Твой свет для моей тени: Всё меняется

Не успели мы опомниться от событий Осеннего фестиваля и отметить триумфальное выступление «Фортитьюд», как школьная жизнь подбросила нам новый вызов. На стол легли бланки для участия в Спортивном фестивале. Я тут же вспомнил прошлогоднее сумасшествие и то, как я был вымотан и морально, и физически… И всё же теперь всё было иначе. Рядом со мной была Аля. И я больше не собирался прятаться в тени. Это мысль слишком вскружила мне голову и поэтому я допустил ошибку. Я легко согласился на подозрительное предложение сестры устроить конные соревнования командами три на три. И вот теперь я был вынужден выслушивать нотации Таниямы Саяки. — … Суо-сан жаловалась на разницу в телосложении, вам стоило сыграть на этом: пообещать, что в вашей команде будут только девушки. Учитывая, что кроме нас с Ноно-чан у вас никого не было, вы бы ничего не потеряли, но лишили бы её главного аргумента. Или хотя бы потребовали бы списки участников взамен. — Ты права, смотря назад, я понимаю, что упустил это… Но уже слишком поздно. — Тут ты прав, но всё равно, от кого-кого, а от тебя Кудзё, я такого не ожидала! Обсудив ещё несколько деталей мы в конечном счёте разобрались с этим и как и планировалась эти двое будут с нами, но не в основной команде, а в команде Такеши и Хикару, которые тоже легко согласились на нашу просьбу. В нашей команде уже была напросившаяся Маша и нам надо было найти ещё одного человека и ещё целую команду. Впрочем насчёт команды, я надеялся привлечь Вайлет, а если быть точнее всех четырёх сезонных сестёр. Я был уверен в симпатии Сумирэ к Але, а если уговорить её, то остальные сами подтянутся. Но вот кого позвать ещё? Я не знал. С этими мыслями я возвращался в совет после очередного поручения. — О, как раз искала тебя Кудзё-кун. — Добрый день, сенпай. — Найдётся для меня немного времени? Елена-семпай окликнула меня недалеко от дверей школьного совета и я подумал, что если срочно понадоблюсь меня легко найдут, так что решил её выслушать. Когда она посмотрела на меня со своей фирменной улыбкой, я сразу почувствовал моральную усталость от грядущего разговора. — Э? Что это ещё за реакция? Ты хочешь задеть чувства своего сенпая? — ...Угх. Ваша аура «высокой духовности» просто мгновенно истощает все мои силы, семпай... — пробормотал я, чувствуя усталость еще до начала разговора. — Аха-ха, ну что ты такое говоришь! Тебе не о чем беспокоиться! Она звонко рассмеялась и, подойдя ближе, хлопнула меня по плечу. — Да ладно тебе, не будь таким букой! В этой школе полно «джентльменов» и «леди», которые просто вежливо улыбаются и игнорируют мои глупости. Мне нужен кто-то, кто может нормально реагировать! — Она подмигнула, но затем её лицо стало чуть более серьезным. — Впрочем, шутки в сторону. У меня к тебе деловое предложение. Она огляделась по сторонам, словно проверяя, нет ли лишних ушей в коридоре, и, убедившись, что мы относительно одни, резко сменила позу на театральную. Она протянула мне руку ладонью вверх, словно приглашая на танец или предлагая запретный плод, а затем выдержав паузу и устремив свой взгляд прямо на мои глаза провозгласила с пафосом: — Я предлагаю тебе нечто удивительное. Кудзё-кун, стань королем гарема, заключив со мной контракт! — Идите домой. Мой ответ вылетел мгновенно, на автомате. — Эй! Почему так холодно?! — Елена комично пошатнулась, словно от физического удара. — Гарем, понимаешь? Любой нормальный парень был бы счастлив! — Ваш так называемый «гарем» — это клуб духового оркестра, верно? А вы, соответственно, ищете президента? У меня нет ни малейшего желания... Я не успел договорить. Взгляд Елены вдруг сместился. Она смотрела мне прямо за спину, и выражение её лица неуловимо изменилось. Игривые искорки в глазах сменились чем-то острым и проницательным. Вместо того чтобы продолжить спор, её губы растянулись в хитрой, лисьей усмешке. Почувствовав неладное, я обернулся. Там стояла Аля. Она замерла в паре шагов от нас, и её ледяной взгляд, казалось, мог заморозить ад. Она явно слышала про «гарем». Елена, ничуть не смутившись этим арктическим холодом, слегка наклонила голову набок. — Добрый день, Алиса-тян, — протянула она бархатным голосом. Уголки её губ дрогнули, но теперь это была не шутливая ухмылка, а понимающая, «взрослая» улыбка. — Кажется, место главной жены уже занято, а? Эффект был мгновенным. Ледяная маска Али треснула. Она застыла, словно её ударило током, а её лицо, до этого бесстрастное, вспыхнуло пунцовым цветом. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не издала ни звука, впав в полный ступор от такой лобовой атаки. Я тяжело вздохнул и шагнул так, чтобы частично заслонить её от пронзительного взгляда семпая. — Семпай, имейте совесть, — укоризненно сказал я. — Аля — человек, которого искренне пугают люди с такой... бурной энергетикой, как у вас. Пожалуйста, будьте с ней помягче, не надо её дразнить. — Ох, прости-прости! — Елена тут же подняла руки в примирительном жесте, мгновенно переключаясь из режима «роковой женщины» в режим дружелюбной старшей сестры. — Я была неосторожна. Не хотела смущать твою... кхм, напарницу. Она подмигнула мне, давая понять, что прекрасно всё осознала, но не будет копать глубже. — Ладно, давай серьезно, — тон Елены стал деловым. — Про гарем я пошутила, чтобы привлечь внимание. Но мне правда нужна твоя помощь. Она посмотрела мне в глаза, уже без всякого притворства. — Кудзё-кун, мне нужен пианист. Срочно. — ...Пианист? — переспросил я, чувствуя, как Аля за моей спиной понемногу приходит в себя. — Именно. Наш основной клавишник ушел готовиться к экзаменам, и мы остались ни с чем перед концертом, — она развела руками. — Я слышала твою игру на фестивале. Честно говоря... до мурашек. Я и не думала, что такой талант скрывается прямо у нас под носом. Я аж от счастья засветилась, когда поняла что мой драгоценный кохай так хорош! Елена на мгновение поникла увидев моё недовольное лицо, но тут же встрепенулась. — Я понимаю, понимаю... Но я правда в отчаянии. Может тогда... обмен? — она посмотрела на меня с надеждой. — Я помогу вам чем-то взамен? Я ведь тоже кое-что умею. Я задумался. Обмен? Чем может помочь бывший вице-президент... И тут мне на ум пришло то, что нам не хватает человека в команду для боя всадников. — Тогда... — я посмотрел ей в глаза. — Помогите нам в конных соревнованиях. — А? — Елена моргнула. — Нам не хватает одного бойца для конницы. Если вы согласитесь, я сяду за рояль. Мы ещё несколько минут обсуждали детали. Елена справедливо заметила, что «бывший вице-президент не может открыто поддерживать одну из сторон на выборах», так как это нарушит нейтралитет. Но в итоге, не без помощи Али, которая, справившись со смущением, предложила использовать маскировку, нам удалось договориться. — Она... утомляет, — выдохнула Аля, глядя ей вслед. — Ага. Но она нас выручила, — согласился я. — Пойдем? Нам еще нужно закончить дела и найти Вайлет-сан. — Да, ты прав. *** Разговор с Сумирэ прошёл быстро и без накладок. Выслушав нас она почти сразу согласилась и привела за собой остальных девушек, так что нам оставалось только готовиться. На что у нас было примерно