Морской дракон: Второй шанс

Алисента окунулась в горячую ванну с головой. Шум исчез. Голоса стали глухими и далёкими. В её голове, один за другим, вспыхивали образы – события последних лет, быстрые, резкие, как удары. Она и сама не могла поверить, что натворила. Что она вообще творит? Она отвернулась от своей подруги. Вышла замуж за её отца. На свадьбе Рейниры явилась в зелёном – объявив войну. Настраивала собственных сыновей против неё. Сеяла в их сердцах страх, зависть, ненависть. По глупости. По гордости. По упрямству. Она короновала своего сына – и именно из-за её второго сына разгорелась война. Её внук был убит. Её первенец… живой труп. И она сама обрекла его на это. Как и второго сына. Эймонд никогда не преклонит колено. Он скорее сгорит вместе с Вхагар, чем склонится перед Рейнирой. Она закрыла глаза. – Я ужасная мать. Эта мысль была самой тяжёлой. Все эти годы она презирала Рейниру за бастардов. Осуждала. Называла их пятном на чести дома. Но теперь… Эти «бастарды» оказались большими принцами, чем её собственные дети. В них было больше достоинства, больше верности, больше силы духа. Боги карали её. За гордыню. За слепоту. За страх. И, возможно, она заслужила всё это. Но если своим нынешним поступком она сможет хоть немного загладить вину… хоть немного… Хотя бы у Хелейны будет шанс на жизнь. Хотя бы у Дейрона будет будущее без пламени и крови. Если она сможет остановить Эймонда. Если сможет предотвратить ещё одну смерть. Она медленно открыла глаза. Алисента резко вынырнула из горячей воды, будто задыхалась. Пар заполнял купальню, густой, тяжёлый, почти удушающий. Вода стекала по её плечам, по груди, по спине – медленно, лениво, словно не желая отпускать. На мгновение ей захотелось снова опуститься под водную гладь, скрыться в тепле, раствориться и больше не вспоминать ни о войне, ни о драконах, ни о собственных ошибках. Она подошла к зеркалу. Отражение встретило её холодным взглядом. Бледное лицо. Потухшие глаза. Резко очерченные скулы. Морщины, которых не было ещё несколько лет назад. Не королева. Не благочестивая мать. Не праведница. Просто женщина, которая слишком поздно поняла цену своих решений. Алисента резко отвернулась. Она быстро оделась в тёмное платье без украшений, без намёка на прежнюю гордость. Ей позволили свободно перемещаться по замку – почти свобода, почти милость. Она могла посещать септу, сад, покои детей. Могла ездить в город в сопровождении стражи. Могла смотреть на последствия своих поступков. Она вышла из своих покоев и направилась по коридору к соседним. Совсем недавно комнаты Хелейны перенесли ближе к её собственным – под присмотром, но без решёток. Стража молча отступила, пропуская её. Алисента вошла. Хелейна сидела у окна, склонившись над вышивкой. Солнечный свет ложился на её светлые волосы, делая их почти серебряными. В руках у неё были пяльцы – чёрная нить медленно ложилась на ткань, вырисовывая силуэт дракона. На полу, рядом с ней, играл Джейхейра, расставляя деревянные фигурки. – Хелейна… – тихо произнесла Алисента. Дочь не подняла головы. – Чёрный дракон задушит зелёную змею, – спокойно сказала она, будто продолжала разговор, начатый давно. – А молодой дракон расправит крылья над пеплом. Игла двигалась ровно, без колебаний. Алисента подошла ближе. – Ты злишься на меня? – спросила она. Голос предательски дрогнул. – Моя девочка… ты злишься? Хелейна медленно подняла глаза. В них не было ни гнева, ни боли. Лишь странная, тихая ясность. – Нет, – ответила она мягко. – Я не злюсь. Пауза. – Я прощаю тебя. Эти слова ранили сильнее любого упрёка. Алисента опустилась рядом с ней, почти осторожно, словно боялась спугнуть хрупкое спокойствие дочери. – Твой брак с Эйгоном будет аннулирован, – сказала она тихо. Ни тени удивления. Ни облегчения. Хелейна вновь опустила взгляд на вышивку. Минуты тянулись в тишине. – Эйгон не будет сидеть на деревянном троне, – произнесла она спустя время. – Он больше никогда не вернётся. Алисента замерла. – Куда? – прошептала она. Игла проколола ткань. Чёрная нить затянулась вокруг зелёной. – Я хочу летать, – вдруг сказала Хелейна. Она