Долина легенд

      Нугзару пришлось ослушаться дочерей Эдуарда. Его попросили задержать отца любым способом, если тот приедет. И вот, дождавшись своей цели, он приготовился выполнить обещание. Однако вскоре ему пришлось покинуть свой пост. Разумеется, такой ответственный рыцарь, как он, не мог сделать это без веской причины — а причина была.       И сейчас перед ним стояла эта самая причина с голубыми волосами, хитрым, но хмурым взглядом и острым, как перец, языком.       — Я надеюсь, что это что-то срочное, — Нугзар, стоя вместе с ней под деревом во дворе поместья, не сумел сдержать вздоха и приложил руку ко лбу, надеясь, что Эдуард ещё не успел вернуться и его дочери не заметят его временного отсутствия. К тому же после их последнего разговора в таверне что-то между ними изменилось.       Зыбкое напряжение окутывало воздух вокруг них. Наталья держалась отстраненно. Как всегда. Нугзар относился к ней с явным подозрением — он не мог ей доверять и не имел ни малейшего понятия, почему эрцгерцог мог позволить себе такую роскошь.       — По-твоему информация о столпах стихий — это не что-то срочное? — Наталья недоверчиво выгнула бровь. В уголке её губ спряталась глумливая усмешка, при виде которой Нугзар еле подавил порыв недовольно фыркнуть.       Девушка была одета так же, как и в день их первой встрече: простые штаны с высокой талией и белая рубаха, а на плечах небрежно висел плащ с мехом. На улице холодно, а всякие джентльменские жесты, вида предложить свой пиджак девушке, Нугзар не привык совершать.       Наталия вальяжно прислонилась спиной к стволу старого древа, которое имело такие длинные ветви и густую листву, что на достаточно большом расстоянии никто бы и не заметил под ним двух человек. Почему это дерево на территории поместья до сих пор никто не срубил?! Гибадуллин не понимал.       То, каким образом глава информационной гильдии проникла на закрытую территорию поместья эрцгерцога, было для Нугзара не просто загадкой — это была головоломка, в которой он безнадежно путался. Она вообще глава гильдии или ассасин?       — Давай-ка побыстрее, — раздраженно пробормотал Гибадуллин, нервно озираясь по сторонам и прислушиваясь: не скрипнули ли ворота?       — Я, значит, предоставляю вам информацию спустя всего неделю после заключения контракта, а ты меня ещё и торопишь? — Наталья закатила глаза.       Он был готов поклясться, что перед Эдуардом она бы не стала проявлять подобную вольность.       — Я сейчас из-за тебя нарушаю приказ дочерей эрцгерцога, — обвиняющим тоном произнес Нугзар.       — Чьи приказы ты ставишь выше: эрцгерцога или его дочерей? — пренебрежительно отозвалась глава, прежде чем заговорить более серьезно, — Слушай меня внимательно, два раза повторять не буду.       Нугзару стиснул челюсть и оторопел, прислушиваясь к словам девушки, как бы ему не хотелось просто развернуться и уйти. Наталья за такой короткий срок уже стала его раздражать. Возможно, это было из-за её поведения — она не стеснялась в выражениях и вела себя так, как хотела. Звучание её голоса А может, это происходило из-за того, что эта девушка оставляла после себя шлейф тайн, секретов и неразгаданных мотивов?       А ведь правда: Нугзар прекрасно знал, что движет эрцгерцогом Эдуардом, мог предположить примерные планы императора на страну, мог предугадать, о чем думают дочери Эда, и понимал, что самостоятельно торт в качестве сюрприза приготовить они вряд ли смогут. Но вот Наталья… Эта девушка оставалась для него загадкой. Какой у нее резон заключать сделку с эрцгерцогом? Ради денег? Что она вообще делает в столице? Как столпы стихий привели её сюда? Каковы её дальнейшие цели?       Чем сотрудничество с ней обернется в итоге? Крахом или удачей?       — Столпы стихий были созданы незадолго до падения империи Хеглаин, — Наталья сощурилась, не отрывая внимательного взгляда от его лица, — в конце войны Хранителей стихий.       — И это все, что ты хотела сказать? — с наигранным разочарованием спросил Нугзар.       — Тупица, — фыркнула себе под нос глава, — мне что, тебе всё разжевать и в рот положить, чтобы ты проглотил? — девушка укоризненно посмотрела Гибадуллину в глаза.       — Нет, но… То, что ты нашла, это как-то маловато, не находишь? — Нугзар смутился и даже немного засомневался в своей правоте. Что творит с ним эта девушка!       Судя по реакции главы гильдии, она тоже не особо была рада общению с ним. Хоть в чем-то их мнения совпадали…       — Для особо тупых я повторю: столпы стихий были созданы незадолго до падения империи Хеглаин. А теперь минутка анализа: как раз перед падением империи закончилась война стихий. При этом, что случилось с Хранителями почти никто не знает, да и данных о том времени очень мало. Можно предположить, что столпы создавались перед концом войны.       — Хочешь сказать, что именно столпы стали причиной завершения войны?        — Это лишь предположение на основе предоставленных данных. Возможно, оно ошибочно. Точнее даже не так: я уверена, что оно ошибочное. Вокруг Хранителей стихий слишком много мути и слухов, черт знает: что из этого правда, а что — чистый вымысел.       — А что за источник? — Нугзар невольно нахмурился. Наталья отвечать на его вопросы не спешила и сложила руки на груди.       — Это конфиденциальная информация, которую я могу предоставить исключительно заказчику.       Нугзар подавил порыв недовольно скривиться: и какой резон ей его скрывать? Очередной козырь в рукаве? Или же она кого-то прикрывает? Не теряя надежды узнать ещё больше, он предпринял попытку её уговорить:       — Я могу ему передать.       — Если эрцгерцог запросит у меня данные об источнике, я предоставлю их ему самостоятельно, — глава гильдии смерила его презрительным взглядом и добавила, не скрывая смешка — без посредников.       — Господи, ты всегда такая…       Рыцарь все же скривился и закатил глаза. На самом деле, Нугзар не знал, что он хотел сказать. Какая «такая»? Дерзкая? Грубая? Заносчивая? Резкая? А может… осторожная?       — Тебя это не касается, — ответ девушки был кратким и предельно ясным — Такая, какая есть. Уж тебя это заботить явно не должно.       Наталья, больше ни слова не говоря, накинула на голову капюшон и кошачьей резвостью скрылась за деревом, оставляя Нугзара в растерянности. Он бросился за ней в надежде остановить её и схватить за плечо, однако было слишком поздно — след её простыл. Загадочная глава информационной гильдии вновь оставила его наедине с мыслями, бросая теряться в догадках и теориях.