две недели. Начали мы, наивные, в ближайшем парке. Но октябрьское солнце решило напомнить о лете, и уже через полчаса «лошади» (включая меня) валились с ног от жары и боли в руках. И вот тут Сумирэ-сенпай проявила свою «силу богачей» во всей красе. — Слишком жарко, — заявила она, обмахиваясь веером и глядя на нас, как на плавящееся мороженое. — Мы меняем дислокацию. Я всё устроила. «Всё устроила» оказалось арендой крытого бассейна в роскошном отеле под предлогом «инспекции». — Инспекция? Серьезно? — прошептал я Такеши, пока мы переодевались в купленные тут же плавки. — Не задавай вопросов, просто наслаждайся, — ответил тот, хотя сам выглядел так, будто попал в другой мир. Как и следовало ожидать, мы с парнями вышли к воде первыми. Мы стояли у бортика, обсуждая абсурдность ситуации, когда двери раздевалки наконец открылись. Честно говоря, в тот момент я чуть не забыл, как дышать. Конечно, я видел Алю в купальнике этим летом, когда мы ездили на море. Но сейчас, спустя еще два месяца, когда мы были вместе уже полгода, это ощущалось иначе. Ощущение того, какая она на ощупь, воспоминания о наших моментах наедине — всё это вмиг всплыло в памяти и заставляло сердце биться быстрее. Осознание того, что эта невероятная девушка выбрала именно меня, кружило голову посильнее любого солнечного удара. Я поймал её взгляд. Аля, заметив, что я смотрю на неё не отрываясь, слегка покраснела, но не отвернулась. Наоборот, уголки её губ дрогнули в едва заметной, но теплой улыбке, предназначенной только для меня. — Ну что, джентльмены, чего застыли? — окликнула нас Елена-сенпай, разрушая момент. Она была в бикини, которое больше показывало, чем скрывало, и явно наслаждалась эффектом, который производила на бедного Такеши, пытающегося смотреть куда угодно, только не на неё. — Начнем тренировку! — скомандовала Сумирэ. Мы разбились на группы. Я, Елена-сенпай и Мария составляли «коня» для Али. Мы встали в позицию. Я был в центре. Елена и Мария — по бокам. Я сцепил свои руки с их руками, создавая опору. Аля подошла к нам. Она поставила ноги на наши сцепленные ладони и, опираясь руками на мои плечи, поднялась над водой. Я тут же остро ощутил близость и тепло её тела. В воде нагрузка на руки действительно стала меньше, но появилась другая проблема. Специфика «конного боя» требовала предельной координации. Я чувствовал, как её пальцы сжимают мои плечи, удерживая равновесие. — Вперед! — скомандовала Вайлет, чья команда уже неслась на нас, поднимая кучу брызг. — Разворот влево! — крикнула Аля, усиливая хватку на моих плечах. Я резко оттолкнулся от дна, чтобы повернуть нашу живую конструкцию, но не учел одного: кафель на дне бассейна был чертовски скользким. Моя нога поехала. — Ой! Вся наша конструкция накренилась. Руки расцепились, и Аля, потеряв опору, вцепилась в мои плечи ещё сильнее и мы полетели вниз. Всё смешалось: пузыри, брызги, хаос. Мы ушли под воду. Я инстинктивно попытался поймать её, чтобы она не ударилась, и мы запутались в конечностях. Мы вынырнули, отфыркиваясь и протирая глаза. — Кха... Все целы? — первым делом спросил я, отбрасывая мокрые волосы с лица. и глядя на Алю. В любой другой ситуации, или будь это год назад, я бы, наверное, получил ледяной взгляд. Но сейчас... Аля была совсем рядом. Вода стекала по её лицу, ресницы слиплись. Она смотрела на меня с неподдельной тревогой, её руки всё еще цеплялись за мои плечи, теперь уже под водой. — Масачика-кун! — выдохнула она. — Ты как? Ты не ударился? Воды не нахлебался? — Я... я в порядке, — пробормотал я, завороженный её близостью и этой открытой заботой. — Прости, я поскользнулся. — Дурак, — она покачала головой, но в её голосе не было злости. Только облегчение и легкая улыбка. — Напугал меня. Мы выбрались из воды, решив сделать перерыв. Елена-сенпай тут же организовала мороженое и напитки. Пока все болтали, я сидел чуть в стороне, потягивая сок. Мой взгляд то и дело возвращался к Але. Она сидела с Марией и Саякой, смеялась над чем-то, но я чувствовал, что она тоже периодически поглядывает на меня. Наши взгляды встречались, и в этом молчаливом диалоге было больше тепла, чем в любых словах. — Знаешь, Кузе-кун... — раздался шепот над ухом. Елена-сенпай плюхнулась на шезлонг рядом со мной. — М? — Ты бы хоть очки надел, как Киёмия-кун, — она хихикнула, кивнув на Такеши, который сидел в темных очках. — А то у тебя взгляд такой... красноречивый. — О чем вы, Елена-семпай? — я попытался сделать невинное лицо. — О том, что даже когда ты говоришь с нами, твои глаза всегда находят её, — прошептала она, наклонившись ближе с хитрой ухмылкой. — Это так мило, что даже завидно. Смотри, не расплавь её взглядом. — Тч... — я отвернулся, чувствуя, как горят уши. — Вам кажется. В этот момент я почувствовал на себе еще один взгляд. Уже не такой теплый. Аля смотрела на нас с Еленой. Она видела, как сенпай наклонилась ко мне, как шептала что-то на ухо, нарушая личное пространство. Её глаза сузились, а губы сжались в тонкую линию. Она демонстративно отвернулась и начала о чем-то подчеркнуто весело говорить с Хикару, полностью игнорируя мое существование. — Ладно, — громко сказала Сумирэ, прерывая мои мысли. — Я думаю, с бассейном мы погорячились. Это весело, но для отработки маневров — слишком опасно. Можно переломать ноги на этом кафеле. — Согласен, — кивнул я, поднимаясь. — Вернемся на твердую землю. Эксперимент с бассейном был признан неудачным с точки зрения тактики, но... это был день, который я точно не забуду. И судя по тому, как Аля, проходя мимо меня в раздевалку, незаметно, но чувствительно ущипнула меня за бок (очевидно, месть за шепотки с Еленой), она тоже. Последующие тренировки мы проводили на площадках, так и пролетели две недели. *П.А. 運動会 騎馬戦 - Вбив это в поиск картинок вы увидите как примерно выглядит кавалерия. День Спортивного фестиваля выдался ясным и жарковатым для октября. События набирали стремительный оборот. Пока девушки соревновались в беге, парни участвовали в соревновании на удержание тяжестей, а именно мешков с песком. Ожидаемо у второгодок победил Кензаки Тоя. После обычного забега плавно начался забег с косплеями, где я как один из членов студсовета, входившего в оргкомитет мероприятия, встречал девушек на финише и направлял их. Аля, прибежавшая первой начала беседовать со мной и понемногу вокруг меня начала собираться толпа: Юки, Аяно, Ноноа, а потом пошли и второгодки. Я даже не понял как, но я стал фотографом. Поначалу было весело, но в какой-то момент я поймал слегка ледяной взгляд Али на себе и поспешил закончить всё это. Не обошлось и без шуток Елены-семпая. Так болтая и веселясь я дождался и собственного участия. И теперь уже Аля ждала меня на финише. Поиск предметов был схож по сути с косплей-забегом. Всё зависело от того насколько сложный предмет ты вытянешь…. «Чужая девушка» Серьёзно? Ещё и исключили замужних. Кто это придумал? И тут я вспомнил как Юки в роли комментатора говорила что Табата-сенсей руководитель С класса вроде как стала с кем-то встречаться. Надеюсь что это так. Как только я определился с целью, сразу же побежал к палатке с учителями. К счастью сенсей была на месте и согласилась