Долина легенд

      Комната утопала в темноте: мрак прогоняла только маленькая одинокая свечка. Пахло сыростью. Вокруг — ни души, за исключением всего двух человек. Один лежал на полу и был связан по рукам и ногам так крепко, что на огрубевшей коже оставались красные следы. Он лежал на полу в луже собственной крови. Живой.       Пока что.       Над ним стоял другой человек. Он был одет в чëрный плащ и немного терялся на фоне комнаты. На голову был накинут глубокий капюшон, скрывающий лицо. От его взгляда по коже мгновенно пробегался мороз. Что-то в нëм было странно. Быть может, то, что он не так давно встретился с отрядом головорезов из империи Эклипс, отправленных для уничтожения столпа. А может то, что он так легко исчез в голубом вихре льда.       А может то, что он впервые заявился в малоизвестную гильдию и сразу смог попасть к главе? А может то, что прямо сейчас перед ним лежал человек из отряда Эклипс, которого он поймал и силой притащил сюда?       А может, всë потому что…       — Иди к чëрту! — кашляя кровью, прохрипел пленник — я тебе ничего не скажу!       Дыхание воина из Эклипса было сбивчивым и неравномерным, а с уголка рта ошметками текла кровь. Незнакомец опустился перед несчастным убийцей на корточки и заглянул в его глаза. Они горели гневом. Злостью. Даже толикой отчаяния. Но не раскаянием. Этот человек, который медленно умирал, до сих пор ничего не понимал. Да и понять ему это вряд ли дано.       — Мне не нужно, чтобы ты говорил — прошептал незнакомец в плаще.       «Мне достаточно услышать твои мысли» — добавил он про себя.       Воин из вражеской страны с непониманием уставился на него. Незнакомец знал — сейчас он думает о том, что он сумасшедший. Знал он и о том, что обычного рядового воина, как он, не поставили в известность ни о каких планах. И никакой пользы он ему не принесет. Этого солдата использовали как пушечное мясо. Незнакомцу не требовалось слышать слова пленника, чтобы узнать, что у этого человека была семья. Они жили в небольшом доме в деревне, неподалёку от караульной башни. Где-то там, на территории его родины его ждала жена вместе с годовалым ребëнком.       Вопрос был в том, что она почувствует, когда узнает, что еë муж не вернется домой: грусть, злость, гнев? А может радость, счастье и облегчение?       Человек в плаще читал его как открытую книгу: воспоминания о тяжелых тренировках, о разговорах в барах и кабаках, о ранениях, шрамы от которых остались на теле, о рыцарской клятве, которую он принес. Былые воспоминания, страхи и переживания мелькали один за другим. И одно за другим он отбрасывал в сторону, пытаясь докопаться до главного.       Но того, чего он искал, у него не было.       Пленник продолжал мысленно бранить своего похитителя, даже не подозревая, что его мысли не надежны. Человек в черном плаще склонил голову набок, а на его лице появилась ничего не значащая улыбка. Капюшон немного съехал и пленник смог увидеть яркие голубые глаза мужчины.       — Ты так жалок… От тебя даже толку никакого — прошептал он с ноткой разочарования.       Пленник хотел ответить ему очередной колкостью, но не успел произнести ни единого звука. С его губ сорвался последний вдох, а глаза остекленели. Поток мыслей прекратился. Воспоминания угасли. Он умер. Жаль, что так быстро — он мог бы попытаться обменять его у Эклипса в обмен на что-нибудь.       Протянув руку, он закрыл умершему глаза.       — Покойся с миром, ублюдок.       Маленькая свечка на полу потухла.

