Настроение – Север!

💥 Сложно презирать себя за слабость, когда тоска смешивается с ненавистью, с моральным двуличием, с тем, что донести до сердца совсем непросто, принять измену непросто, а объяснить такое и подавно. Реальность, порой, слишком быстро спускает с небес. И с чего вдруг всё так накатило на него вчера, Изуку не знал, не понимал, но очень хотел, чтобы это больше никогда не повторилось, и не здесь точно, в этом уютном доме, рядом с тем, кто хоть и ворчал, но добродушно принял его, научил не просто ровно стоять на ногах – на узких, скользящих двухполосных пластиковых планках, – а управлять своим телом как-то иначе, подвижнее, не страшась поступить опрометчиво, втягивая себя в новое увлечение/новый вид спорта. Изуку нравилось всё это, хоть и выглядело настоящим безумием с его стороны. Морозное утро встретило его прохладой, что стелилась по полу, касаясь его спущенных на пол ног. Изуку сидел на диване, кутаясь в одеяло, и спокойно/размеренно дышал. Тишина и умиротворение делали это утро особенным, не торопливым, не заставляющим в спешке бежать на работу или тренировку, лишь заспанно смотреть в окно, где всё замирало в преддверии рассвета. Глубоко вдохнув, Изуку бросил взгляд на камин, что золой пестрил вокруг оставшихся недогоревших угольков. Кацуки, видимо, ещё спал, и разбудить его почему-то хотелось и не хотелось одновременно. Не хватало его присутствия, его проницательного взгляда, завораживающей улыбки, скрытой за грубыми речами, действенной заботы,... но и дать ему поспать подольше тоже хотелось. Изуку ловил себя на мысли, что ему приятно находиться не просто здесь, а рядом с этим блондином. Отмахнувшись от запретных чувств и откинув одеяло в сторону, Изуку поднялся с дивана, неспеша оделся, сменив вчерашнюю водолазку на клетчатую рубашку с длинным рукавом, – единственную, что он прихватил с собой чисто случайно, помимо нижнего белья и носков, – сложил постельное бельё, оставив его на краю дивана, и, также неспеша, подошёл к камину и взял кочергу. Вчера, ведомый отвлеченными мыслями, он старательно наблюдал за действиями Кацуки, пытаясь всё запомнить. И желание повторить сейчас, сделать хоть что-то, чтобы не быть таким уж и бесполезным, грело изнутри, занимая его непрошенные мысли новыми затеями. Отодвинув наверху заслонку, открывающую трубу, Изуку вернул кочергу на место, придвинул ведро с совком поближе и присел возле камина. Вычерпывать золу, что поднималась вверх от одного только прикосновения к ней, разлетаясь мелкими серыми пищинками в стороны, было весьма сложно. Он действовал очень аккуратно, медленно зачерпывая золу совком и также медленно опуская его в ведро с крышкой. Воздух всё больше становился терпким, удушливым, наполненный запахом аммиака и древесного мускуса. Дышать становилось всё тяжелее. И, случайно вспомнив про маску, которую Кацуки использовал при этой процедуре, Изуку вдруг посмотрел по сторонам, в надежде найти её поблизости, но не обнаружив ничего похожего рядом, просто прикрыл нос и рот ладонью, чуть сщурив глаза. Он очень старался, чтобы зола не разлеталась слишком сильно, но прекрасно понимал, что влажная уборка, после его "стараний" наверняка потребуется. Вид грязного камина его бы точно не впечатлил. Изуку так увлёкся этим занятием, что не заметил, как Кацуки подошёл к нему сзади и, резко убрав его руку от лица, быстро натянул на него чёрную маску. Нет, он не испугался, просто не ожидал, машинально дёрнувшись в сторону и встревоженно взглянув на того, кто возвышался над ним, едва заметно ухмыляясь. — Чего не спишь? Замерз? – Кацуки присел рядом с парнем и оценивающе посмотрел сначала на него, потом на ведро с золой, наполненное почти до середины, а после на поверхность камина, задержав свой взгляд дольше