Дебютируй или умри

      Сону шёл за Хисыном ленивой походкой вразвалочку. Стажёры с тревогой переглянулись, возразить, конечно, ничего не смогли — вид у Хисына был довольно замкнутый и решительный одновременно.       Никакого беспокойства Сону не испытывал. О чём может хотеть поговорить этот парень? Учитывая шквал критики от наставников шоу, вчерашнюю встречу в укромном тупике наедине, несложно догадаться, что предмет обсуждения касается командной работы. По лицу Хисына было видно, как сильно его задели слова Сон Сондыка и Зико, но Сону считал, что они ещё мягко с ним обошлись.       Когда он объяснял причину отсутствия групповых элементов, глаза Сону чуть ли не на лоб полезли. Вера в гениальность местной звезды не оправдалась. Кто в здравом уме вообще заявляет такое продюсерам? От перенапряжения все извилины выпрямились или что? Понятное дело, что они соперники друг другу и важнее всего индивидуальный рейтинг, здесь Сону на сто процентов согласен с ним. Но подоплёка шоу на выживание это одно, а то, что организаторы пытались продать аудитории — совсем иное.       Неужели нельзя догадаться, что пока ты играешь по правилам и делаешь вид, что очень счастлив создавать красивую картинку семьи и братства, никто тебе ничего не скажет. Даже если по факту тебе ни под каким соусом не сдалась эта командная работа.       На камеру рыдать научился, а фильтровать базар нет.       — Садись там, где тебе удобно, — открыв перед ним дверь в свою комнату, Хисын посторонился и неопределённым жестом обвёл внутреннее убранство. — Парни не придирчивы, пока есть где спать, их не волнует, кто там сидит.       — Ну естественно, эти кровати каждую неделю меняют хозяев, — Сону закатил глаза и спокойно сел на диван. Подходить к чужому спальному месту ему не хотелось.       Хисын натянул капюшон худи на голову, неловкими движениями поправляя шнурки и пряча руки в рукавах. Худой и стройный он напоминал кузнечика своими длинными ногами и большими глазами, которые смотрели на Сону с напряжением. Если судить только по позам, то Сону будто был директором, поймавшим студента Хисына за нарушением правил, и теперь собирался хорошенько отчитать того.       Впрочем, вчера Сону уже «наказал» Хисына.       Получив навык в копилку сокровищ, он горел желанием использовать его на ком-то. Нужно было понять принцип и условия действия, да только подходящего случая не находилось. Он не мог выгнать кого-то из своих гномов, пусть даже на десять минут, — они репетировали важную часть хореографии, — а специально искать других стажёров не хотелось.       Хисын подвернулся как нельзя кстати. Когда Ыйджу шепнул ему, что кто-то за ними следит, Сону периферийным зрением обнаружил шпиона. Раз тот пришёл к нему сам, то и виноват в наказании сам.       Такова логика многодетной матери Ким Сону. Каждый в хозяйстве должен приносить пользу!       Навык подействовал моментально, бродячая звезда улетела прочь, эксперимент отмечен галочкой в мысленном списке дел. Хотя Сону не ожидал, что Хисын решит обосноваться именно в том закутке, где он любил посиживать в свободное время, но уходить лишь из-за присутствия лишнего человека не стал. Кому некомфортно — тот и сваливает.       Сейчас Сону понятия не имел, что именно хочет сделать Хисын: предъявить обвинения, попросить о помощи или просто поныть, в равной степени все варианты имеют шансы на реализацию.       Он закинул ногу на ногу и приподнял одну бровь.       — Я хочу, чтобы ты стал лидером в этом тесте, — наконец, прямо сказал Хисын, глядя своими большими глазами. — Из-за меня мы отказались от концепта «командной работы», и я чувствую стыд перед ребятами за принятые решения. Я хотел, чтобы мы создавали что-то прекрасное все вместе, но на полпути забыл об этом, сосредоточившись на личном успехе. Мне кажется, я сейчас не в том психологическом состоянии, чтобы вести команду к победе.       Несколько секунд Сону молча смотрел на Хисына. Решив, что здесь никак не обойтись без крайних мер, он придвинулся ближе в его сторону и наклонился. Указательным пальцем подцепив его худи за ворот, Сону ловко снял микрофон, затем свой.       — Подожди, что ты делаешь? — лицо Хисына вытянулось в шоке, но Сону не придал его вопросу значения. Только после того, как он завернул микрофоны в чью-то брошенную кофту на спинке дивана, и убрал подальше, Сону вернулся к разговору.       — Мне кажется, ты запутался, — спокойно, словно собеседнику почудились его предыдущие действия, ответил Сону. Он оценил вид Хисына и усмехнулся. — С чего ты взял, что я захочу подчищать за тобой? Ну уж нет, дорогой, твоё ярмо — ты и вези.       — Я… привёл тебя не для ссоры, — оправившись от удивления, Хисын покачал головой. — А потому что доверяю твоему мнению.       — И что заставило тебя мне доверять?       — Ты другой.       Сону прыснул. Развеселившись, он прикрыл рот ладошкой и застучал ногами по полу.       — Всё? Единственное, что ты можешь сказать мне, так это то, что я другой? — недоверчиво смеялся Сону и захлопал по своему бедру. — Только поэтому ты пытаешься перебросить свою ответственность на меня? — Сону отбросил чёлку назад, и его голос потерял радостные нотки, понижаясь: — Хисын-хён, хватит шутить надо мной. Мы максимум коллеги, и я не позволю, чтобы такие как ты унижали меня.       — Почему ты делаешь преждевременные выводы? — резкая смена настроения напрягла Хисына, который уже не знал, чего ожидать от поведения Сону. — Я могу понять, если ты просто откажешься. На самом деле, тебе не нужно объяснять причину, как и искать подвох там, где его нет.       — А с чего ты взял, что я обязан входить в твоё положение и быть с тобой мягким и вежливым?       — Хотя бы потому, что я не давал повода.       — Мне не нужен повод. — Сону с улыбкой поддерживал зрительный контакт, наслаждаясь тем, как Хисын сходит с ума из-за дилеммы ответить ему вежливо, пытаясь придерживаться границ, или высказать, что он реально думает о незаслуженных нападках. В конце концов, Сону сжалился: — Теперь ты понимаешь? Вот насколько странным тебе кажусь я сейчас, настолько же нелогичным для меня выглядело решение игнорировать работу в команде и практиковаться индивидуально. В условиях теста чётко прописано, на что нужно обратить внимания во время подготовки к выступлению, но вы плюнули на расчищенную широкую дорогу и пошли в обход, по тернистой узкой тропинке, которая в итоге привела вас обратно к началу. После этого я отказываюсь следовать твоим просьбам, кто знает, в какое болото ты снова нас заведёшь?       Хисын посмотрел на свёрнутую кофту, в которой находились их микрофоны. Он так крепко сжимал челюсть, что впору бояться за целостность его зубов.       — Ты думаешь, что замена лидера что-то изменит?       Хисын опустил голову, задумчиво общипывая катышки с рукавов худи. Хотя эталоном красоты, особенно по корейским меркам, его едва ли назовёшь, Сону видел неплохой потенциал в его внешности. Пару лет, и парень засияет, тем более что талант, харизма, уверенность у него уже были. Сейчас же он выглядел, как соседский ребёнок, с которым родители подталкивают тебя дружить, потому что сами общаются с его родителями, — в растянутых трениках, шлепках поверх носков, при этом пальцы обязательно должны торчать наружу, и в стрёмной кофте.       Ладно, гардероб у стажёров одинаковый, тут не к чему придраться.       Хисын прикусил большой палец и кивнул.       — И что же? Или ты хочешь отдать мне вместе с лидерством позицию центра?       Выражение лица собеседника изменилось.              — Тогда какой смысл? Если ты переживаешь за команду, то не будешь подвергать её столь кардинальным изменениям, — Сону поставил точку в этом бредовом разговоре, чувствуя, что с каждой новой гениальной идеей I-LANDеров у него прибавляется хлопот. Серьёзно, концентрация тестостерона наверное слишком высокая, парни постоянно придумывает способы усложнить жизнь себе и окружающим.       — Подожди.       Сону и не собирался двигаться, продолжая сидеть со снисходительной улыбкой. Хисын кратко вздохнул, моргая часто и быстро, после чего нахмурился.       — Разве ты не хочешь выступить со всеми? Я не буду заставлять тебя становиться нашим лидером, поэтому и пригласил поговорить наедине, чтобы никто не давил. На мой взгляд, это лучший выход из ситуации, и дело вовсе не в том, что я перекладываю ответственность и собственные ошибки на твои плечи. Есть более важные вещи. Мы должны завершить эту миссию, иначе нам придётся снова потерять кого-то.       — Конечно, я хочу победить. Но, хён, может ты всё-таки возьмёшь себя в руки? М? М? — Сону разочарованно надул губы, и волна беспощадного эгьё вырвалась совершенно неожиданно для растерянного Хисына, который просто перестал двигаться. — Ну сколько можно позволять всем топтаться по своему достоинству? А ещё я боюсь, что после выступления, какую бы оценку мы не получили, не получится сохранить нынешний состав. Значит, кому-то придётся отправиться в GROUND. Откуда мне знать, не проголосуешь ли ты против меня?       Глаза Хисына стали ещё больше.       — Я…       — На прошлой неделе, — Сону опустил голову, — столько человек проголосовало за мой уход. Ты ведь тоже был в их числе, верно?       Хисын закрыл рот. Сказать ему, естественно, было нечего.              Сону наклонился к ближайшей камере и поправил волосы в отражении крошечного глазка. На кухне отсутствовали зеркала, зато появилось двенадцать коробок пиццы с кукурузой. Вымотанные непрерывными репетициями и критикой наставников стажёры радостно набросились на еду, как стая голодных собак.              