Блич: За гранью души

Тигр, о тигр, светло горящий

В глубине полночной чащи!

—】|【—

20 мая 2019 года.

Город Каракура. 19:21 Четверг

Тёплый летний ветер лениво шевелил траву на склоне у восточного берега реки, а над ними алый закат играл в облаках так, что хотелось забыться в его объятиях. Река Карасу протекала почти через весь город и соединялась двумя мостами. Ичиго откинулся назад, опершись на локти, и внимательно смотрел на Чада, Орихиме и Тацуки, следя за их эмоциями после своего рассказа. Несмотря на все уговоры Рукии, он всё же решил рассказать друзьям обо всём: о призраках, синигами, Пустых и обо всём в таком духе. Да и, тем более, выбора они ему не оставили, ведь Чикан памяти не работает на людей с высокой духовной силой, какой и обладали его близкие. И это из-за него. Данте уже предупреждал: если Ичиго не научится контролировать своё реацу, оно начнёт привлекать Пустых, а также влиять на людей, с которыми он чаще всего взаимодействует. Куросаки думал, что смог достаточно подавить свою духовную энергию, чтобы не подвергать остальных опасности, но, похоже, у него ничего не вышло — Так, давай проясним одну вещь, — вена на лбу Тацуки запульсировала так сильно, будто пыталась пробить кожу. — Твоя мама была духовной волшебницей, которая называется Квинси, а твой придурковатый папаша на самом деле бывший капитан синигами, который возглавлял отряд таких же синигами, борющихся с монстрами и отправляющих души в загробный мир?! Орихиме нетерпеливо вклинилась в разговор: — А в твоей душе скрыт магический меч, имя которого ты не знаешь, пока не получишь какой-то особый меч из Общества Душ, но ты называешь его Данте! — она буквально дрожала от переполнявшего её восторга. — Загробный мир действительно существует, а Рукия является синигами, но пока она не восстановит свои силы, ты должен исполнять её обязанности, — Садо выглядел так, словно прямо сейчас хотел прилечь вздремнуть. — Что означает, что у тебя куча всяких суперсил, потому что ты являешься гибридом человека, синигами, пустого и квинси, но из-за этого на тебя постоянно нападают пожирающие души монстры, — закончила Тацуки. — Всё верно? — Ага, вроде того, — небрежно бросил Ичиго. — КОГДА, МАТЬ ТВОЮ, НАША ЖИЗНЬ УСПЕЛА ПРЕВРАТИТЬСЯ В АНИМЕ?! — в ярости взревела Тацуки на весь парк. Её яростный крик эхом разнёсся по склону реки. Стая ближайших голубей, мирно клевавших что-то в траве неподалёку, испуганно взмыла в воздух, шумно захлопав крыльями. Девушка даже не посмотрела им вслед. Она замерла, тяжело дыша, а затем снова свирепо уставилась на рыжеволосого парня: — Эй, погоди-ка минуту! — её глаза опасно сузились. — Так вот почему я больше не могу за тобой угнаться на спаррингах?! Ичего поморщился, неловко почесав затылок: — Ну, типа того, да. Прости, Тац, но даже когда я подавляю свою духовную силу, я могу насквозь пробить бетонную стену и вообще ничего не почувствовать. К тому же я дерусь с Данте каждую ночь, пока сплю, таааак что… — ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! — взревела Тацуки, в ярости ударив кулаком по траве. Она резко выпрямилась и ткнула в него пальцем, — Научи нас! Ичего аж поперхнулся от неожиданности: — Чего?! — Мы тоже видим эти грёбаные штуки! — Тацуки даже не думала опускать палец. — А это значит, что у нас тоже есть эта духовная сила, разве нет?! — Ооо, и правда! — Орихиме счастливо улыбнулась и принялась нетерпеливо подпрыгивать на коленях прямо на траве. — Эй-эй, притормозите! — Ичиго замахал руками, пытаясь остудить их пыл. — Вы вообще понимаете, о чём просите? Это вам не карате в школьном кружке или сражение с бандой! Пустые — это безжалостные твари. Один неверный шаг, и от вас мокрого места не останется. Я рассказал вам всё это не для того, чтобы втянуть вас, а чтобы вы были осторожнее и держались от этого дерьма как можно дальше! Куросаки надеялся на поддержку, поэтому резко повернулся к своему лучшему другу. — Чад, ну скажи им! — взмолился Ичиго. — Объясни этим сумасшедшим, что лезть к монстрам — худшая идея в их жизни! Ясутора, до этого безмолвно сидевший на траве, медленно поднял свои массивные плечи. Он посмотрел на Тацуки, затем на Орихиме, а после перевёл свой тяжёлый, спокойный взгляд на Ичиго. Его низкий, ровный бас прозвучал в наступившей тишине особенно весомо. — Ичиго… — неторопливо произнёс Чад. — Если эти существа действительно нападают на тех, у кого высокая духовная сила… то мы уже в игре. Бегать от них вечно не получится, — Он опустил глаза на свои огромные кулаки, сжал их и снова посмотрел на друга, — Ты не сможешь быть рядом двадцать четыре часа в сутки, чтобы закрывать нас спиной. Тацуки права. Если у нас есть сила, мы должны уметь постоять за себя. Чтобы не быть для тебя обузой. Ичего ошарашенно захлопал глазами, понимая, что его последний оплот здравого смысла только что перешёл на сторону «отряда самоубийц». Ичиго заскрежетал зубами так, что челюсть свело, и тихо выругался про себя: — Проклятье… Он зажмурился, сделал глубокий, свистящий вдох и попытался взять себя в руки. Когда парень снова открыл глаза, его взгляд стал предельно серьёзным и жёстким. — Ладно, слушайте сюда. Я не шучу, — Ичиго поочерёдно посмотрел на каждого из них. — Я без понятия, чему могу вас научить. И вообще не уверен, что у меня хоть что-то получится из этой затеи. Так что я попробую… Но чур потом без обид и нытья, если всё это окажется пустой тратой времени. Но если вы в деле, и если у нас хоть что-то сдвинется с мёртвой точки… то всё. Вы увязаете в этом дерьме по самые уши. Назад дороги не будет. Уяснили? — Да-а! — радостно завопила Орихиме. Она подпрыгнула на коленях и победно вскинула руки к небу, сияя от счастья так, словно они только что выиграли билеты в парк аттракционов. Садо лишь мягко улыбнулся, молча поднял свой огромный кулак и выдал Ичиго уверенный большой палец. А Тацуки с дерзкой ухмылкой с размаху стукнула кулаком о ладонь. — Да хорош уже зубы заговаривать и пытаться нас переубедить! Давай к делу! Вдруг лицо Ичиго изменилось. На смену нерешительности пришла тягучая, зловещая ухмылка, от которой у всей троицы по спине разом пробежал ощутимый холодок. — О нет, теперь врубать заднюю уже поздно, — протянул Куросаки. Он медленно поднялся в полный рост. Его аура вдруг стала тяжёлой, а воздух вокруг парня словно задрожал. Ичиго с сухим, глухим хрустом размял костяшки пальцев, не сводя с друзей хищного взгляда. — Вы сами подписались на это безумие. Ну что, как насчёт того, чтобы знатно встряхнуть ваше реяцу и посмотреть, сможем ли мы выбить из вас хоть какую-то искру? «Кажется, мы совершили огромную ошибку…» — синхронно и с тоскливым ужасом пронеслось в головах у ребят.