***

      После того разговора с отцом прошло пара дней, прежде чем Эллис опять уехала учиться. Ей приходилось уезжать из герцогства отца в соседнее графство, потому что ближайший филиал школы был именно там. Здесь же училась еë сестра Александра, и здесь же она проходила подготовку к посту главы герцогства как старшая наследница.       Правда, многие сочувствовали эрцгерцогу Эдуарду, мол целых три дочери и ни одного мальчика. Нет наследника. Отец никак на это не реагировал и предложил Саше в будущем занять пост главы рода в будущем. Саша колебалась, но в итоге согласилась.       В этот весенний школьный день ученики особенно бурно что-то обсуждали. А всему виной было то, что в школе наконец-то появится учитель истории. Также был слух о том, что появился ещë один учитель по философии, но это было не так интересно, потому что один учитель уже был.       Эллис, как и было положено детям из знатных родов, училась в имперской школе. По всей империи Аркан было несколько филиалов, но именно здесь была ужасная нехватка учителей. В частности, учителя истории. Дело было настолько плохо, что они практически весь год учились без учителя, просто по учебнику и каждый урок писали конспекты.       Классного руководителя у класса, в котором училась Эллис, тоже не было. Все учителя наотрез отказывались на предложения директора о классном руководстве, учитывая репутацию класса. Если бы Эллис была учителем, то она бы тоже отказалась. А всë потому, что еë одноклассники прославились на всю школу как самые безбашенные и безответственные ученики. Если бы существовал рейтинг по количеству сорванных уроков и доведенных до слëз преподавателей, то они всегда были бы на первом месте. Да ещë и с большим отрывом. Собственно, поэтому их класс был на попечении у директора. Но как бы ни пугала его важная фигура, дисциплины в классе всë равно не было.       Эллис с равнодушным видом наблюдала за одноклассниками, сидя за излюбленной партой у окна. Не сложно было предположить, о чем именно беседовали еë одноклассники. Расположившись за партами в одну большую компанию, они активно рассуждали о том, как за рекордное время довести до нервного срыва будущего учителя.       — А спорим, этот старик и двадцати минут не протянет? — весело спросил Кевин — один из самых ярых хулиганов.       — Ставлю на десять — со смехом ответил его друг.       Продолжать ставки дальше никто не смог — прозвенел звонок. Все сразу уселись по местам, притворяясь примерными учениками. Но все знали — как только учитель проявит хотя бы одну слабость, эта маска спадет так мгновенно, что преподаватель даже глазом моргнуть не успеет. Кажется, сейчас начнется тест на психологическую устойчивость учителя по истории.       Когда смотреть на одноклассников стало скучно, Эллис стала наблюдать за голыми ветками деревьев, упирающихся в стекла. Хотела бы она увидеть на их коре нацарапанные ответы на мучающие еë вопросы, но, кроме только-только появившихся почек, ничего не было. Эллис отвернулась от окна и уткнулась взглядом в стол. В ожидании появления нового учителя она думала о том, что не так давно услышала в зале совещания еë отца. А именно, о падении столпа стихий.       Раньше «Столпы четырех стихий» считали мифом. А теперь, когда странный голубой луч ударил в небо, этот миф стал правдой.       Любопытство с каждой минутой росло. Ей приходилось с трудом сдерживать себя, чтобы не сорваться в библиотеку и не провести несколько часов в поисках чего-то интересного о героях легенд. Она ещë с детства обожала легенды, мифы, историю в целом. Поэтому отсутствие учителя по истории еë расстраивало. Так родился ещë один вопрос: а лучше ли будет с учителем? Очень часто именно они отбивают желание учить интересные предметы. Она знала это на своем опыте: так когда-то сделал учитель алхимии, придираясь ко всему по поводу и без. Так что если «старик», как выразился Кевин, напрочь отобьет еë желание изучать историю?       — Дети, здравствуйте! — в класс зашел директор школы, заставив всех поднять на него взгляд. Он почему-то странно улыбался. Этот низкий седой старик с короткой бородой всегда ей не нравился, тем более когда он улыбался.       Но самым интересным был второй человек, который зашел в класс за ним.       — Знакомьтесь, — громко объявил директор — это ваш новый учитель истории — Алексей Михайлович.       