Сону в сопровождении задумчивого Хисына пришли последними, привлекая множество удивлённых и заинтересованных взглядов. Видя, как любопытство вот-вот выплеснется изо рта Тэёна, Сону погладил того по голове, чем лишил дара речи от испуга.       Беда всё равно пришла из другого источника.       — Куда вы пропали вдвоём? После ухода сонбэннимов от вас и след простыл, — Чонвон извернулся всем телом сначала вправо, откуда шёл Сону, затем влево, куда он в итоге пришёл и сел на соседний стул. Помимо этого места, как будто назло, свободными были только те, что вокруг К и Сеона.       Последний внимательно посмотрел на них, после чего сосредоточился на Хисыне, спрашивая примерно то же самое. Сону краем глаза запечатлел их взаимодействие и удовлетворился, что они заняли друг друга.       Не то, чтобы он не замечал, что на самом деле происходит вокруг. Внутренняя сцена I-LAND транслировала интересные спектакли, просто Сону предпочитал наблюдать со стороны прежде, чем делать выводы.       — Сону-хён?       Ах да. Обычно люди понимали, что с ними не хотят разговаривать и чувствовали неловкость. Чонвон же наоборот придвинулся вместе со стулом ближе, наклоняясь к его плечу, легонько и мимолётно касаясь рукой его запястья.       — Где ты был, хён? — продолжил расспрашивать Чонвон, а его сходство с котом усилилось, когда он смотрел вот так прямо, практически не моргая. Сону замер под этим взглядом на несколько долгих секунд. Потом медленно потянулся к лицу, довольно близко нависшему над его собственным, и ударил по носу. — Ай! За что?!       — Любопытной котяре в I-LANDе нос оторвали, — с нравоучительной интонацией сказал Сону, поднимая поучаствовавший в избиении палец вверх и потрясая им. — Есть такая народная мудрость. Как нам повезло, что отсутствие носа не помешает выступлению, правда? Вот в следующий раз и проверим, — последняя фраза прозвучала не так жизнерадостно, и подслушивающие стажёры поёжились от страха.       — Не надо ничего проверять, — проворчал Джэбом с вялым отвращением. — Как можно быть настолько изощрённым в угрозах?       — В области исполнения этих угроз я более креативен.       — Понял, молчу. Тэён, дай салфетки.       Сону удовлетворённо повёл плечом и вернулся к еде. Пицца с кукурузой, конечно, то ещё извращение, но она довольно сытная и питательная, а именно в энергии они сейчас нуждаются.       Потянувшись за вторым куском, Сону случайно задел чью-то руку, что пыталась отодрать прилипшее тесто от коробки. Он поднял голову, встретился взглядом с Хисыном, и оба замерли на секунду.       Причина, почему Сону отказался от предложенного на блюдечке лидерства, была лишь частично озвучена. Да, ему не нравилось убирать за кем-то. Если уж руководить, то с самого начала, когда ничего нет. Легче построить что-то с нуля, чем переделывать тут, там, а проблемы всё равно будут сыпаться из неожиданного места. Постоянно придётся бороться с огрехами прошлого лидера, плюс смена никогда не происходит бесследно, кто-то да будет саботировать всю работу, потому что не согласен с новым лидером.       Но есть и скрытые мотивы.       Сону хотел, чтобы Хисын показал себя. Ведь он тоже выбирает тех, с кем бы продолжил путь айдола. Если в GROUND он оценивал участников с позиции наставника, благодаря этому сблизившись с каждым и взвесив их положительные и отрицательные качества, то в I-LAND воздух был совсем другим. Здесь царила атмосфера конкурентности, они не испытывали горечи отстранения, их самооценку не ломали. Они попали в Рай и изо всех сил боролись против друг друга за то, чтобы сохранить своё место.       Пока что его внимание привлекли Хисын, Сонхун, Чонвон и К, и Сону собирался дать им шанс, так как вероятнее всего именно они станут его будущими коллегами.       Поэтому пусть работают.       

***

      Пятеро судей сидели за длинным столом, переговариваясь на отстранённые темы, пока звукооператоры настраивали оборудование. Они уже записали вступительную часть, теперь им нужно было посмотреть выступление I-LANDеров, а потом и GROUNDеров.       Конечно, они не ждут, что смешанные составы обеих команд выступят идеально. Ротация стажёров продолжится вплоть до второй части шоу, это основная сценическая идея, которая обеспечит заинтересованность зрителей.       — Больше всего мне понравилось выражение лица Хисына в конце. Я думаю, это может быть кульминационным моментом всего выступления, — удовлетворённо начал Зико.       — Они справились лучше, чем я ожидал, — согласился Рейн, — я о групповой хореографии, которая должна была продемонстрировать их командную работу. Прыжок был неплохим.       — Я сказал им показать разные выражения лиц, чтобы это выглядело красиво. И они доказали, что могут это сделать. Поэтому я хочу поставить им хорошую оценку, — цепочка комплиментов привела к Сон Сондыку.       — Хисын смотрит прямо в камеру. Хотя пока он ещё не знает, как это будет выглядеть на сцене, тем не менее он может передать всё одним выражением лица. Я бы хотел поставить этой части выступления высокую оценку.       — Да, мне понравился огонь в его глазах в конце, он словно перенёс посыл песни через этот взгляд.       — Мы должны выставить балл К, он взял вторую партию, — после того как все определились с оценкой Хисына, Рейн заговорил о следующем стажёре. — В этой партии важны талант и правильная экспрессия. — На экране прокрутили видео с К, улыбающимся в камеру. — Да, я говорю об этом! Его озорное лицо очень хорошо подошло! Танцевальные движения улучшились.       — На самом деле я предпочитаю его Хисыну, — заявил Зико, уже ставя свою оценку объекту обсуждения.       На столе перед каждым судьёй помимо листка с распределением партий была виньетка с фотографиями двенадцати стажёров, взятые с их профиля для I-LAND. Столько юных талантов, собранных в одном месте. Вероятно среди своих сверстников они блистали как лучшие, однако оказавшись в конкурентоспособной среде они стали лишь одними из десятка других. Их таланты и результаты усердного труда, служившие предметом восхищения вне этих стен, теперь получили жёсткую оценку.       — О, теперь, — Pdogg замолчал на мгновение, — Ким Сону. Он выступил с третьей партией.       В отличие от предыдущих кандидатов этот парень одной необходимостью оценить его заставил судей переглянуться. Зико спрятал усмешку, тихо фыркнув в кулак, Сон Сондык протяжно вздохнул и сложил руки на груди с таким лицом, словно сдерживался, Рейн вернулся к нейтральному себе, полностью стерев следы веселья, Дубу, которому не довелось увидеть парня вживую и пропустившего весь контекст, удивлённо выгнул брови.       — Что? Что такое? Почему у меня чувство, что я чего-то не знаю?       — Ты же не смотрел с нами нарезки с прошлой недели, — вспомнил Зико, наклоняясь так, чтобы взглянуть на сидящего у края судью. — Знаешь, тут проще увидеть, чем объяснять словами.       Дубу ещё сильнее запутался. Сжалившись над коллегой, Сон Сондык кивнул на экран, куда уже вывели танцующего в центре Ким Сону.       Движения парня казались мягче и плавнее в сравнении с резкостью хореографии, но благодаря выражению лица, вокалу, общему сценическому присутствию это не так бросалось в глаза.       — Сону хорош в этой партии, мне понравилось, что он использовал выгоду своей позиции на максимуме, — объяснял Сон Сондык. — Его выражение лица, когда он взлетел, было в самую точку.       — Дело не совсем в том, как он выступил, — кивнул Зико. — У него весьма своеобразный подход ко всему. Когда мы ходили в I-LAND, чтобы дать полезные советы по улучшению, мне показалось странным, что синхрон присутствовал только у половины. Как оказалось, Ким Сону руководил этой половиной.       — «Ты танцуешь как сонная курица», — опустив голову, пробормотал Pdogg, и по столу пронёсся смех. — Я даже глазам не поверил, он ругался прямо как опытный сонбэнним. У всех же были такие сонбэ, которым достаточно посмотреть на тебя, и ты уже мысленно подыскиваешь адрес ближайшей аптеки, потому что этот взгляд обещал проблемы?       Зико расхохотался. Как айдол, выступавший в группе, дуэтом, сольно, он не понаслышке понимал, о чём говорит Pdogg. Остальные отреагировали сдержаннее, хотя Рейн по-прежнему сидел с нечитаемым лицом.       — У него действительно яркая личность, — наконец, заговорил Рейн, задумчиво глядя на экран. — Когда человек сам по себе независимый и уверенный, это всегда видно другим. Таких, как Сону, на проекте мало, даже у Хисына и К, танцевавших отдельный брейк, нет столь сильного сценического присутствия.       — Но в этом и проблема, — кивнул Сон Сондык. — Он слишком сильно выделяется. Каждый раз, когда Ким Сону в центре, он подавляет всю группу. Это не очень хорошо влияет на общую картину, создаётся впечатление, что Сону отдельно, I-LANDеры отдельно.       — На репетиции такого не было, — покачал головой Зико, возвращаясь к серьёзной дискуссии. — Я видел, как он собирал команду в GROUND и I-LAND, и тогда Сону был полностью частью обеих групп. С синхронизацией у них проблем точно нет.       — Нет, синхронизация, вокал, выражение лица — всё в порядке, — Pdogg постучал кончиком карандаша по фотографии красивого молодого парня. — Я буквально чувствую, как в этой части с «Say La-la-la-la» во мне просыпается желание вскочить и кричать «La-la-la-la». А здесь, где он поёт «Ssag da bultaewola» пробирает до мурашек. Он заслужил хорошую оценку.       — Но не самую высокую.       Строго говоря, мощное выступление Сону и слабость группы просто проблема несоответствия. Это не вина одного человека, но факт остаётся фактом — Сону превратил остальных в подтанцовку.       

