Forgotten pleasures

— Как насчет повторить ту ночь, которая у нас была? — говорил мужчина отвратительным голосом. Малфой. Снова Малфой. Какой у него талант появляться в самый неподходящий момент... А может и в самый подходящий? Гермиона закрыла глаза, сдерживая эмоции, которые могли бы взять и вылиться прямо на Малфоя. Не успев как следует подумать, она хриплым голосом ответила: — Я согласна. Гермиона почти почувствовала, как он расширяет глаза в удивлении, а затем усмехается. — Чудно! Жду тебя там же, грязнокровка. Гермиона вот-вот собиралась наорать на него, чтобы он перестал называть ее этим постыдным прозвищем, но он повесил трубку быстрее, чем она успела открыть рот. Зашибись, она только что по своей воле согласилась встретиться с Малфоем. С Малфоем! Что она наделала?! Стоп, а откуда у него ее номер? Гермиона захотела пробить голову ладонью, но резко вспомнила про рану и отказалась от этой затеи. Блять, ну как так? Она долго унижала себя, но от встречи так и не отказалась. Хороший секс ей сейчас не помешает. *** Ближе к вечеру Гермиона налепила на лоб небольшой пластырь, не скрывающий огромного синяка, оделась, как шлюха, и отправилась в тот дорогой, так приятно пахнувший теплом отель. На улице было сыро, каблуки приглушенно стучали по мокрым кирпичикам на тротуарах парка, а теплый плащ, надетый поверх свободной рубашки и кружевного белья, слабо защищал от промозглости лондонской погоды. Вдали лаяла чья-то собака, бездомная кошка шипела на нее в ответ, сидя на дереве. Хозяин собаки оттаскивал животное за шкирку одной рукой, а второй держал за ошейник. Гермиона смотрела в их сторону несколько секунд, пока не удостоверилась в сохранности кошки. Боже, как же ей не хватало Живоглота... Она вздохнула. Живоглота не стало пять лет тому назад, спустя год их с Роном совместной жизни. Тогда Гермиона долго плакала и упрашивала Рона завести кошку, но тот был непреклонен. "Никаких больше кошек! Я этого не вынесу, Герми" — говорил Рон, положив руку ей на плечо. — "Ты же понимаешь, да?" И она молча соглашалась с мужем... Гермиона запнулась о выступавший камушек и еле удержалась на ногах. Потому что думать надо поменьше! Внутренний голос говорил ей: "Ты развратная женщина, такие, как ты, не думают". Нахмурив брови так, что ушиб на лбу заныл, она продолжила свой путь через фонари, деревья и широкие лужи, которые приходилось обходить по краю бордюра или траве. Преодолев, как оказалось, довольно длинный парк, она вышла на улицу, где и располагался роскошный отель. Круто, сегодня у нее будет секс с видом на ночной Лондон. Впрочем, как и в ночь, которую она не запомнила. Гермиона подняла голову. Как и тогда, начинал накрапывать дождь, медленно сгущались темные тучи, закрывая еле заметные из-за обильного света звезды. Казалось, сейчас из черных облаков сложится череп, поглощающий змею, символ Пожирателей смерти. Она скрипнула зубами от мысли о том, что она прямо сейчас идет к человеку, который тоже когда-то был Пожирателем. Все-таки она ненавидела его до сих пор. Хотя и всех тех, кого она считала друзьями, Гермиона тоже теперь ненавидит. Она поморщилась. И зачем она согласилась пойти сюда, в это скрытое за роскошью бездушное место? Ради ебли? Наверное... Поразмышляв так несеколько мгновений, она дернула за ручку и вошла в здание. Внутри все, казалось, блестело: и обои цвета бледного золота, и стойка регистрации, сделанная под темный дуб, а на полу лежал бордовый ковер. Все излучало богатство, в том числе и живущие здесь люди. Она заметила выходящую из лифта слегка пожилую парочку и спешно отошла от входной двери, а затем направилась к лифту широкими шагами. Наверное, и парочка, и администратор поняли, кто она такая, и решили проигнорировать ее. Гермиона теперь не достойная внимания персона. Нажав кнопку, она обернулась на зеркало. В зеркале все еще была явно смеющаяся над ней Гермиона Грейнджер со слегка отпечатавшейся на нижнем веке тушью, пластырем над бровью и нелепым шрамом на лбу. Ужас. Она поморщилась от такого зрелища и подправила макияж. В дверь осторожно постучали. Драко Малфой, сидевший за письменным столом с книгой в руках, обернулся. Она пришла. Он хищно ухмыльнулся и пошел открывать дверь. В комнате было тепло, уютно. Обои были нежно-бежевыми в мелкий цветочек, кровать и двери все еще были из темного дуба, а ковролин темно-коричневым. Пахло теплом, табаком, чем-то деревянным, наверное, от шкафа рядом со входом и кожей. Приятный аромат. — Ты пришла, грязнокровка, — начал Малфой, облокотившись на дверной косяк. — Не называй меня так, иначе я уйду, — прошипела Гермиона и сделала шаг, Малфой послушно уступил ей дорогу. — Может, приступим к делу? — К какому делу? — Малфой издевательски приподнял брови в притворном удивлении. — Выеби меня, и я пойду отсюда. Драко усмехнулся. — Даже не останешься выкурить косячок? Я знаю, ты любишь... — Заткнись! — сквозь зубы процедила Гермиона и бросила на него гневный взгляд. Она уже жалела о том, что пришла. Малфой не торопился с ответом, а лишь глядел на нее своим малфоевским оценивающим взглядом. — Действительно одета, как шлюха... — констатировал он спустя время. — И этот пластырь на лбу... И как золотая девочка докатилась до жизни такой? — Мы трахаться будем или нет? — ее терпение было уже на исходе. Малфой только подошел к ней и осторожно коснулся ее талии. Это и было ответом.