2 die 4

Пенелопа

После ужина Хогвартс постепенно затихал. Коридоры ещё были наполнены мягким светом, ученики расходились, преподаватели исчезали в кабинетах. Я задержалась у витража с грифоном, как всегда — любила смотреть, как стекло ловит последние закатные лучи. Северус подошёл ко мне уверенно, но без резкости. Я обернулась, и улыбнулась. Не знаю, что он делает со своими учениками, что они его так боятся, но мне Снейп нравился. Не как мужчина, нет. (Ну, может совсем чуть-чуть). — Ты не на ужине? — Был. — я сконфуженно поджала губы. За всеми этими ментальными играми с Люпином и Блэком, я даже не заметила своего не друга, но приятеля. — Мне нужно поговорить с тобой. — его тон и выражение лица были такими, что я сразу подумала о плохом. Впрочем, вряд-ли Северуса можно назвать улыбчивым сверх меры. — Что-то случилось? — Я вынужден оставить патруль. К тебе приставят нового напарника. — Почему? О… это как-то связано с твоими разработками? — догадалась я и сделала шаг к мужчине, что бы можно было говорить тише. Я помнила, что это секретные данные: разработка нового состава зелья подавления магических мутаций. Экспериментальный проект, изучающий магию, которая выходит из-под контроля. У детей, у существ, у артефактов. Очевидно, Северус нашёл способ стабилизировать её, не разрушая источник. Он кивнул, а я не смогла сдержать торжествующей улыбки, искренне радуясь. — Это невероятно. Мэрлин! Я так за тебя Рада! — я почти шептала, потому что если бы говорила громче, то услышала бы вся школа. — Благодарю, Пенелопа. — он не сдержал улыбки. Я шагнула ближе и обняла его. Коротко, но с теплотой. Он ответил — неуклюже, но искренне. И в этот момент на периферии зрения я заметила движение, не похожее на обычное мельтешение спешащих в свои башни студентов. Сириус. Он проходил мимо, не прячась, не торопясь. Но его взгляд — он задержался. На нас. Я не сказала ни слова. Просто смотрела, как он идёт дальше. Но через секунду — голос в голове. — Пэни. — Да? — не задумавшись ответила. Он не обернулся. — Просто проверил, — сказал он. — Проверка пройдена, — ответила я, стараясь, чтобы это прозвучало легко. — И, Сириус, — мне показалось, он на мгновение застыл в ожидании того, что я скажу. — Завтра будет гроза. Он не ответил, но я знала — он услышал. Я смотрела ему вслед. И вдруг — будто кто-то резко распахнул окно в памяти. Всё внутри дрогнуло. Как тогда, в одиннадцать, когда он впервые улыбнулся мне на перроне. Когда я ещё не знала, что это — любовь. Но уже чувствовала, что он — что-то важное. Сейчас — то же самое. Только глубже. Острее. Словно время не стёрло его из памяти, а лишь законсервировало, чтобы вот так, совершенно внезапно, снести меня с ног. Я вздохнула. Северус стоял рядом, молча. Но я знала — он всё понял. Он всегда понимал. Он посмотрел на меня — не прямо, а как бы сквозь. И сказал тихо, почти отстранённо: — Будь осторожна, Пенелопа. Я повернулась к нему. Он не улыбался и в его взгляде не было ни укора, ни насмешки. Только знание. И, может быть, немного сожаления. — Я знаю, кто он. Лучше, чем ты когда-либо знала. Повисло молчание. Я не ответила, он и не ждал. Просто ушёл. И я осталась одна. С витражом. С памятью. С собой — той, что снова дрожит внутри, как в одиннадцать. *** Я ждала своей следующей патрульной смены с волнением, если не со страхом и шла к месту, где обычно встречалась с Северусом — у дверей в библиотеку — нервно заламывая пальцы. Было не по себе от одной мысли о том, кого ко мне могут приставить. С Северусом было так легко и даже весело! Мы могли часами дискутировать о моей истории или о его зельях, иногда отвлекаясь на нарушителей-учеников. Но никогда о личном. Мы оба знали друг о друге из прошлого, но предпочитали об этом молчать и нас обоих это вполне устраивало. А что теперь? Четыре часа слушать о мандрагорах от Стебль? Или о ретроградном юпитере от Трелони? Нет уж, увольте! Мне нравились обе эти женщины, но очень дозировано. Римус, в силу своих ликантропских особенностей был свободен от дежурств, так что увидеть у двери его я не рассчитывала. Я тяжело вздохнула, выходя из-за угла и на звук моих шагов обернулся… Сириус. Я едва не