***

      Напряжённое ожидание сковало двенадцать человек, сидящих перед огромными экранами по обе стороны от яйца. Огонь, что горел в их венах во время выступления, теперь медленно тлел, пепел отдавал привкусом горечи и страха. Жёсткий механический голос одним словом определит их судьбу, поэтому каждый чувствовал нарастающую тревогу неизвестности.       Сону по привычке принял расслабленную позу, но, посмотрев по сторонам, понял, что его настроение выбивается из общей картины. С неловкой улыбкой он свёл колени вместе, сложил руки сверху и поджал рот. Он знал, что так выглядит очень жалобно, почти как кот из Шрека.       Хотя кого он пытается обмануть? Сону никогда в жизни не приходилось сдерживать себя, поэтому и здесь, даже под угрозой смерти в случае выбывания из проекта, он не смог сыграть роль примерного послушного стажёра. В чём смысл существования, если ради этого придётся притворяться кем-то другим? Уж лучше сразу умереть, чем вгонять себя в рамки.       «Ничего, если зрителям или судьям что-то не понравится, я просто сожгу это здание к чёрту, и тогда вообще никто не дебютирует».       Видимо, уровень кровожадности превысил норму — перед глазами внезапно появилось мигающее кроваво-красным системное окно с восклицательным знаком. От неожиданности Сону вздрогнул.        Внимание! Обнаружено аномальное состояние! Система выносит предупреждению игроку Ким Сону. Вы получаете дебафф «Агрессивное поведение» — 10 к Танцам — 10 к Вокалу — 10 к Внешности — 10 к Харизме Время действия: 36 часов Внимание! В период действия дебаффа навыки будут заблокированы.       Сону несколько минут безэмоционально смотрел в пустоту.       — Хён, ты переживаешь? — Чонвон сидел сбоку, отвоевав это место в глупой и странной борьбе с Джэбомом. Его голос донёсся до слуха как сквозь вату. — Хён? Сону-хён, ты как-то странно выглядишь. Всё в порядке?       «Всё супер. Просто хочется придушить кого-нибудь».       Неестественно улыбнувшись, Сону механически повернул голову в сторону обеспокоенного Чонвона и кивнул. Тот явно сомневался в его искренности и собирался закидать вопросами, как на экране появилась таблица исключения.       Все тут же сосредоточились, времени злиться не осталось. Сону решительно задвинул гнев на систему подальше и приготовился внимать.       Когда объявили анонимные индивидуальные результаты, энтузиазм стажёров резко повысился. Унылое настроение как ветром сдуло. Насколько поняли бывшие GROUNDеры, нынешние баллы значительно отличались от полученных за первый тест. И отличались в положительную сторону.       Самая высокая оценка — 88 — горела призывно на фоне остальных, не сильно далеко ушедших от неё. А командный балл порадовал ещё больше, хотя, конечно, до идеала дойти не удалось, по крайней мере в этот раз число выбывших уменьшилось до четырёх.       — Восемьдесят баллов, — пробормотал Хисын с воодушевлённым выражением лица. — В прошлый раз мы получили пятьдесят девять, прогресс хороший.       — Сейчас мы покажем шесть лучших результатов жителей I-LAND, — механический мужской голос прервал обсуждения, и все снова напряглись в ожидании. Сону же поспешно достал карманное зеркальце, беспокоясь, что из-за дебаффа пострадало его красивое лицо. Он поправил чёлку, протёр под глазами и недовольно надулся, замечая следы сухости в районе носогубных складок, на ноздрях и лёгкую желтизну кожи, словно он неделю питался одним фастфудом и запивал литрами колы. Чёрт, только за это он никогда не простит Систему.       На экранах по три в ряд появились безликие рамки с оценками под ними. Не успели парни сориентироваться, как от меньшего к большему, начали вскрываться личности шестерых счастливчиков.       EJ получил 72 балла. За ним Та-ки с 75, Сонхун с 80. С каждым обнародованным результатом экспрессивная реакция стажёров усиливалась, возгласы одобрения и радости раздавались со всех сторон, пусть даже их самих на экране не было.       — В прошлый раз 75 баллов было самым высоким результатом, — сказал Чонвон, пока Сонхун от счастья улыбался так, что впору беспокоиться за целостность его лица.       Сону удовлетворённо хлопал троице, ничуть не переживая, что его самого не объявили. Во-первых, есть ещё три места, а во-вторых, он рассчитывал на отличное зрение и благоразумие судей, поэтому вероятность, что ему дадут столь низкий балл, должна стремиться к нулю.       — Ого! — закричал Чонвон и потянулся то ли похлопать его по плечу, то ли схватить за руку.       В ту же секунду по телу пробежалась дрожь, а перед ним снова появилось системное окно.        Второстепенный квест «Burn the stage» успешно выполнен! Хотя до Пак Чимина вам ещё как пешком до Китая, вы на удивление справились. Продолжайте в том же духе, и однажды станете мировой звездой! Главное, не свернуть на путь Олли Нью-Йорка. +900 к Опыту +700 к Репутации +6 свободных очков +3 к Харизме +3 к Вокалу       Привычно проигнорировав колкий комментарий Системы, Сону пробежался взглядом по наградам.       «Хм, за первый тест я получил меньше. Вполне логично, чем выше уровень, тем сложнее испытания, чем сложнее испытания, тем ценнее приз».       Его индивидуальная оценка составила 81 балл, в таблице лидеров он занял третье место после Хисына и К, получившего уникальную возможность спасти игрока от исключения. Радостный ажиотаж стих после очередного напоминания о скором уходе четырёх стажёров. С одной стороны крутая возможность, а с другой всегда есть вероятность, что заменой может оказаться сам владелец карты, который уже потратил единственный шанс остаться и своими руками отправил себя в GROUND. На месте К Сону бы дважды подумал прежде чем вмешиваться.       Но, так как его оценили всего лишь в 81 балл, подобная участь ему не грозила.       Сону сдержал раздражение. Нет, серьёзно, за краткий промежуток времени обе системы провоцировали его на конфликт. Он буквально балансировал на грани, чтобы не взорваться, только чудом сдерживая волну негативных эмоций.       — Сону-хён был великолепен.       Джэбом пришёл в пурпурную комнату к Сону и Тэёну, чтобы скоротать время, выделенное на раздумья. Пока эти двое сидели на кроватях в развалочку, Сону крутился перед зеркалом, постоянно проверяя, как он выглядит.       «Я смирился эффектами временного статуса, но, чёрт возьми, как ты смеешь трогать моё лицо? Оно стоит миллионы долларов, если с ним что-то случится из-за этого дурацкого дебаффа, я действительно разрушу это шоу!»       — Статус, — одними губами обозначил Сону. Имя: Ким Сону Возраст: 16 лет Уровень: 3 (3370/3750) Титул: Мать Тереза Статус: Дебютируй или умри (аномально) Вокал: 37 Танцы: 24 Внешность: 51 Харизма: 47 Талант: Нет (Ложь во благо) Навыки: Непослушное дитя следует наказать (ур. 1) Репутация: 2000              Чёрт, реально по десять баллов скосила! Вот же мелочная какая, не понравилось, видите ли, этой Системе, что Сону недоволен I-LANDом. Да пусть горит всё синим пламенем!..       Сону пришлось выполнить ряд дыхательных упражнений, чтобы вернуть спокойствие разуму и умиротворение душе.       Ладно, проехали. У него оставалось шесть свободных очков, но пока Сону решил сохранить их. Хотя руки чесались повысить уровень Танцев, ибо разница в навыках довольно сильно дала о себе знать во время подготовки к этой миссии, всё же он хотел сначала узнать суть третьего теста. Будет обидным потратиться не на то, что действительно окажется в приоритете.       На самом деле, его давно беспокоила странность в стате Таланта. Почему указано, что никакими талантами он не обладает, и при этом в скобках зачёркнута «Ложь во благо»? Сону врал несколько раз на дню, никогда не чурался солгать ради собственной выгоды и приукрашивал истории выдуманными деталями, если того требовала ситуация, но термин «ложь во благо» обычно используется в более благородном смысле. Когда обстоятельства загоняет героев в тупиковую ситуацию и приходится прибегать ко лжи, дабы спасти кого-то или что-то, вот тогда можно сказать, что это была ложь во благо.       Сону же врал разве что только для своего блага. Маленькая несостыковка.       — Если честно, я ожидал, что ты с Хисыном и К попадёте в топ-3, — заговорил Джэбом, когда Сону всё-таки отлип от разглядывания себя любимого и вернулся к ним. — Но меня удивил Та-ки.       — Как он набрал 75 баллов? Он даже не практиковался с нами, — тихо сказал Тэён.       Сону строго охранял свою кровать, поэтому ребята сидели на одной, не решаясь также лезть на кровать Гону, ушедшего вслед за Чонвоном.       Через некоторое время в комнату пришли Ыйджу и Та-ки. Мальчик без слов приблизился к ним, и пока Сону размышлял о голосовании, суетливо забрался к нему на колени, обнимая за талию. Сону вскинул руки, от неожиданности сбившись с мысли.       — Сону-хён, я боюсь.       Ыйджу, Джэбом и Тэён изменились в лицах, мгновенно надуваясь как гелиевые шары от сдерживаемого смеха.       Пару секунд спустя, не получив желаемых объятий, Та-ки неуверенно задрал голову, посмотрев на Сону, который пристально сверлил его тяжёлым взглядом. Его руки зависли в воздухе, губы поджаты в невыраженной эмоции, спина прямая, как будто он проглотил кол.       — Сону-хён?       — Теперь ты вспомнил, что у тебя есть хён?       Всё. Пузырь лопнул. Дружный хохот потряс комнату, до обидного поразив обоих участников неловкой сцены. Ханбин пришёл как раз, когда Сону за ухо тащил надутого Та-ки к выходу, и в шоке отпрыгнул с дороги. Они скрылись за углом, оставив Ханбина с миллионом вопросов, на которые умирающие от смеха парни ответить не могли.       К нашёлся в компании с Сонхуном в зелёной комнате. Они разговаривали, но прервались на полуслове, стоило двери распахнуться.             

***

      — Не знаю, нужно ли мне оценивать навыки каждого участника, шарм или их личности, — Сонхун складывал одежду, так как два часа, выделенных для обдумывания, медленно подходили к концу. Скоро у этой комнаты появятся новые жители, а состав I-LAND снова изменится.       Только он начал привыкать, как всё опять перевернётся с ног на голову. Сонхун мог лишь надеяться, что в числе поднявшихся из GROUND будут Джей и Джейк. Если с первым его связывала дружба, то со вторым он нашёл неплохой коннект и был бы рад продолжить общение.       — Но если выберут Та-ки, тогда я не знаю, что делать.       — Если его выберут независимо от твоего выбора?       Как старший и влиятельный участник К, разумеется, рассчитывал, что к его словам будут прислушиваться. Конечно, никто в здравом уме не станет голосовать против самого К, поэтому тому нет смысла переживать и готовиться использоваться карточку исключения на себе. Сонхун, хотя и молчал о своих наблюдениях, многое замечал. В том числе и крепкую связь между японскими стажёрами, которые в случае чего готовы всегда поддержать друг друга.       К продолжил говорить о Та-ки, и Сонхун решил, что от него не убудет не голосовать против этого мальчика. Оказать услугу, о которой так явно просят, чтобы ожидать в будущем поддержку. Не то чтобы Сонхун сомневался в собственных силах, но когда ему предлагают ветвь мира, у него нет причин отказываться.       В этот момент входная дверь распахнулась. Сонхун замер.       — Посылка доставлена, — мелодичный нахальный голос прорвался сквозь сжатый воздух в помещении, мгновенно заполняя его присутствием другого человека. — Держи, К-хён! О нет, не стоит благодарности, так уж и быть для тебя бесплатно.       Ким Сону играючи толкнул Та-ки в объятия изумлённого К и с довольным видом отряхнул руки, будто завершил некую выгодную сделку. Красивое лицо с нежной светлой кожей озарилось усмешкой, глаза практически скрылись от того, как Сону щурился, становясь похожим на очень удовлетворённую лисичку.       Сонхун почувствовал, как его тело потеряло ориентацию в пространстве, руки стали лишними, ноги прилипли к полу. В голове набатом зазвучали требовательные слова: «Повторяй за мной! Скажи, что Ким Сону самый милый!»       — Та-ки так переживает из-за голосования. Мне кажется, ему жизненно необходима твоя поддержка, хён.       — Что? Та-ки, это так? Надо было сразу прийти ко мне!       — Да-да, — продолжал настойчиво вмешиваться Сону, не давая К и Та-ки договорить. Он сложил руки на груди и с надутым ртом затараторил: — У тебя же есть карточка исключения, хён. Я подумал, что ты самый авторитетный человек в I-LAND, чтобы решать такие вопросы. Давай, скажи ему, что ты спасёшь его в случае чего.       К уже держал Та-ки на руках, а тот крепко обнимал его ногами, и от того, как жёстко напирал на них Сону, старшему пришлось попятиться назад.       Он действительно милый.       Конечно, Сонхун видел Сону в режиме строгого наставника. Однажды они с Сеоном проходили мимо зала практики, который заняли бывшие GROUNDеры, и благодаря распахнутой настежь двери стали свидетелями необычной сцены. В то время, как шестеро парней приседали, Ким Сону стоял с непроницаемым холодным выражением лица перед ними и громко считал. Всякий раз, стоило кому-то замедлиться или застыть от усталости, он, как истинный дьяволёнок, начинал счёт заново.             Сеон тогда намекнул, что поведение Сону довольно дерзкое, Сонхун же промолчал. Уже после он понял, для чего нужны были эти тренировки — групповой элемент «пирамида» требовал крепких бёдер и спины, иначе конструкция бы выглядела шаткой. Многие из подопечных Сону состояли в этой связке, им так или иначе полезно немного нагрузки.       В принципе, Сонхун и без этого не считал, что Сону перебарщивает. Для него, с детства вовлечённого в мир профессионального спорта, а затем перешедшего в индустрию развлечений, само собой разумеется, что каждый стажёр должен обладать выносливостью и наработанными мышцами.       А Сону девяносто процентов времени напоминает пухлый маньтоу, поэтому ничего грубого в его действиях Сонхун не видел в принципе, чтобы обижаться или злословить за спиной.        — Я тебя услышал, Сону-я, — протянул К, подхватывая Та-ки покрепче. — Спасибо за твою заботу о нём.       Сону снисходительно кивнул, хотя сказанное явно было просто данью вежливости, и К на самом деле не знал, как ответить, чтобы не показаться грубым. Ещё одно качество в Сону, которое некоторые воспринимали превратно, это отсутствие границ. Они все проходили мини-курс, как вести себя перед камерами, как создавать медийный образ и поддерживать хорошую репутацию. В условиях постоянного мониторинга жизненно необходимо следить за тем, что ты делаешь на публике и что позволяешь себе говорить. Им предстояло стать объектами наблюдения тысяч внимательных глаз, замечающих малейшую ошибку.       Популярность пришла к Сонхуну в детстве. Помешанные на фигурном катании корейцы после успеха Ким Юны ринулись в охоту на юные таланты своей страны, образовывались целые фанклубы, стадионы заполнялись доверху, видео набирали миллионы просмотров. Но мало кто говорит об обратной стороне славы. Сонхун познал унижение и объективизацию, научился вести себя определённым образом и никогда не высказывать свои истинные мысли. При этом нельзя притворяться, фальшь обнаружат в любом случае, рано или поздно, и отдача может погубить карьеру навсегда.       Ким Сону же порой словно не осознавал того, что ждёт каждого участника шоу в будущем. Глядя на размах, потраченный бюджет, кучу спонсоров и громкое имя компании, просто невозможно, чтобы I-LAND получил низкий рейтинг. Все понимали и старались.       А Сону просто был собой. Либо не планировал дебютировать, что маловероятно, либо Сонхун не знал причину. В любом случае, что-то безумно привлекательное в таком поведении затягивало других людей на орбиту Сону.       Сонхун оставил К и Та-ки в комнате, взял собранный рюкзак и поспешил вслед за ушедшим Сону.       — Как думаешь, кто вернётся к нам из GROUND? — благодаря длинным ногам Сонхун быстро догнал того, и некоторое время они шли бок о бок в полной тишине. С каждым шагом ему становилось некомфортно от молчания спутника, который шёл с таким видом, будто ничего в мире не волновало его, и присутствие Сонхуна в том числе.       Когда Сону остановился, Сонхун уловил перемену с запозданием. На расстоянии в пару метров он в недоумении вскинул голову и встретил презрительный взгляд, от которого захотелось тут же защититься.       — Так и скажи, что считаешь Джейк-хёна милее, — процедил Сону.       