Грань

Посещение следственного комитета трудно было назвать приятным занятием, однако откладывать его больше не представлялось возможным. Слава успокаивающе коснулся руки Саши. — Не переживай. Тебя ни в чём не подозревают, это стандартная процедура. Почти все студенты из вашего общежития через неё так или иначе пройдут. — Я не волнуюсь, — Саша попытался улыбнуться, и у него почти получилось. — Ты будешь рядом? Слава кивнул, мысленно радуясь, что допрос будет вести лично Радмир. Он не станет возражать против его присутствия. В следующий миг дверь кабинета приоткрылась, и на пороге появилась миловидная девушка в форме. — Проходите, пожалуйста, — пригласила она. Саша поднялся и вошёл первым. Слава безмолвной тенью последовал за ним. За столом уже ожидал знакомый им обоим мужчина. — Здравствуйте. Меня зовут Радмир Светлов, — представился тот. — Я — главный следователь городской прокуратуры. — Здравствуйте, — в свою очередь назвался Саша. — Александр Найдёнов. Радмир кивнул. — Предлагаю сразу перейти к делу. Расскажите, что, по-вашему, произошло в день пожара. — Если честно, воспоминания очень смутные, — признался молодой человек. — Я чувствовал себя неважно, голова сильно болела и кружилась. Около полудня я принял таблетку и прилёг. Проснулся уже тогда, когда рядом появился Слава… — Верно ли, что ранее вы проживали в комнате под номером 402? Саша нахмурил брови, подтвердил: — Верно. Нас с Костиком переселили буквально за пару дней до пожара. Что-то случилось с проводкой, моргал свет, выбивало пробки и пахло горелой пластмассой. А наш комендант в этом отношении почти параноик — нашёл свободную комнату сразу и без разговоров. — Советую купить вашему коменданту бутылку коньяка, — хмыкнул Радмир. — Очень возможно, что он спас вам жизнь. Специалисты установили, что очаг возгорания находился именно в вашей прежней комнате. Останься вы там — погибли бы за считанные минуты. Резкий хруст заставил Сашу вздрогнуть и обернуться. Лицо Мирослава не выражало абсолютно ничего, а в его судорожно стиснутых пальцах молодой человек признал обломки дорогой ручки. — Кстати, это был "Parker", — Радмира, казалось, не слишком удивило произошедшее, чего нельзя было сказать о Саше. С какой нечеловеческой силой нужно сдавить металлический корпус, чтобы переломить его пополам?.. Парень мягко дотронулся до побелевших костяшек. — Успокойся. Все обошлось. — Обошлось, — согласился Радмир. – На этот раз. — Радмир, — прорычал Слава, швыряя на стол то, что осталось от несчастной ручки. — Мирослав! — рявкнул в ответ мужчина. — Прекрати! Чего ты добиваешься? Его пытались убить, и они не остановятся! Мирослав зло сверкнул глазами. — Я смогу его защитить. — Не сможешь. Ты прекрасно знаешь, на что они способны. — Я всё ещё здесь, — напомнил о своём присутствии Саша. — И было бы здорово, если бы вы мне хоть что-нибудь объяснили. Радмир вперил взгляд в Мирослава, и тот устало выдохнул. — Возгорание было неслучайным, Саш. И твой крепкий сон — тоже. — Специалисты выяснили, что проводка была намеренно выведена из строя и дистанционно замкнута, — проговорил Радмир. — К тому же, стены, пол и корпус кровати были облиты горючим. Вспыхнуло моментально. — Но почему вы считаете, что цель — я? — Саша перевёл растерянный взгляд с одного собеседника на другого. — Я круглый сирота, родителей не знаю. Работаю ассистентом в клинике, никому не переходил дорогу. У меня даже близких, кроме Славы, нет. А тут столько усилий... Это же не простое нападение в переулке. Это хладнокровное и тщательно спланированное покушение. Слишком сложно, чтобы избавиться от нищего студента. — Вижу, ты не дурак, — Радмир одобрительно кивнул и победно посмотрел на Мирослава. — И уснул я тоже не просто так? — Уверен, что да, хотя никаких посторонних веществ в твоей крови и не обнаружили. — Но ведь не всё можно обнаружить, правда? — Не всё, — подтвердил следователь. — Ладно, на сегодня достаточно. Можете быть свободны. Саша и Мирослав поднялись. — До свидания. — Всего доброго, — напутствовал обоих Радмир. — И будьте осторожны. — Обязательно, — Слава обнял Сашу за плечи, и они вместе покинули кабинет. *** На другой день Саша вышел на работу. Мирослав отправился с ним, договорившись поменяться сменами с другим администратором. Он чувствовал, что не может позволить себе потерять друга из виду даже на короткое время. Магдалина, улучив момент, подсела к Славе. — Как ты? — Нормально, — молодой человек небрежно повёл плечом. — Это же не меня пытались сжечь заживо. