Бардо (ранее Чай)

      Помни уже начинала понемногу жалеть, что согласилась шагнуть к конферансье.       Вот уже некоторое время она стояла посреди абсолютного беспорядка, пока ведущий, попутно ругаясь на пузырька, что-то дотошно шерстил в своëм шкафу. Необходимость в данном элементе интерьера в комнате, куда она попала, была хоть и сомнительной, но для неë, как некогда человека, логичной. Она уже начинала забывать, что в цирке имеются места так похожие на обычные человеческие комнаты... Всемогущий ИИ, умеющий создавать всë из ничего, яростно искал что-то в постоянно растущей кипе бумажек. Листочки, вылетающие из шкафа, складывались в маленьких бумажных рыбок и забивались в крайний угол комнаты, прячась от эластично вытягивающихся рук хозяина комнаты. В конце концов мужчина остановился, победно вытянув руку с вырывающейся запиской к люстре. — То, что надо! Ну что, дорогая Помни, пришло время самого УЛËТНОГО чаепития в твоей цифровой жизни! А этот рецепт, найденный на просторах моей цифровой базы, должен удовлетворить любого искушенного гурмана!       Некоторое время поиграв челюстью, Кейн изысканно оттянул крайний палец и пронзительно щелкнул, не сводя играющих предвкушением глаз с Помни, перед лицом которой внезапно материализовалась тëмно-зелëная бутыль с неясным красным содержимым. На что девушка лишь высоко подняла бровь и с непонятным выражением приложилась к ладони лицом. — Чай, - пробормотала шутиха, — Конечно. Самый улётный чай. Но, Кейн... Это вино.. — Дорогая, разве это не лучше скудного чая? Всë моë знание о вас приводит меня к мысли, что вы любите горячительные напитки, и, пока в цирке не существует рецепта чая, в одном из приключений я уже использовал этот дивный напиток. - жонглируя бутылкой, вальяжно поинтересовался ведущий. Хоть конферансье и не приветствовал слишком взрослые штучки в своëм цирке, но некоторые заготовки под будущие приключения он никогда не стирал. Тем более, что на создание "алкоголя", которое его герои даже не оценили, ранее он потратил достаточно много времени. Но не пропадать же такому опыту? — Но, Кейн, с чего ты решил, что мне вообще нужно что-то такое? - Помни с нескрываемым скепсисом качнула колпаком, присаживаясь на стопку странных книг, которые лежали у еë ног.       Конферансье в непонимании оглянулся, потом дëрнулся, а потом ещë и ещë, так и зависнув посреди комнаты с вопросительно выгнутым пальцем. Его силуэт стал двоиться, а фигура - в непостоянстве покачиваться из стороны в сторону, пока на удивлëнных глазах линейно побежали строчки синего экрана смерти.       Шутиха, в начале настороженно замерев от очередного глюка конферансье, со стоном уткнулась в кукольные колени. Кейн очнëтся ещë не скоро. Помни исподлобья вновь оценила окружающее пространство. Судя по всему, это было личное помещение конферансье: стены хоть и были такого же шатерного цвета, но на них красовались всевозможные картины с изображением....чего-то. Нахмуренная Помни смогла найти лишь одно внятное изображение за стеклом, коим оказался розовый банан с ножками (Неужели Кейн сам обставлял это место? Или же это случайное порождение хаоса?). В комнате с огромным куполообразным окном напротив небольшой залы не было дверей, даже окно и то не имело ручек. Она чувствовала себя одной из тех самых записок-рыбок, часть которых всë ещë пряталась где-то за мебелью. На удивление Помни, она узнала в кривом силуэте дальней стены камин, около которого было небольшое плоское блюдце, где, мерно раздуваясь и сдуваясь, уже начал спать Пузырëк.       Как долго она будет здесь? Помни не знала. Сейчас она вообще плохо помнила почему захотелось раскрыться ведущему, да и так ли это важно теперь, когда цирк для неë буквально замер вместе с его конферансье? Она в ловушке. В ловушке, в которую вступила добровольно, и от того ей впервые захотелось проявить и свою инициативу. Пусть она здесь застряла не по своей воле, так почему бы не провести эту ночь так, как она того хочет?       