Часть 1
20 августа 2025 г., 02:25
Семья
Наверное, у многих это слово вызывает тёплые чувства. Семья. Кажется, как же хорошо собраться всем вместе за одним столом, обсудить разные темы, похвалить стряпню матери, успехи детей в школе, спросить у отца про дела на работе.Но так бывает не у всех, верно?
В некоторых семьях отцы — насильники, страдающие от алкоголизма, неспособные отказаться от дурманящего разум зелья, даже не пытаясь. Матери — шлюхи, наркоманки, которым плевать на детей и мужа. Они занимаются собой, даже если муж избивает детей — пойдут в салон, сделают маникюр, педикюр, укладку. А есть и такие, что терпят побои, оправдываясь перед детьми:«Папа просто устал, милые, папа хороший».
Непонятно.
Чаще всего в таких семьях родители не лезут в дела детей, а дети — в дела родителей. Кажется, удобно. Но за столом вы либо молчите, либо утыкаетесь в телефоны. Вы не можете поговорить с ними, довериться. В ответ услышите лишь:«Слушай, я после работы устала, иди уроки делай, играй».
И ты сидишь и думаешь: кому тогда мне доверять? Кому рассказать о проблемах? Итог — дети отдаляются от родителей, а в будущем забывают их. А теперь рассмотрим другой вариант — семью, помешанную на религии. Все ходят в храмы, церкви, крестятся, ставят свечки, читают мантры. Вроде бы ничего страшного. Но что, если ребёнок скажет:«Нет, я не хочу идти в храм»
«Я не хочу в монастырь, не надену крест, не пойду ставить свечку»
Некоторые родители скажут: «Твой выбор, решай сам». Но большинство взорвётся: «Ты отказываешься от веры? Какой позор! Это Сатана тебя искушает! Быстро в храм!» Чуя оказался именно в такой семье, где не было права выбора. Отношения здесь были накалёнными, и единственным человеком, который его понимал, была бабушка Ацуко. Она всегда оставалась спокойной, мудрой и справедливой. Чуя унаследовал внешность матери, а характер — отца. Мать Чуи, Анастасия, была необыкновенной женщиной — рыжеволосой, голубоглазой, нежной и доброй. Дедушка Чуи был из Великобритании, а бабушка — из Японии. Как рассказывала Ацуко, это была любовь с первого взгляда. Мартин прилетел в Японию по делам и однажды ночью решил прогуляться. Возле святилища он встретил Ацуко, выходящую оттуда, и не смог отвести взгляд от прекрасной рыжеволосой красавицы. Чуя много раз слушал эту историю, и сколько бы бабушка ни спрашивала, не надоело ли ему, он лишь отрицательно качал головой. Отец Чуи, Иоши Накахара, был кареглазым брюнетом с тяжёлым характером и нелёгким детством. Его мать влюбилась в японца, связанного с мафией и наркоторговлей, но его убили при доставке груза — пуля попала прямо в сердце. Мать Иоши вернулась в Россию с крупной суммой — мафия «компенсировала» смерть. Она воспитала сына одна, строго и жёстко, оставив ему имя и фамилию покойного возлюбленного. Когда Иоши исполнилось двадцать два, мать умерла от ишемического инсульта Через общих знакомых Иоши познакомился с Анастасией, затем была свадьба, переезд, дети. Дедушка Чуи умер от старости (по крайней мере, так ему сказали), а бабушка покинула этот мир, когда Чуе исполнилось одиннадцать. Ацуко не позволила Иоши и Анастасии крестить мальчика, за что отец её ненавидел. Он считал, что бабушка плохо влияет на Чую — балует, позволяет лениться, не ходить в церковь. Но Чуя был ей благодарен. Только она подарила ему хоть какое-то детство. Он был единственным ребёнком, пока однажды после похорон, за спиной матери не появилась девочка. Она сжимала край чёрного пальто, её вишнёво-красные глаза блестели от слёз, собранные в небрежный пучок светло-алые волосы вот-вот готовы были рассыпаться по плечам. Так Чуя познакомился со своей двоюродной сестрой — Коë Озаки, племянницей Анастасии. Её родители погибли в ДТП, шансов выжить почти не было. Чтобы Коë не