Сонхун удивлённо приподнял брови, не понимая, почему опять поднялась эта тема.       — Небось ещё против меня голосовать будешь, — с осуждением продолжил Сону, его голос слегка изменил тональность, и мозг Сонхуна интерпретировал это как обиду. Он открыл рот, чтобы успокоить Сону, как всегда успокаивал Йеджи, но ему не дали этой возможности: — С моей стороны было слишком наглым ожидать, что вы оцениваете кандидатов на вылет по навыкам, верно? Иначе удивительно, как некоторые до сих пор держатся за свой стул, пока действительно талантливые и трудолюбивые люди торчат на дне. Продолжай играть в эту игру, Пак Сонхун.       «Что? Как ситуация внезапно так накалилась?!»       — Я вовсе не… Эй, подожди! Ким Сону!       Сонхун в ужасе наблюдал за молниеносным уходом Сону. На сей раз тот не дал ему шанса догнать себя, всем своим видом демонстрируя отторжение.       Но нельзя сказать, что преждевременные выводы не оскорбили его. Сонхун лишь хотел поближе пообщаться с Сону, так как ранее всю неделю они практически не виделись. Что плохого в попытке наладить контакт?       С другой стороны, ему показалось? Сону выглядел слегка нервным, словно некая тревога подгрызала его изнутри. Если подумать, то, едва попав в I-LAND, Сону выгнали большинством голосов. Десять человек оказались против него, это большая цифра. Может поэтому сейчас, когда он с трудом поднялся сюда, новое голосование беспокоило его.       Сонхун в противоречивых чувствах вышел в холл, где уже сидели почти все кроме Чонвона, К, Та-ки и Сону.       — Все уже проголосовали?       — Да, — ответил ему Хисын. — Сейчас там Чонвон.       Через несколько минут упомянутый вернулся. Судя по напряжённому лицу, выбор дался тому нелегко. Сонхун с тяжёлым сердцем направился в комнату голосования, всей душой уже ненавидя это место. Для всех стало неожиданностью, что им передадут право исключать участников, пусть их не выгоняли из шоу навсегда и был шанс подняться. Это всё равно слишком большая ответственность для стажёров.       В маленьком полутёмном помещении единственным источником освещения были два дисплея. На крупном отражались профили уже выбранных кандидатов на выбывание, на втором поменьше двенадцать карточек всех жителей I-LAND. Сколько времени ты проведёшь здесь в сомнениях, не регулировалось, поэтому и давалось два часа на раздумья.       Сонхун застыл перед экраном.       Спустя непонятное количество времени он вздохнул и один за другим выбрал четверых.       Будь, что будет, Сонхун отбросил личные привязанности в сторону, стараясь оценивать участников непредвзято и оставить тех, с кем, по его мнению, получится создать что-то новое и интересное. Тех, кто станет для него верными товарищами на пути к сцене.       Когда все проголосовали, выделенные два часа подошли к концу. Атмосфера предстоящего отсева вызывала бури в сердцах двенадцати парней. Сонхун сидел в напряжённой позе, чувствуя, как грани сиденья впиваются в его локти и бёдра, но поменять положение не мог, словно боялся спугнуть мгновения спокойствия. На самом деле, он хотел, чтобы всё побыстрее закончилось. Невыносима даже не сама процедура исключения, а ожидание.       Экраны по обе стороны яйца загорелись.       «Номинация на исключение».       Затем без перехода появилась огромная цифра «4», сменившаяся четырьмя пустыми рамками. Компьютерный голос объявил начало и первого кандидата.       — Первый участник на выбывание, получивший 9 голосов, Ким Тэён.       Сонхун с сожалением взглянул на названного. Ким Тэён всю неделю провёл в дали, ему не удалось поговорить с ним, узнать поближе, на репетиции тот тоже не особо привлекал внимание, хотя особых ошибок за ним также не наблюдалось. В этом и проблема — он средний. Поэтому он проголосовал за Тэёна, мысленно прося прощения за строгое суждение, на которое, возможно, не имел права.       — Второй участник на выбывание, получивший 8 голосов, Ханбин.       Бросив мимолётный взгляд на Ханбина, с горькой улыбкой старавшегося держать себя в руках, Сонхун отвернулся. Пока всё шло, согласно его собственному выбору. Ханбин показался ему довольно отстранённым. Во время репетиций он старался, но создавалось впечатление, что он постоянно где-то в стороне от происходящего. Будто не до конца признавал себя частью I-LAND, из-за чего не мог выложиться на максимум. Сонхун желал, чтобы его будущие товарищи всегда шли вперёд невзирая на обстоятельства.       — Третий участник на выбывание, получивший 6 голосов, Та-ки.       К с широко распахнутыми глазами резко посмотрел на Та-ки. Сонхун нахмурился.       Ради К Сонхун не стал оценивать навыки или личность Та-ки, решив уступить один раз и сохранить хорошие отношения. В любом случае, финальный состав будет определён продюсерами либо зрительским голосованием, как это обычно происходило в шоу на выживание, поэтому сегодняшний отбор не должен сильно повлиять. И, тем не менее, похоже, остальные решили иначе. Здесь Сонхун был бессилен что-то изменить. Всё остальное в руках самого К, владеющего карточкой исключения.       — Четвёртый участник, получивший 5 голосов, Ян Чонвон.       Не успели они прийти в себя после объявления Та-ки, как новый поворот встряхнул I-LANDеров.       Сонхун поджал губу, в смешанных чувствах глядя на таких же изумлённых участников. Не то чтобы они вслух договаривались не голосовать против друг друга, всё же Чонвон являлся тем человеком, против которого очень маловероятно бы кто-то выступил. Он обладал отличными танцевальными и вокальными данными, отдавал все силы на саморазвитие, у него хороший характер. Кто эти пять человек, решивших, что Чонвон не подходит для дебюта?       Возможно, из-за партии. Чонвон проиграл в борьбе за более выгодную позицию и в дальнейшем словно потерял уверенность номинировать себя, поэтому получил очень мало сценического времени. Ему не удалось показать себя.       — Четыре участника на вылет. Ким Тэён, Ханбин, Та-ки, Ян Чонвон.       Названные поднялись с мест. К бросился обнимать Та-ки, крепко прижимая того к себе. Остальные последовали его примеру, прощаясь и говоря слова поддержки друг другу. Сонхун подошёл к Чонвону, который слушал тихий шёпот Гону, и быстро обнял его.       Когда Сонхун отстранился, груз на сердце потяжелел. В попытке успокоиться, он оглянулся и увидел Сону, обнимавшего одновременно Тэёна и Ханбина, которые уткнулись лицом в его плечи и плакали. На красивом лице Сону не было слёз, но они словно застыли в глубине его светлых глаз, а может так казалось со стороны.       — Хватит, мне потом возвращать эту одежду стилистам, — проворчал Сону, и объятия распались. — Что вы ревёте, мы ещё увидимся не раз. Вместо того чтобы тратить энергию на бесполезные вещи, возьмитесь за ум. Я не хочу, чтобы вы шастали туда-сюда между I-LAND и GROUND, вы не на увеселительной прогулке. И только попробуйте там расслабиться без меня! Если я узнаю, что вы позорите меня, я надеру вам уши.       — Просто скажи, что переживаешь! Зачем так много лишних слов? — прикрикнул Тэён, сконфуженно вытирая слёзы.       — Вот именно. Вместо утешения вдруг начал нас ругать, кто так делает вообще? — обиженно протянул Ханбин, и оба ойкнули, когда Сону щёлкнул их по лбам.       — Пришло время первому месту вынести решение, — компьютерный голос прервал прощания, и все взгляды обратились на К, который стоял с решительным видом. Сонхун нахмурился, понимая, какой выбор тот сделает. — Первое место, К, ты используешь свою карточку исключения?       — Я, — К взглянул на Та-ки, — использую её.       Никто не был удивлён. Проблема в том, что помимо Та-ки К также близко общался с Чонвоном. Вероятно, хотя выбор явно уже сделан, тому сейчас нелегко озвучить его.       — Для кого ты используешь свою карточку исключения?       — Я использую карточку, — К снова перевёл дыхание и продолжил поникшим голосом: — для Та-ки.       На экране профиль Та-ки сменился пустой рамкой, голос I-LAND официально объявил, что Та-ки остаётся, и только тогда мальчик затрясся от пережитого шока. Рюкзак сполз с плеча, он медленно шагнул назад, к выжившим в результате голосования, двигаясь как сомнамбула прямо к К. Дойдя до него, Та-ки поджал дрожащие губы и тихо пробормотал что-то на японском.       