***

      Эд наказал Нугзара. Он объявил это не вечером, после того как рыцарь поведал о визите девушки, а утром за завтраком. Если бы кто-то услышал причину, то покрутил бы пальцем у виска. А причина была проста: он не исполнил приказа дочерей эрцгерцога, даже если суть приказа состояла в том, чтобы задержать эрцгерцога. То есть, эрцгерцог наказал своего подопечного за то, что тот не задержал его самого. «Наказание», к слову, тоже было простым, но при этом очень действенным.       — Ты посидишь с Нией в поместье, пока я с Алекс отправлюсь на встречу, а Эллис пойдет с Рейн гулять. — эрцгерцог отпил чашку кофе, не глядя на рыцаря.       Нугзар смиренно склонил голову, но мысленно уже представлял, как эта маленькая бестия умотает его до смерти, он терпеть не мог сидеть с маленькими детьми. Рейн, которая привычно стояла у стены и охраняла свою госпожу даже сейчас, довольно улыбнулась. Гибадуллин пока не слышал её мыслей, но был уверен, что сейчас она думала что-то вроде: «Хе-хе, побудь на моем месте!». Рейн часто выступала в роли «няньки», взять хотя бы вчерашний день — именно она следила за тем, чтобы все три девочки были в безопасности.       Конечно, у Нугзара было оправдание, что он не выполнил приказ из-за Натальи, но при дочерях говорить что-либо об информационной гильдии было строго запрещено, да и эрцгерцог ничего не желал слушать. Вернее, Нугзар знал, что Эдуард все равно бы оставил Нию на него, даже если бы тот не провинился. Неисполнение приказа было лишь предлогом, да и само «наказание» было лишь на словах — эрцгерцог не мог доверить свою дочь кому попало. Более того, таким образом он повышал авторитет своих дочерей — у остальных слуг будет меньше желания ослушаться их. Двух зайцев одним выстрелом, так сказать. Но…       — Я думала, мы будем проводить время все вместе… — обиженно заявила Ния, откладывая вилку.       — Мы будем проводить время вместе, — возразил Эд с серьезным выражением лица, но с теплом глядя на самую младшую дочь — только не сейчас. Прости, сегодня никак. Император собирает главную военную оборону, поэтому придется там быть.       — А Саша?..       — А Алекс должна будет пойти со мной, потому что она — будущая глава рода и должна знать, как проходят подобные собрания.       Александра кивнула, подтверждая слова отца. Скользнув взглядом по её рукам, Эллис не могла не заметить маленькую дрожь в пальцах. Она очень волновалась. На самом деле многие феодалы так делали: приводили своих наследников на собрания, чтобы они были в курсе происходящих дел и понимали, что их ждёт в будущем. У Александры такое в первый раз. Да, отец посвящал её в дела герцогства, но на собрания не брал. До сегодняшнего дня.       Но Эллис не понимала, что это было далеко не единственной причиной. Александра была девушкой. Ни Эллис, ни Саша не знали, как к наследнице относятся в группе по подготовке. Более того, под удар могла попасть не только она, но и её отец, а его почему то это совсем не волновало.       — А вы можете сказать, что не сможете прийти? — Ниа сощурилась. Эдуард не мог не улыбнуться её детской наивности.       — Если бы мог, то так бы и сказал. — в голосе отца звучала нотка разочарования.       — А почему не можешь? Можно же ртом произнести: «Извините, я сегодня не смогу прийти»       — Ниа, мне придется огорчить тебя, но всё не так просто. Император спросит про причину отсутствия.       — Скажи, что ты заболел.       — Ниа, — Эд слабо улыбнулся — этому трюку уже сотни лет. Тем более, что…       — Тем более, что господин «ответственный взрослый», который не может пропустить это собрание. — с наигранным сожалением вставил Нугзар, разводя руками — Так что, Ниа, твой отец просто на всего душнила и трудоголик.       Эд растянул губы в ухмылке, больше похожую на оскал, глядя на своего подопечного. Наверное, Нугзар был одним из немногих слуг и рыцарей, которые могли себе позволить подобную вольность.       — Ниа, надеюсь ты очень весело проведешь время с сэром Гибадуллиным — Эд подмигнул ей. Ниа мгновенно всё поняла и кивнула. Нугзар напрягся.       Очень скоро этот дьявол в теле маленькой девочки заставит его пожалеть о том, что он родился на этот свет.       — А я могу пойти с Эллис и Рейн? — Ниа все же сохраняла надежду провести время хоть с кем-то из своих сестер.       — Госпожа, простите, но вряд ли. — в их разговор вмешалась ранее сохранявшая молчание Рейн. Телохранительница была непоколебима и выглядела серьезно, и Ниа поникла. Видя это, девушка поспешила пояснить свой ответ — И я, и Эллис в столице впервые, поэтому не знаем здешних мест. Но мы можем пойти гулять с вами завтра, когда будем лучше ориентироваться в городе.       — Кстати, а куда именно вы собрались пойти? — Эд внимательно посмотрел на Эллис.       — Я думаю сходить в храм ветра. А ещё, говорят, что в каждом храме Хранителей стихий есть оружие, которое использовалось тысячи лет на войне! Оружие, которому тысячи лет и которое пропитано силой и энергией владельца, можно увидеть своими глазами! — в очах Эллис читался восторг, — Я обязана это увидеть. Жаль, что храмы находятся только в столице…       — В их расположении большую роль сыграла плотность населения. — объяснил Эд, откинувшись на спинку кресла, — В районе столицы живет большинство людей — это упрощает сбор пожертвований и, соответственно, увеличивает их количество.       — Слышал, многие приезжают в столицу только ради того, чтобы увидеть эти храмы, — добавил Нугзар, — Понятия не имею, зачем? Храм как храм. Стены, потолок, и всё. А оружие можно и фальшивое положить. Если бы оно и было настоящим, то выставлять всем напоказ его бы вряд ли стали.       — Ладно, Саша, ты поела? — Эд повернулся к Александре и та, быстро запихнув в рот остаток омлета, кивнула. Эд покачал головой, не одобряя такую спешку — мы пойдём, а вам удачи в храме ветра. Будьте осторожны.

