Обреченное счастье.

- Вы правильно сделали, - Курцер внимательно рассматривал бланки только что принесенных ему медсестрой анализов, пока Алла и Филипп, заметно нервничая, смотрели на доктора, - что приехали ко мне. Приступ гипогликемии - когда на фоне низкого в крови сахара следует потеря сознания, да еще в воде, - нахмурившись, перевел краткий взгляд на Пугачеву, что та побледнела в ту же секунду, - требует, конечно же, тщательного внимания. То, что мы Вас прокапали - это замечательно, но... - все еще листал Марк анализы, - и пару дней назад Вы обследовались все было нормально по всем показателям, но... я бы рекомендовал два-три дня полежать под нашим наблюдением в стационаре. Не поймите меня неправильно, но у Вас возраст. Риски, некоторые факторы. Конечно, приступ может не повториться, но даже если так и в условиях стационара, то извините - Вам придется назначить инсулин. - Но... - замялась прима, крепче сжимая руку мужа, ища незримую поддержку в его теплом жесте, - это же профилактика, верно? - Да, - кивнул Курцер, отчего-то тяжело вздохнув, - не более. Не волнуйтесь. Грубо говоря, показаний, если забыть про Ваш диабет, к госпитализации нет. Это я паникер, просто перестраховываюсь. - Надо же, а мы и вещи никакие с собой не взяли, - Филипп и подумать не мог, что Алла задержится в клинике, и потому немного растерялся. Впрочем, казалось, Аллу эта новость обрадовала - последний перенесенный ею криз чудом не закончился трагедией в виде утопления или комы, и потому женщина вовсе не собиралась сопротивляться и просить отпустить ее домой, - Я тогда за нашими вещами съезжу, Аллунь, - обратился он к жене, но Пугачева лишь бросила на него удивленный взгляд, - Я тебя тут одну не оставлю, с тобой буду, - пояснил Фил. - Даже не вздумай! - немного резко оборвала его прима, но тут же сменила риторику на более мягкую, понимая, что супруг беспокоится, - Филечка, конечно, мне приятно, что ты обо мне волнуешься и не отходишь ни на шаг, но Миша! Наш маленький сынок не может быть без присмотра. Я прошу тебя, побудь с ним. - Конечно, Алл. Я сам беспокоюсь о Мишеньке. Слушай, давай компромисс - весь день я буду с Мишей. А ночевать буду приезжать с тобой - мало ли, что. - Это возможно, Филипп, - кивнул Курцер. Подойдя к рабочему столу своего кабинета, врач собрал папку с документацией и, вложив в нее новые анализы именитой пациентки, подошел, сняв очки, к супругам, - Я попрошу, чтобы в палату к Алле Борисовне привезли еще одну кровать. Пока проходите на пост, оформляйтесь, АллБорисна, - открыв дверь кабинета, произнес Марк, - А я Вашему супругу скажу, какие вещи привозить из дома - помимо обычных, потребуется кое-что докупить. Позже мы к Вам подойдем в палату. - Хорошо, - привстав на цыпочки, Пугачева сладко чмокнула Филиппа в губы, на что он улыбнулся и, не желая терять понапрасну время, направилась к медицинскому посту. Едва она вышла, Курцер запер дверь и, глубоко вздохнув, спрятал очки в карман нагрудного халата. Этот жест породил в Филиппе толику сомнений, что все так уж радужно, как описывал врач, и он поспешил уточнить: - Марк, с Аллой ведь все в порядке? - но Курцер, снова подойдя к своему письменному столу, открыл папку с документацией Пугачевой и, чуть склонившись, еще раз просмотрел результаты обследований - и старые, и свежие, - Марк?.. - снова, но уже более настойчиво переспросил Филипп, и доктор жестом показал ему на стул, попросив присесть. - Филипп, я не стал говорить при Вашей супруге - она у нас девушка впечатлительная. Да и выводы какие-либо делать пока рано, УЗИ-аппаратура сегодня крякнулась, датчик сломался, потому говорить однозначно, опираясь только на анализы, я бы не стал. Однако, буду с Вами честен. - Что такое? - Фил вовсе и не думал присаживаться, лишь подошел к врачу ближе, сильно перепугавшись за жену и ребенка, - Что с Аллой? - То, что у нее в анализах гликированный гемоглобин не совсем хороший - это ладно, это не страшно, - начал открываться Марк, - Но... ее гормоны. В частности ТТГ и пролактин... меня сильно смущают. Они просто скачут. Говорить это может о разном, но... - Но-о-о?.. - вопросительно протянул Киркоров, словно выуживая информацию от покрасневшего врача. - В сочетании с тем фактором, что у нее снизился ХГЧ в крови... Который сам по себе говорит о наличии плода в организме... Я... - замялся Курцер, - подозреваю у Аллы Борисовны... замерзшую беременность. - повисла долгая мучительная пауза, Филипп чисто интуитивно понимал значение этого вердикта, но язык не поворачивался переспросить и уточнить, - Это когда... плод перестает развиваться и умирает. Причин для этого много, в том числе и диабет. А вкупе с эмоциональным напряжением - это просто клондайк. В общем... Рано говорить конкретно что-либо, но я госпитализирую Аллу Борисовну… в первую очередь опасаясь именно этого. - Но... Это же не выкидыш? - Киркоров не мог и не хотел верить в услышанное, пытался зацепиться хоть за что-то, что отведет от самой страшной мысли потери ребенка, - Это же... все-таки беременность, да? - вопреки стараниям держать эмоции в узде, Филипп покраснел, как свежесваренный рак, а в глазах проступили слезы. - Филипп, я еще раз объясню - умерший плод требует экстракции. Надо будет делать аборт, если опасения подтвердятся. Я могу повременить с такой мерой на один-два дня, пока нам не привезут новое УЗИ и мы, проведя обследование, не убедимся в стопроцентном диагнозе. Если не сделать медицинский аборт, то... разовьется заражение крови. - видя, что Филипп помрачнел, Курцер уточнил, взяв его за предплечье, - Вы понимаете, о чем я? Она может умереть. Это не вопрос выкидыша, нет. - Я... Я понял, - еле произнес Филипп, стоя, как вкопанный, - Но... Вы же можете ошибаться, да? - Дай-то Бог, Филипп, - тяжело вздохнул Курцер, - дай-то Бог. Как сказать об этом дражайшей - я не знаю. Придется Вам. Я подстрахую медикаментозно, подготовлю успокоительное. Но сообщить - это дело первое. Самое сложное - уговорить на выскабливание матки. И это уже, как мужа, в Вашей компетенции. А пока что... Пусть полежит. Мы ее понаблюдаем, прокапаем. Как только привезут УЗИ - сразу сделаем. - Но в моем присутствии, пожалуйста! - воскликнул Фил, резко подняв голову, - Я... должен быть рядом. - Да. - кивнул Марк, - Именно так. Сейчас пойдемте. Алла Борисовна уже, скорее всего, в палате.