Алексей Михайлович не был стариком, как того пророчили одноклассники. Он был высоким и довольно молодым мужчиной на вид лет тридцати с резкими чертами лица. Чëрные волосы спадали на лоб и были чуть кудрявыми, а красные глаза были как два рубина. Чем-то он напоминал демона. Алексей вежливо улыбнулся ученикам. И, многие ученицы сразу заметили, что он был довольно привлекательным.       — Он такой красивый… — тихо прошептала подруга и соседка по парте Эллис, Кира.       — Кира, ну ты как всегда — Эллис закатила глаза. Кира ткнула еë локтем в бок. Из-за неë Эллис почти не услышала, о чем говорил директор.       — …в общем, ведите себя хорошо. Алексей Михайлович впервые работает преподавателем, поэтому сильно не безобразничайте. К слову, он теперь ваш новый классный руководитель, и…       Лицо нового учителя удивленно вытянулось и он медленно повернулся к директору.       — В смысле?...       Такой подставы от директора ни учитель, ни ученики не ожидали. Стало ясно, почему этот старик так странно улыбался.       — …и голос у него приятный, с хрипотцой такой — шëпотом подметила Кира. На этот раз Эллис была той, кто ткнула еë в бок локтем.       Директор никак не прокомментировал произошедшее и, на последок пожелав новому учителю удачи, поспешно ретировался. Преподаватель окинул свой класс таким взглядом, как будто он нашел под своей дверью брошенного ребëнка. Хотя, можно было и вправду сказать — директор «подкинул» ему классное руководство.       Классное руководство над самым проблемным классом в школе.       — Эм… — наблюдать растерянного неопытного учителя было интересно. Он наверняка заранее заготовил какую-нибудь речь, но внезапные слова директора выбили его из колеи.       В общем, директор умел неприятно удивлять. В подобных ситуациях класс мог бы сразу же показать свое поведение во всей красе, однако ученики молчали. Они тоже не ожидали, что учитель истории, о котором они знали только со слухов, будет их классным. Прежде всего было необходимо аккуратно прощупать почву: классные руководители могут доставить им немало проблем.       — Так, вы уже знаете, что меня зовут Алексеем и всю прочую чепуху, только у меня к вам один вопрос: у вашего директора чувство юмора такое, и я просто чего-то не понимаю?       Пожалуй, за последний год эта минута среди еë одноклассников была самой тихой.       Встретив такую отдачу, Алексей Михайлович покачал головой и, пробормотав под нос что-то про непутевого директора, снова обратился к классу.       — Что ж… Наверно стоит отметить отсутствующих.       Было очень хорошо видно, что мужчина нервничал, но пытался это скрыть. Может, директор надеялся, что раз уж он мужчина да ещë и в расцвете сил, то сможет держать класс в ежовых рукавицах. Только вот никто из одноклассников в это не верил.       — Я подбросил ему кнопку на стул — шепнул Кевин своему другу, пока Алексей Михайлович по очереди называл имена и фамилии. Друг Кевина издал громкий смешок, но учителя это не смутило.       Эллис покачала головой. Не хотелось, чтобы у класса в целом не испортились отношения с новым классным руководителем, но одноклассников было не переубедить.       Зато сам учитель не собирался портить отношения между ним и учениками.       — Так, раз все в сборе, тогда начнем… — Алексей, который всë это время стоял, выдвинул стул, чтобы присесть. Он, очевидно, заметил кнопку. Его брови поползли вверх, а голос стал грубее — Вы что, серьезно?       Непонятно почему, но никто в классе не стал смеяться, как это было на уроках других учителей. Эллис не могла понять, почему так происходило до тех пор, пока не ощутила это на себе. Взявшийся из неоткуда скользкий страх. Девушка незаметно для себя сжала под партой руки в кулаки. Дыхание сперло.       — Подложили кнопку на стул? — тем временем продолжал Алексей.       Улыбка на лице Кевина стëрлась, как грифель от воды. Его другу тоже было не до шуток.       — Что за банальщина! — воскликнул учитель, вызвав недоумение у присутствующих — где же ваша оригинальность?!       Липкий страх отступил. Эллис так и не поняла, из-за чего он возник. Кулаки под столом разжались. Вернулась способность дышать. Одноклассники переглянулись между собой, а преподаватель продолжил:       — По дороге сюда директор расхваливал ваш класс, говорил, что здесь самое большое количество носителей стихий из всех классов по школе. Боже, да у вас есть такие возможности! А вы просто подкладываете кнопку на стул?!       