побыть моим “предметом”. Таким образом мне удалось занять первое место. Хотя кажется Але опять что-то не понравилось. Нужно будет поговорить об этом с ней. После того как я подтвердил верность найденного “предмета”, я проводил учителя обратно и в благодарность купил ей бутылку воды. Скоро начинался обед, а значит нам не помешало бы собраться, дабы ещё раз обсудить наши планы на “конницу”. Но Али уже нигде не было, так что я отправился искать её. POV Алиса — Простите, вы не могли бы помочь с уборкой? — Попросил один из членов спортивного комитета и я согласилась. Надо занять себя до того как начнутся соревнования. Да, я просто хочу занять себя, вот и всё. Нет никаких других причин. Пока мы наводили порядок в подсобке я думала о последних двух неделях. У нас было мало времени и мы много тренировались. И… Почему у него так много знакомых девушек? Нет, не то чтобы я была против чтобы он общался с другими девушками, но… Его взаимоотношения… Он слишком добр ко всем. Я знаю что это то за что он мне нравиться, но… — Спасибо, Куджо-сан. Если бы не ты, я бы не справился, — окликнул меня парень из оргкомитета. — Не стоит благодарности, — машинально ответила я, отгоняя посторонние мысли. — Это моя работа как члена Студсовета. — Понятно... Ну, удачи в конном бою! Я за тебя! — подбодрил он с улыбкой. — Благодарю... Я сходила помыть немного запачканные руки и выходя из туалета я увидела пожилую женщину. Место где находились остальные родители было в отдалении, так что я сразу решила подойти, чтобы узнать не заблудилась ли она. — Простите, могу я вам помочь? Стоило мне робко окликнуть её, как женщина обернулась. Увидев меня, она слегка расширила глаза — в её взгляде читалось легкое, но вежливое удивление. На вид ей было около шестидесяти. Она была облачена в яркую блузку и свободный длинный жакет с цветочным узором. На ком-то другом этот наряд мог бы показаться чересчур кричащим, но на ней он смотрелся удивительно модно и даже изысканно. От всей её фигуры, от спокойной и мягкой манеры держаться, исходило ощущение неподдельного благородства и уверенности. — О? Ты… Она прервалась на полуслове, а после улыбнулась мне. Я уже привыкла к таким реакциям, так что не обратила внимания. — Прости, я хотела купить попить. — А, я могу показать где находиться торговый автомат, если вас это устроит. — Большое спасибо. Это было бы чудесно и очень мило с твоей стороны. Женщина мягко мне улыбнулась и мы неспешно пошли. — Сегодня довольно солнечно. Стало жарко, вот я и решила сходить купить воды, чтобы немного охладиться. Кажется солнце сегодня слишком печет, ты так не думаешь? — Да, я с вами согласна. Ощущение что всё ещё лето. — Может дело в глобальном потеплении… В прочем, что тут сказать. Погода капризна. Мои внуки постоянно меняют форму. То старую наденут, то новую. — Да, в моём классе тоже многие так делают. Но с ноября уже будем носить зимнюю форму. — Я надеюсь станет немного прохладнее. — Да, я тоже. Так, болтая о погоде мы и дошли до торговых автоматов. — Спасибо, позволь я куплю тебе что-нибудь. — Нет, спасибо, в этом нет необходимости. — Ладно, ладно, не стесняйся и выбирай. — Нет, нет, правда не стоит. Но как бы я не старалась отказаться, женщина тоже не сдавала позиций, так что я просто выбрала самый дешёвый напиток. Затем я помогла с покупкой и пока думала выпить ли минералку на месте не заметила как стала провожать её обратно. Уйти сейчас было уже неловко. — Спасибо за твою доброту. — Ничего такого, это моя обязанность, как члена оргкомитета помогать родителям учеников. — Хотела бы я, чтобы однажды мой внук женился на тебе. А? Что она такое говорит? — Ах, прости, я просто шучу. Старики любят подшутить над молодыми. Кроме того… Ты, наверное довольно популярна? Есть ли кто-то кто тебе нравится? А? Как вдруг разговор зашёл в такое русло? Сказать правду? Но мы же скрываем отношения… Но врать не хотелось бы… Что же делать… — Ой, не стоит так напрягаться, — заметив мое замешательство, она мягко улыбнулась. — Тебе не обязательно говорить мне об этом, если не хочешь. В таких вопросах не стоит торопиться, ты ещё молода. После таких слов мне стало немного легче. Словно прохладный ветерок коснулся разгоряченных щек. В её присутствии было что-то успокаивающее, материнское, что побуждало довериться. — Скажите… — я замялась, подбирая слова, и крепче сжала бутылку с водой. — Как вы думаете… любовь… все вкладывают в это слово один смысл? Где та разница между просто симпатией к кому-то, чувством доброй воли и чем-то большим? Женщина посмотрела на меня с неподдельным интересом. В её взгляде не было снисходительности, только мудрое спокойствие. Она перевела взгляд на школьный двор, где суетились ученики, и задумчиво произнесла: — Это непростой вопрос. Знаешь, даже прожив столько лет, я не могу дать единственно верный ответ. — Правда? — удивилась я. — Даже вы? — Конечно, я знаю, что значит любить, — она мягко улыбнулась уголками глаз. — Но дать этому определение, как в словаре? Думаю, это невозможно. Ведь для каждого оно своё. Зависит от того, кто ты и кто тот человек, который рядом. Она сделала небольшую паузу, словно собираясь с мыслями. — Вообще-то, мне кажется, что слово «любовь» — это не какая-то одна эмоция. Это сложная смесь. — Смесь? — Да. В ней много всего намешано: восхищение, уважение, дружба, конечно, та самая добрая воля, о которой ты говорила ранее, а для некоторых людей — одержимость или даже ненависть. Может быть, это несколько бестактно, но сексуальное желание тоже может быть частью этого. Я почувствовала, как краска приливает к лицу, вспомнив всё что было между нами за эти пол года. — Но всё это… Я думала что это не просто чувство, но всё это можно считать любовью? — тихо спросила я. — А ты как думаешь? — она тепло посмотрела на меня. — Я считаю, что настоящая любовь вмещает в себя всё это. Уважать человека, быть его лучшим другом, желать ему счастья и хотеть быть рядом, когда ему тяжело… По крайней мере, я так это понимаю. — Уважение и дружба… — повторила я одними губами. В моей голове всплыл образ Масачики. Наше партнерство. То, как мы прикрываем друг друга. То, как он поддерживает меня, когда я слаба, и как я хочу стать его опорой. Раньше я думала, что любовь должна быть похожа на вспышку молнии, как в сёдзё-манге. Но то, о чем говорила эта женщина… это звучало гораздо ближе к правде. К нашей правде. Если вспоминать как всё начиналось… Временами он бесил меня… Да и сейчас, пусть и реже, но это бывает. Нет, это не ненависть, но думаю испытав всё это, я бы согласилась с ней. — Это… было очень познавательно, — искренне произнесла я. Мои тревоги немного улеглись. — Фу-фу, рада слышать, — она тихонько рассмеялась. — В любом случае, это всего лишь точка зрения одной старушки, так что не воспринимай её как истину в последней инстанции, хорошо? Я слабо улыбнулась в ответ. За разговором мы и не заметили, как подошли к зоне, где сидели родители. — О-о, Асаэ! Постой-ка, неужели это?.. Подожди, почему ты с Куджо-сан?! Я вздрогнула и обернулась. Чуть поодаль, стоя возле расстеленного пледа для пикника, на меня смотрел пожилой мужчина. На вид он казался бодрым и энергии в нем