***

      Столица была по-своему прекрасна. Здесь было гораздо оживленнее, чем в герцогстве отца. Улицы были широкими, повсюду людей было столько, что яблоку негде было упасть, поэтому Эллис ухватилась за руку Рейн. Телохранительница, почувствовав чужую хватку, глянула в сторону Эллис и одной рукой обхватила её за плечи, прижимая к себе, чтобы не потерять её в таком плотном потоке людей.       — Что за безобразие! — сетовал какой-то волосатый мужчина, когда имперские стражники не дали ему пройти.       Многие были с мужчиной солидарны. Причиной этому было то, что главные улицы столицы перекрыли в связи с подготовкой к весеннему фестивалю, ради которого их семья и приехала сюда. Эллис мельком посмотрела на высоких гвардейцев в доспехах, за чьими спинами скрывались до жути интересные улицы и снова поспешила за Рейн. Не хотела бы она потеряться среди всех этих людей, да ещё и в полном одиночестве.       Таким образом, попытка «глянуть одним глазком, как проходит подготовка к фестивалю» не увенчалась успехом. Дело было в том, что Эллис попросила Рейн пойти туда перед походом в храм, но ничего путного из этого не вышло.       — Не расстраивайтесь, госпожа. В храм-то заходить никто не запрещает, — Рейн улыбнулась, чтобы поддержать Эллис. Девушка слабо приподняла уголки губ в ответ.

Следующий фрагмент рекомендуется читать по музыкальное сопровождение: «The Redoubt Amidst the Frigit Wind — HOYO-MiX»

