В каждой сказке есть крупица истины

Не сговариваясь, оба прошли в раздевалку, где Стив оставил спортивную сумку. Расстегнув молнию и вытащил пропотевшую футболку, Стив поморщился — надевать грязное после недавнего душа не хотелось. На лавку рядом с ним приземлилась аккуратно сложенная белая майка. — Должна подойти. Потом в корзину для белья закинете, — и Джек махнул, не глядя, в дальний угол раздевалки. Стив поблагодарил кивком, не торопясь переоделся, наблюдая за раздевающимся бойцом. Роллинз оказался на полголовы выше него, хотя и поуже в плечах. Развитая мускулатура бойца, шрам от ножевого ранения поперек ребер. — Готовы? Я в кабинет и назад. Майка оказалась мала на размер и обтянула грудь, но на вдохах не потрескивала швами и ладно. Стив переобулся и вышел в зал, ждать неизвестного кого. «Нюанс», как выразился командир. В голову лезли глупости, что в отряде может числиться женщина и именно ее хотят представить, чтобы поймать старомодного солдата на шовинизме. Увидев, кто с разбегу ворвался в тренажерный зал, Стив присел на лавку — у него подогнулись ноги. Здоровенный, черный как смоль волк, вдвое крупнее обычного, он сделал круг по всему залу и бросился на вошедшего следом Роллинза. Встав на задние лапы, он положил передние ему на плечи (!) и ткнулся закрытой пастью в лицо. Роллинз потрепал волка по лоснящемуся боку. — Это наш Тони, сокращено от Энтони. Он официально числится в отряде. Очень умный — находит взрывчатку, выкапывает людей из-под завалов, подает обоймы и гранаты. Стив встал и медленно приблизился. Так что волк успел и поздороваться с лейтенантом и, встав на все лапы, обернуться к незнакомому человеку. Взглянул в янтарно-желтые человеческие глаза на слишком серьезной волчьей морде. И все понял. — Капитан Стивен Роджерс. Рад знакомству, боец. Волк оценивающе оглядел его и, привстав на задних лапах, вложил переднюю в ладонь. Лапа оказалась тяжелой, но и весь волк выглядел мощным, здоровым и лоснящимся. Густая черная шерсть на электрическом свету отливала шоколадным цветом. Джек принес с собой бутылку воды. Выудил откуда-то из-под лавок железную миску и наполнил. Сделав пару кругов по залу, волк шумно налакался из нее и потрусил к беговым дорожкам. Стив молча наблюдал как волк жмет на старт, лапой зажимает указатель скорости и выставив шестерку, заскакивает на дорожку. Подошедший с телефоном Джек запустил на нем музыку, кажется рок и, оставив на держателе, занял соседнюю дорожку. Дорожки тихо гудели, шуршала резиновая лента, гремел рок, цокали длинные волчьи когти. Градус нереальности происходящего снижался, хотя и медленно. Бежать по дорожке со всей доступной дурью Стив не рисковал — он уже довел однажды такую до перегрева, со своей скоростью девяносто миль в час. Заново размявшись, он вернулся к прерванными из-за директора упражнениям. — Да, и я думаю, надо бы ему упражнений на растяжку подогнать, — негромко сказал Роллинз волку, не зная об улучшенном слухе. — Большой шкаф громко падает, если не знает, как сгруппироваться. Через десять минут Стив, обмотав ладони эластичными бинтами, перешел к излюбленному битью груши. — И удар поставлен дерьмово, — догнал его комментарий Роллинза. — Без регенерации пальцы выбивал бы только так. Тони согласно рявкнул и съехал с дорожки. После такой оценки его умений колотить грушу расхотелось. Бинты полетели на лавку. А Стив с сомнением оглядел предоставленные «блины» для жима штанги. Он оглянулся на дорожки, но Роллинз зачем-то покинул зал. А вот волк сидел поодаль и смотрел на Стива. То ли оценивал, то ли сторожил. — Тони, не согласитесь помочь мне с упражнением? Волк подошел к нему и сел, всем собой выражая внимание. — Я хотел заняться приседами с утяжелением, — Стив указал на стойку с блинами, — но для меня весь этот вес маловат… Волк склонил голову набок. — Разрешите поднять вас на плечи? Волк оскалился, но поднялся, ткнул его носом в колено и снизу вверх весело посмотрел на Стива. «Рискни, если хребет не жалко», — читалось на острой морде. Стив опустился на одно колено и сгорбил спину, опуская руки на маты. Тони, сомневаясь, лег ему на плечи пушистым животом. Стив, придержав тяжелые лапы, стал медленно подниматься, привыкая к весу туши и распределяя вес так, чтобы не завалиться, если волк начнет беспокоиться и дергаться. Но предосторожности с обеих сторон оказались излишними. Когда Стив легко выпрямился, держа на плечах волка, тот потрясенно взвизгнул. Но и только, никаких попыток соскочить из-за того, что оказался на высоте почти двух метров. — Начнет укачивать — подай голос. И Стив начал приседать. С весом волка на плечах приседы давались ему сложнее, но на то и был расчет. Тони пыхтел, но сносил ритмичные подъемы и опускания. Сделав сотню приседов и облившись потом, Стив остановился. — Думаю, хватит на сегодня. Внимание. И опустился в последний раз, снова горбясь, чтобы волк ощутил лапами маты и сам снялся с его плеч. Тони неловко переступил лапами, сползая, и плечам стало легче и не так жарко. Стив устало уселся на