А вот и первые упреки учителя… Только не из-за отсутствия дисциплины, а из-за неудачной демонстрации еë отсутствия. Эллис оглянулась: парни шокировано пялились на него, а большая половина девочек из класса смотрели на него мечтательный взглядом.       — Так, давайте договоримся, что вы можете творить что угодно только если это: не банальщина, не вредит ни вашему здоровью, ни здоровью окружающих. А ещë не чудите на уроках других учителей. К сожалению, они не поймут. Итак, вернемся к теме…       Урок прошëл тихо, но… Во-всяком случае, Эллис есть о чем рассказать Рейн.       С причудами был не только учитель истории, но и новый учитель философии. Во-первых, не учитель, а учительница. Во-вторых, она тоже была молодой. В-третьих, она выглядела как богиня.       Эта девушка была невероятно красива. У неë были длинные светлые, почти белые волосы. Серые глаза искрились добротой и светом, а улыбка была такой тëплой, что казалось бы могла согреть их в холодный день вместо огня.       Она сразу понравилась всем ученикам. Те ребята, у кого она провела свой первый в этой школе урок, сказали, что она очень добрая и милая.       Жаль, что из-за самого отбитого класса в школе она может перестать такой быть.       Такое нередко бывало. Со временем отношение учителей менялось и они становились грубыми, черствыми и равнодушными. Эта тоже наверняка станет такой.       — Дети, добрый день, меня зовут Анастасия Викторовна, и я буду вашим новым учителем философии. Ваш предыдущий учитель, когда узнал, что он сможет разделить со мной его рабочие часы в первую очередь отдал мне ваш класс. Если вы будете скучать по-вашему учителю, то я могу вернуть вас ему и...       …и конечно же этот учитель наотрез не согласится. При виде их класса он будет бежать от них, как от монстров. Анастасия ещë не подозревала, какой класс ей попался, и как они мучали предыдущего учителя.       — Итак, начнем урок. Сегодняшняя тема…       — Анастасия Викторовна, а что такое воздух? — выкрикнул Кевин с места.       — Что, простите? — Анастасия Викторовна моргнула.       — Я спросил, что такое воздух? Вы же учитель философии, так пофилософствуйте. — усмехнулся он.       По классу покатились смешки. Эллис сдержанно вздохнула. Она понятия не имела, куда делать их способность срывать уроки. Похоже, замечание Алексея Михайловича сбило их настрой.       — Воздух — это газ. — нахмурившись, ответила Анастасия — А теперь продолжим. Тема сегодняшнего урока…       — А почему трава зелëная? — не унимался Кевин.       — А почему вы задаете подобные вопросы?       — А мы хотим получить знания — с важным видом ответил он.       — Задай этот вопрос учителю биологии или алхимии. А теперь…       — А почему небо голубое?       — Почему огонь горит? — вместо ответа спросила Анастасия Викторовна.       Кевин замолчал, судорожно пытаясь придумать колкий ответ, чтобы не выйти из ситуации проигравшим. Однако, похоже для Анастасии не было «выигравших» или «проигравших».       — Почему замолчал? Мы же на уроке философии. Так что давай «пофилософствуй».       — Потому что Игнис велела ему гореть?... — неуверенно высказал свою теорию его друг, пытаясь его прикрыть.       Глядя на неудачную попытку «пофилософствовать», Анастасия Викторовна покачала головой. Она прислонилась спиной к учительскому столу и устало вздохнула.       — Я не запрещаю задавать вам вопросы. — пояснила она — В конце-концов вопросы — это основа предмета. Только вы задаете вопросы чтобы, очевидно, позлить меня, повеселить учеников и отнять время от урока. Давайте не будем ругаться.       — Что такое время? — внезапно спросил другой ученик.       — Вы опять?       — Да. Вы сказали, что мы отнимаем время от урока. А что это вообще такое?       — Время — это особая материя или же необратимое течение процессов, условие изменения и развития, а также концепция, описывающая процессуальный характер существования мира. Как правило, время последовательно.       — В каком смысле «последовательно»?       — Оно имеет прошлое, настоящее и будущее. Однако при особых обстоятельствах…       — Но разве не любой момент есть «настоящее»? События, которые происходили в прошлом когда-то для нас являлись «настоящим». То же самое и с будущим.       В общем, на протяжении всего урока Анастасия Викторовна обсуждала с классом время, хотя на самом деле темой урока была «Этика: добро, зло и справедливость».