положенного. — Не совсем. – Изуку подправил маску, смущённо глянув на блондина, и принялся вновь вычерпывать остатки золы. — Просто хотел помочь, ... тебе. — Без маски больше сюда не лезь! А то голова будет болеть, – констатировал Кацуки, потрепав парня по волосам, пристально разглядывая теперь то, что напялил на себя этот гость. — Угу, – кивнул Изуку, понимая о чём идёт речь. Он сроду ненавидел, когда голова начинала раскалываться, особенно если это происходило после одной тренировочной техники дыхания в воде, что иногда приводила к гипоксии. — И что это на тебе за ботанская вещь в тетрадную клетку? – Кацуки оттянул его за ворот рубашки и ухмыльнулся. — Ты же инструктор, а не учитель какой, или вас упорно заставляют носить что-то подобное? – ехидно спросил он, и его улыбка стала шире. Изуку закатил глаза и отстранил руку блондина от себя. — Просто схватил первое, что попалось под руку, – вздохнул он, продолжая набирать совком золу, вспоминая, как мама однажды вынудила его купить "это", аргументируя качеством ткани и необычным рисунком в тетрадную клеточку, так напоминающим школьные годы. Изуку не очень любил эти самые "школьные годы", и одевал эту рубашку только когда ездил к матери, что жила на другом конце города. Хотел таким способом немного порадовать её. Не думал, что сейчас придётся краснеть за такой выбор. — Другого всё равно ничего нет. — У меня есть,.... несколько вещей, которые точно тебе подойдут, – похвалился Кацуки, поднимаясь с колен. — И я обязательно отдам их тебе, если растопишь камин и приготовишь ещё и завтрак. Мне надо отлучиться на полчаса. – добавил он и подошёл к шкафу. — И завтрак? – оттянув маску, Изуку приподнял брови в удивлении. За полчаса он точно не успеет. Хотя, если подумать, то он постарается сделать всё возможное. — И завтрак! – открывая дверцу, кивнул ему блондин и повернулся к набитым вещами полкам. Где-то с минуту, Изуку смотрел не отрываясь за тем, как Кацуки демонстративно вытаскивал довольно интересные вещи, цветовая палитра которых вызывала много вопросов, а после быстро принялся вычерпывать остатки золы из камина. Почему-то хотелось угодить этому парню, заполучить то, располосованное по косой чёрно-ораньжевое худи с зелёными текстами в центре, вызывающее какие-то забытые чувства, эмоции, что когда-то были ведомы его сознанию, но поутихли со временем. Что-то смутно знакомое скребло внутри. Изуку перебирал воспоминания, но все попытки тщетно гасли, оставаясь лишь косым, ярким чёрно-оранжевым пятном. Оставив на диване несколько вещей на выбор, Кацуки всё же помог ему растопить камин, раздавая указания для начального присмотра за ним, и покинул комнату, чтобы через десять минут, полностью умытым и одетым, показаться вновь. — На завтрак делай что хочешь, но советую удивить меня, Деку! – улыбнулся он, и вышел из дома. Удивлять Изуку всегда умел, особенно своим выбором, от которого у мамы всегда стояли волосы дыбом, будь то игрушки, фильмы, передачи, спорт или профессия, а теперь ещё и поездка на лыжный курорт на другой конец страны. Уж с завтраком он точно справится. Каччан ещё и добавки попросит! Подкинув несколько поленьев в камин, мгновенно обхвативших объятия пламени, Изуку направился на кухню. Маме он обязательно позвонит чуть позже, после того, как завтрак будет готов. Очень хочется порадовать её новыми событиями в его жизни, учитывая, что настроение почти пришло в норму, и даже лучше. Он давно не чувствовал себя таким свободным и непринуждённым, затянутым в эту белоснежную атмосферу. Север и впрямь творит чудеса! Впрочем, как и холодильник Кацуки! Моргнув несколько раз, Изуку открыл дверцу пошире и сглотнул, почесав затылок. Такое разнообразие продуктов .... зимой, было внушительным. Возможно это и удивило бы