было хоть отбавляй. Увидев мое лицо, он буквально расцвел, а его глаза загорелись тем самым фанатичным блеском. Я почувствовала, как у меня нервно дернулась щека. Когда он приблизился к нам. — А, э-э... Если я правильно помню, вы... Кузё-сан... дедушка Масачики-куна… — О-о-о! Ты меня запомнила! — он всплеснул руками, словно услышал лучшую новость за день, и сделал было порыв броситься ко мне, но, поймав строгий взгляд своей жены, тут же замер и одернул пиджак, стараясь придать себе солидный вид. — Кхм! Прости, что не представился должным образом в прошлый раз, юная леди. Я Кудзё Томохиса, дедушка Масачики. — А... я Куджо Алиса... — машинально ответила я, и тут смысл его слов дошел до меня. — Подождите... Это значит... Я медленно повернула голову к пожилой женщине. Она стояла рядом, прикрыв рот ладонью в элегантном жесте, и в её глазах плясали смешинки. — Ох, какая я неловкая, — мягко произнесла она с обезоруживающей улыбкой. — Позволь представиться заново, милая. Меня зовут Кудзё Асаэ. — Ч-что?.. — слова застряли у меня в горле. В голове зашумело, когда разрозненные факты вдруг со щелчком сложились в единую картину. Ужас осознания накрыл меня с головой. Стоп... Выходит, я только что на полном серьезе просила совета в любви... у родной бабушки Масачики?! Мой разум, контуженный этим открытием, попытался было отключиться от реальности, но вместо спасительной темноты взгляд зацепился за еще одну деталь, которую я упустила в первом шоке. Вернее... Их одежда! Парные наряды! В их-то возрасте! Я перевела ошарашенный взгляд на Кудзё Томохису. Его кричащая рубашка и пиджак с цветочным принтом идеально, до мелочей гармонировали с узором на жакете Асаэ-сан. Нет, объективно говоря, придраться было не к чему. Они выглядели стильно, модно и удивительно слаженно. Но... стоит мне только представить на их месте своих дедушку и бабушку, разгуливающих в таком виде, — я бы, наверное, сквозь землю провалилась от стыда и ни за что не пошла бы с ними рядом. И тут я снова посмотрела на лицо Асаэ-сан. Погодите... А ведь в тот самый момент... когда я только к ней подошла… В памяти всплыла её первая реакция. То, как слегка округлились её глаза и вырвалось тихое: «О? Ты...». Я-то, наивная дурочка, решила, что она просто удивилась, увидев иностранку. Не может быть... Неужели она поняла кто я в то же мгновение?! Словно прочитав мои мысли, Асаэ улыбнулась — с легкой виной, но озорные искорки в глазах выдавали её с головой. Она знала! Она всё знала с самого начала и специально крутила мной, выводя на откровенность! Меня захлестнула горячая волна — гремучая смесь возмущения и невыносимого, жгучего стыда. Я ведь, по сути, исповедовалась бабушке своего парня, пока она мысленно забавлялась ситуацией! — У-у-у!.. Из горла вырвался лишь сдавленный, невнятный писк, и меня передернуло всем телом. В панике пытаясь хоть куда-то спрятать глаза от этого позора, я скользнула взглядом в сторону и вдруг заметила женщину, тихо сидевшую на пледе, возле которого ещё недавно стоял дедушка Масачики. Я тут же узнала её и, видимо, заметив мой взгляд она тоже. поэтому встала и подошла ближе. — А Это… — начал говорить Кудзё-сан. — Добрый день, Куджо-сан. — И вам, добрый день, Суо-сан. Если Масачика и Юки скрывали что они родственники не странно ли что его мать и дедушка с бабушкой по отцовской линии вместе. И тем более родители Масачики же развелись? — И всё же Суо-сан, почему вы тут? — Не сдержала я своего любопытства. — А, я увидел, что Юми-сан тут одна, так что пригласил посидеть с нами. конец POV Алисы — Ну, наконец-то нашё… Слова замерли у меня на губах. Я искал серебристую макушку Али, чтобы обсудить тактику перед боем всадников, и, заметив её у кромки деревьев, с облегчением выдохнул. Но стоило мне подойти ближе и разглядеть, с кем именно она стоит, как облегчение сменилось лёгким шоком. Это была неожиданная картина. Аля, выглядящая так, будто готова провалиться сквозь землю от смущения. Мой дед, Томохиса, в своем безумном цветастом пиджаке, сияющий от энергии так ярко, что на него было больно смотреть. Бабушка Асаэ, улыбающаяся той самой мягкой и теплой улыбкой, которую я помнил с детства и по которой, признаться, скучал. И... она. Женщина, стоящая чуть позади стариков, но явно подошедшая вместе с ними к Але. Суо Юми. Моя мать. В груди что-то шевельнулось. Но это была не та обжигающая ярость, что душила меня год назад. И не холодная ненависть. Это было странное, тягучее чувство неловкости, смешанное с глухой печалью. — О-о! Масачика! — голос деда прогремел, кажется, на весь школьный двор. — Ты как раз вовремя! Смотри, кто с нами! Твоя невеста! Я поморщился, но без злости. Дед был в своем репертуаре. И, судя по тому, что мама была с ними, он, вероятно, просто увидел её одну и в своей бесцеремонной манере затащил в компанию, не думая о последствиях. Я перевел взгляд на Алю. Она выглядела ошеломлённой и отчаянно посылала мне сигналы SOS. — Дедушка, бабушка... — я кивнул им, стараясь держать голос ровным. — Рад вас видеть. Затем я перевел взгляд на женщину, стоящую за их спинами. Наши глаза встретились. Она вздрогнула, словно не зная, чего ожидать — презрения, игнорирования или резкого слова. В её глазах читался страх и затаенная, хрупкая надежда. Раньше я бы просто развернулся и ушел. Или прошел бы мимо, сделав вид, что не знаю её. Но теперь всё было иначе. Я изменился. — Добрый день... Суо-сан, — произнес я. Это было формально. Но это было приветствие. Не сквозь зубы, а спокойное и уважительное. Я не знаю поприветствовал я её так, потому что мы были в общественном месте или же потому что пока не был готов к следующему шагу, но хотя бы я смог это сделать спокойно. Я увидел, как расширились её глаза, а губы дрогнули в неуверенной, робкой улыбке. — Здравствуй... Масачика-сан. Воздух между нами стал плотным, но не враждебным. Бабушка Асаэ смотрела на меня с явным одобрением и теплотой. — Масачика! Раз уж мы все тут собрались! — радостно воскликнул дед, хлопнув в ладоши и оглянувшись на плед. — Садись! Давайте пообедаем вместе! У нас куча еды! Отпразднуем твою победу в забеге! Обедать? Вместе? Сейчас? Я представил, как сажусь рядом с матерью на глазах у всей школы. Как мы пытаемся есть, подбирая нейтральные темы, как каждое слово будет даваться с трудом... Я больше не ненавидел её, но я ещё не был готов к такой близости. Слишком много всего ещё не сказано. — Прости, дедушка, — я покачал головой. — Не могу. — Э? Почему?! — дед надулся, как ребенок. — Ты же любишь бабушкину стряпню! — Я договорился пообедать с командой, — мягко соврал я, хотя, технически, встреча с Алей и была "обедом с командой". — Нам нужно обсудить финальную стратегию для конного боя. Времени в обрез, мы не можем позволить себе расслабляться. Я посмотрел на Алю, призывая её подтвердить мои слова. — А? ...