—】|【—

В это же время в магазине Урахары Рукия хмуро рассматривала свой заказ в руках. Сам же хозяин магазина сидел на подушке на небольшом подиуме рядом в своей неизменной полосатой шляпе и зелёном хаори. — Другой достать не получилось? — недовольно спросила она, даже не глядя на торговца. — Ну зачем же сразу так, Рукия-сан, — протянул Кисуке с мягкой, слегка лисьей улыбкой, за которой всегда скрывалось слишком много тайн. — Это второй по популярности бренд. Поверьте, его было ох как непросто достать… — Не важно, — отрезала Кучики, завернув посылку обратно в плотную ткань. — Всё равно вечно притворяться не получится. Рано или поздно Общество Душ придут за мной. Урахара склонил голову, скрывая глаза за полами шляпы: — Вы же понимаете, что это необходимо? Рукия резко посмотрела на лавочника, скрывая гнев за привычной маской строгой холодности: — Я прекрасно знаю о твоём плане, Кисуке Урахара, — ледяным тоном произнесла она. — Но это не значит, что я собираюсь забывать, что ты пытался использовать меня, чтобы уничтожить свой треклятый шар. Затем, не говоря ни слова, она развернулась и быстрым шагом ушла, едва не задев Джинту и Уруру, которые подметали перед магазином. Урахара молча смотрел ей вслед, а затем устало вздохнул: — Всё было бы проще, если бы она не знала. — И то верно, Урахара-доно. Тессай, грозный великан в фартуке и очках, медленно вышел в главную комнату, держа в руках поднос со свежезаваренным чаем. Он аккуратно поставил чашку перед лавочником, бросив короткий взгляд на открытую дверь магазина. — Однако то, что Рукия-сан и Куросаки-сан осведомлена о Хогиоку, в корне меняет дело, — Цукабиши поправил очки. Кисукэ лениво потянулся за чашкой, обхватив её длинными пальцами, но пить не стал. Он уставился на поднимающийся над чаем пар, а его лицо, наполовину скрытое теньми от полосатой шляпы, сделалось пугающе серьёзным. — И правда, — Урахара горько усмехнулся. — Сейчас нам остаётся только наблюдать, Тессай. И помочь Куросаки-сану и его сёстрам раскрыть полностью свой потенциал.

—】|【—

На следующий день.