***

Следующий фрагмент рекомендуется читать под музыкальное сопровождение: «Dawn Winery Theme — Yu-Peng Chen, HOYO-MiX» (Ставьте на повтор)

      В тот же день, когда в имперскую школу пришло два новых учителя, Нугзар вновь пришëл в таверну «Тень заката». Здесь было так же шумно, как и когда он приходил сюда вместе с эрцгерцогом Эдуардом и остальными. Разница была в том, что он пришëл сюда один.       Тот прошлый разговор с главой гильдией… Как еë? Наталья. Тот прошлый разговор с Натальей вызвал у него ряд вопросов.       Откуда она знала их поименно и по титулам?       Как она узнала, что они придут?       Действительно ли Банан и Рейн «случайно» узнали о существовании гильдии?       И почему она так резко согласилась на контракт? («Смазливая мордашка» наверняка была лишь предлогом, Нугзар в этом уверен)       Парень уселся за барной стойкой. К нему сразу же подошел бармен. Его форма состояла из чëрной рубашки и серого жилета. На носу сидели очки из тонкой оправы, а веселые глаза смотрели на него из-за линз.       — Добрый де.. Ой, то есть вечер, молодой человек. Чего изволите? — с усмешкой произнес он.       Опустив взгляд, Нугзар увидел на его чëрной рубашке знакомую нашивку «Константин». Это был тот же бармен, что и вчера.       — А что можете предложить?       — Есть сидр вишневый и яблочный, пиво, — начал перечислять Константин, глядя в потолок, будто там было написано меню — медовуха, коньяк, вино красное и белое, квас или просто чай если хотите оставаться в трезвом уме, что я вам, как бармен, не рекомендую.       Нугзар усмехнулся его последним словам и положил на деревянную стойку горсть монет.       — Надеюсь, у вас хорошее пиво.       — Даже не сомневайтесь — подмигнул Константин, забирая плату.       Пока бармен по имени Константин разливал алкоголь, Нугзар обдумывал тактику поиска информации о таинственной главе. Через пару минут бармен всучил ему кружку пива с пеной.       Сделав пару глотков под пытливым взглядом Кости Нугзар сделал вердикт: «Неплохо», хотя выпивки лучше он нигде не пробовал. Костя заявил, что по-другому просто быть не могло, и что он — самый лучший бармен в окрестностях.       Но внимание Нугзара привлекли собравшиеся в круг люди. То же самое происходило и в прошлый раз. В центре так же, как и тогда была официантка с бирюзовыми прядями в тëмных волосах.       — Это Тиана — произнес Константин, проследив за направлением взгляда парня — она часто поет у нас в таверне. Так что если ты хочешь не только насладиться выпивкой, но и послушать оды о героях легенд или песни с сюжетами, то с этого дня ты ни разу не ступишь шагу в другие заведения.       — Слишком громкие слова — подметил Нугзар.       — А зачем говорить тихо? — усмехнулся бармен, ставя стеклянный стакан на стойку. Внезапно он протянул ему руку. Только спустя пару минут Гибадулин понял, что это было для рукопожатия. — Я Костя. А ты?...       — Нугзар — парень пожал руку в ответ, отчего на лице Кости появилась улыбка.       — Будем знакомы, Нугзар.       Едва новоиспеченный знакомый сказал эту фразу вслух, со стороны сложившейся компании послышалось пение. Нугзар вздохнул, но это было едва слышно — не хотелось мешать выступлению.       Тиана пела легенду о ветре. Нугзар когда-то уже еë слышал. В ней повествовалось о ветерке, который любил разносить по земле громкие песни. Но позже все изменилось. Народ, для которых он пел, стал голодать и медленно умирать. Тогда этот ветерок стал голосом свободы. Он доносил до богатых людей клич нищих крестьян об их желании быть свободными и иметь право на жизнь.       