А, да! — она тут же встрепенулась, понимая ситуацию. — Да, нам... нам нужно идти. Извините. — Вот как... — дед разочарованно поник. — Ну, ничего не поделаешь. Молодость, амбиции! Победа важнее еды, я понимаю! — Мы пойдем, — я коротко поклонился всем троим. Напоследок я еще раз взглянул на мать. Она смотрела на нас с легкой грустью, но в то же время с облегчением, что я не отверг их грубо. — До свидания, — тихо сказала она. — До свидания, — отозвался я. Мы с Алей отошли достаточно далеко, прежде чем я позволил себе выдохнуть. Плечи, которые я неосознанно держал в напряжении, расслабились. — Масачика-кун... Я не успел ответить, как почувствовал прикосновение чего-то ледяного к щеке. — Хя! — я отскочил. Аля держала в руках пластиковую бутылку с чаем и смотрела на меня с неприкрытым беспокойством. — Ты как? — тихо спросила она. — Встреча с Суо-сан... это ведь тяжело для тебя. Ты в порядке? Она знала. Она знала, как непросто мне даются мысли о матери, и сейчас она волновалась не о себе и не о неловкой ситуации с "невестой", а только о моем душевном равновесии. Я прислушался к себе. — Знаешь... — я задумчиво коснулся щеки, где ещё чувствовался холод от бутылки. — Я в порядке. Я совсем не чувствую ни злобы, ни боли, ни той старой обиды. — Правда? — она вопросительно посмотрела на меня, склонив голову. Она знала лишь общие черты моей истории, но не знала деталей того, что изменилось во мне за последнее время. — Да. Скорее... я чувствую сочувствие, — признался я. Аля молчала, ожидая продолжения. В её глазах читался вопрос, но она не давила. — Однажды… Я обязательно расскажу тебе всё однажды, — пообещал я, глядя ей в глаза. — Обязательно расскажу. Но сейчас... После того разговора в доме Суо то, что я узнал... я смог понять её. И, наверное, простить. Я вздохнул, глядя в осеннее небо. — Хотя, наверное, простить не правильное слово. Теперь я понимаю, что не мог её винить изначально… Просто я был слеп. Она перенесла много тягот. Она была слаба, в семье где решает сила, но она старалась как могла. А я был не самым простым ребенком. Аля слушала внимательно, и я видел, как напряжение в её плечах тоже уходит. — Так! — я резко похлопал себя ладонями по щекам, прогоняя меланхолию и возвращая боевой настрой. — Масачика-кун? — В общем, спасибо, Аля-тян, — я улыбнулся ей, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Благодаря тому, что ты тогда заставила меня сделать шаг, я постепенно смогу наладить с ней связь. Думаю, мне нужно будет поговорить с ней ещё раз, чтобы… В общем нужно собраться с мыслями! — Я рада, — Аля мягко улыбнулась в ответ. — Я всегда буду рядом, если понадобится. — Знаю. Спасибо. В этот момент мы как раз подошли к месту сбора, где нас уже ждали Елена-сенпай, Мария и остальные члены нашей команды. — О, а вот и наши голубки! — весело помахала рукой Елена. — Мы уже заждались! — Идем, — сказал я Але. — Нам нужно победить Юки. — Да, — кивнула она, и в её взгляде снова зажглась решимость. *** — Начинаем специальное мероприятие — Соревнование всадников! Голос диктора потонул в реве трибун. Мы вышли на поле. Наша команда выглядела разношерстно, но внушительно: наш основной отряд (я, Аля, Мария и Елена-сенпай в роли «Сексуальной Маски»), отряд поддержки Таниямы (Саяка, Ноноа, Такеши и Хикару) и отряд «Сезонных сестёр» во главе с Сумирэ-сенпай. Но команда соперников тоже не собиралась сдаваться. Юки стояла во главе своего отряда, рядом с ней была Аяно, а за спиной — лучшие атлеты школы, настоящие монстры спорта. Бой начался не сразу. Юки попыталась взять нас в клещи, отправив боковые отряды в атаку, чтобы отрезать нас от поддержки. — Окружают! — крикнул я, чувствуя, как напряглись мышцы. — Верьте в своих товарищей! — голос Али был твердым, как сталь. — Вперед, к Юки-тян! Я доверился Але, а она доверилась команде. И это сработало. Сбоку послышался грохот и крики. Команда Саяки, пожертвовав собой, в лобовую столкнулась с “женским” отрядом противника, увлекая их за собой в падение. Двойное выбывание. С другой стороны Сумирэ-сенпай и её «сестры» продемонстрировали пугающую слаженность, буквально снеся защиту “мужского” отряда соперников. Они выбили их и уже разворачивались, чтобы прийти нам на помощь. Поняв, что через минуту численное преимущество будет на нашей стороне, Юки улыбнулась. Это была до боли знакомая улыбка. Я видел её множество раз. Я успел понять что она что-то задумала, но мне просто не хватило времени всё обдумать. Аяно, отделившись от лошади загородила мне возможность к отступлению. — Сейчас! — выкрикнула Юки. В тот момент, когда мы сблизились, двое парней, державших Юки, внезапно присели, а затем с силой подбросили её вверх. — Что?! — вырвалось у меня. Это была не атака, а полет. Юки взмыла в воздух, пролетая над головой Аяно прямо на нас. Аля, видя, что соперница летит прямо на неё и рискует упасть на землю с большой высоты, забыла о борьбе. Она инстинктивно раскинула руки, чтобы поймать её. — Попалась! — С улыбкой прошептала Юки. Стоило Але только подхватить Юки, как рука последней потянулась к повязке и бой был окончен. — Победа за парой Суо-Кимишима! — объявил диктор. Трибуны взорвались овациями, но я чувствовал лишь опустошение от того, как хитро нас провели. *** После окончания соревнований я нашел Алю в пустом классе. Она сидела за партой, сцепив руки в замок, и с хмурым, сосредоточенным видом смотрела на доску, словно пытаясь решить сложнейшее уравнение. — Как ты? — Я вошел и сел на соседний стул. — Масачика-кун, — она повернулась ко мне. В её глазах была досада и жажда разобраться. — Нам нужно обсудить, что пошло не так. Мы могли победить. Где была ошибка? — Юки воспользовалась лазейкой в правилах, — вздохнул я. — Команда не проигрывает пока всадник не упадет на землю или не потеряет повязку, но не сказано что всадник не может отделиться от лошади. Впрочем, думаю теперь появится новое правило… Но главное... она воспользовалась тем, что ты такая добрая. Аля нахмурилась. — Добрая? — Она знала, что если прыгнет на тебя, ты не станешь отбиваться или уклоняться. Ты будешь её ловить, чтобы она не упала и не ударилась. Она поставила на твою порядочность. Аля поджала губы, обдумывая мои слова. — Значит, моя доброта стала причиной поражения? — Технически — да. Но на самом деле... это поражение не настолько уж и серьёзное. Я бы даже сказал, что мы в плюсе. — Потому что мы показали, что на нашей стороне Саяка и Сумирэ-сенпай? — предположила она. — Не только, — я покачал головой. — Эта выходка показала всей школе, кто есть кто. Юки выиграла, да. Но она выглядела как хитрая интриганка, готовая на риск ради победы. А ты? Ты отбросила борьбу ради того, чтобы соперница не пострадала. Ты поймала её. Люди это видели. Я посмотрел ей прямо в глаза. — Для президента студсовета благородство и надежность важнее, чем умение выигрывать любой ценой в спортивной игре. Так я думаю. И скорее всего нынешнее поколение согласиться со мной. Может раньше такие методы и те методы к которым прибёг Юшо были нормальными и главным была победа, а методы были не важны, но сейчас всё иначе. Аля задумалась. Её нахмуренный лоб разгладился. — Получается... иногда даже поражение может принести пользу? — Бывает и так, — кивнул я. — А теперь о важном... Ты молодец! — А? — Правда, — я улыбнулся ей. — Ты не стала раздумывать над ловушкой, когда нас пытались окружить. Ты доверилась товарищам, и это сработало. И что тоже немаловажно — ты сейчас не ноешь, а пытаешься понять, где ошиблась, чтобы стать лучше. Я