его, будь он каким-нибудь гурманом изысканных блюд, но зима всегда сурова к тем, кто нуждается в более однообразной пище, богатой на источники животных белков. Поэтому, достав рыбу, яйца, помидоры, цветную капусту и сыр, Изуку принялся готовить завтрак. Он не был сторонником какой-то определённой кухни, но хотелось каких-то новых сочетаний в еде, независимо, что за оставшееся время он точно не справится, но..... постарается сделать всё по максимуму. Быстро нарезав филе из красной рыбы на тонкие и узкие полоски, Изуку выложил их на сковородку и, приправив специями, принялся обжаривать. Отдельно накромсал к нему овощное ассорти, отварные яйца и сыр, и смешал всё между собой. Кацуки задерживался и Изуку начинал немного волноваться. Понедельник стартовал для многих, как – начало рабочей недели, и рабочий график блондина, о котором следовало вообще-то спросить, обрисовывался массой вопросов, ведь собственный график имел сложный, разноплановый распорядок не только по дням, но и по часам. Хорошо, что перед отбытием он успел черкануть несколько слов своему начальству о непреднамеренном отпуске в связи с личными обстоятельствами. Далее он просто выключил телефон и убрал его в рюкзак, не желая выслушивать какие-либо комментарии в свой адрес, когда душу располосовало рваными ранами. Да и до начала соревнований ещё было время, чтобы подготовить определённый состав участников. — Пахнет вкусно! – послышался радостный голос позади и Изуку обернулся. Кацуки стоял в проходе, широко улыбаясь, разминая замёрзшие пальцы. Было трудно не заметить, что тот был без перчаток, которые, видимо, второпях забыл. — Я почти закончил. – Изуку быстро вернулся к готовке, пытаясь унять сердцебиение и скрыть довольную улыбку, что сама рисовалась на лице, при виде этого шикарного парня, чьи щёки сейчас украшал румянец, а тело так и умоляло подойти и .... обнять/согреть. Нет-нет-нет, он помотал головой, отмахиваясь от лишних мыслей. Бакуго – парень!, и этого должно быть достаточно, чтобы не смотреть на него в каком-то ином ключе. Но..... — Давай помогу, – быстро сняв куртку и тёплые брюки, Кацуки прошёл на кухню и встал позади своего гостя, заглядывая тому за плечо, едва соприкасаясь с его телом своим. — Здесь не помешает соус, – добавил он, закатывая рукава, и, через тягучее мгновение, отошёл к раковине и принялся мыть руки, оставляя Изуку с растерянными чувствами наедине, приправленными морозным дыханием на шее. От такой близости адреналин мгновенно подскочил в его крови. Он понятия не имел, что с ним творилось и почему это происходило, но желание – позволить себе больше – его не оставляло, постепенно обрастая сопутствующим влечением и каким-то странным замешательством. — Прости, я забыл спросить, когда тебе на работу? – перемешивая нарезку в салатнице, спросил Изуку, вслушиваясь в движения за спиной, боясь повернуться и выдать своё нагрянувшее стеснение. — С сегодняшнего дня я в отпуске! – самодовольно произнёс Кацуки и подошёл к холодильнику, открывая его. – Ровно на две недели! – гордо добавил он, сообщая эту шикарную новость так, будто это было событием века. — А? – удивление поползло по лицу Изуку, и он обернулся, вглядываясь в статный образ парня перед собой, что явно красовался перед ним, непроизвольно выставляя мышцы в обтянутой водолазке на показ. — Правда? – взволнованный голос дрогнул, выдавая его восторженные эмоции, что смешивались между собой, скатываясь в определения: "из-за меня", "ради меня"! — Если бы ты не припёрся на эту лыжную базу, Деку – приписанный моей заднице друг детства, – то свой отпуск я бы ещё долго не увидел! – Кацуки растянул губы в победной ухмылке, доставая из холодильника продукты для соуса, чтобы приправить им то, что этот задрот наваял в его