Докажи мне любовь

Когда Сынмин проснулся все было, мягко сказать, в тумане. Он распахнул глаза с трудом. Перед глазами стояла полная пелена, и бета рассеяно моргнул, пытаясь ее отогнать. Все его тело было ватным и расслабленным. Сынмин слегка оглянулся, пытаясь понять, где он находится. Его грудь слегка дрогнула от беспокойства, лицо слегка исказилось. Его, еще ныне теплый запах свежих яблок, слегка испортился. Он находился в своей комнате, совершенно один. Совершенно одинокий. Сынмин слегка захныкал, одержимый своим бета-пространством, которое уже было в полном разгаре. Всхлипывающий звук раздался из его рта, Сынмин попытался встать с кровати, но удалось лишь слегка приподняться на локтях и сесть. Бета раздражённо захныкал, ненавидя свою слабость в конечностях во время его бета-рутины. Сынмин почувствовал резкий прилив желания. Желания контакта. Он чуть не издал протяжный вой. Его лицо стало грустным и совершенно обеспокоенным. Перед глазами слегка расплывалось, а и так не слишком рациональные мысли путались. Сынмин дезориентированно смотрел куда-то в глубину комнаты, совершенно не понимая, что ему делать. Он слегка дёрнулся, издав непонятный звук, когда в комнату постучали. Сынмин резко повернул голову в сторону звука, обеспокоенный чьим-то появлением. Когда в дверном проёме появился Феликс, Сынмин захотел запрыгать от радости, словно маленький ребёнок. Из горла вырвалось тихое, едва-едва слышное мурчание. Его, до недавного времени, слегка гнилостный запах яблок, изменился на свежий и тёплый. Словно теплое солнечное утро где-то глубоко в яблоневом саду. На лице беты расплылась большая и довольная улыбка. Честно сказать, если бы у него был хвост, то он бы сейчас завилял в бешенном ритме. – Ты проснулся, Минни, – Феликс тепло улыбнулся, проходя внутрь, – Я принес тебе поесть, потому что из-за своей рутины ты не сможешь пока особо шевелиться. Сынмин перевел рассеянный взгляд на поднос, который держал омега. Он не особо смог разглядеть, какие блюда были ему принесены, но пахло невероятно вкусно. Бета полной грудью вздохнул обжигающий запах еды. В животе громко заурчало. Из Сынмина вырвалось недовольное хныканье. Феликс тихонько рассмеялся, наблюдая за выражением лица беты. Он присел возле кровати Сынмина, поставив поднос с блюдами на комод возле. Омега взял одну из тарелкой. Она была с каким-то супом. – Давай я покормлю тебя, Сынмин-а, – Сынмин тут же закивал, отчего его волосы подпрыгивали, словно собачьи ушки. Сердце Феликса наполнилось умилением, он тихонько хихикнул, – Скажи «а-а». Бета послушно открыл рот, ожидая, когда его покормят. Честно сказать, он совсем не соображал, что делает и что происходит. Сейчас ему было всё равно и им управляли чистые инстинкты. В любой другой день ему бы было невероятно стыдно, что его кормят с ложки, словно маленького ребёнка. Но сейчас он совершенно об этом не задумывался, его внутренний бета был невероятно доволен от доброго жеста омеги. Сынмин довольно мурлыкал, когда голод полностью пропал, и вкуснейшая еда заполнила его вкусовые рецепторы. Феликс был одновременно и удивлён и невероятно умилён. Это был явно не тот Сынмин, которого он знал, и которого так привык видеть. Но это было невероятно мило и тепло, и Феликс, признаться честно, хотел увидеть такую нежную сторону беты. Омега был невероятно рад, что Сынмин доверял ему эту мягкую и немного рассеянную сторону себя. Пусть это поведение и было из-за его рутины. Кажется, Феликс не заметил, как его собственный запах мёда стал слаще и гуще. Сынмин издал небольшой вопросительный звук, смотря своими большими темными глазками прямо в глаза Феликса. Небольшая виноватая ухмылка расползлась по лицу омеги. – Прости, Минни, – Он погладил бету по растрёпанной голове, отчего тот издал глубокое урачащее мурлыканье, – Ты настолько милый, что даже мой запах стал слаще. Сынмин тут же ахнул, рассяно моргая. Его рот слегка приоткрылся, а на щеках выступил небольшой румянец. Бета легонько прикусил губу, стыдливо отводя взгляд. Феликс тепло захихикал от столь милых действий беты. Сынмин был невероятным лапочкой, когда был в своем бета-пространстве. Омега тихонько напевал, поглаживая мурчащего бету по голове. Он усмехнулся от того, насколько отличались бета-пространство Сынмина и бета-пространство Чонина. Рутины этих обоих кардинально отличались, и Феликс слегка хмыкнул от этого факта. Младший же продолжал тихонько мурчать, без какого-либо стыда подставляя свою светлую макушку для поглаживаний омеги. Они просидели так еще пару минут. Феликс тихонько напивал, не переставая поглаживать Сынмина, пока тот довольно и тепло урчал. Омега размеренно наблюдал за поведением, охваченного бета-пространством, Сынмина. Феликс тихонько усмехнулся своими низким голосом. – Хочешь