Шутиха встала, аккуратно сдвинув книги, кажется, в ровную башенку, и спокойно обошла широкий письменный стол. Бутылка красного всë ещë висела в пространстве, и Помни, как некогда ранее, захотелось к ней потянуться, что она собственно и сделала. Зелëное стекло прохладно легло в руку, напоминая любимую кружку, из которой она пристрастилась потягивать чай за работой. Она была такой же холодной и гладкой. Помни плохо понимала, почему чувствует холод стекла будучи в пышных шутовских перчатках, но, видимо, это была одна из наработок Кейна.       В помещении было несколько кресел, но Помни захотела сесть только в большее из них, - оно стояло за едва различимым от бумажек столом конферансье. В нëм девушке действительно понравилось - мягкость кресла приятно расслабила спину, и шутиха блаженно потянулась. Кому ещë в этом месте удастся попасть сюда? Помни имела некоторые сомнения насчëт этого, всë же, другие участники цирка больше недолюбливали Кейна, чем пытались с ним пообщаться. Вино горячо обожгло горло, танцуя свои огненные па на еë цифровом языке. От внезапно до жути знакомого ощущения опьянения розовые кружочки на щеках заалели, а самой шутихе захотелось прикрыть глаза. Чем меньше становилось жидкости в сосуде, тем жарче становилось Помни.       Возможно, не будь еë голова так туманна сейчас, еë снова бы начало тошнить от жара в груди, но пока она не вспоминала пламя последнего приключения. Где-то на краю сознания Помни сама, отчасти, была им. Замыленному взгляду начали мерещиться охваченные огнëм бумажные крылышки подле рук, но при моргании мираж быстро исчезал, обещая вернуться румянцем на шее.       Помни не помнила, когда отдыхала в последний раз, но сейчас ей было, на удивление, даже хорошо. В комнату никто не ломился с дурацкими шутками, не было удушающей заботы Рагаты, а конферансье всë также висел недалеко от стола, изредка добавляя к тишине тихое электронное жужжание. Кейн всë ещë не перезагрузился. Взгляд девушки в очередной раз зацепился за его красный, как выпитое ею вино, костюм.       Затихшей в расслаблении Помни стало жаль его. Несмотря на своë непонимание и глюк, он всë же помог ей, хоть это была скорее и косвенная помощь. Кейн не виноват, что она по-прежнему пытается быть человеком. Да и не думает шутиха, что для самого Кейна приятно ловить очередной синий экран в попытке понять еë. Сожаление сжало грудь девушки, и та подумала, что, возможно, для хозяина этого места было бы приятнее перезагружаться сидя в таком же кресле, от чего она немного неловко встала и подошла к его мерцающей фигуре.       Пиджак Кейна был по ощущению мягким, будто бы слегка шелковистым. Когда Помни потянула его на себя, то не ждала, что у неë вообще получится сдвинуть Кейна, но, к довольству шутихи, это всë же получилось. Грузная фигура качнулась в воздухе в направлении руки Помни.       Ещë мгновение, и она уже летит в пол, от чего Помни в шоке дёргается за ней. Кейн оказывается тяжëлым, но при мысли о том, что всë в цирке относительно, девушка перестаëт чувствовать тяжесть. Теперь Кейн становится легче ранее отставленной бутылки, а руки уже тянут его к дальнему креслу, что стоит напротив камина. Когда Помни отпускает троящегося Кейна, она отмечает, как напряжена его застывшая мимика; в отблеске иллюзорного огня провал, заменяющий ему шею, кажется ещë глубже в своей темноте. И Помни, не осознавая своих действий, робко тянет облачëнные в перчатку пальцы к нему. — Хозяин придумал тако-о-о-ое приключение на завтра! Вам точно понравится, я просто уверен в этом, звëздочка Помни! - Пузырëк широко улыбнулся своим большим зубастым ртом слева от лица шутихи. Только вытянувшая было руку девушка резко отдëрнула ладонь и с угасающим испугом посмотрела на Пузырька. Весëлый пузырик без какого-либо осмысления продолжал висеть рядом с еë головой, дурачась высовыванием языка. — А? Да.. Хорошо, спасибо Пузырëк.. А ты не знаешь, - Помни с усилием задумалась, что еë волновало ранее, — Когда очнëтся твой хозяин? — Не знаю, мисс звëздочка! - тот в очередной раз свесил язык и счастливо улыбнулся всеми акульими зубами. — Н-но.. Но разве ты не знаешь примерно? — Не знаю, мисс звëздочка! - говорящий пузырь снова махнул языком перед глазами бусинками и всë также завис, строя глупую улыбку.       