отсутствие. Хоть всё и выглядело более-менее аппетитно. — Ты правда позволишь мне остаться?... На две недели? – Изуку вопросительно посмотрел на блондина, что встал сбоку от него, и чуточку прищурился, выискивая намёк на издевательские нотки. Трудно было поверить, что всё так благополучно складывается. Да и сам он порядком давно не отдыхал. — Только попробуй свалить, Деку, и прервать мой отпуск, и я самолично тебя найду и притащу обратно, – грозно начал Кацуки, открывая упаковку со сливками. — А в наказание, заставлю расколоть машину дров и вычистить весь снег не только вокруг дома, но и на всей территории базы. А он, к слову, идёт почти каждый день! Губы непроизвольно сложились в букву "О", вынуждая их обладателя представить эту картину перед собой. Такого отдыха на лыжном курорте пока не хотелось. Но, вот посмотреть на то, как Кацуки тащит его обратно...... — Спасибо, что разрешаете остаться, господин Бакуго, – пододвинув салатницу к парню, Изуку сложил ладони вместе и поклонился, сдерживаясь из последних сил, чтобы не засмеяться в голос. — Наглец! – Кацуки надавил рукой ему на голову, вынуждая склониться ещё ниже, слыша в ответ радостное хихиканье. Изуку был очень рад, настолько, что едва сдерживался, чтобы не наброситься на этого гостеприимного парня с объятьями. уже не в первый раз сегодня... 💥 Морозное утро. Легкое покалывание на кончиках пальцев, когда трогаешь пушистый снег, вдыхаешь прохладный морозный воздух, и настолько дышится легко, что разум очищается, забывая все насущные проблемы. Если, конечно, не вслушиваться в противоречивые возгласы и возмущения, доносящиеся с прокатной, об отсутствии лучшего инструктора и тренера по горным лыжам – Бакуго. Изуку это не волнует, и ему не стыдно, совсем! Раз Кацуки Бакуго – инструктор и тренер по горным лыжам – решил взять отпуск, то он полностью поддерживает его решение, понимая, как порой любители умело и нагло воруют выходные, не успевая всё освоить за отведённое им время, и даже не благодарят, когда ты тратишь своё собственное/драгоценное на это. Полностью смазав лыжи специальной смазкой для скольжения, по наказу Кацуки, Изуку воткнул их в сугроб рядом с лыжными палками и поднял глаза к небу. По голубому полотну короткими мазками простиралась белёсая пелена, прямо до самого горизонта, разрезая его снежными наскальными выступами в нескольких местах, пока абрикосовое солнце лениво поднималось вверх, карабкаясь по крышам домов и деревьев, покрытых снеговыми шапками. Как же всё это завораживало и восхищало, позволяя сполна насладиться этим мгновением. После звонка маме и её слов поддержки Изуку окончательно успокоился. Она хоть и переживала, но верила ему, доверяла и, как всегда, просила только быть осторожнее. Он был благодарен ей, что все расспросы они решили оставить на потом, да и особой нужды в них, мама не видела. Зачем бередить то, что больше не имело значения, особенно когда мир так велик на открытия. Открытия! – Именно это слово почему-то подходило сюда – Северу – больше всего, раскрывая не просто новые безграничные возможности и увлечения, а показывая насколько величественно суров и красив этот край! Бежать отсюда точно не хотелось, особенно после "угроз" Бакуго. "Угрозы", хах. Оглянувшись по сторонам в поисках "машины дров", Изуку ахнул. Лесовоз дров – звучало более правильно, на ту груду нераспиленных толстых брёвен, присыпанных снежным покровом, что лишь малой частью торчали из-за задней части стороны дома. Теперь злить Каччана совсем не хотелось, терпеливо продолжая дожидаться его на улице, пока тот подкидывал поленья в камин, чтобы к их возвращению дома было тепло, готовил им перекус с собой и заваривал кофе в термосе, ведь сегодня они уходили на дальний склон, что был не такой и крутой, как