Тревога вернулась к Сонхуну, обнаружившему неприятную истину — они снова оказались на границе вылета, потому что кто-то должен заменить спасённого.       — Следующий на очереди номинант отправится в GROUND.       Сонхун сжал руку в кулак, ненавидя свою беспомощность. Они все сели на места и приготовились, секунды ожидания растянулись до бесконечности, и никто уже не знал, что будет дальше.       — За следующего участника проголосовали 4 человека, — продолжил бездушный голос. — Следующий номинант на выбывание…       Сердце Сонхуна невольно подпрыгнуло.       — Ким Сону.       Нет.       — Выбывшие участники снимают таблички с именами и немедленно отправляются в GROUND.       Нет, не может быть. Сонхун смотрел, как Ким Сону, с которым он думал наладить отношения на следующей неделе, поднимается. Сузившимися глазами тот смотрел прямо перед собой, острые черты лица, красные губы и бледная кожа делали его похожим на вампира. Сонхун всегда с трудом интерпретировал чужую мимику, но выразительная экспрессия Сону прекрасно справлялась с тем, чтобы транслировать миру то, о чём он думал. И сейчас Сону пребывал в ярости.       Вокруг него словно образовалось поле статического электричества. Сонхун хотел подойти к нему, и он заметил двинувшегося было Хисына, но их обоих остановила аура неприкасаемости вокруг Сону. Он так явно демонстрировал злость на происходящее, что страх сделать что-то не так и стать объектом этого гнева останавливал.       — Хён, — позвал Та-ки. У мальчика глаза были на мокром месте, он то и дело опускал голову и протирал щёки, К стоял рядом с ним с непроницаемым выражением лица.       Ыйджу и Джэбом обнялись с Ханбином и Тэёном по очереди, но было очевидно, что они кружились вокруг одного человека. К сожалению, Сону выглядел настолько недоступно, настолько опасно, что все ощущали неловкость. Когда Ханбин похлопал того по плечу, Сону почти мгновенно ушёл от прикосновения, и атмосфера стала ещё хуже.       — Ким Сону, подожди.       К широким шагом пересёк расстояние, останавливаясь сбоку. Сону скрестил руки на груди и смотрел куда-то вперёд, не обращая внимания ни на кого.       — Прости, Сону-я, — голос К с трудом доносился до Сонхуна сквозь разговоры других участников. — Я не хотел, чтобы так получилось. Та-ки мне словно младший брат, но я спас его не только потому, что ценю нашу дружбу. Он хорош. Мне жаль, что ты уходишь из-за моего выбора, — так как Сону не реагировал, К прикусил губу и развернул того лицом к себе, — Сону-я, я правда сожалею…       — Мне больно, можешь отпустить?       Сонхун автоматически двинулся к ним, с каждым шагом беспокойство поднималось от солнечного сплетения вверх, перехватывая горло — Сону, вынужденный разговаривать с К, задрав голову, выглядел бледнее обычного. Полные цвета губы посинели, а под глазами образовались тёмные круги. Сонхун мог поклясться, что Сону был совершенно здоров несколько минут назад.       Прежде чем он вмешался или сделал что-то иное, Чонвон появился рядом.       — К-хён, — он с предупреждением посмотрел на старшего, и тот отшатнулся, затем Чонвон закрыл собой Сону, не давая больше Сонхуну увидеть его. — Мы обязательно вернёмся, поэтому не нужно расстраиваться. Увидимся позже, хён.       Выбывших участников пригласили войти в крутящееся яйцо, чтобы отправиться в GROUND. Те, кто избежал исключения, столпились перед ступеньками, изо всех сил крича слова поддержки и скорой встречи, кто-то махал руками, кто-то вытирал слёзы. Сонхун же не знал, что чувствовать, едва осознавая факт ухода Сону. В этот раз он не голосовал против него, но снова наблюдал за исчезающей прямой спиной.       До самого конца Сону так и не повернулся к ним.

***

      Конечно, Рики рассчитывал, что его выберут. Кто бы на его месте думал иначе?       С самого начала он попал в I-LAND не за красивые глазки, он знал, что невероятно талантлив, а потому считал, что имеет право быть на вершине. Нужно лишь доказать это судьям и завоевать любовь зрителей. Со вторым проблем тоже не намечалось, он с детства находился в центре любой компании, с ним всегда хотели познакомиться, подружиться, в танцевальной студии его родителей Рики любили за талант и просто так.       Но перед мысленным взором стояли спины уходящих участников, выбранных чтобы подняться в I-LAND, в то время как он сам стоял позади.       Всё пошло наперекосяк с первой недели.       Провалы один за другим и сегодняшний результат окончательно разбили его. Рики даже на экран, куда вывели условия третьего теста, смотрел без эмоций и интереса. Какая разница, если, похоже, что он не подходит для дебюта? Он не понимал, в чём причина. Это потому что он японец? Или потому что пожадничал и взял больше, чем смог переварить? Может причина в потере доверия наставников? Что Ни-ки сделал не так, раз в очередной раз получил в ответ на усилия только отвержение?       — «Представители юнита», — прочитал вслух Ким, кажется, Тэён.       — «Представители юнита»? — повторил Юнвон. — Что это значит?       — Мы поделимся на юниты? — предположил высокий Даниэль, в растерянности ероша волосы.       — В этой миссии жители I-LAND и GROUND выпустят своих представителей для демонстрации своих умений в танцах и вокале.       Со всех сторон раздались восторженные крики, что невольно пробудило Ни-ки из потерянного состояния. Он по-новому взглянул на информацию на мониторе, благо, дублируемую на японском и английском для удобства. Когда условия миссии обработались его мозгом, Рики взволнованно шагнул вперёд, боясь упустить что-то важное.       Танцевальный юнит! Если есть ещё и вокальный, то это значит, что скорее всего танцорам не придётся петь!       — В юниты войдут, — продолжат рассказывать записанный компьютерный голос, — два вокалиста и три танцора. Остальные участники не будут выступать на сцене.       Рики даже не заметил последнюю фразу, точнее сразу же вычеркнул её из своей жизни, полностью сосредоточившись на словах «три танцора». Три. Три танцора. Он точно войдёт в их число, чёрт, он же помогал GROUNDерам освоить хореографию «Fire», он знает, насколько хорош каждый из них! А среди новоприбывших разве что Ян Чонвон неплох… но остальных стоит проверить. Хотя они видели друг друга на вступительном испытании, всё же тщательно отрепетированный танец отличается от реального уровня человека.       — Общее количество очков каждого этапа определит победу или поражение. Если GROUND победит, то 6 участников I-LAND будут исключены. Если победит I-LAND, то отсева не будет.       — Что?       — 6 человек исключат.       — Нам нужно победить, иначе дорога в I-LAND будет закрыта.       — Но представители…       — Это большая ответственность.       Рики сжал руки в кулак. Ответственность, снова ответственность. Но в этот раз должно быть проще, ему не нужно петь, достаточно лишь делать то, к чему душа лежала с детства, то, ради чего он перелетел океан и бросился в мутный омут с головой.       — У нас есть Ни-ки! — щёлкнул пальцами Даниэль, и улыбка сама собой появилась на лице Рики. Со всех сторон посыпались комплименты, кто-то похлопал его по плечам.       — Мы будем лучшими в танцах! Николас тоже с нами!       — Но дело не в этом, — несколько безнадёжно звучал голос Сончоля. — I-LANDеры просто во многом лучше нас…       Напоминание о постоянном давящем превосходстве другой стороны слегка притушило решимость. Будучи в I-LAND Рики принимал как факт, что они лучше чем те, кого отправили в GROUND, а сейчас эти слова вызывали глухое раздражение. Кто сказал, что они хуже? Чем Ни-ки хуже? Уж точно не в танцах, насчёт вокала ещё можно согласиться, он не такой тугодум, чтобы не знать свои недостатки или отрицать их.       — Что? Сончоль-а, ты снова хочешь домой?       Ни-ки и остальные замолчали. Позади всех стояли два человека. Они ранее поприветствовали друг друга, посокрушались незавидной участи исключения, а потом с объявлением четвёрки счастливчиков и новой миссии он совсем забыл о новеньких. Хотя Ким Сону, заговорившего внезапно со странной претензией хриплым скрипучим голосом, едва ли можно назвать новеньким. Он уже был в GROUND, просто сумел подняться в I-LAND, когда сам Рики попал сюда, поэтому они не пересекались.       