Старшая школа Каракура. 13:05

— Кейго Асано выглядит как Эван Макгрерог! — проиструктировал Кейго попугая, что сейчас сидел на плече у Чада, — Также как Матсумото Хитоши довольно поход на Винсент Гало! Ладно, повторяй за мной! После истории с Юичи словарный запас попугая резко сократился, как и его умственные способности. Несмотря на это, Чад всё равно оставил птицу и ухаживал за ней. Отчасти потому, что было как-то жалко отдавать птицу, но главное — потому что она напоминала тому о Юичи. В это же время на крыше Ичиго с Рукией наблюдали, как Кейго и Мизуиро окружили Чада, пытаясь заставить птицу говорить, но бестолку, пока сам хозяин читал книгу. — Знаешь, я никогда не думал, что души могут селиться в животных, — сказал Ичиго, прислонившись плечом к забору и смотря вниз. — Интересно, а они могут то же самое провернуть с людьми? Рукия на мгновение задумалась, скрестив руки на груди. — Теоретически? Да. Такое случается крайне редко, но случается. Обычно души привязываются к объектам или животным только при очень специфических обстоятельствах. В случае того мальчика его душу насильно поместили в попугая, а его цепь судьбы была разъединена. Животные обладают некой духовной осведомлённостью и могут чувствовать присутствие духовных сущностей, но я никогда раньше не слышала о том, чтобы души так просто селились в животных. — А с людьми? — Можно, но это намного сложнее, — ответила она, наблюдая, как Асано безуспешно пытается научить попугая говорить. — У живого человека уже есть собственная душа. Другой душе просто некуда поместиться. — Значит, невозможно? — Не совсем. Ичиго вопросительно посмотрел на неё. Но вместо устного ответа он с недоумением стал наблюдать, как Кучики залезла в сумку, достала свой неизменный альбом и начала увлечённо рисовать. Спустя пару минут она ткнула ему в лицо картинку с кривыми зайцами, принявшись объяснять всё на этих безумных художествах. — Бывают случаи одержимости, — Рукия ткнула пальцем в зайца, внутри которого были нарисованы два огонька. — Иногда очень сильные духи могут временно подавлять волю человека или влиять на его тело. Но это обычно заканчивается плохо для всех участников и может привести к тому, что обе души погубят друг друга. Про это подробно рассказывается в Академии, но я постараюсь как можно проще. Сначала ты должен понять, что душа устроена особым образом, и это структурированный объект, состоящий из нескольких ключевых деталей. Спрайт — это личность, её воспоминания, знания и характер. Структура — это строение души, её раса, тип духовной силы и генотип, получаемый от родителей, которые способны меняться в течение всей жизни. Эти две детали чаще всего отвечают за самые основные и интересные особенности души в виде её сил, способностей, а порой даже физического строения. Именно поэтому Спрайт отвечает за то, насколько волевым будет человек, а вследствие — и за то, насколько сильной будет его сила духа, то есть рэйрёку. Она нарисовала зайчика с длинными рыжими волосами в красной жилетке, который держал в одной руке здоровенный пистолет, который и близко не был похож на Синюю Розу. Внутри зайца находился огонёк. — Структура же отвечает за то, какой формой жизни будет являться душа в мире, ибо у каждой формы есть своя структура. Но Спрайт и Структура являются основными составляющими другой, очень важной части души — Тамаши, того, что мы можем назвать духом. Это бессмертное и бесформенное нечто, что живёт внутри каждой души и перерождается в Сообществе Душ или в Мире Живых в разных обличиях благодаря кругу реинкарнации. В Академии нам рассказывали, что этот дух присущ каждой душе: от насекомых и животных до синигами и Пустых. При перерождении таких душ в Генсее (Мире Живых) Тамаши покидает их и, переходя границы миров, очищается от своего Спрайта, а также сбрасывает свою структуру до нуля. Благодаря этому человек может переродиться как совершенно новая душа в совершенно новой форме… — Поэтому при первой нашей встрече ты назвала меня Кайеном? — спросил Ичиго, заставив Рукию замолчать. — Ты думаешь, я перерождённая душа? — …Нет, — ответила она, покачав головой. — В мире люди не всегда являются перерождёнными. Всё равно рождаются новые души, и ты, наверняка, одна из таких. Нет, я уверена, что ты абсолютно новая душа из-за своей гибридной природы. Ты очень похож на К-Кайена-доно, и я действительно считала, что ты можешь им быть в самом начале. Но потом я узнала, что твой отец из клана Шиба, и теперь думаю, что всё дело в вашем родстве. Ивиго видел, что эта тема очень болезненна для Рукии, и поэтому не стал её расспрашивать. У неё и его погибшего родственника была своя история, и он не собирался ворошить прошлое девушки. Когда она будет готова, то сама всё расскажет. Это, на самом деле, напомнило парню, что ему стоит расспросить отца о его прошлом в Обществе Душ. Ишшин Шиба, да? Ему всё же больше нравилась фамилия Куросаки. Ичиго Шиба звучит не так круто, как Ичиго Куросаки. — Возвращаемся к теме! В общем, поскольку Тамаши является бесформенным по своей сути, ему нужна оболочка, с помощью которой он может взаимодействовать с этим миром… Ичиго сразу на ум пришёл фильм про людей, которые переносят своё сознание в синих инопланетян, — Ты имеешь в виду аватар? — А? — Рукия растерянно на него посмотрела. — Потом расскажу, — махнул рыжеволосый рукой. — Продолжай. — М-м, ладно. В общем, Реитай — так называется тело духовных сущностей, которое создаётся в каждом мире, где дух оказывается и к которому он привязан, если, конечно, никто не проводит сторонних манипуляций с его Тамаши. Это тело состоит из рейши и соответствует тому, какая структура у духа, к которому оно привязано. Из-за этого тело способно менять или сохранять свою форму, визуальный возраст и внешность в зависимости от изменений в структуре духа и его Спрайта. Она перевернула страницу и нарисовала зайчика, у которого было несколько слоёв, как у луковицы, и огонёк в середине тела, что, вероятнее всего, символизировало его Тамаши. — Реитай, в особенности его целостность, плотность и состояние, также напрямую зависит от духовной силы существа или эффектов, которые на него наложены. Как, например, влияние твоего реацу на твоих друзей, — объяснила она, прежде чем обвести зайчика и нарисовать стрелку, на конце которой было написано кандзи 魂魄 (Конпаку). — Вместе Реитай и Тамаши, как духовное тело и дух, зовутся Конпаку, если они не находятся в живых телах или гигаях. Живые тела (Кишитай) же состоят из Киши (живых частиц), которые