Жаль, что у легенды был открытый конец. Смогли ли крестьяне отвоевать свое право на свободу, или же они оказались подавлены влиянием знати?       — Владелец таверны разрешает ей петь? — шëпотом спросил Нугзар — Она же в первую очередь официантка.       — Владелец не против. — Костя взял в руки стеклянный бокал и стал протирать его до блеска — Тиана любит петь, и это хорошо у неë получается. А владелец любит, когда приходит много клиентов, брат. А с ними и деньги.       — «Брат»? — Нугзар вопросительно уставился на новоиспеченного приятеля.       — Ты же не против, если я буду называть тебя «братом», брат? — Костя ухмыльнулся, а Нугзар покачал головой.       — Да нет… Не против. Кстати, а кто владелец таверны?       Хотя что-то в атмосфере неуловимо изменилось после этого вопроса, но Костя не подавал виду. Он все также выглядел веселым и легкомысленным.       — Прости, не могу разглашать эту информацию, брат.       — Он вам запрещает? — Нугзар удивленно выгнул бровь и театрально вздохнул — У вас такой строгий хозяин.       — Да не, она не такая уж строгая, брат!       — Она?       — Ой.. Забудь, что я говорил, брат!       — Брат.. То есть Костя, а владелец таверны и глава гильдии случайно не один и тот же человек?       Улыбка на лице Кости на мгновение погасла, го почти сразу засияла вновь. Он понял, что раз Нугзар знал про гильдию, то и догадывался о личности владельца таверны.       — Поосторожнее со словами. Не упоминай главу и гильдию здесь.       — Почему все так секретно? — Нугзар подпер щеку рукой.       — Это необходимо, брат, пойми…       Если его догадки верны — Наталья управляет и информационной гильдией, и таверной. При этом гильдия тайно находится в таверне. По мнению Нугзара это звучало несколько абсурдно.       — Прости, брат, всë равно не могу. Начальство не любит, когда о нем судачат с гостем.       Нугзар молча кивнул и сделал глоток напитка. В это время Тиана начала петь другую песню, которая была широко известна в Аркане. Особо смелые посетители начали ей подпевать, а кто-то просто постукивал пальцем по бокалу в такт музыке.       — Кстати, Тиану даже позвали петь на весенний фестиваль в столицу — невзначай произнес Костя, потирая уже другой стеклянный стакан.       — Правда?       — Да. Начальство сначала сомневалось, разрешить ей выступить на фестивале или нет, но потом всë же решило позволить ей это сделать. А ты поедешь на праздник, брат?       — Да. — Нугзар сжал губы и со вздохом кивнул — Скорее всего, да. Только не отдыхать, а чтобы сопроводить эрцгерцога Перца.       — Эрцгерцог тоже поедет?       Нугзар кивнул и снова припал губами к кружке.       — А я думал, что он отдыхать не умеет — отшутился Костя.       — И правильно думал. — Нугзар сделал последний глоток и поставил почти опустевшую стакан на стол. Костя сразу же наполнил его снова. — Эрцгерцог туда не отдыхать едет, а по делам. Но надеюсь, что его дочери смогут склонить его на отдых с семьей.       — Его дочери тоже туда едут? Разве они не учатся?       — Во время фестиваля в имперской школе выходные. Но, к сожалению, им придется пропустить пару учебных дней, потому что они выезжают раньше, чтобы прибыть за несколько дней до фестиваля.       — Вот оно что… — пробормотал Костя.       Нугзар опустил взгляд на пойло в своей кружке. Пена уже растаяла и он мог увидеть своë мутное отражение в жидкости. Он почувствовал, как кто-то свободно плюхнулся на соседний стул.       