      Рейн была права, но лишь отчасти. Их почти туда не пропустили. Точнее, не их двоих, а почти не пустили только Рейн, из-за того, что она была носителем стихии огня. Ситуацию спасло только то, что Рейн была телохранительницей Эллис, девушки из знатного рода и без любого другого сопровождающего. Охранник сквозь стиснутые зубы разрешил ей войти, но остальные, удостоив Рейн взглядом полного презрения, заставили сдать оружие. Телохранительница с большой неохотой отдала свой меч.       — Будто бы я не смогу драться без меча, — недовольно пробормотала она под нос, сжимая ладони в кулаки, когда они были достаточно от охраны. Эллис благоразумно сделала вид, что не слышала её слов. Проверять утверждение Рейн на практике не было никакого желания.       Вскоре перед их глазами предстало невероятно красивое зрелище — они наконец попали на территорию храма. Он представлял из себя огромный собор, высотой даже больше, чем их поместье в герцогстве. Внешний фасад здания был выполнен из белого камня, стены были исписаны объемными рельефными узорами, напоминающими колосья, качающиеся от ветра. Эллис никогда раньше не думала, что сможет увидеть в обыкновенном рельефе движение. Яркости прибавляла бирюза, из которой были сделаны окантовка оконных рам и высокие колонны.       Храм окружал небольшой аккуратный сад. В нем не было деревьев с густой листвой, но были клумбы с цветами. Белые бутоны уже появились, но раскрываться они ещё не начинали. Возможно, когда они расцветут, это место станет ещё более обворожительным.       Здесь было невероятно красиво. Так что, слова сэра Гибадуллина о том, что храм — это «Стены, потолок, и всё», были в корне не верны.       Здесь было не менее оживленно, чем на улицах столицы. Повсюду были священнослужители и прихожане, которые пришли сюда молиться. Мимо проходили труженицы, которые вели хозяйство и содержали всё в чистоте. Жрицы встречали посетителей и шептали им благословения. Некоторые даже привели с собой детей, которые так же, как и Эллис, с открытым ртом рассматривали всё вокруг.       По непонятным причинам здесь гулял ветер, путаясь в волосах и подоле дорожного плаща. Может, это было влияние Хранительницы ветра — Сирин? Может, это было потому, что храм находился на открытой местности. Несмотря на своë логическое мышление, Эллис очень хотелось верить именно в первое.       На крыльце у входа в само здание девушек быстро перехватил какой-то священник с приторно натянутой улыбкой. Кажется, он пропустил пару уроков священников, на которых рассказывали, как делать это не слишком фальшиво.       — Да благословит вас богиня песен и ветров! Добро пожаловать в храм Хранительницы Ветра Сирин! Чем я могу вам помочь?       Эллис замерла, не зная, что сказать. Она ненавидела подобные ситуации, когда к ней подходили и задавали, казалось бы, простой вопрос, но она терялась и не могла найти слов.       — Эм… Ну мы… Мы пришли посмотреть на храм… —промямлила она, машинально опустив глаза в пол. Эллис не видела этого, но была уверена, что Рейн только что разочаровано покачала головой, слушая как она лепечет под нос.        «Позор. Дочь эрцгерцога должна вести себя достойно, а не как мямля.» — мысленно сжалась Эллис.       Священнослужитель кивнул, но улыбка на его лице скисла, став ещё более притворной.       — Конечно, я могу провести вам экскурсию.       Эллис кивнула. Священник жестом подозвал их и повел внутрь храма. Девушка судорожно вздохнула и двинулась за ним, но ближе держалась к Рейн. Эллис старалась не смотреть на неё, чувствуя стыд. Она должна быть увереннее. Она дочь своего отца. Эрцгерцога Эдуарда Перца! И в храме, где за ней могут наблюдать, ей надо вести себя соответствующе, но мелкая дрожь в пальцах мешала ей мыслить.       Вид внутри был ещё прекраснее, чем снаружи. Потолки в коридорах были столь высоки, что люди под ними казались суетливыми букашками, затерявшимися в громаде пространства. Под самим потолком гулял ветер, наслаждаясь свободой. Хотела бы Эллис тоже быть свободной. Нет, она не была «птицей в золотой клетке». Она была заложницей собственных чувств и угрызений, от которых избавиться, к сожалению, не могла.       Вскоре они попали в главный зал, посреди которого был расположен постамент — алтарь, за которым главный священник или архиепископ читал молитвы Сирин. Самое интересное было позади него. Витраж, созданный из тысячи цветных осколков стекла. Маленькие кусочки сложились в прекрасную картину, как будто были специально созданы для этого еще тогда, когда стекло было песком.       На ней была изображена девушка в анфас с светло-бирюзовыми волосами на фоне ясного неба. Её глаза были прикрыты, но воображение само вырисовывало такой же бирюзовый цвет радужки. Над двумя сложенным ладонями парил небольшой шар с сжатой энергией. Похожее было, когда Александра демонстрировала свою стихию — маленький шарик, пульсирующий сгусток ветров.       — Извините, при входе вы сказали: «Да благословит вас богиня песен и ветров». Разве Сирин не просто «богиня ветров»?       — Вы, похоже, из провинции, верно? Сирин называют не только «Богиней ветра», но и песен. Существуют легенды, что при жизни она обладала мелодичным голосом и очень любила петь. Кроме того, она пела песни собственного сочинения. Её музыку подхватывали ветра и разносили повсюду, даруя людям надежду на благополучный исход войны. Но счастливого конца она так и не встретила: существует верование, что Сирин была жестоко убита хранительницей огня — Игнис, из-за которой и началась ранее упомянутая война стихий.       — Разве она началась из-за Игнис?       — А из-за кого же ещё? Её действия во время войны были жестокими и кровожадными. Вся суть хранительницы огня аморальна. Больше не упоминайте её в стенах нашего храма.       — Эм… Ладно…

Конец музыкального фрагмента

      Эллис вновь подняла голову, рассматривая образ Сирин на витражной картине. Осмысливая рассказ священнослужителя, девушка стала казаться какой-то опечаленной.       — Кстати, я слышала, что у вас хранится оружие Сирин, которым она сражалась во время войны. Это правда?       — Разумеется — кивнул священник, растягивая свою улыбку еще шире, — Но я не могу провести вас туда. Вход туда допускается только важным особам. А вы таковыми не являетесь.       Эллис, получив отказ, поникла, но вот Рейн не собиралась сдаваться так просто.       — «Не важная особа»… Чрезвычайно интересная трактовка. — Эллис показалось, будто воздух стал теплее и гуще после слов телохранительницы — Господин будет весьма удивлен и очень расстроен, узнав, как священник такого уважаемого храма ставит под сомнение положение его дочери.       — На мгновение мне показалось, — священник склонил голову на бок и сощурился, не скрывая презрения — Что вы с сарказмом отзываетесь о храме богини Сирин.       — Что вы, — Рейн улыбнулась и шагнула вперед — я уважаю богиню. Именно поэтому я не стану осквернять это место запахом сгоревшего тела невежественного священника.       — Рейн — окликнула её Эллис, стараясь призвать к порядку. Пусть голос девушки звучал слишком робко, телохранительница без сомнений подчинилась.       Рейн замолкла и склонила голову, как это делали провинившиеся слуги. Священник не знал, как отреагировать на подобное выступление, как и не знал, что девочка была из знатного рода       — Пройдемте, я проведу вас к реликвии…       Странно, но это сработало.       Священнослужитель провел их в другой зал, где находилась реликвия — оружие, которое когда-то принадлежало одному из древнейших существ.       — Пришли, — коротко произнес священник, остановившись недалеко от входа в небольшой зал.       Эллис, не скрывая своего истинного любопытства, зашла внутрь. Это место было поменьше, чем главный зал с витражной картиной, но выглядело менее роскошно. Однако, именно здесь четко ощущалась сила ветров. Посреди комнаты находился небольшой каменный постамент, на котором располагался меч.       — Эта реликвия называется «Песнь ветров» — где-то на фоне прозвучал голос священника.        «Песнь ветров»…       Чистое лезвие одноручного клинка блестело в полумраке, будто бы ему и не было тысячи лет. Девушка сама не заметила, как оказалась в центре зала, разглядывая меч, пока её телохранительница осталась стоять у входа вместе с мужчиной. По стали расползались бирюзовые прожилки, словно силы воздуха пустили в металле корни. На рукояти, обмотанной постаревшей кожей, были нацарапаны инициалы, которые обычно люди могли принять за причудливый узор.       Эллис тихо вздохнула, разглядывая буквы. Она узнала в них Сангисский алфавит.       Священник даже не догадывался, что только что произошло. Эллис повернулась к нему, но даже не успела озвучить свой вопрос, сразу же получив на него ответ.       — Как-либо прикасаться к реликвии строго запрещено. — непреклонно произнес он. Эллис отвернулась, молчаливо согласившись с ним. Было бы не уважительно по отношению к Сирин хватать её оружие.