не существовали до того момента, как появился Мир Живых. Кишитай любой души повторяет форму её Конпаку, который изначально в себя вмещал. Из-за этого Реитай и Кишитай внешне неотличимы друг от друга, а все ранения, полученные Реитаем, переносятся на Кишитай сразу после того, как они соединяются. Поэтому прежде чем меня перенесли в этот гигай, Урахара исцелил мою духовную оболочку. Если, например, поселить в Кишитай чужой Конпаку, как это было с тем мальчиком, внешний вид никак не изменится, ведь тот не привязан к нему изначально. Понятно? — Я бы понял и без твоих фиговых рисунков, — ответил Ичиго, прежде чем та шлёпнула его альбомом по голове. — Но у меня вот вопрос насчёт Кишитая. До всего этого кошмара я никогда не покидал своё тело, но при этом всё равно мог пользоваться своими силами. Значит ли это, что я манипулировал своими живыми частицами — киши? Рукия моргнула, когда поняла, что Ичиго прав. До этого момента он всегда находился в своём теле, и всё равно его физические возможности находились далеко за пределами человеческих способностей. — Я… Я не уверена, — честно призналась она. — Может быть, Урахара об этом больше знает. Но единственные известный мне метод манипулирования киши — это создание гигая, но даже для этого нужно использовать специальное устройство. — Хм, ясно, что ничего не понятно, — вздохнул Куросаки. — Ну раз я ответила на твой вопрос… Вот! — внезапно она достала из гакурана вещь которую затем бросила ему. Поймав, Ичиго увидел, что это дозатор-игрушка с головой утки. — Знаешь, я всё больше убеждаюсь, что у тебя в рукавах существует отдельное измерение, — пробормотал он, недоверчиво разглядывая игрушку. — Что это вообще такое? — Гиконган! (Таблетки искусственной души) Таблетка, которая принудительно отделяют душу от тела, — пояснила Рукия. — Я заказала его у Урахары ещё до того, как пришла к тебе в школу на следующий день после моего ранения. — Хорошо… Но зачем мне это? — не мог спросить Ичиго. — Потому что ты слишком неосторожен. Ты отлично справляешься с обязанностями синигами, но, действуя в своём человеческом теле, рискуешь раскрыть себя обычным людям, — серьёзным голосом сказала Рукия, — Слушай, когда проглотишь таблетку, временная душа займёт твоё, пока настоящая выходит. В облике души люди тебя не будут видит кроме других духов и духовно одарённых людей, как твои друзья и сёстры. — Хм, — промычал Ичиго, чувствуя неуверенность отделять свою душу от тела и отдать её напрокат другому. — Если нажмёшь на голову уточки — выскочит таблеточка! — проинструктировала Рукия. — Если это Гиконган почему здесь написано «Леденец с душой»? — спросил Куросаки, смотря на дозатор. Почему синигами не могли сделать такую вещь чуть более крутой? — Ну… это… — Рукия смутилась. — Ассоциация женщин-синигами пожаловалась, что название «Гиконган» звучит не достаточно мило и поэтому три года назад его официально переименовали. — Но… почему утка? — озадаченно спросил Ичиго. — З-Заткнись! Я не выбирала дизайн, потому-что это поставка от моего начальства! Конечно я хотела самую популярную модель — кролик Чаппи! —… Кролик, да? — Ичиго с кривой ухмылкой перевёл взгляд с дозатора на Рукию, а затем снова на дозатор. — Не знаю, что меня удивляет больше: то, что ты хотела игрушку в виде кролика… или то, что я вообще не удивлён. — Ч-Что это за взгляд?! — вспыхнула Рукия. — Ты надо мной издеваешься, ублюдок?! Она со всей силы пнула его по голени… а затем раздался глухой «тунк». — А-А-АЙ!.. — вскрикнула Рукия, мгновенно забыв о своей вспышке гнева. Подпрыгивая на одной ноге, она схватилась за ушибленную ступню, — Чёртов… железный идиот… Ичиго лишь невозмутимо посмотрел на неё сверху вниз. — Победила? — Заткнись! — Сама виновата. Кто вообще пытается пинать человека, который может кулаком бетон крошить? — Я не думала! — Это я уже понял. Рукия сердито засопела, а Ичиго, не скрывая довольной ухмылки, посмотрел дозатор в руках. — Ладно. Утиная башка так утиная башка. Главное, чтобы работала, — проворчал Ичиго. Поднеся дозор ко рту, он надавил на голову утки. Та послушно открыла клюв, из которого прямо ему в рот выскочила круглая оранжевая таблеточка. Недолго думая, он сглотнул её. Оба они застыли и недоумённо посмотрели друг на друга. Секунды шли, но ничего не происходило. — Странно, ты должен был уже выйти своего тела, — нарушила тишину Рукия, растерянно моргая. — Может, просто подделка… Ах! — Ичиго внезапно осёкся, и его лицо резко побледнело. Внутри живота всё разом завязалось в тугой, пульсирующий узел. На лбу выступил холодный пот, а дыхание перехватило от нахлынувшего дикого, ни на что не похожего ощущения. — Рукия… Кажется, началось, — с трудом выдавил он, хватаясь за забор. — Из меня… из меня прямо сейчас как будто что-то пытается вылезти наружу! Оно так сильно давит изнутри! Кучики испугалась потому-что не знала, что произойти если отделить душу гибрида от его живого тела. Она ожидала, что это должно выглядеть как эпически… затем по крыше эхом разнёсся короткий, звонкий и чертовски громкий пук. Звук улетел в пустоту. Над крышей повисла гробовая, звенящая тишина. Взгляд Рукии медленно опустился куда-то в район его поясницы, а затем она медленно, с выражением абсолютного шока и брезгливости, подняла глаза обратно на его пунцовое лицо. — Извини, ложная тревога, — выдавил Ичиго, готовый провалиться сквозь землю от стыда. — Бака! — взорвалась Рукия, замахнувшись на него своим альбомом. — Ты хоть понимаешь, как я испугалась?! Я думала, твоя гибридная структура отторгает искусственную душу, а ты просто… гхх, ублюдок! Ичиго принялся неловко выставлять руки вперёд и бормотать извинения, совершенно не понимая, что пошло не так. Таблетка должна была вытолкнуть его дух из тела, но вместо этого устроила революцию в желудке. Кучики продолжала яростно отчитывать его, размахивая кулаками, как вдруг этот комичный балаган резко оборвался. 《Эй, Ичиго》глубокий, до боли знакомый голос Данте эхом разнёсся в его голове, заставив парня мгновенно замереть.《Я знаю, почему эта утиная пилюля не сработала. Спускайся сюда. Нам нужно поговорить》 Куросаки перестал обращать внимание на крики Рукии. Голос внутреннего духа звучал необычайно серьёзно, без привычной ленивой издёвки. Ичиго тяжело вздохнул: — Эй, Рукия. Подожди секунду… Мне нужно поговорить со своим духом. Скоро буду. Недожидаясь ответа, он присел по турецки, прикрыл глаза и потянул за своё реяцу, что позволило своему сознанию провалиться глубоко внутрь себя, оставляя реальный мир позади.