засмеялась! Графики составляет Минерва и что-то мне слабо верилось, что она нарочно поставила нас в пару, но то, что фатум сталкивает нас каждый день уже было подозрительным. — Ну привет. — сказала я, сдаваясь судьбе. — Добрый вечер. — прошелестел он своим мягким голосом. Элегантный как рояль. Так хотелось закатить глаза, но я сдержалась. — Откуда начнём? — спросил он и я явственно ощутила его напряжение, потому что и сама его испытывала. Я решительно не понимала, как себя вести, что говорить… просто кивком указала в ту сторону, где коридор уходил вдаль, к лестнице и был усыпан многочисленными нишами. Мы двинулись вперёд. Он по-щегольски запустил руки в карманы, я скрестила на груди, но не от желания защититься, скорее, просто не знала, куда их деть. Хотелось что-то сказать, но я не находила слов, думая о том, что много лет назад умерла бы, оказавшись в той ситуации, в которой оказалась сейчас. Вот он. Сириус Блэк. Идёт справа от меня, так близко, что я могу различить древесный аромат его парфюма, а если я немного сдвинусь, всего на пять дюймов, то смогу касаться его плеча своим. И он смотрит на меня! Когда думает, что я не смотрю, но я всё равно замечаю. И эта ментальная связь… Римус очень натурально сделал вид, что не знает про меня. Мы стали слышать друг друга после ночи, когда он зашёл ко мне на чай и… обратился. Зелье не сработало или что-то ещё… мозг стёр эти воспоминания, но тогда мне пришлось сделать всё, чтобы он вспомнил, кто я и не убил. Но Сириус… он знает меня три недели (школьные годы не в счёт), как это могло произойти? Мы даже не друзья. Ведь так? Я размышляла над этим уже добрых пол часа, когда Блэк на грани слышимости, словно боясь, что нас могут подслушать произнёс: — Ты была права. Я ничего не ответила, только повернулась к нему, одним взглядом требуя пояснений. — Сегодня была гроза. — он улыбнулся, как-то несмело, очевидно было, что он искал повод заговорить и этот был каким-то уж слишком нелепым. — Ах, ты об этом. — я снова уставилась в пол перед собой, не в силах выдержать его взгляд. — Мне в этом смысле можно верить больше, чем синоптикам. «Господи, какой глупый разговор…» — подумала про себя я, пряча улыбку и судорожно перебирая в голове, что бы такого нейтрального мы могли обсудить и почти придумала, как в коридоре, за нашими спинами, раздался протяжный и очень неприятный голос. — Моя дорогая скворчиха! — голос быстро приближался и сказанного им хватило, чтобы понять, что это Пивз снова решил напомнить мне о том, как меня называла вся школа. — А где твой мрачный дружок? — намёкнул он на Северуса. Я шла не обращая внимания ни на надоедливого призрака, ни на Сириуса, который, очевидно, не знал как реагировать и просто пялился на меня. — Ах! Так это же Сириус Блэк! Ты что же, зубрила в трауре, решила больше не носить камней за пазухой? — фантом мерзко захихикал, оказываясь перед нами и двигая теперь спиной вперёд. — Или хочешь выждать момент и засунуть его в шкаф для швабр, чтобы он просидел там два дня, как ты. Ну помнишь? Так смешно было! Я остановилась как вкопанная. Мне не хотелось, чтобы Сириус знал о деталях моего прошло. В конце концов, он был причиной, а не следствием и знать об этом ему было совсем не обязательно. Сириус остановился рядом, поджав губы. Ему сейчас явно было стыдно. Темнота скрыла меня, покрасневшую до кончиков волос. От стыда, от воспоминаний, от злости… — С меня достаточно. — прорычала я себе под нос, доставая из кармана юбки волшебную палочку. Мысленно я произнесла несколько заклинаний, обездвиживая Пивза, который, видимо и не ожидал, что я могу дать ему отпор. — Как ты..? Что это? — вопил призрак, не в силах пошевелиться. — Я внимательно слушала своего мрачного дружка. — с издёвкой ответила я, а затем обратилась уже к Блэку. — открой окно. Он, почему-то, решил сделать это без помощи магии, под мерзкие вопли уже понявшего, что будет дальше Пивза. Использовав заклинание рогатки, я запустила его куда-то в сторону тёмного леса, а затем с оглушительным звуком захлопнула створку окна. Если бы оно находилось пониже я бы непременно сделала это ногой. Затем, я двинулась вперёд, Сириус пошёл вслед