Во время сборов на шоу все двадцать три участника успели познакомиться друг с другом, но Ни-ки в основном придерживался японцев, с которыми долго стажировался. Ким Сону запомнился довольно привлекательной внешностью, на взгляд Рики даже слишком привлекательной для мальчика.       — Разве мы не определились, что ты больше не будешь сбивать настрой остальным? — Сону протянул вопрос наполовину требовательным, наполовину шутливым тоном, но если посмотреть в его глаза, то никакого веселья не найти. По крайней мере, Ни-ки не обнаружил ни одной искорки.       — Сону-я, — растерянно позвал Сончоль и вдруг спустя несколько долгих секунд широко улыбнулся. — Тебя не было целую неделю, а теперь ты пришёл, чтобы отругать меня? Только не говори, что лишь ради этого вернулся?       — Кто-то же должен поставить тебя на место, — фыркнул Сону, его голос окончательно сел, и он замолчал.       Странным для Рики образом, конфликт потерял актуальность, так и не начавшись. Оживший экран снова привлёк внимание: объявили песню для вокального юнита.       «Save me — BTS».       Чёрт, Рики широко раскрыл глаза, глядя, как два человека в пронумерованной одежде показывают хореографию. Значит, вокалисты должны танцевать в придачу. И у этой песни очень много высоких нот, не каждый справится. Лично Ни-ки был уверен только в Хисыне и, пожалуй, Гону, но проблема как раз в них — они оба на стороне противника.       — Кто сможет взять такие высокие ноты?       — Я, — одновременно подняли руки Даниэль и Сончоль, правда второй немного неуверенно, что уже напрягало. На этого парня рассчитывать нельзя.       Рики оглянулся.       Сону казался абсолютно незаинтересованным, уделяя больше внимания своим ногтям и причёске чем миссии. Разве он не был активным в GROUND? От человека, про которого парни прожужжали ему все уши, Рики ожидал иного поведения. Хотя бы видимость, что тот слушает условия, а не беспокоится о своей внешности.       Когда на экране отобразилась хореография для танцоров, Рики стало не до него. Стажёры взбудоражено прыгали вокруг, на ходу распределяя партии, предлагая новых кандидатов и просто поддаваясь всеобщему хаосу. Настроение взлетело до потолка, мыслями Рики тоже был где-то далеко, сразу начиная придумывать движения для третьего танца, который выступающие должны поставить сами.       — Давайте определимся с представителями.       Одиннадцать человек расселись полукругом прямо на полу. Краем глаза Ни-ки заметил, как Чонвон отдал свой рюкзак, чтобы Сону сел на него, и чуть не фыркнул вслух от абсурда. Ким Сону что, принцесса, зачем столько заморочек? Все сидят, как сидят, этому подавай личное обслуживание?       После краткой заминки, когда некоторые ждали, что заговорит кто-то другой, слово взял Джэхо, который с момента показа поппури для танцевального юнита буквально подпрыгивал на месте от возбуждения.       Естественным образом, кандидатуры Ни-ки и Николаса получили одобрение. С третьим представителем танцевального юнита возникли затруднения, так как кроме упомянутых остальные находились примерно на одном уровне. Чтобы определиться, они решили, что каждый желающий выступит с фристайлом.       Джэхо вызвался первым. Не удивительно, парень изнывал от нетерпения и явного желания выступить в этом тесте.       На самом деле, Ни-ки посматривал на Ханбина. Они вместе практиковались перед I-LAND и нашли общий язык не только в общении, но и в танцах, Рики действительно наслаждался временем, которое провёл с ним и Николасом. Будет круто, если их троица снова соберётся и зажжёт сцену, ему кажется, что каждый из них на шоу вырос больше в сравнении с месяцами стажировки в компании.       Однако, Ханбин сомневался, как и всегда. Несмотря на живой нрав, почему-то старший часто позволял колебаниям одержать верх над продуктивностью. Здесь Ни-ки помочь ничем не мог, оставалось лишь наблюдать, как Джэхо радуется полученному шансу.       Проблемы принесли выборы вокалистов. Здесь Рики самоустранился, предпочитая только слушать и восхищаться наравне со всеми, ибо его собственные способности на вокальном поприще оставляли желать лучшего. Он приготовился хлопать, но хлопать оказалось некому.       Сончоль, честно говоря, еле вытягивал песню, о высоких нотах и мечтать не приходится. Ни-ки согласно кивнул, потому что это всё равно лучше чем он сам, а соревноваться за представительство в этом юните вызвались лишь двое. И вторым, к сожалению, был Даниэль, который также ничем не порадовал из-за перенапряжённого горла.       Они совершенно точно провалятся.       — Может быть кто-то ещё хочет выступить? — с надеждой спросил Джэхо, так как остальные хранили молчание. Его взгляд косился в определённую сторону, и в итоге он не сдержался: — Сону?       Да, верно. У Ким Сону хороший голос, Рики помнит его пение на вступительном тесте, когда троица выступала с «Crown». Он звучал свежо, легко и задорно, ему очень понравилось то, как Сону спел. Надежда возродилась из пепла, ведь теперь они действительно могут составить достойную конкуренцию I-LAND, хотя ему сложно представить, что кто-то одержит победу над Ли Хисыном.       Сону поднял голову, прекращая изучать рисунок пола, и обвёл воодушевлённых ребят равнодушным взглядом. Плохое предчувствие подступило к горлу, и в этот момент Сону слабым покачиванием ладони отказался.       — Сону-хён потерял голос, — объяснил Чонвон, обеспокоенно следя за Сону, словно тот был сделан из хрупкого стекла. — Подготовка к «Fire» выдалась очень тяжёлой, он теперь практически не может говорить. Он попросил передать, что не будет выступать в битве представителей.       Рики нахмурился. Вот же чёрт, и что им теперь делать?       — Тогда что насчёт тебя, Чонвон-хён? — предложил Ким Юнвон.       — Я? — почему-то сконфузился Чонвон, прижимая колени к груди и выглядя, как ребёнок, попавший на собрание взрослых. Ах да, он же впервые здесь, Рики на прошлой неделе был таким же растерянным и расстроенным из-за исключения.       Очень зря. «Save me» в его исполнении звучала гораздо лучше чем у Даниэля и Сончоля вместе взятых, поэтому, естественно, все захотели, чтобы Чонвон пел. Вторым же, по остаточному принципу, выбрали Но Сончоля, пообещавшего приложить все усилия, разбиться, но сделать как надо.       Команда танцоров репетировала у зеркала весь оставшийся вечер. Разобрав рисунок танца, прикинув важные элементы, они решили сначала побыстрее закончить с готовой хореографией и потом приступить к созданию своей. Таким образом, работа разделилась на три этапа, где последним пунктом была отработка деталей, синхронизации и выражений лиц.       Ни-ки взял на себя роль лидера, твёрдо нацелившись на победу.       Достаточно с него провалов, сейчас он ставит на кон всё и будет сражаться на полном серьёзе. С такими противниками, как К, который точно выступит представителем I-LAND, иначе нельзя.       Думая о предстоящем соревновании, Рики испытывал одновременно предвкушение и отчаянную жажду доказать кто лучший. Постоянные препятствия на пути к дебюту подрывали что-то внутри, как будто ему пытались внушить, что его судьба лежит не здесь.       Рики отказывался слушаться только потому что перед ним непробиваемые стены.       — Пс-с, возьмите.       Чимин подкрался с бутылками воды, сунул каждому в руки и тут же отбыл, двумя пальцами отдав честь. Николас с благодарностью выдул сразу половину и встряхнул волосы.       Через десять минут в той же манере приблизился Юнвон с полотенцами, предложив им вытереть пот. Ещё через полчаса появился Сончоль с ручкой и блокнотом и деловитым видом.       — Принимаю заказы на ужин! Кто что хочет?       — А? — не понял Ни-ки. — Что это значит?       — Точно, — обрадовался Джэхо, прерывавшись посреди танца и подбегая к Сончолю. — Сону-я с нами! Мы снова можем заказывать еду!       Николас выглядел столь же недоумевающим, как чувствовал себя Рики. В итоге им объяснили, что Сону каким-то невероятным образом сумел договориться со стаффом через чат-поддержку (о котором их всех предупреждали как о средстве последней надежды) и, GROUNDеры получили возможность выбирать, что будут есть на ужин. С уходом Сону те, кто пытался связаться с нуной доставки, получили холодный автоматический ответ, и шведский стол закрылся.       