—】|【—

Вход во внутренний мир для Ичиго всегда был похож на падение сквозь бездонную тьму. Через мгновение Ичиго открыл глаза и с лёгкой улыбкой на лице грациозно поднялся на ноги, позволив себе на несколько секунд полюбоваться захватывающим дух пейзажем. Перед ним простирался огромный зелёный луг, по которому лениво гулял тёплый ветер, колыхая высокую траву. Здесь и там росли раскидистые деревья, под которыми можно было укрыться от солнца, а вдалеке журчал узкий ручей, разделяя равнину на несколько холмов. Посреди этого спокойного пейзажа стоял большой двухэтажный особняк в викторианском стиле из светлого камня с красной черепичной крышей. Он выглядел удивительно уютным: широкое крыльцо, деревянные ставни, ухоженный двор и старая дорожка, ведущая к массивной входной двери. Но стоило поднять голову… Мир мгновенно переставал казаться спокойным. Над лугами не было ни солнца, ни облаков. Вместо привычного неба простиралась бездонная пустота, сотканная из бесконечных тёмно-синих и фиолетовых вихрей. Горизонт растворялся в исполинских, искривлённых пластах пространства, будто сама реальность была разорвана и сложена заново. Огромные парящие каменные обломки медленно дрейфовали где-то в вышине, а воздух был наполнен слабым голубым свечением далёких огоньков звёзд. Казалось, что весь этот мир находился внутри бесконечной бездны, где привычные законы пространства давно перестали существовать. Здесь не существовало границ. Ни для пространства. Ни для силы. Ни для него самого. Из объяснений Данте Куросаки знал, что внутренний мир синигами — это отражение его души. Он не создаётся произвольно, а формируется из личности, эмоций, мировоззрения, воспоминаний и духовной природы владельца. Раньше это место напоминало наклонный пустой город с небоскрёбами, но за годы ночных сражений с Данте во сне здания рушились, и их остатки теперь парили высоко в небе. Теперь его духовный мир приобрёл именно тот вид, который идеально отражал суть парня. Дом посреди бескрайних лугов был воплощением его сердца — всего, что он хотел защитить любой ценой. Семья. Друзья. Обычная жизнь, которой он дорожил больше собственной, ведь для такого существа, как он, старость — понятие несуществующее. Он ценил каждый прожитый момент. А вот небо отражало его истинную природу. Пока существовал следующий горизонт, Ичиго продолжал идти вперёд. Пока оставалась хоть одна вершина, которую можно было покорить, он не собирался останавливаться. Его предел не был скрыт где-то вдали. Его предела просто не существовало. Оторвавшись от созерцания бесконечности, Ичиго неторопливо зашагал по старой дорожке к особняку. Каждый его шаг по мягкой траве отзывался едва заметным эхом в самой глубине души. Он подошёл к широкому крыльцу, поднялся по деревянным ступеням и толкнул массивную входную дверь, которая открылась с тихим, знакомым скрипом. Внутри особняка царил приятный полумрак, пахло деревом и старыми книгами. В просторной гостиной у камина, в котором лениво потрескивали угли, в глубоком кресле сидел Данте. Меч его души выглядел как всегда — харизматичный, уверенный в себе, с легкой ухмылкой на губах и неизменной мятежной энергетикой, которая заполняла всё пространство вокруг пока тот бросал дротики в мишень для дарста над камином. — Ну и как тебе вкус утиных пилюль, пацан? — лениво протянул Данте, даже не оборачиваясь на вошедшего Ичиго. — Я чувствовал, как твой желудок пытался устроить революцию. Должен сказать, это было весьма комично со стороны. — Избавь меня от своих шуточек, — фыркнул Ичиго, проходя вглубь комнаты и опираясь спиной на массивный косяк. — Рукия сказала, что эта штука должна была вытолкнуть мою душу из тела. Так почему она не сработала? Повернувшись, он увидел, что ухмылка Данте стала чуть шире, но взгляд остался серьёзным. Мужчина поднялся с кресла, поправил свой красный плащ и подошёл к белому шкафу, из глубин которого доносились какие-то странные, приглушённые звуки. — Она и не могла сработать, Ичиго. Эта искусственная душа рассчитана на то, чтобы вытолкнуть душу из тела, как это обычно происходит у синигами. Но ты не синигами. Твоя структура слишком сложная, а твоё Душа намертво завязано на физическое тело из-за твоей гибридной природы. Если бы твоя сторона синигами была доминирующей, то этот леденец сработал бы как надо. Однако ты развивался в совершенно другом направлении, и сейчас находишься в состоянии идеального баланса. Твоё тело и дух — это не просто коробка и её содержимое. Они переплетены так сильно, что какая-то искусственная пилюля для них — как лёгкий щелчок по носу. Ичиго нахмурился, переваривая услышанное: — Значит, я не