попала в детдом, Анастасия взяла её под опеку. Родители оставили девочке наследство, замороженное в трастовом фонде, но родителям Чуи деньги были не нужны — они и так жили хорошо. Анастасия души не чаяла в племяннице и уговорила мужа взять её. Иоши, конечно, был не рад, но отказать жене не смог. Первое время Чуя не общался с Коë — она была слишком подавлена. Но потом они подружились. Озаки с восторгом заплетала ему косички и хвостики, пока Иоши был на работе. Рыжие волосы Чуи, на свету казались огненными, мягкие и шелковистые. Он отращивал их до плеч, что приводило отца в ярость. «Мужчине не нужны длинные волосы, это уподобление женщине!» — кричал Иоши. Чуя закатывал истерики, не давая отцу их стричь. Однажды, когда Иоши силой потащил его в ванную, мальчик вцепился ему в руку ногтями, что мужчина взвыл от боли. На следующую попытку Чуя ответил ещё жёстче — бил ногами, кусался, сжимая челюсть так, что казалось, он вырвет кусок мяса. До сих пор на правой руке отца остался шрам от его зубов. В итоге Чуя всё же не отращивал волосы слишком длинными, когда они спускались ниже плеч, он просил Коë стричь их. Телефона у него не было, родители считали, что это отвлекает от полезного и мудрого и толкает к греху Зато у Коë был, и когда взрослых не было дома, брат с сестрой включали мультики вместо чтения Евангелия. Конфликты случались и у Коë с Иоши. Он запрещал ей распускать волосы, заставлял носить платок, таскал в храмы, утверждая: "Девушка должна быть скромной и целомудренной". В ответ Озаки однажды рявкнула на него, напомнив, что она ему не родная дочь, после этого Иоши махнул на неё рукой. Брат с сестрой ходили в школу: Озаки — в восьмой класс, Чуя — в шестой. Внешность Накахары-младшего вызывала насмешки — его дразнили «ведьма», «колдун», «полукровкой». В такие моменты его голубые глаза наливались кровью, и он пускал в ход кулаки. Вызовы родителей к директору случались несколько раз в месяц. В последний раз Чуя разбил однокласснику нос. "Но это он начал, он меня оскорблял!" — оправдывался мальчик. Но его не слушали. Дома он выслушивал ругань: «Надо быть терпимее!» Но Чуе было плевать на это терпение. Он не позволял никому оскорблять себя или его семью. Когда Чуе исполнилось тринадцать, а Коë — пятнадцать, они поняли, насколько им скучно в их посёлке — Лотошино, в 152 км от Москвы. Здесь были только церкви, места для рыбалки, гостиница-усадьба, ресторан, больше похожий на столовую, больница, заправка и пара магазинов. Население — шесть тысяч человек, в основном пенсионеры, сидящие на лавочках и жалующиеся на маленькие пенсии, невоспитанную молодёжь и тяжёлую жизнь. Коë мечтала закончить школу, переехать в Москву и поступить в медицинский, чтобы стать стоматологом. А Чуя? Он всегда хотел быть художником, но эту идею никто не поддерживал. Отец даже собирался отправить его в монастырь, но мать кое-как отговорила. Тогда мальчик решил стать архитектором — так он хотя бы не бросит рисование. Иоши был суровым человеком, и Чуя часто думал: как его добрая, умная и красивая мать могла влюбиться в этот камень? Анастасия работала главврачом в местной больнице, а Иоши — на заводе. Зарабатывали они хорошо, жили в небольшом доме, в их посёлке были частые холода, которых Чуя не любил. Дождь, вот что он больше всего жаждал, когда земля становилась сырой, появлялись лужи, и весь посёлок затихал. Исчезали мерзкие сплетни соседок — миссис Агнет и миссис Ловетт, двух старух, которые целыми днями сидели на лавочке и обсуждали всех подряд, щёлкая семечки. Их почерневшие зубы, бородавки и грязные халаты вызывали у Чуи отвращение. Особенно он ненавидел их смех — они могли хохотать хоть до часу ночи, и попробуй им возрази. «Побыстрее бы свалить отсюда» — эта мысль не давала ему покоя.