Рики мгновенно загорелся патриотизмом и попросил заказать японскую кухню.       — Сону-я, спасибо, что ты с нами! — Джэхо сделал большое сердце из рук, перепугав половину стажёров, от нечего делать тусующихся в зале, но подальше от репетирующих.       Ким Сону лежал на стульях, положив голову на колени Ханбина. При звуке своего имени он слегка повернул голову и кивнул, после чего вернулся к ничегонеделанию.       Ни-ки не понимал почему, но взгляд Сону, брошенный мимолётно, под полуприкрытыми веками, немного сонный и уставший, пробудил искру интереса. Он продолжил руководить подготовкой, танцевал, вкладывая максимум энергии, и нет-нет да поглядывал назад.       Правда ничего не происходило. Сону сдвинулся только один раз, когда Сончоль принёс ему блокнот и планшет. Он даже не стал переписывать, просто сфоткал и, по всей видимости, напрямую отправил в чат поддержки, затем небрежно вернул планшет. Ханбин изредка опускал голову, что-то говоря ему, в остальном они не двигались.       Джэхо продолжал отставать, и беспокойство об этом отодвинуло посторонние мысли.       На следующий день он сидел в обеденной зоне вместе с Ханбином, Николасом, Тэёном и Чимином, кусая губу и размышляя о сложившейся ситуации. Когда вопрос касается выживания, а иначе их продвижение в I-LAND не назовёшь, нельзя колебаться. Пока есть время, нужно действовать, или они потеряют шанс подняться, прогресс снова сбросится.       — Почему ты не вызвался представителем? — в итоге спросил Ни-ки, и Ханбин перестал блуждать взглядом вокруг, сосредотачиваясь на нём.       — Здесь многие очень круто танцуют.       — Я выбирал между тобой и Джэхо. Джэхо очень хорошо танцует, просто его стиль не подходит нашему. Будь мы втроём, то мы бы снова стали юнитом «Jopping», — Рики приходилось подбирать слова, чтобы выразить мысли правильно. Так как он начал изучать корейский относительно недавно, то ему всё ещё было сложно коммуницировать с другими участниками, но Ханбин тоже иностранец с такими же проблемами и никогда не осуждал его плохой уровень языка. — Я хочу послушать твои мысли.       Ханбин явно не ожидал такого поворота событий. Тэён и Чимин молча слушали, не собираясь вмешиваться, ведь дело касалось выступления танцоров. Они не выступали в третьем тесте, поэтому Рики даже не смотрел на них.       — Я хочу, чтобы ты поменялся с Джэхо, — наконец, прямо сказал Ни-ки.       — Я не могу, — отказался Ханбин, тряся головой. — Джэхо так усердно тренировался со вчерашнего дня. Как я могу сказать такое? Мысль о нём разбивает сердце.       — Тебе нужно думать о команде. Это баттл между GROUND и I-LAND.       После переговоров все GROUNDеры собрались для окончательного решения, кто будет третьим представителем танцевального юнита. По лицу Джэхо сложно понять его истинные эмоции, но очевидно, что ему не нравилось происходящее. Тем не менее он не мог сопротивляться, когда большинство хотело убедиться в навыках своих танцоров.       Как Ни-ки и думал, Ханбин был хорош. Энергия, атмосфера вокруг него, то, как Ханбин двигался, подходило команде больше чем Джэхо.       — Давайте проголосуем, — предложил Чимин, взявший на себя роль распорядителя.       Ни-ки вытер потную ладошку об трико и шмыгнул носом. Но прежде чем они начали, чей-то сиплый голос ворвался в сгущающуюся атмосферу.       — Зачем?       Пришлось напрячься и проследить за реакцией остальных, чтобы понять, кто говорит.       Ким Сону сидел у самого края полукруга, опираясь щекой в кулак, его ноги были скрещены, поза слегка сгорбленная, но взгляд своей остротой мог разрезать бумагу налету. За два дня Ни-ки впервые услышал, как он что-то сказал, и это было только одно слово.       — Мы хотим выбрать, кто лучше, — пояснил Чонвон, сидящий рядом. Похоже, что если бы не практика песни, он бы пришил себя к боку Сону и ходил бы вот так с ним везде, хотя не то чтобы Сону двигался, всё время проводя на стульях в лежачем положении. Создавалось впечатление, что он повредил не голосовые связки, а сломал конечности в нескольких местах.       — Зачем?       Повторный вопрос вызвал раздражение в душе Рики. Что значит «зачем»?! Тебе же только что ясно объяснили, неужели с первого раза сложно понять? Они тут не игры играют, а пытаются спасти положение GROUND, если не относится серьёзно, то они продуют. Каждый вкладывался в общее дело, даже те, кто останется в зрительских рядах, помогали участвующим в мелочах, то воду принесут, то плечи разомнут, то ещё что-то. Только Ким Сону вёл себя как принцесса на подушках, а теперь тормозил всех просто по причине своей прихоти.       — Хён, — тише пробормотал Чонвон и наклонился к Сону, — тебе что-то не нравится?       — Всё.       Парни растерянно переглянулись. Рики почувствовал, что краткие фразы Сону бьют по его самолюбию, будто тот целился конкретно в инициатора замены.       — Просто поменяйте, — Сону зашёлся в хриплом кашле. — Не нужно унижать Джэхо-хёна голосованием.       — Что ты сказал? — наконец, терпение Ни-ки лопнуло. Когда Сону посмотрел в ответ, он невольно поджал губы, вдруг заколебавшись, и всё же продолжил: — Мы голосуем, чтобы каждый выбрал. Речь идёт о нашем выступлении, мы будем представлять всех GROUNDеров. А о чём думаешь ты? Почему ты говоришь об унижении? Никто не хочет обидеть Джэхо, цель в том, чтобы выступали лучшие, те, кто лучше подходит по навыкам и вайбу.       — Так ты поэтому танцевал центральную партию в «Into the I-LAND»?       Чонвон, Николас и Даниэль резко напряглись.       Ни-ки замолчал. Вряд ли кто-то заметил, но он перестал дышать, атакованный столь точечно, чётко и неожиданно, что в груди сжалось сердце. В какой-то момент он словно отделился от тела, наблюдая за своим противостоянием с Ким Сону со стороны, и ясно видел, каким испуганным он выглядел.       Сону ковырнул ножом рану, которая ещё не зажила, просто забыта за неимением времени и лекарств вылечить её. Все говорили ему, что он выступил отлично, что на сцене он сиял. Ни-ки немного гордился тем, что осилил песню с такими высокими нотами, не сбился с ритма, но это было лишь самообманом.       Как никто другой, Рики знал, что первая позиция предназначалась Хисыну, а он получил её благодаря голосованию и не справился. Они набрали ничтожное количество баллов, его индивидуальная оценка казалась средней, но лишь на фоне остальных. Если смотреть критически, то очевидно, что балл слишком низкий.       Столько человек провалилось в GROUND, в том числе сам Рики.       Он вдохнул через приоткрытый рот, ощущая, как пересохли его глаза.       — Я…       Внезапно Рики понял, что все смотрят на него в ожидании реакции. Их взгляды давили, как будто он был окружён со всех сторон. Неужели Хисын-хён чувствовал себя также? Также… беззащитно.       — Я не знаю, о чём ты, — стараясь держать голову высоко, тихо сказал Рики. Громче не мог, так как в горле застрял комок, до боли сдавливая. — Мы обсуждаем не «Into the I-LAND».       — Да, — вдруг поддержал его Николас и строго посмотрел на Сону. — К чему ворошить прошлое? Мы пытаемся определить, что лучше для команды, и ты вправе высказывать своё мнение, для этого и нужно голосование. Если ты против замены Джэхо, просто проголосуй за Ханбин-хёна. Сейчас главное сосредоточиться на подготовке…       — Хорошо, — Сону говорил уже чуть легче и больше не кашлял. — Ведь именно на подготовке мы и сосредоточены в данный момент. Я услышал тебя. Продолжайте.       Спор закончился, но ни победителей, ни проигравших в нём не выявили. Даже цель этого конфликта непонятна, если только Сону не питал какую-то иррациональную неприязнь к нему.       Рики вяло проголосовал, почти не вникая в происходящее. По итогам третье место в юните перешло к Ханбину, как они и хотели, но никакой радости от этого он не чувствовал. Лишь горькое послевкусие на языке и обиду на человека, несправедливо осудившего Рики публично.       Джей-хён был абсолютно прав в своём гневе.       Ему тоже не нравится Ким Сону.