могу выйти из тела? — Нет и вообще, зачем тебе это нужно? Может казаться, что твоя человеческая сторона — это слабость, но на самом деле именно она является причиной твоего невероятного потенциала. Кроме того, именно она служит тем самым мостом, который держит в балансе все твои остальные силы, — ответил Данте, вальяжно прислонившись к шкафу, из которого явно продолжали доноситься звуки. Ичиго несколько секунд молча переводил взгляд с расслабленного лица Данте на дверцы шкафа, из-за которых теперь отчётливо доносилось какое-то возмущённое, но приглушённое мычание. Наконец, парень не выдержал. Он сделал шаг вперёд, протянул руку и резко распахнул деревянные створки. На одной из полок, отчаянно дёргаясь, сидела небольшая плюшевая игрушка. Это был дешёвый текстильный медведь или лев светло-коричневого цвета со швами, идущими вверх и вниз по всему телу. У каждой руки и ноги есть четыре белых плоских когтя, служащими ему пальцами. Вместо пуговицы в центре тела находится кнопка. У него два похожих на бусинки чёрных глаза и маленькие уши, розовые внутри. Его голова на удивление плоская, если смотреть со стороны, и на голове у него коричневая колючая грива похожая на солнце. С нижней части спины игрушки свисает маленький хвост. Самым странным было то, что этот зверь был обмотан скотчем. Клейкая лента наглухо закрывала его вышитый рот и связывала лапы, а круглые пуговичные глаза сердито горели абсолютно живым, человеческим и чертовски злым блеском. Ичиго ошарашенно захлопал глазами, чувствуя, как у него начинает подёргиваться бровь от масштаба творящегося абсурда. — …Что это? — выдавил он, указывая пальцем на связанного, яростно мычащего льва. — О, вот этот? — Данте весело хмыкнул, не меняя своей вальяжной позы. — Познакомься с искусственной душой, которая должна была занять твоё тело и использовать по своим нуждам. — Подожди, что?! — Ичиго резко обернулся к мечу, и его челюсть едва не встретилась с полом. — Ага, в общем, она должна была уничтожиться, но… — Данте замолчал, прежде чем со вздохом вытащить сопротивляющегося льва из шкафа и хорошенько встряхнуть. — Так, слушай меня сюда, мелюзга. Я тебя сейчас освобожу, и ты расскажешь что собирался сделать с телом Ичиго. Мне, честно говоря, до фени, что с тобой дальше будет, но пацан тут главный, и он сам решит, что с тобой делать. Лев яростно замычал, отчаянно закивав головой. — Вот и договорились, — удовлетворённо кивнул Данте и щёлкнув пальцами. В следующее мгновение перед ним прямо из воздуха материализовалось кресло, стоявшия раньше у камина. Данте небрежно швырнул на него игрушку, после чего одним резким движением сорвал полоску скотча, закрывавшую ей рот. — ДА ТЫ СОВСЕМ СДУРЕЛ, КРАСНОПАЛЬТОВЫЙ ПСИХ?! — тут же завопил лев так громко, что Ичиго невольно поморщился. — ЗАПЕР МЕНЯ В ШКАФУ! СВЯЗАЛ! ЗАКЛЕИЛ РОТ! Я ТЕБЯ ЗАСУЖУ! Я… Данте лениво щёлкнул пальцем по его лбу. — Продолжишь орать — вернёшься обратно. Лев мгновенно замолчал. — Ну? — Ичиго скрестил руки на груди, смерив притихшую игрушку хмурым взглядом. — Я жду. Рассказывай, ради чего ты пытался заграбастать моё тело. И желательно без вранья. Лев обиженно шмыгнул своим плюшевым носом, покосился на ухмыляющегося Данте и, поняв, что деваться некуда, уныло опустил голову. — Да ничего плохого я не собирался делать! — буркнул он уже гораздо тише, хотя в его пуговичных глазах всё ещё читалась горькая обида. — Я просто хотел жить! Вы представляете каково это — годами валяться в таблетке и ждать, пока тебя обнаружат и утилизируют, как какой-то бракованный товар! Игрушка яростно дёрнула связанными лапами, пытаясь высвободиться из скотча. — Таких как я создали в Обществе Душ во время проекта «Остриё копья». Я не просто Гикон, а Кайзо Конпаку (Модифицированная Душа), искусстве боевые единицы созданые в попытке выровнять разрыв между синигами и пустыми. Конкретно мне достались улучшенные ноги, чтобы бегать быстрее ветра и пинать Пустых так, чтобы крощить им черепа! Но сразу после моего рождения Общество Душ приказало уничтожить все медицированные души, закрыли проект и приказали уничтожить всех нас. Нас! Живых, мыслящих существ! Лев поднял голову и посмотрел прямо на Ичиго, и в этом тряпичном взгляде внезапно промелькнула самая настоящая, глубокая человеческая боль. — И через день после рождения, я уже должен был умереть. Каждый день пока я был в этой таблетке, я боялся. Каждый день, наблюдая, как мои друзья исчезали. Даже после того, как мре повезло убежать из хранилища с другими таблетками… я боялся быть обнаруженным и убитым. Когда меня забрали и я попал в тебя, я подумал: «Вот он, мой шанс!». Я собирался занять