подстраиваясь под мой темп. По его лицу было видно, что он хочет обсудить то, что услышал, а мне решительно не хотелось этого делать. Поэтому я решила сменить тему. — Ну что, тебе удалось догадаться в кого я обращаюсь? — голос мой прозвучал злостно, что впрочем не было удивительно. — Признаться честно, нет. — Блэк, слава Мэрлину, не стал акцентировать внимание на услышанном. — Ты дала слишком мало подсказок. — Ну уж нет! Подсказок было более чем достаточно. Даже Пивз, вот три минуты назад, даже тебе ещё одну. Сириус остановился, а я продолжила идти не сразу заметив его отсутствие рядом с собой. Но спустя десяток шагов я обернулась и увидела что он внимательно разглядывает меня. Сделав несколько шагов он приблизился ко мне и тусклый свет из очередного окна, возле которого мы теперь стояли, подсвечивал наши лица с одной стороны. Я дала ему возможность рассмотреть себя и в этот момент столь же внимательно глядела на него. Римус не сказал мне в кого обращается Блэк, а я почему-то была уверена, что и он захочет узнать догадалась ли я. Бесспорно гипотеза у меня была, но я решила воспользоваться этой минутной паузой чтобы попытаться найти ещё несколько лазеек. В глазах Сириуса я не видела ни одной искры озарения, а потому решила ещё немного ему помочь и склонила голову набок как птичка которая пытается что-то рассмотреть. — Ну же, всё так просто. — сказала я и про себя чертыхнулась, когда голос дрогнул, под его внимательным взглядом. — Скворчиха? — вкрадчиво спросил мужчина, полагая что это слово может меня обидеть, но я наоборот улыбнулась. Я оставила вопрос без ответа. Секунда и я кружила вокруг Блэка. — Не скворчиха. — послала я ментальное сообщение. — Соколица… — завороженно проговорил он, будто соколов не видел, и поднял руку, с раскрытой ладонью, перед собой. А я что? Я села на неё, ничуть не смущаясь в облике птицы и зачем-то клюнула его в палец острым клювом. — Ай! Больно же! — буркнул Блэк. — Ой, ладно тебе! Взмах крыльев и вот я снова стояла перед ним в своём обычном облике. – Я же сказала, всё очень просто. – сказала я и потупилась, разглядев лицо Блэка в тусклом свете. Он смотрел на меня так восхищённо, будто я обратилась не обычным степным соколом, а райской птицей, не меньше. Но затем он тряхнул головой, будто сбрасывая с себя наваждение и спросил: – А у тебя есть догадки или Люпин меня сдал? – мы снова зашагали по коридору в сторону астрономической башни, в которой так любили прятаться влюблённые. – Не сдал. Хотя я его и не спрашивала. Но, мне кажется, я поняла. – гордо вздёрнув подбородок отрапортовала я. – Интересно как? – Сириус указал мне ладонью на лестницу, приглашая подниматься первой. Что ж так даже лучше. Не хотелось видеть его лицо в момент, когда я начала говорить. – Сразу оговорюсь, что может, мне просто показалось, но… – я запнулась, не зная, что именно “но”, а затем продолжила. – Я пару раз видела, как ты принюхиваешься, будто пытаешься взять след, а недавно, в кабинете Римуса, тебе на плечо упал паук и ты дёрнулся так, как я видела дёргается только одно существо. И твой смех… – я замолчала, давая двери в башню отскрипеть, шагнула внутрь и рискнула взглянуть на Блэка. Он стоял в трёх шагах от меня и выглядел заинтересованно, а ещё так, будто ему очень хочется что-то сказать, но он позволил мне закончить. – ты смеёшься сдержанно, но иногда… – я опустила взгляд на свои туфли. Почему-то сделалось очень неловко. – иногда ты словно забываешься и из тебя вырывается смех, который некоторые назвали бы лающим. Не смогла приплести к этому всему Бродягу, но по всему выходит, что ты пёс, Блэк. – я подняла глаза и обнаружила, что расстояние между нами сократилось. – Браво, Пенелопа. – с кивком сказал Сириус. – Ты, выходит, тоже за мной наблюдала. – не вопрос. – Один-один, да? Ты ведь постоянно смотришь. – не растерялась я, хотя ощутила как щёки заливает предательский румянец. – И было бы честно, если бы ты показал мне свой облик. – Может, позже? Я не успела возразить, не успела проследить за тем, как мы оказались неприлично близко друг к другу, зато успела, как в замедленной съёмке, ощутить как губы Сириуса накрыли мои и о… мой… Мэрлин…