горжусь тобой, партнер. Аля слегка покраснела, и её взгляд стал мягче. Она посмотрела на меня с теплотой, от которой у меня внутри всё перевернулось. Атмосфера в пустом классе, освещенном солнцем клонящимся к закату, стала вдруг очень... личной. Она подалась вперед, сокращая дистанцию между нами. Её лицо оказалось совсем близко. Я почувствовал тонкий аромат её духов. Она наклонилась к моему уху и ласково прошептала: — Ты же придёшь на мой день рождения? По моей спине пробежали мурашки. Я сглотнул, стараясь сохранить самообладание, хотя сердце колотилось как бешеное. — Как я могу отказаться? — ответил я, стараясь звучать уверенно, но с ноткой юмора. — Даже если меня собьет грузовик и я попаду в другой мир, я найду способ вернуться или открыть портал, просто чтобы поздравить тебя! Аля тихо рассмеялась и отстранилась, глядя на меня с весельем. — Ловлю на слове. — Но, — я стал немного серьезнее, — главное, не затягивай с приглашением остальных. Такеши, Саяка, Юки... Они все ждут. — Да, — она кивнула, и на её губах играла счастливая улыбка. — Я сделаю это сегодня же. Мы вышли из класса вместе. Спортивный фестиваль подходил к концу. И глядя на её профиль, я понял, что готов сражаться с любыми препятствиями мира ради этой улыбки. *** После фестиваля я вернулся домой, где меня ждал отец. Ужин проходил в спокойной обстановке. Мы говорили о пустяках, обсуждая его поездку в Англию и странный вкус рыбы с картошкой, но мои мысли то и дело возвращались к событиям дня. В голове всплыло воспоминание, от которого я никак не мог отмахнуться. Это случилось, когда я искал Ноноа. Я знал, что она приняла на себя жесткий удар во время боя всадников, и хотел убедиться, что с ней всё в порядке. Подойдя к медпункту, я услышал голоса за ширмой. Мужской и женский. — ...Тебе уже лучше? — голос отца звучал мягко, с той интонацией, которую я не слышал уже много лет. — Да... Прости, что я так... — голос матери дрожал, словно после слез. Я замер тогда, не решаясь войти. Это было не похоже на те ссоры, которые я помнил из детства. Там не было холода. Там была... забота. Я отставил чашку с чаем и посмотрел на отца, сидевшего напротив. — Пап, — начал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты ведь виделся с мамой сегодня? Отец замер, не донеся еду до рта. Его глаза расширились от искреннего удивления. Он явно не ожидал, что я знаю, и уж тем более — что спрошу об этом сам. — Откуда ты?.. — он осекся, затем вздохнул и поставил чашку на стол. — Ты видел нас? — Слышал. В медпункте. Отец немного помолчал, собираясь с мыслями. — Да. Ей стало немного не по себе, так что… Я решил поддержать её, немного. Я смотрел на него, и вопрос, который мучил меня годами, но который я боялся задать, теперь, после увиденного, требовал ответа. — Почему вы все-таки развелись? — спросил я прямо. Отец отвел взгляд. Он выглядел так, словно подбирал слова, или копался в воспоминаниях. — Всё сложно, Масачика. Отношения взрослых — это запутанный клубок. — Скажи честно... — я подался вперед, не давая ему уйти от темы. — Ты всё ещё любишь её? Он посмотрел на меня. В его взгляде исчезла попытка уклониться. Осталась лишь спокойная, глубокая печаль. — Да, — просто ответил он. — Я всё ещё люблю её. И всегда любил. Его ответ был прямым, лишенным той дипломатической уклончивости, которой он обычно пользовался. — Тогда... — я сглотнул, формулируя мысль, которая казалась мне безумной, но логичной. — Если бы... Если бы не семья Суо... Ты бы женился на ней вновь? В плане, сейчас это невозможно, потому что дед и остальные не позволят, но если бы не это... Если бы вы были просто людьми, свободными от обязательств? Отец удивленно моргнул. Этот вопрос застал его врасплох. — Я... я не думал об этом в таком ключе... — медленно произнес он, глядя куда-то сквозь меня. — Если бы Юми захотела... Если бы она была готова, то, наверное, мы бы попробовали ещё раз. Он грустно усмехнулся, возвращаясь в реальность. — Не знаю, Масачика. Всё не так просто. Дело не только в том, что мне не позволят. Всё куда сложнее. Мы нанесли друг другу слишком много ран, даже если не хотели этого. Время назад не повернуть. Я слушал его и понимал: он что-то недоговаривает. Он берет вину на себя, говорит о сложности отношений, чтобы я не винил ни себя, ни мать, ни деда. Эта "ложь во спасение" была его способом защитить меня от грязи взрослых игр семьи Суо. — Я понял, — тихо сказал я. — Спасибо, пап. Но благодаря его словам я ещё больше набрался решимости. Решимости поговорить с ней и решимости бороться за своё место в это семье. Я хочу во всём разобраться, а для этого мне придётся проявить твёрдость и решимость. Дождитесь меня. Я обязательно займу это место. Я постараюсь стать хорошим сыном и заботливым братом, хотя бы сейчас. Утром Юки вытащила меня за покупками. — Ты безнадежен, братец, — заявила она, критически осматривая выбранную мной книгу. — Это подарок для партнера по бизнесу, а не для любимой девушки. — Но Аля любит читать… — Аля — девушка! — Юки ткнула меня пальцем в грудь. — Ты должен подарить ей что-то, что скажет: "Ты для меня особенная". Не просто полезное, а личное. Включи уже режим парня, а не секретаря студсовета! Её слова заставили меня задуматься. Я действительно слишком часто прятался за ролью "надежного партнера", забывая о том, кто мы друг для друга на самом деле. Впрочем бродя по магазинам я решил что хочу подарить ей то, что действительно отразит мои чувства и что ей понравится. Но помимо сделанного выбора, пока Юки отвлеклась, я заприметил кое-что ещё и не смог удержаться чтобы не купить. Никто же не говорил что подарок должен быть всего один. На следующий день, после уроков я искал Алю. Её не было ни в классе, ни в студсовете. Предчувствие, что что-то не так, привело меня к дверям медпункта. — Простите, — я постучал в дверь. Тишина. Я осторожно нажал на ручку и заглянул внутрь. Стол учителя был пуст, на стуле висел белый халат, но самой хозяйки кабинета не было видно. «Опять медсестра куда-то запропастилась», — пронеслось у меня в голове. Мой взгляд упал на задернутую белую ширму в углу комнаты. Я сделал шаг вперед, но тут же остановился. А вдруг там не Аля? Вдруг там кто-то другой переодевается или спит? Врываться без спроса было бы верхом неприличия. — Аля-тян? — негромко позвал я. — Ты там? За ширмой послышалось шуршание, а затем тихий, знакомый голос: — ...