твоё пустующее тело, сбежать куда-нибудь подальше, радоваться солнцу, бегать, прыгать, смотреть на красивых девчонок… Ведь за годы во тьме, я мог только дрожать думать: жизнь это не то, что даётся другими… Я был таким рождён! Я должен, хотя бы, иметь право свободно жить и умереть! Но вместо этого мне повезло попасть именно в того, чья душа сидит внутри, как прибитая, а ещё этот красноплащный маньяк скрутит меня в бараний рог прямо на пороге! Ичиго молча выслушал его тираду. Ярость парня улетучилась, уступив место тяжёлому чувству несправедливости. Он сам слишком сильно ценил жизнь и свободу, чтобы одобрять подобные приказы на уничтожение. Куросаки медленно повернулся к Данте: — Что нам теперь с ним делать? Данте пожал плечами: — Честно? Его можно было оставить и сделать частью твоего внутреннего мира. Ты можешь заставить его появиться в реальном мире в физической форме, и тот может быть полезен. — Как это? — Ичиго скептически выгнул бровь. — Он же просто мягкая игрушка. — Эй! Я не виноват, что я в таком обличии! Если кто и виноват, так это ты! — Я?! — возмутился Куросаки. — С чего это вдруг?! — Ну, на сам деле это отчасти это так, — признался Данте с лёгкой улыбкой. — Разве ты не узнаёшь его? Разве он не похож на ту игрушку, что подарила мама перед смертью и которую ты потом потерял? Ичиго замер. Слова Данте ударили наотмашь, заставив сердце пропустить удар. В памяти мгновенно всплыли обрывки из далёкого, почти забытого детства. Дождливый день. Тёплая улыбка мамы. И пушистый, пахнущий домом плюшевый львёнок, которого он повсюду таскал за собой, пока тот загадочным образом не исчез после той страшной трагедии на реке. — Когда эта Мод-душа попала в твоё тело и не смогла его захватить, — продолжил Данте, заметив, как изменилось лицо парня. — Твоя душа привязала её к себе. Но поскольку у неё не было духовной формы, чтобы нормально с ним общаться и я не хотел тратить время придумывать ему форму, я просто позволил твоему подсознания самому выбрать образ для этой пилюле. И она выбрал этот образ. Так что, парень, этот плюшевый царь зверей выглядит так исключительно по твоей вине. Ичиго медленно перевёл взгляд на затихшую игрушку. Лев теперь смотрел на него без прежней злости — скорее, с долей крайнего удивления, забавно хлопая круглыми пуговицами. — Значит… — тихо произнёс Куросаки, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. — Мама… — Эй-эй, полегче с драмой! — Лев неловко повёл связанными плечами, хотя на его плюшевой мордахе появилось подобие смущения. — Я, конечно, парень сентиментальный, но давай без соплей. Раз уж я застрял в твоей голове в виде этого пушистого недоразумения, может, развяжешь меня наконец? Обещаю не кусаться. Ичиго коротко усмехнулся, шагнул вперёд и начал срывать скотч от тела игрушки. Когда последний скотч спал, Мод-соул тут же блаженно потянулся, со свистом распрямляя тряпичные конечности. — Ладно, — Ичиго снова посмотрел на Данте. — Ты сказал, что я могу заставить его появиться в реальном мире. И как мне это сделать? Изрыгнуть его обратно, что ли? — На самом деле, это очень легко. Процесс похож на то, как ты входишь в свой внутренний мир, но только наоборот. Вместо того чтобы схватить своё реяцу и позволить утянуть себя внутрь, ты должен, наоборот, вытолкнуть силу. Запомни его ряацу здесь, а затем в реальном мире просто вытяни его из души, и он материализуется. — Так просто? Ну ладно. Хотя у меня есть сомнения, как он может быть полезен. — Эй! Я вообще-то всё слышу! — яростно завопил Мод-соул, смешно размахивая своими короткими плюшевыми лапками и высоко подпрыгивая на месте. — Уж поверь, в реальном мире я тебе ещё как пригожусь, рыжий скептик! Я чувствуя себя невероятно сильным теперь когда я связан с тобой! Данте негромко рассмеялся, наблюдая за этим миниатюрным бунтом, и согласно кивнул: — Как бы комично он ни выглядел, парень, но в одном этот недоделанный Симба прав. Его создали специально для боя, а благодаря тебе он получил прибавку в силе. В реальном мире, даже в таком обличие он невероятно быстр и чертовски силён. Думай о нём, как о фамильяре который может тебя поддержать в бою. Так что не списывай его со счетов раньше времени. Ичиго скептически окинул взглядом гордо выпятившего грудь льва, но спорить не стал. — Ладно, разберёмся по ходу дела, — вздохнул Куросаки, чувствуя, что задерживаться здесь больше нельзя. — Мне пора возвращаться, а то чувствую как Рукия пытается меня разбудить уже какое время. — Давай, парень. Удачи. Ичиго закрыл глаза, сосредоточился на ощущении своего реяцу и мысленно потянул за невидимую нить, связывающую его внутренний мир с реальностью.