Следующий фрагмент рекомендуется читать по музыкальное сопровождение:

      Когда они вышли из храма, напоследок оставив пожертвование, Эллис испытывала странные чувства. Она не знала, как это можно описать… да и существует ли этому название? Какое-то странное ощущение одухотворенности. Взгляд зацепился за нераскрывшиеся бутоны белых цветов, и девушка остановилась. Рейн остановилась тоже.       — Как тебе храм? — спросила Эллис, чтобы избавиться от паузы, возникшей между ними.       — Здесь очень красиво — сухо ответила Рейн, глядя на бутоны цветов.       — А реликвия?       — Меч, как меч, — телохранительница пожала плечами.       — Ты какая-то отстраненная…       Рейн перевела взгляд на Эллис и улыбнулась, как ни в чем не бывало.       — Извините, госпожа. Я просто задумалась.       Эллис вздохнула. Она спрашивала это не для того, чтобы Рейн извинялась. Сказать об этом она не успела — глаза зацепились за голубоволосую девушку в толпе, говорившую с жрицей. Эллис была готова поклясться, только что эта незнакомка с коротко остриженными волосами смотрела на них с Рейн.       — Рейн?       — М?       Эллис покосилась в сторону голубоволосой, и Рейн тоже посмотрела на неё.       — Видишь ту девушку? Та, что с голубыми волосами. Мне кажется, или она недавно смотрела на нас?       — А. Эта девушка владелец таверны из герцогства.       — А почему она смотрела на нас? — Эллис нахмурилась.       — Потому что вы дочь эрцгерцога Перца. — простодушно ответила Рейн.       — А мой отец здесь при чем?       — Ваш отец… — Рейн резко замолкла и покачала головой — Прошу прощения, я не имею права говорить вам это.       — Ну Рейн! — с досадой воскликнула Эллис.       — Рейн? — зазвучал третий голос. И Рейн, и Эллис обернулись. Голос принадлежал темноволосой девушке, в прическе которой проглядывались бирюзовые пряди, как те прожилки на клинке.       — Тиана?       — Привет! Рада тебя видеть. — глаза Тианы были сосредоточены на Рейн, а потом метнулись к Эллис. На её лице вдруг появилось озадаченность — Ох, простите, я, наверное, отвлекаю вас. Я лучше пойду.       — Нет-нет, вы нам совсем не мешаете. — Эллис неловко улыбнулась и повернулась с молчаливым вопросом в глазах. Ей не хотелось, чтобы она думала, что она мешает ей.       — Госпожа, это Тиана, девушка из той таверны. Она работает там официанткой, и мы часто там видимся. Тиана, это госпожа Эллис, дочь эрцгерцога Перца. — Рейн представила их друг другу.       — Прошу прощения за невежество, мисс. — Тиана отвесила поклон, и Эллис отвела взгляд.       — Рейн, а ты, оказывается, частый посетитель таверн? — Эллис надеялась скрыть свое смущение этим вопросом.       — А, хм, я… — Рейн замялась.       — Да, Рейн частенько к нам захаживает, когда находится в герцогстве — ответила вместо неё Тиана, невинно улыбаясь, а Рейн сделала вид, что её очень заинтересовала клумба.       Несмотря на то, что улыбка не сходила с лица новой знакомой, глаза её оставались грустными, наполненными какой-то тоской. Спрашивать об этом Эллис посчитала не этичным — они ведь только-только познакомились, а она уже собралась лезть в душу. Это было неправильно.       — Рейн, а возьмешь как-нибудь меня с собой, в таверну? — спросила девушка, с интересом глядя на свою телохранительницу.       — О! Буду рада, если вы придёте! — Тиана засияла ещё ярче.       — Госпожа, — Рейн, наоборот, посерьезнела, — Думаю, ваш отец не одобрит это…       — Ну… — Эллис сжала губы и с надеждой взглянула на свою телохранительницу, — Мы ведь что-нибудь придумаем, правда?..       Никто не услышал беззвучные шаги за их спинами.       — Тиана, — девушку окликнул женский голос и сразу все три девушки обернулись. Это была та самая синеволосая девушка. Встретив ненужное её внимание, она раздраженно вздохнула и подошла к ним. — Тиана, нам пора.       Вблизи эта девушка показалась Эллис ещё более красивой: мягкие, но в какой-то мере четкие черты лица, голубые глаза, сравнимые с цветом неба, были завораживающими.       — Здравствуйте, — Эллис улыбнулась. Владелец таверны окинула её изучающим взглядом и сдержанно кивнула.       — Госпожа, это Наталья. — тем временем Рейн стала представлять их друг другу, — Наташа, это госпожа Эллис Перец.       — Я в курсе. — равнодушно ответила Наталья, — И я не просила меня представлять. Тиана, нам пора.       — Да-да, конечно. — официантка поспешно кивнула. Наталья, не дожидаясь её, двинулась к выходу с территории храма через толпу. Тиана быстро повернулась к двум девушкам — Было приятно с вами познакомиться! — напоследок лучезарно улыбнувшись, она радостно помахала рукой на прощание и скрылась вместе с Наташей.