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я, — возразила девушка. — Это ты рассказала Радмиру о Саше? — в голосе Мирослава прорезались стальные нотки. Магдалина нахмурилась. — Нет. Я не поддерживаю твои решения, но не стану тебя подставлять. Думаю, Радмир сам догадался, когда увидел вас с Сашей возле общежития. Трудно было не понять, если честно. Ты палишься. — Палюсь? — переспросил парень. — Откуда ты таких слов нахваталась? — Можно подумать, ты разговариваешь по-другому. — Тебе не идёт подростковый сленг. — Может, в душе мне до сих пор шестнадцать, — рассмеялась девушка. — Шестнадцать тебе было несколько веков назад. Впрочем, ты и тогда была невыносима. Магдалина в шутку толкнула Мирослава в плечо, и тот, смеясь, отодвинулся. Стоявшего неподалёку Сашу они не заметили. *** — Эй, что случилось? — Ксюша присела рядом с Сашей на диван в ординаторской. — Ты почему такой грустный? — Всё нормально, — невнятно ответил парень. — Просто вымотался. Народу сегодня много. — Это Слава тебя расстроил? Саша покачал головой. — Да нет, что ты. Он бы никогда… ну, по крайней мере, нарочно. Как думаешь, у них с Магдалиной что-нибудь есть? Ксюша усмехнулась. — Слава и Магдалина? Не смеши меня. — А я не вижу ничего смешного. По-моему, они друг другу очень подходят. Магдалина красивая, умная, жизнерадостная. Слава… тоже красивый. И умный. Они здорово смотрятся вместе. — Как всё запущено... — протянула Ксюша. — Да ну тебя! — Саша раздражённо поморщился. — Я же серьёзно спрашиваю. — Возьми и спроси у Славы, — пожала плечами девушка. Молодой человек втянул носом воздух и поднялся с дивана. — Пойду, поработаю. — Иди, иди. Только очки надень, — фыркнула Ксюша. — Какие ещё очки? — удивился парень. — Никакие, иди уже. Саша вернулся в кабинет и начал готовить новую капельницу. Лиза что-то набирала на компьютере, заполняя карточку пациента. Молодой человек уже приготовился спросить у неё насчёт дозировки препарата, как вдруг… — Зачем ты опять виделся с ней? — Александр бросил на Мирослава ледяной взгляд, но тот только притянул его к себе, стремясь успокоить. — Только ради ритуала, ты же знаешь. — Но ведь раньше вы были вместе… Вы должны были заключить брак, — в голосе Александра звучала тень сомнения, хотя в объятиях Мирослава его тревога и приступы ревности отступали. — Я никогда не любил Магдалину. Наш брак был обусловлен необходимостью, к тому же, всё это случилось до нашей с тобой встречи, — Мирослав слегка отстранился, но только для того, чтобы поцеловать упрямо сжатые губы. — Мы с тобой — Предначертанные. Наши узы — это узы, сотворённые самими богами. Это узы Судьбы. Наш союз признают даже Старейшины. — И всё же, они настаивают на том, чтобы ты продолжил род с ней. Я ведь не смогу... — Не имеет значения, чего они хотят. Ни мне, ни Магдалине это не нужно. Я люблю тебя и только тебя, ничто не в силах изменить это. — Но, может быть, ребёнок… — Нет. Я не причиню такой боли ни тебе, ни ей. Только ты и я, мой драгоценный Александр. Моя Судьба. Моя единственная любовь. — Я люблю тебя больше всего на свете, — теперь молодой человек сам потянулся к губам Мирослава. — Саша, очнись! — кто-то настойчиво тормошил молодого человека. Тот широко распахнул глаза, словно очнувшись от глубокого сна. Он находился в кабинете. По полу, прямо у его ног, блестели осколки разбитого флакона. — Слава? — прошептал парень. — Я здесь. Что случилось? Лиза сказала, ты как будто застыл и не реагировал ни на что. — Всё