Да. Масачика-кун? Я выдохнул с облегчением и зашел за перегородку. Аля сидела на краю кровати, опустив голову. Она выглядела так, словно из неё выкачали все силы. Плечи опущены, взгляд пустой, устремленный в пол. — Ты как? — я подошел ближе. Она вздрогнула и подняла голову. — Я просто... немного устала после фестиваля. Всё в порядке. Враньё. Я видел это в её глазах. Я подошел и сел на стул рядом с ней. — Если не хочешь говорить, я не буду настаивать, — мягко сказал я. — Но если я хоть чем-то могу помочь — скажи. Я обещаю, что не буду допрашивать тебя или лезть в душу без спроса. Просто... я хочу быть рядом. Аля посмотрела на меня. В её глазах пробежало множество эмоций: сомнение, надежда, боль и, наконец, решимость. — Это... — выдохнула она. — Последние две недели... Вокруг тебя было так много людей. Юки-тян, Аяно-тян, Мария, Елена-сенпай, Ноноа-тян... Ты со всеми так легко находишь общий язык. Она сжала край юбки. — Я смотрела на это со стороны и чувствовала себя... лишней. Я знаю, что это глупо. Но видеть тебя в центре внимания, окруженного девушками... это было изматывающе. Я чувствовала, будто бы теряю тебя. Я слушал её, и сердце сжималось от вины. — Аля-тян, — я протянул руку и накрыл её ладонь своей. — Прости меня. Я идиот, что не заметил этого раньше. — Нет, это я... я слишком эгоистична. — Послушай меня, — я заставил её посмотреть мне в глаза. — Да, я общаюсь со многими. Но ты — не они. Ты особенная. С ними я могу быть веселым, полезным, надежным. Но только с тобой я чувствую себя... самим собой. Ты единственная, кто знает меня настоящего. Аля смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Её щеки начали розоветь. Она опустила взгляд и тихо, едва слышно пробормотала по-русски: — [Я хочу, чтобы ты смотрел только на меня. Я хочу присвоить тебя всего, без остатка. Это эгоистично, но я так тебя люблю, что мне больно делиться. ] Время словно остановилось. Эти слова были криком её души. И я не мог не ответить на них, когда она так откровенна со мной. Я не стал ничего говорить. Слова были лишними. Я встал и, преодолев разделяющее нас расстояние, привлек её к себе. Аля ахнула, но не оттолкнула. — Масачика-кун?.. — прошептала она. Я нежно провел рукой по её волосам, а затем, чуть отстранившись, положил ладонь на её щёку и она подняла на меня свои глаза. Я наклонился и коснулся её губ своими. Это был легкий поцелуй, обещание и ответ на её “крик”. Когда я отстранился увидел на её лице мягкую улыбку. — Эй, вы двое! Громогласный окрик заставил нас обоих подпрыгнуть. В дверях стояла медсестра. Она вернулась в самый неподходящий момент. Мы успели отстраниться друг от друга, но расстояние между нами всё ещё было "неуставным", а вид у нас был явно виноватый. — Что вы тут делаете вдвоём за ширмой?! — возмутилась она, уперев руки в боки. — Это медпункт, а не место для свиданий! Медсестра смерила нас долгим, проницательным взглядом, затем тяжело вздохнула. — Я не видела, что вы двое там делали, так что на этот раз я ограничусь словесным предупреждением. Она махнула рукой в сторону двери. — Куджо-сан, если чувствуешь себя лучше, иди домой. — Да... Спасибо... — прошелестела Аля. Она схватила свою сумку, надела туфли с такой скоростью, словно за ней гнались волки, и поспешила к выходу. Я двинулся следом. И когда Аля уже извиняюще поклонилась у порога, учительница добавила с несколько снисходительным, но предупреждающим взглядом: — К слову. предупреждаю на будущее… Кровать лазарета не предназначена для подобных вещей. Если вы будете использовать её для этого, вас немедленно отстранят от занятий. Я замер на полшаге. Смысл её слов дошел до меня с опозданием. Кровь прилила к лицу. — Мы... мы не собирались такого делать... — пробормотал я, чувствуя, как голос предательски срывается. — Н-нет! Мы точно не будем этого делать!!! — выкрикнула Аля. Её лицо налилось краской в мгновение ока, а голос звенел от паники и какого-то яростного отрицания. Она замотала головой так сильно, что серебристые волосы хлестнули по воздуху, и закрыла лицо руками, словно пытаясь отгородиться от самой идеи. — Абсолютно точно нет! — Ладно-ладно, не кричи так, — хмыкнула медсестра. — А теперь — марш домой! Мы вылетели из медпункта пулей. Ноги сами несли нас прочь по коридору, подальше от неловкости. Мы бежали, не оглядываясь, пока не оказались у шкафчиков для обуви. Только там мы остановились, тяжело дыша. Я посмотрел на Алю. Она всё ещё была красной, старательно отводила взгляд. Но потом она посмотрела на меня. Наши взгляды встретились. Я увидел в её глазах ту же неловкость, смущение и... облегчение от того, что мы выбрались. Напряжение, сковывавшее нас, вдруг лопнуло. И мы оба рассмеялись. Нервно, но искренне, отпуская напряжение этого безумного дня. *** Вечером, уже будучи дома, я лежал на кровати и смотрел в потолок. В тишине комнаты события дня прокручивались в голове снова и снова. Поцелуй, запах её волос, её признание... и та сцена в дверях. В памяти всплыл её панический крик: «Н-нет! Мы точно не будем этого делать!!!» «Если она так на это реагирует...» — пронеслось у меня в голове, пока я вспоминал её сжавшуюся фигуру. В груди шевельнулось неприятное чувство разочарования и сомнения. «Наверное, пока что не стоит спешить? Да, мы вместе уже полгода, но разве это важно, если она так категорична? Чёрт. Я не могу отрицать того, что думал, что у нас уже всё постепенно идёт к этому, что мы стали ближе... но, видимо, я ошибся. Для неё это всё ещё "невозможно"». Я перевернулся на бок, пытаясь отогнать эти мысли, но эхо её категоричного отказа всё ещё звенело в ушах, оставляя горький осадок после сладкого поцелуя. К счастью мне удалось выспаться и я смог как и обещал прийти на репетицию духового оркестра. Елена-сенпай встретила меня с распростертыми объятиями (и очередной шуткой про гарем), но, сев за рояль, я почувствовал странную пустоту. Мои пальцы бегали по клавишам, извлекая правильные ноты, техника была на месте, но... внутри было пусто. Глядя на членов клуба, которые вкладывали в музыку всю душу, я чувствовал себя самозванцем. Я играл не потому, что хотел, а потому, что "надо". Это было механическое исполнение обязанности. После репетиции я вышел в коридор выжатый как лимон. — Ты выглядишь так, будто только что отбыл наказание, — раздался голос рядом. Аля стояла у окна, скрестив руки на груди. Она внимательно посмотрела мне в лицо и, видимо, все поняла без слов. — Пойдем, — она решительно взяла меня за руку. — Куда? — Туда, где тебе напомнят, зачем вообще нужна музыка. Она притащила меня во второй музыкальный класс. К моему удивлению, там уже были Такеши, Хикару, Саяка и Ноноа. Инструменты были расставлены, словно они ждали только нас. — Аля-сан сказала собраться, — усмехнулся Такеши, вешая гитару на плечо. — Сказала, у нас экстренная терапия для одного унылого пианиста. — Садись за клавиши, Масачика-кун, — скомандовала Аля, беря микрофон. — Мы сыграем, вместе. И мы сыграли. Это был хаос. Такеши иногда мазал мимо нот, бас Саяки гудел, Ноноа и Аля пели, порой перекрикивая друг друга, но в этом была такая дикая, живая энергия, что моя меланхолия испарилась. Я колотил по клавишам, импровизировал и смеялся. Впервые за долгое время я играл не для оценки, не для долга, не для кого-то, а просто ради удовольствия. Когда мы закончили, тяжело дыша и улыбаясь как идиоты, я посмотрел на Алю. — Спасибо, — сказал я ей одними губами. — Мне это было нужно. Она лишь тепло улыбнулась в ответ. Я снова почувствовал себя живым. Жаркая осень резко сменилась холодами. И вскоре наступил день рождения Али. Мы с ребятами — Такеши, Хикару, Саякой и Ноноа — встретились у подъезда её дома. Парни нервничали, особенно Такеши, который то и дело поправлял галстук. — Чувак, я слышал, её отец русский... Он, наверное, страшный, — шептал он. — Расслабься, — усмехнулся я. — Он... своеобразный. Дверь открылась. На пороге стояла Аля в красивом домашнем платье, а за её спиной