Конец музыкального фрагмента

***

      Когда Эллис и Рейн вернулись в особняк, отец с Алекс ещë были на собрании. Зато их встретил Нугзар с Нией. По усталому выражению лица рыцаря и по счастливому Нии было ясно — они определенно не скучали. Они встретили их в коридоре у двери: Ниа бегала вокруг Нугзара, пока тот делал вид, что никак не может её поймать. Судя по всему, они играли в салки. Увидев эту картину, Рейн улыбнулась уголком губ. Она, видимо, от души наслаждалась этой ситуацией. До тех пор, пока их не заметила Ниа.

Следующий фрагмент рекомендуется читать по музыкальное сопровождение: «October — Gacabe&Jecabe»

      — Эллис! Рейн! — воскликнула Ниа и бросилась к ним, когда девушки снимали дорожные плащи, — Давайте играть в салки! А то сэр рыцарь не умеет!       Рейн подавила смешок, а Нугзар всплеснул руками. Эллис украдкой покосилась на сэра Гибадуллина, но быстро перевела взгляд на Нию.       — Прости, Ниа, но мы с Рейн очень устали с дороги, — Эллис, вздохнув, прошла мимо сестры в гостиную, — Давай потом поиграем?       На мгновение вопрос повис в воздухе. Пусть он и не требовал ответа, Ниа все равно ответила, глядя в спину идущей сестры.       — Ну ладно… — Ниа опустила голову, теребя края рукавов, и прошла вслед за Эллис.       Когда они оказались в теплой гостиной, где мягко трещал огонь в камине, телохранительница положила руку на плечо Нии и сжала его в знак поддержки.       — Не расстраивайтесь, мисс, — Рейн постаралась ободряюще улыбнуться ей, — Вам тоже следовало бы отдохнуть.       — Я не устала! — девочка активно замотала головой, мгновенно сбросил тень грусти.       — Что, ни капли? — Рейн усмехнулась и мельком взглянула на Нугзара. По виду рыцаря было очевидно, что он с ней не согласен.       — Ни капли! — Ниа натянула на лицо улыбку. Убедившись, что всё в порядке, Рейн отпустила Нию.       Эллис села на диван, с усталостью прислонившись к подушке. В столице так много людей на улицах… Сейчас, дома, где все было спокойно, она чувствовала себя как выжатый лимон. Была бы её воля, она бы с радостью поспала, в отличие от Нии. Нугзар тоже бы не отказался от сна — она точно была уверена в этом.       — А спорим, что ты заснешь под простую историю? — Эллис хмыкнула, глядя на сестру.       — Спорим!       — Рейн, можешь рассказать что-нибудь?       — М-м… — Рейн задумчиво направилась к камину, в котором слабо горел огонь — Не думаю.       Одно движение руки телохранительницы — и почти потухшее пламя вспыхнуло с новой силой, наполняя комнату теплом.       — Хотя… — Рейн тяжело вздохнула, пока в её глазах танцевали отблески пламени, и повернулась к девочкам — Есть легенда о «Сумеречном лесе».       Ниа, услышав это название, встрепенулась, а Эллис наоборот — поникла.       — О! А о чем она? — девочка с готовностью залезла на диван и уставилась на телохранительницу, ожидая рассказа.       — О лесе, — раздраженно вставил Нугзар, сложив руки на груди.       — Сэр Гибадуллин так расстроился, что не умеет играть в салки? — сощуришись, осведомилась Рейн.       Нугзар не нашёл ответа на эту провокацию, так что он лишь закатил глаза. «…ведут себя, как дети» — донесся до него обрывок мысли Эллис. «Когда-нибудь я научусь контролировать эту способность…», — уже его мысли стали предметом раздражения. Рыцарь отошёл к стене, чтобы больше не привлекать внимания девушек.       — Я знаю эту легенду. — вдруг с грустью вздохнула Эллис — Нам её дедушка Ян рассказывал…       — Дедушка Ян? — с удивлением произнесла Ниа, уставившись на сестру — А кто это?       — Ты его не знаешь. — ответила Эллис и заправила выбившуюся прядь из прически Нии за ухо — Это наш дедушка, папа нашего папы. Он умер за год до твоего рождения.       Ниа провела рукой по волосам, который только что поправила Эллис.       — А почему ты раньше не рассказывала о нем?       — Просто…. Так получилось.       — Господин Ян очень хороший человек, — Рейн кивнула прекрасно понимая, почему «так получилось», а в глазах её мелькнул тон печали, — Благодаря ему я попала в герцогство на службу к господину.       — А я думала, ты всегда здесь была — Ниа простодушно заболтала ногами, сгорая в нетерпении от ожидания легенды.       — Нет, — Рейн улыбнулась, но что-то в этой улыбке было не то, — я родом из графства Линдберг. Моя семья была… в непростом положении. Тогда господин Ян очень помог нам и порекомендовал меня вашему отцу. Ладно, это слишком долгая история.       — У нас как раз достаточно времени!       — Давайте лучше послушаем легенду. Госпожа, возьмете на себя роль рассказчика?       Эллис, которая ненадолго замолчала, погрузившись в воспоминания, кивнула и начала повествование.        Сумеречный лес получил своё название неспроста. Давным-давно, когда мир был молод и не осквернен людской злобой, в деревне на опушке того тёмного дремучего леса жила девица.       «Дурнушка»       Так называли её жители деревни. Не назвать бы ее красавицей на фоне сверстниц. Не сподобила её природа ни острого ума, ни пылкого сердца. Не светилось в её сундуках несметное богатство, а взоры юношей скользили мимо, находя утеху в ликах иных, более прекрасных. Не ведала она ни родительской нежности, ни тепла настоящей дружбы.       В один прекрасный солнечный день она отправилась в дремучий лес. Горькие слёзы стекали по щекам и капали на зелёную траву. Шорох листьев заглушал её тихие всхлипы. Деревья прислушивались к её горю. Но была она в лесу не одна. Слезы стихли, шум поник, на пути встретился ей юноша...       «Знаю я о горе твоем глубоком, знаю о страданиях твоих», — произнес он, — «Я могу помочь тебе. Пойдем со мной, пойдем. Узнаешь ты теплоту душевную, почувствуешь любовь… Пойдем…»       Слышав сладкие речи, девица поверила его лживым словам. Парень повел её в глубь леса. Сгустились тени сумрака. Под ногами громче зашелестела трава. Чаще и чаще девица спотыкалась о корни деревьев. Души, что обитали в том лесу — далекие предки девушки, все никак не могли её остановиться, отгородить от смерти неминуемой. Оглянуться девица не успела, как очутилась в ловушке, а юноша обратился силой темною и страшною…       На следующее утро воротилась девушка в деревушку родную красавицей неписаной. Вмиг окружили её любовью и вниманием. Любовь, которую она не могла обрести. Внимание, которого она всегда желала. Не знали только жители, что девица была пуста….       На рассвете пылала деревушка в огне. Спасения не было ни где, кроме темного густого леса. Души с досадой смотрели на пламя сил злых — не смогли они защитить кровинушку родную, что стала мукой для деревни всей. А потому обратились эти души к Судьбе.       «Дай нам сил, — молили они, — бессильны мы против нечисти проклятой! Помоги нам защитить люд простой!» Судьба услышала их и даровала силу перемещения. С тех пор души леса давно растворились в сумраке деревьев, но они навеки оставили в лесных массивах свой след: каждый раз, когда вокруг путника сгущалась тьма, лес перемещал его в безопасное место по воле Судьбы….       — Вот видишь! Я не уснула! — с гордостью заявила Ниа, когда повествование подошло к концу. Эллис закатила глаза. Рейн с трудом скрыла улыбку.       — Ни разу не слышал эту легенду — задумчиво произнес Нугзар — Как она появилась?       Эллис пожала плечами:       — Дедушка не говорил про это.       — Хорошая легенда, — вдруг произнесла Рейн, задумчиво разглядывая узоры на ковре, и подняла взгляд на Эллис — правда, я слышала иную версию, но ваша нравится мне больше. Она… подобрее?       Эллис хотела расспросить её подробнее, но Нугзар оборвал её не озвученный вопрос.       — Кстати, здесь неподалеку как раз есть лес с точно таким же названием. Может, легенда как раз о нем?       Слова Нугзара вызвали бурную реакцию.       — Рейн! Мы обязаны туда пойти!       — Возьмите меня с собой!       — Лес из легенды! Мы обязаны это увидеть! А вдруг там реально есть духи?!       — Пообещайте, что вы точно меня возьмете с собой!       Рейн с укором бросила на сэра Гибадуллина гневный взгляд, который прямо говорил: «Зачем ты им это сказал?!». Нугзар сделал вид, что его очень заинтересовала резьба на камине.       В коридоре щёлкнул замок в двери — вернулся отец вместе с Александрой.