Помни максимально странно посмотрела на него и скривилась. Спустя некоторое время игры в гляделки Пузырëк лопнул, видимо, переместившись в куда-то более интересное для него место, а Помни так и осталась стоять напротив бессознательного тела в кресле. Ещë немного подумав, шутиха просто села на дощатый пол перед креслом и откинулась спиной на его нижнюю часть, рядом с ногами конферансье. Она всë ещë ждала, когда тот проглючит, но уже без былого энтузиазма. Что-то было такое в этом месте, что заставляло Помни закрывать глаза под тяжестью век. Цифровой огонь продолжал играть в камине, а она всë больше и больше погружалась во тьму. Еë так тянуло туда.       Помни не смела не подчиниться тëплой тьме внутри и, не заметив, как винный румянец стал покидать еë, спокойно уснула, впервые за столько времени.       Девушка уже глубоко спала, когда конферансье резко дëрнулся, испарился и, парочку раз пролагав, появился недалеко от кресла. Кейн только хотел продолжить свою поучительную речь, когда понял, что уже в совершенно другой части своих зал. Нахмурившись в непонимании, ИИ заметил спящего шута у кресла, где он недавно отглючил.       Кейн никогда ранее не думал, что будет удивлëн неожиданным перемещением своего цифрового аватара, но в данный момент его на миг охватила волна искреннего восторга от такой маленькой инициативы шутихи. Видимо Помни решила перетащить его на одно из кресел, пока он глючил, по своим неясным человеческим мотивам, впрочем..       Конферансье только собирался разбудить девушку, чтобы закончить свои гениальные умозаключения, когда что-то в самом его существе щëлкнуло. Спящая Помни была так чужда всему, что Кейн помнил о ней, что он решил снова отойти от собственных алгоритмов и рассмотреть еë с этой неожиданной стороны. Мерцающие глаза собрались в осмысленную кучку и вперились в спящую шутиху. Еë лицо было умиротворённо настолько, что напоминало Кейну фарфоровую куклу или, быть может даже, самый изящный манекен, который он когда-либо проектировал для приключений.       Грудь и линия плеч Помни вздымались настолько мерно, что для конферансье это больше походило на ровный, чëткий цикл аккуратной и добросовестной анимации. Весь облик спящей Помни будто был написан хорошим программистом в искусном коде. Это заворожило Кейна. Пусть конферансье и старался изо всех сил делать существование своих подопечных в цирке интереснее и лучше, но даже он, в какой-то мере, возможно немного (отчасти!), признавал, что достаточно плохо понимает человеческий разум.       Быть может ему не хватает опыта? Конферансье всë-таки достаточно долго наблюдал за взаимоотношениями участников цирка, а потому со временем обучился некоторым азам у самих людей. И всë же находить полное понимание с ребятами у него зачастую, к его огорчению, получалось так себе. Поэтому сейчас, смотря на по-настоящему спокойную в своей тишине Помни, Кейн чувствовал восторг. И что-то ещë, малопонятное ему, но всë же подогревающее эйфорию от соответствия картины мира с его желаниями.       Всë в такой же тишине Кейн расслабил напряжëнную линию зубов и спустился к креслу. Положив ладони на пышную ткань шутовского костюма, Кейн аккуратно поднял Помни и посадил на кресло, осторожно откинув девушку к его спинке, после чего быстро взмыл к потолку и было метнулся к своему рабочему месту, как остановился. Прозвучал щелчок, после которого искусственный огонь затух, погружая часть залы во тьму. Ещë некоторое время посмотрев на Помни, Кейн удалился к своему шкафу с живыми идеями. Работа не ждëт.       Пустая бутылка вина у одной из ножек стола так и осталась незамеченной.