возвышалась фигура, заставившая Такеши и Хикару синхронно сделать шаг назад. Её отец. — Д-добрый вечер... — пискнул Хикару. Михаил молчал, сканируя нас. Я вышел вперед и, глядя ему прямо в глаза, произнес: — [Добрый вечер, Михаил Макарович. Рад снова видеть вас. Спасибо, что пригласили.] Тишина в прихожей стала звенящей. Такеши уронил челюсть. Лицо Михаила дрогнуло. Уголки его губ поползли вверх, и на суровом лице появилась легкая, сдержанная улыбка. — [Масачика-кун, — произнес он глубоким басом, — и тебе добрый вечер. Проходи. Рад, что ты пришел.] — Затем он перевел взгляд мне за спину. — Вы тоже проходите. Рад знакомству. Он протянул огромную ладонь. Я пожал её, чувствуя крепкую, уверенную хватку. Как и в прошлый раз. — Он... он говорит по-русски?! — выдохнул Такеши. — Масачика полон сюрпризов, — раздался веселый голос. Из гостиной вынырнула Юки. Судя по всему, они с Аяно прибыли раньше нас. — Привет всем! — она подмигнула мне. — Ну что застыли? Вечеринка не начнется без гостей! А Тоя-семпай и Чисаки-семпай уже там. Нас поприветствовала Акеми-сан, Аля всех представила и праздник начался. Ужин проходил в довольно уютной атмосфере. Юки, как всегда, была душой компании. Акеми-сан и Мария постоянно подкладывали еду. Михаил говорил мало, в основном обращаясь ко мне с короткими вопросами о школе или моих планах. Я отвечал, иногда переводя суть разговора для остальных, когда возникали вопросы, или поясняя Михаилу контекст шуток Такеши. Затем настало время подарков. Первой выступила Мария. Она с сияющей улыбкой вручила сестре пакет. — Это тебе! Чтобы было тепло и красиво! Аля достала нежный розовый шарф и тут же примерила его. Ей шло. Следующим был я. — Это... сладости ручной работы. Баумкухен. Я старался, но всё же я далек от профи, так что на вид может быть не очень, но я старался. — Ручной работы? Баумкухен? Это не та вещь, которую можно сделать просто “постаравшись”. Ты как всегда удивителен!— Воскликнула Аля, принимая коробку. — Спасибо, Масачика-кун. Я обязательно попробую позже. Юки с хитрым видом протянула плоский конверт. — А это от меня. Самое нужное в хозяйстве — защитная пленка для экрана смартфона! — Очень, практично. Спасибо, Юки-тян. Аяно молча поклонилась и протянула красиво упакованную книгу — сборник рассказов. Аля оценила выбор, зная вкус Аяно в литературе. Тоя-семпай, с видом мудрого наставника, вручил книгу с громким названием «Двадцать способов тронуть сердца людей». Чисаки-семпай подарила маленький белый тканевый мешочек, завязанный золотой веревкой. — Это Омамори из храма, — пояснила она. Ноноа, как всегда стильная, подарила изящную пудреницу с зеркальцем, а Саяка — черный берет, который Аля тут же примерила перед зеркалом, вызвав одобрительный гул. Такеши, смущаясь, вручил упаковку элитных чайных листьев для очазуке («Ну, это вкусно...»), а Хикару завершил церемонию, подарив стильную дорогую ручку. — Спасибо вам всем, — Аля сияла, оглядывая гору подарков. — Мне очень приятно. Когда суматоха улеглась и все перешли к десерту, я улучил момент. Аля вышла на балкон, чтобы подышать свежим воздухом. Я последовал за ней. Ночной город сиял огнями. Аля стояла, опираясь на перила, и ветер играл её серебристыми волосами. — Сбежала? — спросил я, вставая рядом. — Немного, — она улыбнулась, не поворачиваясь. — Там слишком шумно. Юки-тян и Мария вместе — это ураган. — Согласен. Я полез в карман куртки и достал небольшую коробку. — Аля-тян. Она повернулась. — Я хотел отдать это без лишних глаз. Она приняла коробку и открыла её. Внутри лежали белые перчатки с изящным узором из снежинок и меховой оторочкой и небольшими помпонами, прикрепленными к запястью на красную веревочку. — Масачика-кун... — она провела пальцем по мягкой ткани. — Я хочу, чтобы тебе было тепло. Даже когда меня нет рядом. Аля подняла на меня глаза. В них отражались огни города. Я набрал в грудь воздуха. Юки учила меня этому, но сейчас слова шли от самого сердца. — Спасибо, что ты родилась в этом мире, Аля-тян. Она замерла, её губы слегка приоткрылись. — С днем рождения, Аля-тян. Я искренне ценю, что ты родилась и встретила меня, от всего сердца. Я смущенно почесал затылок и добавил уже более будничным тоном: — Знаешь, на самом деле... это идея Юки. У нас с ней есть традиция говорить такие вещи друг другу каждый год. Она сказала, что я обязан сказать это и тебе. Аля хотела что-то ответить, но я перебил её, глядя прямо в её голубые глаза: — Но даже если это придумала она... Я правда так думаю. Я счастлив, что ты появилась в моей жизни. Аля вспыхнула. Она опустила голову, пряча лицо, и я услышал тихое, еле слышное бормотание на русском: — [Идиот...] А затем, спустя мгновение, еще тише и мягче: — [Спасибо.] Она подняла голову, и наши взгляды встретились. В этот момент между нами не было ни языковых барьеров, ни секретов. — Ох! — раздался сдавленный голос из-за стекла балконной двери. Мы резко обернулись. К стеклу прилипли несколько лиц. Юки показывала два больших пальца вверх, Ноноа наблюдала с любопытством, Чисаки одобрительно кивала, а Мария просто сияла от восторга. Чуть поодаль, на диване, я заметил Акеми-сан, которая о чем-то беседовала с Саякой, но при этом бросала в нашу сторону теплые, понимающие взгляды. Аля вспыхнула, став краснее праздничного торта. — Они всё видели! — простонала она, закрывая лицо новыми перчатками. — Похоже на то, — я рассмеялся, беря её за руку. — Ну что, пойдем? Нас ждут свечи. Мы вернулись в комнату под многозначительные взгляды друзей. Такеши подмигнул мне, а Хикару едва заметно поднял большой палец. Когда мы разрезали торт, Акеми-сан вдруг сказала с хитрой улыбкой: — Знаете, я давно не видела Алю такой счастливой. Масачика-кун, ты ведь будешь о ней заботиться? Вопрос прозвучал легко, но в комнате повисла тишина. Я почувствовал на себе тяжелый взгляд Михаила. Я посмотрел на Алю. Она замерла с ножом для торта в руке, глядя на меня с тревогой и ожиданием. Признаваться прямо здесь и сейчас, перед родителями, когда мы еще официально им не представлены как пара? Я был не уверен что время пришло. К тому же с Алей мы это до сих пор не обсудили. Но и отшучиваться я не имел права. Я положил свою ладонь поверх её руки, сжимающей нож. Спокойно и уверенно. — Обещаю, Акеми-сан, — твердо сказал я, глядя в глаза сначала матери, а затем отцу Али. — Как её партнер... я сделаю всё, чтобы поддержать её. Я всегда буду на её стороне. Я не сказал "как её парень", но в моем голосе звучала такая решимость, что истинный смысл был понятен каждому. Аля судорожно вздохнула, чувствуя мою поддержку. Михаил хмыкнул, но в его взгляде читалось уважение. — [Хороший ответ,] — буркнул он. Юки хихикнула, пряча довольную улыбку и от неё я чувствовал что она будет ещё долго меня поддразнивать, приходя ко мне. Аля посмотрела на меня. В её голубых глазах больше не было страха или неуверенности. Только безграничное доверие. — Спасибо, — прошептала она одними губами. Весь этот день дал мне столько эмоций и новых мыслей, что придя домой я ещё долго не мог уснуть, периодически поглядывая на телефон, в котором появилось ещё больше фотографий сереброволосой красавицы, что была моей девушкой.