Конец музыкального фрагмента

      Как оказалось, пришли они не одни: вместе с ними пришел и граф Ламбоди. Их настроение, к сожалению, было далеко от положительного. Эдуард сжал кулаки и стиснул зубы, стараясь держать эмоции при себе и не срываться на девочек. Александра выглядела растерянно и немного подавленно.       — Что-то случилось? — нахмурившись, спросил Нугзар, уже ожидая самых худших новостей.       Взгляд Эда столкнулся с любопытными глазами Эллис и Нии. Пораздумав, мужчина покачал головой.       — Нет. Ничего.       Даже глупцу было понятно, что «что-то», очевидно, случилось, но говорить при младших дочерях он не захотел. Тогда Рейн, поняв ситуацию, придумала какой-то предлог и увела их из комнаты. Только тогда Эд заговорил:       — На горизонте война.       Александра, пусть и знала об этом, не сумела сдержать тихого вздоха, как будто своим объявлением Эд возвращал еë в реальность.       — Война?! — Нугзара словно окатило ледяной водой. В голове пронеслись далекие воспоминания: вооруженные конфликты, в которых ему приходилось учувствовать и медный тошнотворный запах крови. Тогда это была лишь небольшая битва. Стычка, но не полномасштабная война.       — Да. — тише ответил граф Ламбоди, стараясь призвать сэра Гибадуллина сдержаннее проявлять свои эмоции — На границе с королевством Террадорум начались волнения. Разведка императора доложила, что они готовятся к нападению.       — С чего бы Террадоруму нападать на Аркан? — прошептал Нугзар, оглядев всех собравшихся, — Они — мелкое государство, которое еле-еле закрывает дыры в казне. И вдруг война?       — Именно. — согласился эрцгерцог, — У меня есть предположение, что происходит на самом деле.       — И что же?       — Вполне вероятно, что войну Террадорума будет в тайне спонсировать Эклипс.       — И тут этот Эклипс вылез, — недовольно пробормотал граф Ламбоди, сложив руки на груди и закатывая шоколадные глаза.       — Это лишь предположение. Скорее всего, Эклипс хотел отвлечь знать Аркана от падения столпов, устроив войну с Террадорумом.       Да, эрцгерцог говорил, что это лишь предположения. Однако, его «предположения» чаще всего оказывались правдой. Обычно навык предугадывать дальнейшие события на основе имеющихся фактов был чрезвычайно полезным, но сейчас это пугало.       — Да им императора-то отвлекать и не надо, — фыркнул Данил, — он сам прекрасно отвлекается.       Эдуард сжал переносицу и сморщил лоб, но спорить с Данилом не мог. Император и вправду не хотел принимать вмешательство Эклипса и падение столпов за настоящую проблему.       — И… что в итоге будем делать?       — Ничего. Пока что мы не в силах с этим что-то сделать. А если и попробуем — риски слишком велики…— взгляд Эда остановился на Александре, которая тихо молчала и не встревала в разговор, опустив глаза в пол. — А я рисковать не могу.       Его высочество эрцгерцог был прав. Он не мог рисковать. Не сейчас, когда у него три дочери, которые могут цепляться только за него. Их одних он оставить не может. Ради них он будет делать все, что понадобится, начиная от высоких требований императора, заканчивая возможной войной с Эклипсом и Террадорумом. Лишь бы его дочери были счастливы.