вчерашний, когда Изуку въехал в своего "инструктора по лыжам", но имел свои "длинные" и "поворотно-угловатые" преимущества, – Как объяснял ему Бакуго – "Для особо неосведомленных". Мороз пробирался до...... Нет, не так....... Подаренная чёрно-ораньжевая худи грела изнутри. Изуку радовался как младенец, когда Кацуки протянул её ему после завтрака, со словами: "Только сними уже эту хрень", указывая на рубашку в тетрадную клетку. Было приятно и тепло на душе от своеобразной заботы. Этот светловолосый парень умел произвести впечатление, протягивая следом ещё и новые тёплые носки. Сдержанные объятия так и грозились прорвать оборону стеснительности, являя на смену лишь благодарную улыбку. Недовольство возле прокатной так и не прекращалось. Зато собственное настроение неумолимо ползло вверх, раскрашивая веснушчатые щёки в лёгкий румянец. Изуку улыбался, сам себе, просто так, любуясь теперь маленькими серыми птичками, юрко перелетевшими с дерева на забор, смотрел на ватный дым, что столбом валил из железной трубы, разглядывал свисающие с крыши дома сосульки, что привлекали своей скользкой прозрачностью и светились переливами от солнечных лучей, и точно были лишним небезопасным украшением на сегодняшний день. Не долго думая, он сделал небольшой комок из снега и, как следует замахнувшись, бросил его в прозрачное остриё, намереваясь сбить. Недолёт. Хмыкнув себе под нос, Изуку наклонился за следующим, в этот раз крепче сжимая снег в перчатках. Мимо. Он слепил ещё один снаряд, ..... потом ещё один. Прицельное непопадание распаляло внутри настоящую бурю эмоций, соперничество с самим собой, где собственная фрустрация так и кричала – "мазила", накладывая позорный отпечаток. Вдохнув поглубже и сделав комок побольше и покрепче, Изуку замахнулся вновь. Со всей силы. Случайно поскальзывая одной ногой от резкости движения. Трудно было предугадать исход полёта, но снежный комок ловко сменил траекторию, прилетев прямо в лоб тому, кто только и успел открыть дверь на улицу. — Д Е К У !?! – зловеще протянул Кацуки, ладонью смахивая с лица остатки рассыпавшегося снега, и ошарашено разглядывая теперь затывшего в неверии паренька, что смотрел на него своими большими зелёными глазами и ..... сдерживал, ссук**, смех. — АХах, ... прости, Каччан...... – прозвучало не искренне, не слишком извинительно, но Изуку старался, отступая на шаг назад и поправляя шапку на голове. Предчувствие его никогда не подводило. Хотя, игривое настроение ведь никто не отменял,.... потихоньку склоняясь за следующим комком. — Прости, да??? – удивлённо произнёс блондин, вкладывая массу вопросительных знаков в интонацию. Этот мелкий паршивец явно предпочитал быть вываленным в сугробе. Кацуки дико ухмыльнулся, поставил небольшой походный рюкзак на крыльцо и наклонился, зачерпывая снег в ладони и комкая его как следует. — Лучше беги, Деку! — Ахахах.... Прости ещё раз, Каччан...... – оставив глупую затею с отбиванием против здешнего/неравного противника, он всё же рванул со всех ног. Бегать Изуку умел, хорошо умел, отмеряя по выходным километровые дистанции в парке, полностью освоил водный бег, ... но вот по сугробам..... Здесь он даже ноги не мог толком переставлять, зарываясь по самые коленки, перешагивая снежные заносы, массивные навалы, размахивая руками в стороны, пытаясь удержать себя от падения, и одновременно уклоняясь от летящих снежных снарядов, которые Бакуго обрушивал на него, оставаясь на изогнутой дорожке к дому. — Слыш, чемпион, пора сдаваться! – прокричал Кацуки, снова набирая снег в ладони и комкая его как можно крепче, даже не думая лезть в сугробы, намереваясь в нужный момент рвануть в обход. А пока "загнать добычу" подальше. — Нет! – запыхавшись, Изуку резко остановился и повернулся лицом к