посмотрела на мать прямо. В этом взгляде не было безумия. Только твёрдое решение. Алисента почувствовала, как сердце болезненно сжалось. – Думаю… тебе позволят, – осторожно сказала она. – Я поговорю с ними. Я попрошу. Хелейна слегка кивнула. – Молодой дракон должен подняться в небо, – добавила она тихо. Алисента посмотрела на вышивку. Чёрный дракон почти полностью оплёл зелёную змею. Стук в дверь раздался внезапно – короткий, но настойчивый. Хелейна даже не подняла головы, продолжая медленно выводить стежок за стежком. Чёрная нить туго легла поверх зелёной, словно сдавливая её. Стражник вошёл и поклонился. – Вдовствующая королева, – произнёс он почтительно, – королева Рейнира желает вас видеть. В комнате стало тише. Даже Джейхейра перестал стучать деревянным драконом по полу. Алисента медленно поднялась. Сердце отчего-то сжалось, будто она уже знала – разговор будет непростым. – Я хочу полетать, – тихо сказала Хелейна, не глядя на мать. Алисента обернулась. Свет из окна падал на лицо дочери, делая его почти прозрачным. В её голосе не было ни просьбы, ни каприза – лишь спокойная констатация желания. – Я поговорю с ней, – мягко ответила Алисента. Она кивнула – чуть заметно, но твёрдо – и вышла. Коридоры замка гудели. Слуги спешили, шептались, передавали свитки, пробегали мимо с напряжёнными лицами. Стража стояла плотнее обычного, в воздухе витало ощущение срочности. Что-то произошло. Алисента чувствовала это кожей. Когда они подошли к покоям Рейниры, стражник открыл дверь и первым вошёл внутрь. – Вдовствующая королева, – объявил он. Алисента переступила порог. И замерла. В комнате находились трое. Рейнира стояла у стола, опершись ладонями о его поверхность. Её лицо было сосредоточенным, напряжённым. Рядом – Деймон, скрестив руки на груди, словно готовый к драке даже в тишине. И третий. Он стоял чуть поодаль, в полутени. Когда дверь закрылась, мужчина повернул голову. И в этот момент мир Алисенты раскололся. Она почувствовала, как под ногами будто исчез пол. Воздух стал густым, тяжёлым, грудь сжало. Светлые волосы. Чёткий профиль. Знакомая линия подбородка. Живой. Живой. Глаза – такие же, как прежде. Только холоднее. Её губы задрожали. – Ле… – выдохнула она. – Лейнор… – наконец прошептала она. – Лейнор Веларион? Имя застряло в горле. Сердце билось так громко, что заглушало всё остальное. Мужчина сделал шаг вперёд, выходя из тени. – Полагаю, вы не ожидали меня увидеть, вдовствующая королева, – произнёс он спокойно. Этот голос. Низкий, ровный, без прежней мягкости. Она смотрела на него так, словно перед ней стоял мертвец, поднявшийся из гроба. – Ты погиб, – произнесла она почти беззвучно. Деймон усмехнулся – коротко, сухо. – Мир часто хоронит тех, кто ему мешает, – сказал он. Рейнира не сводила глаз с Алисенты. – Лейнор жив, – спокойно добавила она. – И всегда был жив. Алисента медленно покачала головой. В голове вспыхивали воспоминания: траур, чёрные ткани, перешёптывания, слухи. Всё это – ложь? – Это невозможно… – прошептала она. Лейнор подошёл ближе. Теперь между ними оставалось всего несколько шагов. – В этой войне, – тихо сказал он, – невозможное происходит слишком часто. Её взгляд скользнул по его лицу, по рукам, по дыханию, поднимающему грудь. Лейнор подошёл к ней медленно. Не торопясь. Каждый его шаг отдавался в тишине комнаты тяжёлым эхом. Он остановился так близко, что Алисента почувствовала исходящее от него тепло – живое, настоящее. Не призрак. Не видение. Живой человек. Он слегка наклонил голову, и его тень легла на её лицо. – Твой сын убил моего сына. – Голос был тихим. Почти спокойным.Но в этой тишине было больше ярости, чем в крике. Алисента ощутила, как холод прошёл по позвоночнику. В ушах зазвенело. Она знала, о ком он говорит. И знала, кто виноват. Лейнор выпрямился. Его лицо было каменным. – И он умрёт, – прошептал он. Мужчина отстранился, будто больше не желал стоять рядом. Алисента сглотнула. Горло пересохло так, словно она глотала песок. Но она заставила себя поднять подбородок. Заставила голос звучать ровно. – Вы меня вызывали? Она не могла позволить себе дрожать. Не сейчас. – Да, – ответила Рейнира. Её тон был спокойным, почти холодным. Она протянула свёрток. – Прочитай. Алисента взяла письмо. Пальцы предательски дрожали. Бумага шелестела громче, чем должна была. Она опустила взгляд. И сразу узнала почерк. Резкие, угловатые линии. Чёткие, уверенные штрихи. Эймонд. Сердце болезненно сжалось.