***

      Человек в тёмном капюшоне шёл среди толпы по площади, мельком оглядывая лица окружающих. Его лицо разглядеть было невозможно, да никто даже и не старался. Люди вокруг были заняты своими заботами: купцы стремились продать товар, швея искала на рынке нити и шелковые ткани, чтобы сшить очередной наряд для какой-то капризной госпожи, юноша раздавал прохожим газеты, выкрикивая громкие заголовки. Они не знали, что может их ждать в скором времени. Но человек в капюшоне знал.       Мимо промчалась карета, запряженная тройкой лошадей, едва не задавив мальчишку, который оказался не в то время, не в том месте. Незнакомец в плаще еле успел схватить его за руку и оттолкнуть в сторону.       Ладно. Этого он предугадать не мог.       — Смотри, куда идешь, — фыркнул кучер, даже не остановившись. Окружающие люди тоже не обратили на инцидент внимания. Мол, если никто не умер, то и ладно.       Когда карета оставила их позади, мальчик отдернул руку, как будто обжегся и стремглав убежал. «…если она узнает, меня накажут», — сумел услышать незнакомец, прежде чем мальчик скрылся в переулке. По недавним воспоминаниям он сумел понять, кем являлся этот мальчишка. Он был сиротой, что сбежала из приюта ради подработки разносчиком газет.       Эта прогулка едва ли не стала для него последней. «Похоже, сегодня Воля жизни благосклонна к тебе, малой» — думал незнакомец, глядя туда, где скрылся мальчишка.       Подождав пару секунд, он двинулся следом за ним. Всего пять минут пешим шагом, и улицы было не узнать. Яркая атмосфера площади сменилась серостью бедности. Люди с площади ни капли не были похожи на людей отсюда. На людей, из бедного района. Жители здесь носили сплошные лохмотья. В воздухе пахло помоями так, что волей-неволей морщился нос. Люди, больше похожие на исхудалые скелеты, бродили по улицам в поисках еды. Привалившись спиной к столбу, лежал пьяница, погрузившийся в эскапизм с помощью алкоголя. Он бормотал что-то нечленораздельное, но проникать в его сознание незнакомец не стал.       Сейчас пьяницы были для него людьми с наибольшей бесполезностью.       Через несколько кварталов человек в плаще наконец-то догнал сироту. Тот уже наспех перелезал через шаткую ограду детского дома. Незнакомец не стал лезть за ним, только молча наблюдал за мелким хулиганом в метрах десяти от него. Мальчишка не заметил своего наблюдателя и умчался в здание приюта.       Незнакомец вздохнул, пробормотав что-то вроде: «Живой — уже хорошо» и уже хотел уйти, когда вдруг услышал разговор двух пожилых людей.       — Эта страна катится к чертям! — гневно вторил мужской голос старого человека, но, очевидно, полного сил и энергии.       — Тс, не неси чушь. Если бы не Его Величество император, мы бы жили ещё хуже!       — Дурья бошка ты! Думаешь, ты живешь хорошо, раз каждый день напиваешься в стельку вишневой настойкой?       — Так это же я у тебя её беру.       — Вот именно! Кончай тратить мои запасы!       Незнакомец обернулся и заметил двоих собеседников, сидящих на скамье неподалеку от дряхлой избы. Один из них вызвал у него искренний интерес. Мужчина направился прямиком к ним и стал разглядывать, одновременно читая их воспоминания и мысли. Два дряхлых и немощных, на первый взгляд, старика, вели жаркий спор по поводу политики нынешнего императора.       Какая удача. Встретить такого человека, да ещё и в подобном месте…       Похоже, Воля жизни в этот день была благосклонна не только к мальчишке из приюта.       — Императору нет дела до народа!       — Думаешь, если бы ему не было дело, разве были бы мы до сих пор живы?       — Вы живете на этом свете не благодаря императору, — вмешался человек в плаще, заставив двух спорщиков обратить их взоры на себя.       — Ну ты, юноша, смешной. А благодаря кому тогда?       — Благодаря результатам собственных усилий и благодаря людям, которые умирали на войне, будь это хоть год, — незнакомец невольно запнулся — хоть десятилетия назад.       Много десятилетий. Очень много.       — А юнец мыслит здраво! — подхватил старик, который высказывался против власти, — Тебя как звать?       — Я не распространяюсь об этом, — отрезал мужчина, сделав паузу, — но как зовут вас мне интересно больше.       На самом деле ему не было необходимости спрашивать его имя: он узнал все из его воспоминаний. Но нужно было быть вежливым.       — Можешь называть меня «Дед».       — «Дед»?       — Да, просто «дед».       Незнакомец мысленно ухмыльнулся. Человек, который окажется ему полезным, находился в одном из беднейших районов столицы. Бывший главнокомандующий императорской армии просил называть его просто «Дедом».       — Хорошо, Дед. Что вы мне ответите, если я предложу вам сделку?