Сквозь тьму

11 апреля 1942 года.       Джун, как обычно, жестикулировала так, что едва не задела чернильницу соседки, выходя из кабинета.       — Ты понимаешь, они снова скажут, что у меня почерк, как у тролля! — возмущалась она.       Луна кивнула рассеянно, и только когда подруга щёлкнула пальцами у неё перед носом, спохватилась, что ни слова не слышала.       — Эй, ты меня вообще слушаешь?       — А? Слушаю, слушаю, — Луна неловко улыбнулась, но вновь задумалась:       «Скажет ли он профессору Диппету?»       У лестницы показались Альфред и его компания. На их лицах тут же расползлись ухмылки. Луна почувствовала как закипает кровь, но заставила себя пройти мимо так, будто их вовсе не существовало.       «Только их здесь не хватало», — пронеслось в голове.       Джун не сдержалась:       — Слизеринские крысы, — фыркнула она так громко, что её слова отразились эхом в коридоре.       Альфред только приподнял бровь и ухмыльнулся, медленно достал палочку и лениво махнул ею. Перед ногами когтевранок натянулась невидимая нить.       — Осторожно! — вскрикнула Джун, но поздно.       Обе рухнули на каменный пол. Книги и перья рассыпались, Луна ударилась ладонями и содрала кожу. Джун вскочила, глаза её горели яростью, но слизеринцы уже растворились в толпе.       — Ублюдки, — прошипела Луна, поднимаясь и прижимая руку к ладони, где проступила кровь. В голосе звучало не страх, а тихое раздражение.       — Пусть ещё раз сунутся, я им… — начала Джун.       — Не надо, — спокойно перебила Луна. — Они этого и ждут.

***

      К вечеру Луна решила: надо поговорить с Томом. И она знала, где его найти — у библиотеки. Когда высокая фигура появилась в конце коридора, Луна негромко окликнула:       — Том…       Он остановился и обернулся. В его взгляде было то самое спокойное, отстранённое равнодушие, которое сбивало с толку девушку.       — Ты ведь не расскажешь?..        Реддл заметил её взгляд, полный надежды. Вновь это чувство… Он не ненавидел его. Оно возвращалось, стоило Луне приблизиться. С каждым разом бороться с ним становилось все труднее.       — О чём? — его голос прозвучал спокойно, но Луна почувствовала, что он дразнит ее.       — О том, что было вчера… Я не хочу, чтобы кто-то узнал.       — Думаешь, мне есть дело до твоих секретов? — снисходительно произнёс он.       — Думаю, нет, — тихо сказала Луна. — Не знаю почему, но уверена, что ты не расскажешь.       — Не расскажу, — произнёс он наконец.       Эти слова прозвучали слишком тяжело для простого обещания — почти как клятва.       Луна облегчённо улыбнулась, но тут его взгляд скользнул вниз. На её ладонях — свежие бинты, насквозь пропитанные кровью.       — Что с руками? — в его голосе вдруг зазвенел холодный металл.       — Ничего… — Луна поспешно спрятала их за спину.       — Врёшь.       Она отвела взгляд. Внутри все сжалось — не от страха, а от странной уязвимости. Ей не хотелось быть слабой перед ним. Но ещё меньше хотелось лгать.       Луна нервно теребила край рукава, будто решалась на прыжок в пустоту.        — Это… те же самые, что и тогда, — её голос был тихим, почти шёпот. — Но всё в порядке, правда.       Она не назвала имён. Не назвала подробностей.       Реддл прищурился. В его взгляде блеснуло то самое ядовитое, опасное пламя, от которого у многих перехватывало дыхание.       — Думаешь, мне нужны твои намёки? — он сделал шаг ближе, и Луна почувствовала, как холодок пробежал по спине. — Альфред и Ник.       — Ты… знал? — Луна широко распахнула глаза от удивления.       — Конечно, — произнёс он тоном, будто говорил с ребёнком. — Я достаточно наблюдательный.       Он помолчал, а затем, к собственному раздражению, добавил:       — Но все же хорошо, что ты призналась.        Эти слова прозвучали мягче, чем он хотел. Чёртова девчонка снова заставляла его вести себя не так.       — Я не хочу втягивать тебя в это, — голос звучал мягко. — Я сама справлюсь.       Она устало улыбнулась, словно убеждала не его, а себя. Ей было стыдно пред ним. Стыдно за свою слабость.       «Я вижу, как ты справляешься», — с иронией подумал Реддл.

***

      Когда её шаги стихли за дверью, библиотека будто провалилась в вязкую тишину. Том ещё несколько секунд смотрел на пустое место, где стояла Луна, и только тогда позволил себе вдохнуть глубже. Злость, от которой он так искусно отмахивался в её присутствии, тут же прорвалась наружу.       Он чувствовал, как в груди закипает злость, как кровь стучит в висках. Альфред. Ник. Те, кто посмели поднять руку на его Луну.       Она просила не вмешиваться. Но для него это не имело значения.       Она — хрупкая, как фарфоровая кукла. И он не позволит никому её разбить. Альфред ещё не понимал, что уже подписал себе приговор.

***

      Очередная бессонная ночь наедине со своими мрачными мыслями встретила Реддла.        В его голове опять витал силуэт Луны — она тепло улыбалась ему. Это сводило с ума… Он ненавидел и был зависим от нее одновременно.        Том знал десятки способов заставить её стать его: зелья, заклятия, одно простое движение руки. Ничто не мешало бы ему переломать девчонке все кости.       Каждый из них вспыхивал в воображении, как острые осколки стекла.        Но она и без чар умудрилась проникнуть под кожу. И это было самым страшным. Но больше всего его гложило одно: когтевранка всё ещё держалась на расстоянии. Это убивало изнутри. И тогда он решил проверить её.