Строки обещали земли у Оленьих Рогов. Титул лорда. Защитников. Власть. Всё – тому, кто поддержит его. Это было не просто письмо. Это был призыв к новой войне. К расширению фронта. К ещё большей крови. – Нет… – прошептала она. Она перечитала строки. Снова. Словно надеялась, что смысл изменится. – К этому я не причастна. Я не знала. Клянусь. Она подняла глаза на Рейниру. В них не было прежней гордости. Только усталость и страх. Рейнира внимательно изучала её лицо. – Мы это подозревали, – наконец сказала она. – Но факт остаётся фактом. Пауза. Тяжёлая. – Сереброкрылая пропала из драконьего логова. Слова повисли в воздухе. Глаза Алисенты расширились. – Пропала?.. – прошептала она. Деймон хмыкнул: – Драконы не пропадают просто так. Комната словно сузилась. Алисента почувствовала, как события ускользают из её рук. Она больше ничего не контролировала. Ни сыновей. Ни замок. Ни войну. – Нам нужно исключить любые утечки информации, – продолжила Рейнира. Она подошла ближе. – У нас нет другого выбора. Пока всё не закончится, ты не сможешь покидать замок. Каждое слово звучало мягко. Но в них была сталь. – Ты не сможешь контактировать ни с кем, кроме нас, Хелейны и служанки, приставленной к тебе. Рыцари будут сопровождать тебя повсюду. Алисента медленно кивнула. Её взгляд снова скользнул к Лейнору. И в этот раз она смотрела внимательнее. От прежнего Лейнора – улыбчивого, лёгкого, почти беззаботного – не осталось ничего. Перед ней стоял мужчина, переживший смерть сына. Человек, который уже принял решение. В его глазах не было сомнений. И вдруг её пронзило воспоминание. Рейнира и Сиракс , Морской Дым и … Всадник был в шлеме. Лицо скрыто. Она тогда не придала значения. Не всматривалась. Не пыталась разглядеть. Как она могла не понять? Алисента всё ещё стояла, погружённая в тяжёлые мысли, когда Рейнира внезапно произнесла: – Ты хотела ещё что-то сказать. Алисента словно вынырнула из глубины. – Да… – она на мгновение замялась. – Это касается Хелейны. Рейнира слегка приподняла бровь. Деймон наблюдал молча, скрестив руки. Лейнор стоял неподвижно, но его взгляд оставался внимательным. – Хелейна просила разрешения летать, – тихо сказала Алисента. – Она хочет снова подняться в небо. В комнате повисла короткая пауза. Рейнира перевела взгляд на Деймона. Их глаза встретились – молчаливый обмен мыслями, быстрый и понятный без слов. Затем она посмотрела на Лейнора. Тот едва заметно кивнул. Рейнира снова обратилась к Алисенте. – Она сможет летать, когда пожелает, – сказала она спокойно. – Но не одна. Алисента затаила дыхание. – В сопровождении, – продолжила Рейнира. – Джейкерис вскоре прибудет в Королевскую Гавань. Когда он прилетит, Хелейна сможет подняться в небо вместе с ним. Имя Джейкериса прозвучало чётко. Это был не только жест доброй воли – это был расчёт. Контроль. Баланс. Алисента понимала. – Благодарю, – тихо сказала она. Рейнира внимательно посмотрела на неё. – Хелейна – не мой враг. И я не намерена делать её заложницей войны из за её братьев. Слова прозвучали почти искренне. Алисента кивнула. – Она не виновата, – прошептала она. – Я знаю, – ответила Рейнира. На мгновение между ними возникло странное, почти болезненное понимание. Деймон тихо выдохнул, словно давая понять, что разговор окончен. – Стража проводит тебя. Алисента снова поклонилась – не глубоко, но достаточно. Она развернулась и направилась к двери. *** Вечером следующего дня в покоях Алисенты было необычно тихо. Сумерки мягко опускались на Красный замок. Сквозь узкие окна просачивался бледный оранжевый свет заходящего солнца, ложась длинными тенями на стены. Женщина сидела у небольшого стола, сложив руки на коленях. Она ждала, когда ей принесут ужин. Странно… но внутри неё было спокойствие. Не радость. Не облегчение. Но нечто