказала - мне что, повторяться? - смахнув слезы, произнесла, чуть улыбаясь, Алина, - Кстати, где мой обещанный рыжий парик? А то хожу в платке как мусульманка! - А что, тебе идет! А парик не привезла, потому что, - решила пошутила прима, - второй Пугачевой не потерплю, - на это подруги синхронно засмеялись и еще раз кратко обнялись. - Да уж-да уж! - потрепала ее по шевелюре слегка Рёдель, - Такое лохнесское чудовище должно быть только одно, второе страна по бюджету не потянет! Ну давай, я вас накормлю, что ли? Неудобно как-то, в гости все ж приехали. - Спасибо, конечно, но я предлагаю переместиться в кафе - и тебе не готовить, и нам поесть, - предложила Пугачева, на что Рёдель пожала плечами. - Резонно. Кстати, и повод выпить есть! Но мы с тобой, Аллуня, гранатовый сок, - улыбнулась Алина, помня, что подруга в положении, а сама Рёдель на тех препаратах, которые исключают напрочь алкоголь из рациона, - У меня все-таки бизнес купили, представляете! С долгами рассчиталась, на несколько курсов лечения еще денег с лихвой хватит! В Германию летал мой представитель, покупательница - абсолютная тезка Вашей Люси! Тоже Людмила Ванна, вот ведь совпадение, прикинь!