маты. Ему понравилась тренировка, приглянулся Джек и его волк Тони. Пожалуй, с ними он хотел бы, если не начать работать с понедельника, то заиметь приятельские отношения. Осталось только втемяшить в лысую голову директора, что без документов на свое имя он в ЩИТе больше не объявится. Волк не позволил ему встать. Навалился всем весом на грудь и попытался завалить на маты. Стив позволил ему, чтобы посмотреть, для чего ему это надо. Волк переступил тяжелыми когтистыми лапами, упираясь ими в маты, а не в тело под собой. Пыхтя, обнюхал шею и грудь. Вывалил широкий розовый язык и лизнул во влажную от пота шею. Стив хохотнул, сам от себя не ожидая, он и забыл, что боялся щекотки. Он вяло отпихивался, извиваясь от смеха, пока тяжелая туша, восторженно пыхтя, ерзала по нему. Войдя во вкус, волк облизал ему всю шею, лицо, и пару раз влез краем мягкого языка в рот. — Бро, да ты охренел! Джек широко шагая, надвигался на парочку, явно порываясь сорваться на бег. Волк вздохнул, в последний раз ткнулся мордой в грудь Стива, очень четко задев носом сосок под тонкой майкой и отошел, виновато прижимая треугольные уши к голове. — Бро, ты головой думай немного! Стив сел, утирая лицо от слюны и глядя, как командир распекает штатного волка, как старого приятеля, положившего глаз на проблемную девчонку. Тони прошел мимо Джека, ворча и не оглядываясь. Роллинз закрыл лицо ладонью и тотчас убрал, вспомнив, что в зале есть и свидетель его слабости, он же третья сторона, зализанная волком. — Тони дружелюбный малый, его заносит иногда. — Кажется, я пришелся ему по душе. Укрывшись в углу зала, волк скрутился вдвое, задрал заднюю лапу и принялся без энтузиазма вылизывать яйца. Вид у него был угрюмый, как собственно и бывает у того, кто разохотился и кого обломали. Без десяти девять начали подходить новые люди: бойцы Роллинза. Стив и с ними познакомился, походя обогатившись некоторой полезной информацией, как и хотел и в чем убеждал директора. Хотя самому директору вряд ли понравилось бы узнать, что капитан Роджерс теперь в курсе слепых зон камер базы, где можно покурить. И знает, что нынче видеокамеры меньше горошины и почти незаметны не знающему, а для обнаружения или деактивации существуют специальные устройства. К девяти часам до зала дошли все бойцы отряда Страйк. Каждый поздоровался с Тони, но волк, как отметил Стив, больше никому не подавал лапу и тем более, не лез обнимать. Исключением был только Роллинз, а теперь добавился и Стив. «Дружелюбный малый, ну-ну». Потренировавшись, Стив попрощался со всеми, даже с Тони, получив пару одобрительных взглядов от бойцов, и ушел. В раздевалке пахло потом десятка мужчин и духами одной рыжей женщины. Поведя носом, Стив остановился на пороге, готовый даже к тому, что агент Романова выйдет к нему из душевой. Но он был один. Под своей сумкой с вещами Стив нашел стопку резюме из личных дел бойцов отряда, небрежно завернутых в толстую бумагу, на манер большой посылки. Что же, хотя бы запомнили его нелюбовь к современным гаджетам и не стали впихивать крохотную флэш-карту, которые он ломал пальцами, просто сжав. Наблюдают за ним, еще как наблюдают. Даже в спортзале не оставят в покое. Наскоро ополоснувшись, Стив вышел из раздевалки, держа в одной руке спортивную сумку, в другой «посылку». Своего кабинета у него не было, во всех коридорах, залах и лифтах велось видеонаблюдение. В раздевалках и душевых не велось, но читать про бойцов в комнатке, куда те в любой момент могли заглянуть… Взяв кофе в автомате, Стив вышел на пожарную лестницу, где как он теперь знал, располагалась неофициальная курилка из-за неудачного (кому как) расположения камер. Сел прямо на ступеньки и начал листать документы — скорость чтения позволила бы ему ознакомиться с бумагами на сорок пять человек в течении часа. Стив изучил также данные бойцов двух других отрядов. Количество миссий, физические показатели, боевые награды. Страйк был впереди, вот только… количество бойцов в трех отрядах не совпадало. Бойцов-людей, если быть точнее. У Страйка был недобор в одного человека. Командиру Роллинзу трижды за прошлый год предлагали кандидатуры — заткнуть кадровую дыру — но тот находил причины для аргументированного отказа. Стив так и не нашел, кого же потерял отряд, но нашел упоминание приказа, датированного прошлым годом, о назначении лейтенанта командиром отряда. А перед ним — приказ о присвоении следующего звания младшему лейтенанту Дж. К. Роллинзу. Для получения более полной информации Стив, поколебавшись, решил обратиться к агенту Романовой. Не зря же Фьюри приставил к нему соглядатая высшего уровня. Пусть работает, а не только снисходительно улыбается. Отчитается одноглазому о запросе, да и ладно, ничего необычного в его интересе нет. Пусть оба думают, что он почти согласен работать на ЩИТ и теперь присматривается к будущему отряду поддержки. Допив кофе и посмотрев на часы, Стив направился в кафетерий. Вот-вот начнется обеденный перерыв, и он поищет агента там. А если не найдет, так хоть сам перекусит.