пообниматься, Сынминни? Бета на секунду впал в ступор. Его мурлыканье не прекратилось, но стало заметно тише. Запах яблок стал слегка растерянным и неуверенным. Сынмин перевёл взгляд на Феликса, слегка склонив голову, в своей обычной собачьей манере, нахмурившись. Он потупил так пару секунд, тупо смотрят на омегу напротив. Феликс же терпеливо ждал, пока потерянный бета подумает. Но вот чего точно не ожидал омега, так это того, что младший буквально набросится на него, сжав в крепких объятиях. Феликс рассеяно моргнул, его рот слегка приоткрылся от удивления. Он совсем не ожидал от Сынмина такого, особенно зная то, какое тело беты сейчас было слабое. Но, несмотря на это, на лице ныне растерянного Феликса расплылась полная нежности улыбка. – Ого, какой напор, Минни, – Сынмин что-то тихо промычал, немного сильнее сжимая Феликса в объятиях, отчего омега тихонько захихикал. Старший обнял бету в ответ, успокаивающе гладя его спину круговыми движениями. Сынмин издал звук похожий на хихиканье и уткнулся в шею омеги, полной груди вздыхая его сладкий аромат меда. Феликс весело усмехнулся от щекотного чувства, когда нос Сынмина проходился по его шее, иногда задевая ароматическую железу. В комнате воцарил уют и покой. Запах свежих, спелых яблок Сынмина переплетался с мягким, и столь сладким запахом меда Феликса, создавая в комнате невероятное сочетание феромонов. Омега легонько напевал, довольный ситуацией, пока из Сынмина вырывалось глубокое, утробное и довольное мурчание. Они просидели так достаточно долго, действительно долго. Просто наслаждаясь расслабляющей и столь необходимой компанией друг друга. Невероятно милые и прилипчивые. И, сказать честно, они бы просидели так еще долго. Достаточно долго. Однако их прервал тихий стук в дверь. Перемена в настроении почувствовалась моментально. Мурчание Сынмина прекратилось, мальчик напрягся в объятиях омеги. Бета издал небольшой испуганный звук, его запах почти сразу же испортился. Феликс прижал его к себе, выпуская порцию успокаивающих феромонов в воздух. Он почувствовал, как младший немного расслабляется и облегчённо выдохнул. – Ликс, Сынмин-а? – послышался приглушённый голос за дверью и Феликс прислушался, – Это Хан и Чонин. Можно нам войти? Омега почувствовал волну облегчения, услышав тон голоса Джисона. Он перевел взгляд на Сынмина который выглядел слегка отстранённым. – Минни, – тихонько прошептал Феликс, потрепав бету по плечу, чтобы тот обратил на него внимание, – Пришли Чонин-а и Хан хен. Можно ли им зайти? Они хотят увидеть тебя. Сынмин заморгал, разглядывая лицо Феликса. Но затем на его лице расплылась небольшая, милая улыбка и бета активно закивал, словно щеночек. Омега нежно хихикнул. – Хана-а, Чонин-а, заходите, – весело хмыкнул Феликс в сторону двери. В дверном проёме комнаты появилась любопытная голова Хана. И его лицо тут же исказилось от ударивших в лицо феромонов. Глаза омеги округлились. Но затем он устремил свой взгляд на обнимающихся Сынмина и Феликса, и его рот раскрылся от шока, а брови приподнялись. Феликс закатил глаза, вздохнув. – Да заходите уже. – шепнул он в сторону двери. Джисон ойкнул и быстро прошел внутрь, осторожно подходя к Сынмину и Феликсу, за ним же прошел Чонин. Он тоже был слегка удивлён от открывшейся перед ним картиной, но не настолько, как Хан. – Как твоё пространство, Сынмин хен? – тихо усмехнулся Чонин, когда они с Джисоном подошли к обнимающимся. В ответ послышалось лишь неясное мычание беты и Чонин хихикнул, довольный реакцией. Сынмин слегка отлип от Феликса, переведя неясный взгляд на Чонина и Хана. Бета нервно захлопал глазами, его запах стал немного гуще. Внутренний бета Сынмина был слегка шокирован из-за двух новых запахов, возникших в воздухе, но увидев, что это были его друзья, он сразу успокоился. Бета посмотрел на Джисона. Он неудобно поерзал на месте, его щеки слегка порозовели. Сынмин прикусил губу. Он перевел умоляющий взгляд на Феликса. Хан округлил глаза и вопросительно посмотрел сначала на Феликса, потом на Чонина. Другой омега казался таким же удивлённым, как и Джисон, а Чонин не был удивлён. Он тяжело выдохнул. – Хен, кажется, он хочет тебя учуять, – хмыкнул младший бета, тыкнув локтем омегу. Хан застыл, издав тихое «о». Чонин еще раз его тыкнул и он пробудился от ступора. Джисон неловко почесал затылок, смотря на Сынмина, который уже смотрел на омегу своими большими, собачьими глазами. Он хмыкнул и аккуратно подошёл к кровати беты. – Можно я сяду, Сынмин-а? – младший тут же кивнул. Джисон нервно сел, внимательно наблюдая за реакцией беты. Сынмин внимательно наблюдал за омегой, чуть склонив голову вбок. Он немного помедлил, как это было и с Феликсом, но затем из него вырвалось нежное хихиканье, и он придвинулся к Хану, бросаясь к нему в объятия.