похожее на умиротворение. Как будто после долгой бури наступила тишина. Возможно, она просто устала бояться. За день произошло слишком многое. Лейнор жив. Сереброкрылая пропала. Эймонд снова делает шаг к войне. Хелейне позволят летать. Слишком много перемен за короткое время. Она медленно выдохнула. В дверь постучали. Четыре коротких удара. Алисента подняла голову, ожидая увидеть служанку с подносом. – Войдите, – спокойно сказала она. Дверь открылась. Но это была не служанка. На пороге стояла Рейнира. Алисента замерла. Она автоматически начала подниматься. – Не нужно, – мягко сказала Рейнира, делая шаг внутрь. Дверь за ней закрылась. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. В этой тишине было столько прошлого, что воздух казался тяжёлым. – Не против, если я присоединюсь к трапезе? – спросила Рейнира. Тон её был спокойным. Почти осторожным. Алисента моргнула, словно возвращаясь в реальность. – Пожалуйста, – ответила она. Рейнира прошла к столу и села напротив. Неловкая пауза. За дверью послышались шаги, и вскоре вошла служанка с подносом. Увидев Рейниру, она на мгновение замялась, но быстро поставила приборы на двоих и поклонилась. Когда дверь вновь закрылась, они остались одни. Только тихий треск свечей и запах тёплого хлеба. Алисента налила вино – сначала Рейнире, потом себе. Их пальцы на мгновение соприкоснулись. Обе отдёрнули руки. – Ты позволила Хелейне летать, – тихо сказала Алисента. – Она не виновата в войне, – ответила Рейнира. – И я не собираюсь наказывать её за чужие решения. Алисента кивнула. – Спасибо. Рейнира внимательно посмотрела на неё: – Я пришла не только из-за Хелейны. – Тишина стала плотнее. – Я хотела знать, – продолжила она, – если бы ты могла всё изменить… ты бы изменила? Вопрос прозвучал неожиданно. Алисента опустила взгляд на тарелку. Сколько раз она задавала его самой себе? – Да, – прошептала она. – Но уже слишком поздно. Рейнира медленно выдохнула. – Возможно, – сказала она. – Но ещё не всё потеряно. Они сидели друг напротив друга – не как враги, не как подруги. Как две женщины, оказавшиеся по разные стороны огня. Алисента долго молчала. Свечи мерцали между ними, отбрасывая на стены зыбкие тени. Вино оставалось нетронутым. Рейнира уже собиралась что-то сказать, когда Алисента вдруг тихо произнесла: – Я хочу за Узкое море. Рейнира подняла взгляд. – Хочу улететь на драконе… с тобой, – продолжила Алисента, не отрывая глаз от стола. – И питаться одними тортами. Она подняла глаза. – Я серьёзно. Не шучу про торты. На мгновение повисла тишина. А затем Рейнира… улыбнулась. – Ты говоришь так, будто это какой-то сон, – тихо сказала она. В её голосе не было насмешки. Только мягкое удивление. Алисента едва заметно пожала плечами. – Возможно, так и есть. Сон, который мы упустили. Рейнира откинулась на спинку стула, задумавшись. Она посмотрела в сторону окна, за которым темнело небо. Алисента смотрела на неё внимательно. – Я хотела вернуть то время, – прошептала она. – Когда была просто леди Алисентой. Когда мы читали вместе. Когда ты смеялась, а я притворялась, что сержусь. На её губах мелькнула слабая тень улыбки. – Когда самым страшным казалось опоздать к ужину. И впервые за долгое время между ними возникло не напряжение – а тёплое воспоминание. Но оно было хрупким. Очень хрупким. Рейнира посмотрела на неё серьёзно: – Прошлого не вернуть, Алисента. – Я знаю… – тихо сказала Алисента, глядя в огонь свечи. – Но всё же… я хотела бы когда-нибудь подняться в небо с тобой. Она произнесла это без расчёта. Без политики. Без скрытого смысла. Просто – желание. Рейнира не ответила. Она лишь смотрела на Алисенту долгим, нечитаемым взглядом. В её глазах на мгновение мелькнуло что-то – воспоминание? Сожаление? – но оно тут же исчезло. Тишина повисла между ними. И в эту самую секунду в дверь постучали. Обе женщины одновременно повернули головы. – Войдите, – произнесла Рейнира уже другим голосом. Не мягким. Королевским. Дверь открылась и в комнату вошёл стражник и склонился: – Ваша светлость, принц Джейкерис прибыл из Драконьего Камня. Рейнира резко поднялась и направилась к двери.