нормально, — Саша натянуто улыбнулся. — Просто немного голова закружилась. — Ладно, — Мирослав не выглядел успокоенным, но наседать на друга не стал. — Присядь, отдохни немного. — Я в порядке, правда. Сейчас займусь собакой, а потом поговорим, хорошо? Слава молча кивнул и отступил в сторону. Саша украдкой взглянул на него. Губы всё ещё хранили ощущение призрачного поцелуя. *** По-настоящему поговорить удалось только поздней ночью, когда поток посетителей иссяк. В опустевшей клинике царила тишина. Уставшие врачи разбирали кипы медицинских карт и назначений, ассистенты, пользуясь передышкой, отдыхали в ординаторской. Только Саша вышел на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и прийти в себя. Он сразу заметил Славу. Молодой человек стоял чуть в стороне с сигаретой, и это встревожило Сашу — Мирослав курил только в моменты серьёзного душевного раздрая. Он приблизился к другу и легонько коснулся его плеча. — Всё хорошо? Мирослав обернулся, обнял Сашу свободной рукой и крепко прижал к себе. — Нет. — Это не просто сны, верно? — решился спросить парень. — Сегодня я не спал, но всё равно… видел. — Нас с тобой? — Да. А еще я видел тебя с Магдалиной. Она красивая и подходит тебе. Но каждый раз, когда я думаю об этом… у меня сердце рвётся на части. Наверное, я схожу с ума, и это отражается на моих снах, и не только. — Нам нужно поговорить, — глухо обронил Мирослав. — Всем вместе. Ты не будешь против гостей завтра вечером? — Не против, — заверил Саша. — Предупреждаю: после этого тебе, скорее всего, захочется убежать. Разговор будет трудный. Парень решительно кивнул. — Что бы ни случилось, я буду рядом. — Верно говорит Лада, — Мирослав ласково поцеловал Сашу в лоб. — От судьбы не уйти. *** Напряжение Мирослава достигло предела, и это не укрылось от Саши. К приходу гостей он подготовился основательно: что-то заказал в дорогом ресторане, что-то приготовил сам. А вот алкоголь на столе отсутствовал полностью. Саша ни разу не видел Славу пьющим, и, похоже, этот раз не должен был стать исключением. — Не волнуйся так. Всё же хорошо, правда? Мы вместе, — попытался успокоить он друга. Слава обнял Сашу, прижавшись к его волосам щекой. — Надеюсь, после сегодняшнего вечера ты не передумаешь. — Ты самый близкий мне человек. Я всегда буду рядом, что бы ни случилось. Слава молча кивнул, сдерживая подступающие слёзы. Впервые за долгие годы он мысленно обратился к богам, моля об одном: “Не отнимайте его у меня. Только не снова". Звонок в дверь заставил их резко отпрянуть друг от друга. — Я открою, — пробормотал Слава. — Принеси, пожалуйста, салфетки. Саша поспешил на кухню, а Мирослав направился к двери. Через десять минут все расселись по местам. Радмир и Лада расположились на диване. Молодая женщина приникла к плечу мужа, и тот нежно перебирал её волосы, надеясь хотя бы немного успокоить перед непростым разговором. Магдалина заняла кресло у окна, а Саша и Мирослав устроились на полу, на груде диванных подушек. — Итак, — первым тягостное молчание нарушил Радмир, — Значит, ты решился? — Не потому, что хочу, — поморщился Мирослав. — Его видения усиливаются. Делать вид, что всё в порядке, значит обманывать. А я не хочу и не буду ему лгать. — Хорошо. Саша… Что тебе известно о Хранителях Грани? — Эм... Ничего? В школе что-то рассказывали об этих легендах, но это было очень давно. — Изначально Хранителей было четверо, — подала голос Лада. Она говорила негромко, мягко, но с первых мгновений завладела вниманием всех присутствующих. — Навеки Четверо. Формально они бессмертны, но их можно уничтожить. После гибели Хранителя его душа рассыпается, а Дар передаётся передаётся другому. Как правило, это зрелый человек, обладающий силой нужной стихии. Так было всегда, и это обеспечивало равновесие. Четверо Хранителей необходимы, чтобы держать под контролем Грань между Явью и Навью. — И вы четверо — Хранители? — тихо спросил Саша, чувствуя, как Мирослав слегка сжимает его ладонь. Девушка покачала головой. — Нет. Уже