Боковым зрением он увидел знакомые голубые пряди волос.       — Надо же, неужели у нас появился постоянный клиент? — зазвучал обманчиво веселый женский голос под ухом.       — И не надейтесь. — ответил Нугзар, не поворачиваясь к ней.       — Ах, как жаль — Наташа театрально вздохнула и взглянула в сторону Кости.       Костя сделал вид, что ему надо обслужить ещë одного посетителя и отошел от них на противополодный конец барной стойки.       — Что же привело сэра Гибадулина в эту дряхлую таверну? — девушка встала со стула и перемахнула через барную стойку.       — Я пришел выпить и немного расслабиться.       Это был заранее заготовленный ответ для такого случая, как этот.       — Да что вы говорите! — возмутилась глава, доставая бутылку с тëмной жидкостью — А почему не пошли вместе с Рейн?       — Рейн уехала сопровождать дочь эрцгерцога. — ответил Нугзар, с прищуром наблюдая за ней — Она уехала учиться.       — Ммм… Ясно. — будничным тоном произнесла Наталья, разглядывая этикетку на бутылке — А я то подумала, что вы пришли сюда сегодня ради меня       — Что?       — Что?       С того момента, как сюда заявилась она, атмосфера будто стала более напряжённой.       — Прекратите нести эту чушь. — Нугзар нахмурился и потер переносицу — Я не знаю, что именно тебе нужно, но это не значит, что ты можешь вести себя как тебе угодно       — Понятия не имею, о чем ты. — Наташа загадочно улыбнулась и открыла бутылку с вином.       — Думаешь, я поверю в это?       Перед тем, как ответить ему, глава сделала глоток алкоголя прямо с горла.       — В контракте ни слова о том, как я должна себя вести. Так что, при всем уважении, засунь свое мнение себе в зад.       — Ты слишком груба. — Нугзар еле удержался от того, чтобы закатить глаза.       — Да. Пожалуй, это единственная информация, которую я могу тебе сегодня предоставить. Больше удовлетворять твое любопытство по поводу моей личности я не намерена, поэтому можете не тратить ни свое, ни мое время и уйти.       Гибадулину резко захотелось рассмеяться. Она с самого начала все знала. Знала о том, что он пришел сюла, чтобы побольше разузнать о ней. По какой-то неведомой причине она всегда была на шаг впереди.       —…почему ты решила согласиться на контракт?       Скрывать свои мотивы уже не было смысла. Оставалось надеяться, что она скажет все прямо. А вероятность того, что это действительно так и будет… равна нулю.       — Тебя не должно это волновать, рыцарь со смазливым личиком. — Наташа оперлась локтями на стойку.       — В чем причина твоего соглашения?       — Твои попытки вытянуть из меня информацию вызывают у меня слëзы.       — Да ты не пробиваемая… — возмутился парень, отодвигая от себя пустую кружку. Когда он успел все допить, он так и не понял.       — Благодарю за комплимент — Наташа, в свою очередь, была спокойна.       Нугзар покачал головой и, сунув руку в карман, нащупал ещë пару монет. Бросив их на барный стол, он пробормотал что-то похожее на «Хорошего вечера» и покинул таверну. Наташа проводила его долгим взглядом. Когда дверь за ним закрылась, она незаметно для посетителей подозвала к себе Константина.       — Ну что, узнал?       — Да. Эрцгерцог отправится на фестиваль вместе с дочерьми за несколько дней до начала фестиваля.       На лице Наташи расцвела улыбка. Не та натянутая, которой она улыбалась Нугзару. Настоящая.       Пока Нугзар пытался получить сведения о Наталье, он сам не заметил, как информацию получили от него.

Конец музыкального фрагмента