—】|【—

В следующее мгновение Ичиго резко выдохнул и открыл глаза уже в реальном мире. Над головой снова было голубое небо Каракуры, а прямо перед его лицом маячила крайне недовольная и злая физиономия Рукии. — Ну наконец-то! — возмущённо выпалила Рукия, едва Ичиго открыл глаза. — Ты вообще представляешь, сколько времени просидел с закрытыми глазами?! Я уже начала думать, что ты там умер! — Да брось, прошло всего… Ичиго осёкся и вопросительно посмотрел на неё. — …Сколько? — 10 минут! — Серьёзно? Мне показалось, что час. — Потому что ты был в своём внутреннем мире, идиот! — раздражённо всплеснула руками Рукия. — В следующий раз хотя бы предупреди, если собираешься вот так внезапно отключиться! Сидишь посреди школьной крыши с закрытыми глазами и вообще не реагируешь! Если бы кто-нибудь сюда поднялся, пришлось бы объяснять, почему ты изображаешь статую! — Ладно, виноват. Рукия подозрительно прищурилась: — Ну? И что сказал твой дух? На лице Ичиго появилась странная улыбка. — Скажем так… у нас теперь пополнение. — …Что? Не отвечая, Ичиго прикрыл глаза и сосредоточился. Он быстро нашёл знакомое ощущение крохотной реяцу, запомненной во внутреннем мире, после чего мысленно потянул её наружу. Прямо рядом с ним пространство едва заметно дрогнуло, и на крыше, словно из воздуха, материализовался небольшой плюшевый лев. Игрушка шумно вдохнула полной грудью, с любопытством огляделась по сторонам, а затем победно вскинула лапы. — ХА! Свобода! Рукия несколько раз моргнула. —… —… Она медленно перевела взгляд на Ичиго. — Ты… притащил из своего внутреннего мира… плюшевую игрушку? — Не смотри на меня так, — вздохнул Ичиго. — Это долгая история. — Эй! Я вообще-то модифицированная душа! Боевая элитная модель! — гордо заявил плюшевый лев, ударив себя лапой в грудь. — Приятно познакомиться, сестричка! Отныне можете обращаться ко мне… Эм… Он вдруг замолчал и растерянно моргнул. — …А как ко мне обращаться? Повисла неловкая тишина. Рукия медленно повернулась к Ичиго и посмотрела на него совершенно пустым взглядом. Ичиго лишь виновато почесал затылок.