блондину. — Не выйду отсюда, пока ты действительно не простишь меня, – более искренне на этот раз произнёс он, растягивая губы в милую улыбку, и облокотился руками на колени, пытаясь отдышаться. И зачем он вообще полез в эти выматывающие, громадные сугробы..... — Я же всё равно тебя достану оттуда, Деку, и тогда тебе точно придётся вычистить весь снег во дворе, – пригрозил Кацуки, перекидывая готовый снаряд из одной ладони в другую. — Сам, как видишь, я не успеваю! – он махнул головой на своего гостя, что стоял по колено в снегу посреди его небольшого двора, проваливаясь с каждой секундой глубже. Сдаться – Изуку Мидория практически не знал этого слова, он всегда добивался своей цели, шёл до конца, боролся до победного, превзнемогая себя, не желая уступать место слабости. Но сейчас, глядя на этого шикарного блондина, на его ухмылку, его пронзительный взгляд, он готов был сдаться. Ну, и снег почистить, наверное, тоже. — Ладно, – он поднял руки вверх на уровне головы и сделал шаг навстречу. — Я сдаюсь. — Вот и умница, Деку, – Кацуки отбросил комок снега в сторону и хитро улыбнулся, дожидаясь пока этот задрот подойдёт поближе. Сияющий взгляд манил. Распалял внутри странное пламя, что щекотало бабочек внутри, расправляя их крылья. И каждый шаг становился всё более увереннее, ступая по проваленным несколькими минутами ранее следам, прямо навстречу тому, кто терпеливо ждал..... Тело среагировало само, набрасываясь с объятиями на блондина, роняя его в сугроб. Отползая под матерные крики. За ноги затаскиваясь обратно. Отмахиваясь от сыпучего сверху снега. Перекатываясь в шутливой драке..... Теперь их противостояние было на равных, под дружный хохот, что паром растворялся в морозной дымке. Пусть и длилось оно не долго, ведь дальний склон их непременно ждал. 💥 Вдоволь наигравшись, распугав любопытных пернатых с дощатого забора, и, как следует, отряхнувшись от снега, благо ткань комбинезона была полностью непромокаемая, парни двинулись по назначенному курсу, не забыв прихватить с собой рюкзак с едой, ловко закинутый сзади на плечи Бакуго. Из-за нескончаемого потока посетителей, включая местных жителей, лыжню практически не успевало заносить снегом, от того их беглый ход был достаточно быстрым. А после небольшой дыхательной разминки на пару со своим "личным инструктором", – за подобное прозвище которого кое-кто получил подзатыльник, – Изуку полностью втянулся в процесс, разгоняясь теперь с технической скоростью. И старался всё же не отставать от Бакуго, изначально пригразившего не напрягаться и не тратить силы попусту, так как обратно он его на себе тащить не собирается. Только вот одного взгляда было достаточно, чтобы не поверить в это. Изуку лично убедился в этом пару дней назад, чтобы сейчас утверждать, что Кацуки его не оставит замерзать где-то в лесу. Проверено! Но заставлять его злиться вовсе не хотелось, да и собсенные силы/выносливость пока трудно было рассчитать, он же не на открытой воде. Успел уже усвоить "урок замерзания". Повторения не надо, хватило! Лыжи скользили как по маслу. Чувство гордости распирало изнутри, в ретроспективе хвалебно поглаживая рукой блондина по шапке, и вторя его словам : "А ты не такой уж и бесполезный, Деку." Размеренный темп позволял спокойно дышать. Слабый ветер подгонял их в спину, смахивая с верхушек деревьев снежную пыль и рассеивая её по мягким сугробам. Кацуки двигался сосредоточенно, периодически менял технику ходьбы, и практически постоянно оборачивался, проверяя наличие явно зазевавшегося задрота, который, вопреки всем догадкам блондина, безустанно следовал за ним, и что более важно – большую часть пути увлеченно только на него и смотрел, анализируя, разбирая, запоминая, повторяя..... С интересом рассматривая его