Разбитое сердце Льюиса

‎В родовом поместье семьи Мориарти было ни капли не теплее. Комфортного контраста между улицей и домом Льюис так и не ощутил. ‎ ‎"Любимый брат" ушел на второй этаж, как только оповестил парня об удачных переговорах с доселе незнакомой личностью. Луи же пришлось направиться прямо и снова прямо по дому, оставив дряхлое пальто на напольной вешалке французского типа. ‎ ‎Он помнил, как долго колебался с выбором места для верхней одежды. Напольная вешалка была подозрительно похожа на комнатный декор. К тому же, на ней было абсолютно пусто, что лишь добавляло сомнений. ‎ ‎— Почему Вы до сих пор стоите там? Проходите же, чудак! ‎ ‎Решение мужчины поторопил чужой голос, предположительно, из столовой. Льюис сумбурно прокашлялся, все же оставляя свое пальто там, двинулся на встречу. В ушах зазвенела поговорка "перед смерть не надышишься", что, на удивление, придавало сил. ‎ ‎Он больно закусил губу, пряча тревожно-радостную улыбку от всего мира. Чистейший результат его пакости. ‎ ‎() ‎ ‎Около камина, согнувшись в три погибели, спиной к нему стоял мужчина. Скорее даже парень, если судить по молодежной одежде и вольным каштановым локонам. Поправляя дрова в камине, он будто совсем не боялся за свои дорогие манжеты и запонки, суя руку прямо так, не закатав рукав. ‎ ‎Примечательно, что парень знал, что таким обычно занимаются слуги, ведь работа подобного типа относится к черной. Иногда дворяне даже могли себе позволить отдельно кочегара для общего отопления и горничную, следившую за декоративными каминами. Но теперь мода изменилась. Весьма загадочным стало ухаживать за камином в перерывах разговоров. Где-то на уровне курения сигары. От такого пропадает чувство неловкости, да и руки заняты. ‎ ‎— Да садитесь же, — молодой человек повернулся и прямо кочергой указал на кресло, обитое бордовой тканью. ‎ ‎Льюис с толикой недоверия послушал настоятельный совет, усаживаясь около камина. Теперь противно-мокрую одежду не хотелось стягивать. Лишь уплыть в розовый и сладкий сон, поддавшись согревающему теплу. ‎ ‎Незнакомец, очевидно, не дал ему этого сделать. ‎Обойдя блондина, он резко придвинул кресло, на котором сидел Луи, ещё немного ближе к огню, приподнимая уголок губ. ‎ ‎— Совсем другое дело. ‎ ‎Льюис дернулся, опираясь о подлокотники. ‎ ‎— Зачем же Вы так резко?! — вспылил он. ‎ ‎— Всего лишь забочусь о своем братце. ‎ ‎Его глаза округлились. Внутренний голос, что заранее продумывал фразы, вдруг начал неловко запинаться. ‎ ‎— Ах...ну да... — голова от смешанных мыслей закружилась и будто дала пробоину. ‎ ‎Его новый "брат" же с кошачьим спокойствием оглядел его сверху вниз, пока Льюис старался не задохнуться в попытке создать иллюзию ровного, спокойного дыхания. ‎ ‎В конце концов шатен взял Лу за руку, присев перед ним на колено. Он долго поглаживал конечность успокаивающими движениями, вместе с этим драгоценным ларцом открываясь перед парнем. ‎И тут с очередной неизвестностью было покончено. ‎ ‎Симпатичного парня, что одевался по моде, звали Альберт. Тоже Джеймс Мориарти, логично. Он был старше его и Уильяма и руководил особняком и домашними делами после смерти родителей. Важно, что руководство всеми финансами и планами он доверил господину Уильяму, как прекрасному стратегу и математику. Возможно, от этого Уильям считался негласным главой семьи и заменой отца. ‎ ‎Альберт являлся единственным кровным Мориарти, ведь, что подтвердилось, тот парень был принят в семейство аристократов после того, как смог продемонстрировать свои удивительные способности, что были впору гению, впечатлительной миссис Мориарти. ‎ ‎— Это все так навалилось... пожалуй, мне действительно нужен отдых. Я могу поспать прямо в кресле не бес-... ‎ ‎— И не думайте, — Альберт наконец отпустил разгоряченную руку, поднимаясь на ноги после подробнейшего рассказа. ‎ ‎— Ступайте на второй этаж во вторую комнату. Я обязательно занесу Вам все необходимое, — глазами он начал прострел, пытаясь с помощью "зырканья" понять, не нужна ли ему ещё какая помощь. ‎ ‎— А...ах! И ванна. Крайняя комната второй этаж. Уборная рядом. Доброго вечера, господин. — Альберт расплыося в улыбке Чеширского кота, когда Льюис ушел готовиться ко сну. ‎