четыре столетия их только трое: я, Радмир и Мирослав. — А четвёртый? — Четвёртым был ты, – проговорила Магдалина. Саша, как раз делавший глоток сока, поперхнулся от неожиданности. Прокашлявшись, он недоверчиво взглянул на подругу. — Это не смешно. — По-моему, я не выгляжу так, будто шучу. — Твоя прошлая жизнь оборвалась четыре века назад, – пояснил Радмир, прерывая их перепалку. — Но тогда должен был появиться новый Хранитель? — Да, должен был. Но Мирослав воспротивился этому. Он любил тебя, Саша. Любил настолько сильно, что мысль о жизни без тебя казалась ему невыносимой. — Твоя смерть была предначертана, — снова заговорила Магдалина. Мы с Мирославом сделали всё, что могли, но обмануть Судьбу оказалось невозможно. Ты принял это известие с достоинством, смирился и был готов, но Слава… — Мирослав пошёл против мироздания, против многовековых законов, — голос Радмира звучал устало. — Пока ты ещё был жив, он совершил ритуал, чтобы после гибели твоя душа не рассыпалась на части. А, когда настал твой смертный час, он извлёк душу и спрятал. Мы не сразу поняли, что произошло, а, когда поняли, было поздно. Мирослав укрыл её слишком надёжно, а из отведённых сорока дней оставалось около двадцати. — Сорок дней? — прошептал Саша. — После смерти душа пребывает в Яви сорок дней, после чего покидает её пределы и уходит за Грань. Пока она здесь, её можно отыскать и уничтожить. Мы должны были сделать это, чтобы восстановить баланс, но прежде пришлось бы её найти. Сперва мы пытались взывать к разуму Мирослава, но он молчал. Затем его допрашивали Старейшины, и в конце концов допрос вёл я лично. — Вы пытали его, — спокойно произнёс Саша. Он сам не знал, откуда взялась эта уверенность, но был убеждён — всё случилось именно так. — Давайте называть вещи своими именами. — У нас не осталось выбора. Нам нужен был четвёртый Хранитель, а, пока твоя душа существовала, мы были бессильны. — Слава не раскрыл, где спрятал душу, — Лада нежно погладила мужа по руке. — И в назначенный срок она покинула Явь. Больше мы ничего не могли предпринять, оставалось лишь ждать твоего возвращения. — И я дождался, — хриплым шёпотом проговорил Слава. — Нашёл тебя. Нашёл. Он бережно обнял лицо Саши ладонями и стёр большим пальцем заблестевшую на щеке слезинку. — Что нам делать теперь? — разомкнул губы Саша, не отводя взгляда от лица друга. — Есть два пути, — ответил Радмир вместо Мирослава. — Либо жить так, как раньше, но, учитывая последние события, тебе стоит ожидать новых покушений. Либо снова принять роль Хранителя. Тогда к тебе вернутся воспоминания, силы и условное бессмертие. — Но ты можешь снова погибнуть, — Мирослав не мог заставить себя отнять руки от лица Саши. — Никто не может обещать, что на этот раз судьба будет милостива. — Но если ты откажешься, — Лада печально улыбнулась. — Мы останемся без четвёртого Хранителя. А Грань истончается, и удерживать её втроём уже почти невозможно. Потустороннего становится слишком много, мы вынуждены работать там, где можно отслеживать всё необычное. Нас больше, чем ты думаешь, мы рассредоточены по всей стране. Саша осторожно вывернулся из рук Славы и с удивлением посмотрел на Ладу. — Я понимаю Следственный комитет, бюро судебно-медицинской экспертизы, больницу, но при чём здесь ветеринарная клиника? — Всё просто, — объяснила женщина. — Все негативные проявления Грани в первую очередь затрагивают животных, которые более чувствительны к потустороннему миру. Ты не замечал, что они становятся агрессивнее? Например, когда всегда ласковая Мурка вдруг бросается на хозяев, или добрейший пёс, который никогда не обидел бы и мухи, неожиданно кусает протянутую руку? Или наоборот, беспричинная апатия. Вспоминаешь? Саша кивнул. Действительно, в последнее время такие случаи стали происходить чаще. — Это следствие проникновения тьмы из Нави. Сдерживать её становится всё сложнее. Нам нужен четвёртый Хранитель, и он у нас есть. — Я… я могу подумать? — Подумай, — кивнул Радмир. — Мы не торопим.