спортивную фигуру. Каччан ему определённо нравился. Не так, как могут нравиться парни-друзья, которых у Изуку почти никогда не было, в связи с постоянной загруженностью по учёбе и тренировкам, несколько иначе, как тот, кем он восхищался, моментами стеснительно опуская глаза. И задать вопрос о наличии девушки у такого симпатичного парня было сложно. Всё же неведенье было лучшим вариантом. Ближе к широкому склону, гордо возвышающемуся над высокими деревьями, хоть и уступающему по высоте вчерашнему, извилистая лыжня становилась более протяжённой и менее укатанной, так как не многие приезжие торопились посетить столь отдалённое от лыжной базы место, сворачивая заранее на ответвлённые пути, а местные, по разговорам Бакуго, больше предпочитали гонять на сноубордах, и возможный сход лавины их совсем не пугал. Даже наоборот, они старались иной раз вызвать её, чтобы плотно слежавшийся снег не превратился на будущий год в фирн, учитывая, что летом верхушки склонов порой и вовсе не таяли. Снежное настроение лучезарно рисовало улыбку на лице Изуку, оставляя морозно-румяные поцелуи на веснушчатых щеках, занимая все его мысли волнующим предвкушением, подкидывая воображению крутые повороты, рисуя длинный плавный спуск,... и Кацуки. Он непременно хотел взглянуть на технику катания этого тренера по горным лыжам, выслушать его советы, и попробовать превзойти свои вчерашние возможности. — Я смотрю, тебе здесь и правда нравится, да, Деку? – обернувшись, произнёс блондин, задумчиво улыбаясь и совсем немного сбавляя темп. — Ты даже не представляешь насколько, – улыбнулся он в ответ, вдыхая как можно глубже, оттаивая от такого разнообразия новых эмоций. — Я ещё ни разу не был в снежном царстве. Не знал, что зима бывает такой красивой. — С этого склона закат горит всегда по особенному. – парень остановился и, аккуратно подняв лыжную палку перед собой, чтобы не потревожить снежные шапки на деревьях, указал в сторону юго-запада. – Чуть раньше четырёх начнётся. — Мы ведь останемся посмотреть? – воодушевился Изуку, крепче сжимая свои палки в руках, и подъехал ещё ближе к блондину, как бы настоятельно требуя исполнить его только что нарисовавшуюся мечту. — Вот поэтому у нас еда с собой, – самодовольно заявил Кацуки, разворачиваясь в пол оборота, чтобы чётче видеть живое задорное лицо этого задрота, не потухшее от предательства, и ткнул большим пальцем в перчатке себе за спину. Сдерживать объятия было очень трудно, особенно тому, кто никогда так не делал, но сердце радостно трепетало от восторга, и, отбросив лыжные палки в стороны, Изуку практически въехал между лыж блондина, широко расставив руки, захватывая его в свои объятия поперёк талии. Кацуки слегка опешил от такого, но продолжил стоять безучастно, пока этот Деку чуть ли не вжимался в него сбоку, хоть и старательно удерживал мнимую дистанцию. — Извини...... – опомнившись, Изуку резко отстранился и сделал несколько шагов назад, наблюдая вопросительный взгляд напротив и загадочную улыбку на лице парня. Хмыкнув себе под нос, Бакуго вновь вернул свой взор на лыжню, прокричав напоследок "Догоняй, Деку", и поехал дальше. Утвердительно кивнув, Изуку быстро поднял лыжные палки с сугроба и практически сорвался с места, пытаясь быстро догнать того, кто уже на десяток лыжных шагов катил впереди. 💥 Склон оказался на удивление очень массивным, искусно и форменно подчеркивая свой горизонтальный размах, с ровной бровкой, справа – с длинными витиеватыми спусками, так похожими на слалом, но вместо размеченных ворот растут деревья, а чуточку левее, на более прямой поверхности – ..... — Трамплины?!? – испуганно произнёс Изуку и посмотрел на Кацуки Бакуго – тренера по горным лыжам, чей горящий вызовом взгляд так и кричал : "Ну что, слабо, Деку?"