В следующей жизни

I

На улице стояло раннее утро, но солнце уже озаряло глухие улицы города. Его яркие лучи проскальзывали между закрытыми, как казалось ночью, наглухо шторами, стараясь осветить просторную комнату. Девушка неспешно прошлась по спальне, освобождая мокрые волосы от тугой резинки, и откидывая в сторону грязную одежду. Холодные струи воды скользили по напряженным, от долгой пробежки, мышцам, охлаждая разгорячившуюся кожу. Свежесть и легкость приятно обволакивали ее тело, отчего девушка блаженно промычала.  Аккуратно застегнув черную юбку, в которую была заправлена молочного цвета блузка, девушка направилась вниз по лестнице на кухню, откуда исходил звон посуды. Во главе за большим кухонным столом сидел мужчина средних лет, который деловито почитывал утреннюю газету, одновременно покуривая одну из папирос. Рядом с ним суетилась женщина, по которой было сложно сказать, что она являлась его ровесницей.  - Доброе утро, - проговорила девушка, располагаясь слева от мужчины, что лишь кивнул на ее приветствие. Женщина что-то пробормотала и вернулась к кухонной тумбочке, наливая в кружки уже закипевшую воду. В комнате повисла тишина, которую разбавляли лишь стук использованной в готовке посуды и шелест листов газеты. Сложив руки на коленях и, держа спину ровно, словно в ней находилась железные прутья, девушка взглянула на заголовок, что был написан на английском языке. Не желая загружать свою голову ненужной информацией, она начала смотреть в сторону лестницы, на которой слышался какой-то шум. Через пару секунд появился парень, что яро старался поправить черный галстук на своей рубашке. - Доброе утро, - проговорил он и сел рядом с девушкой, слегка улыбаясь. Ответом на его приветствие послужило молчание и два кивка за обеденным столом. Женщина завершила приготовления к завтраку, расставив четыре кружки с горячим черным чаем.   В комнате шумели столовые приборы, соприкасаясь с тарелками. Будто на автомате, девушка поедала поданную ей еду. Сейчас ее разум был далеко не здесь. Предстоящий первый день в школе заставлял ее тело слегка напрячься, а отсутствие хорошего опыта в статусе новенькой, генерировать мозг различные неприятные сценарии.  - Регина, - сказал мужчина, отложив вилку в сторону и беря в руки кружку. – Это твой последний год в школе. Я жду отличных результатов к его окончанию. - Так точно, - спокойно сказала она, давно отложив приборы в сторону. - Михаил, - парень рядом с ней выпрямился и быстро сложил руки на колени. – Это твой новый учебный год. Я жду отличных результатов, особенно по физике и математике. - Есть, - он слегка опустил голову, быстро доедая свой завтрак. Это было своего рода ритуалом. Каждый новый учебный год сопровождался кратким наставлением ее отца и молчаливым соглашением матери с его словами.  Отнеся грязную посуду в раковину и поблагодарив за вкусный завтрак, Регина быстро ретировалась в свою комнату, завершая приготовления к школе. Подойдя к зеркалу, которое находилось в ванной комнате, из него на нее смотрела девушка шестнадцати лет с ясными карими глазами и светлой, почти доходящей до бледности, кожей. Давно заплетенные каштановые волосы в два колоска, открывали вид на плавные черты лица, что были разбавлены острыми контурами бровей и пухлых губ. Она хмурилась. Одна из книжных полок пустела, из-за собранных учебников, сложенных в коричневый кожаный портфель. Прихватив его по пути к выходу, она быстро осмотрела себя с ног до головы. В коридоре уже стоял Михаил, поглядывая в сторону лестницы и иногда на кухню, словно каждое действие присутствующих там людей заставляло его напрягаться. Заприметив Регину, он слегка расслабился и стал обувать черные туфли. Закрывая дверь, она попрощалась с родителями, пожелав хорошего рабочего дня, слегка подталкивая парня на улицу. - Я не хочу идти туда, - раздраженно проговорил он, когда они отошли от дома на приличное расстояние. – Снова со всеми знакомиться, находить общий язык. Не такие планы у меня были на ближайший год. - Есть решение, - спокойно сказала она, не обращая внимания на эмоциональность брата. – Прекратить во всех искать друзей. У тебя в приоритете должна быть учеба. - Тебе легко говорить. Это твой последний год в школе, - он тяжело вздохнул и покрепче схватил портфель, - а мне, дайбог, здесь учиться еще три года. Перспектива быть изгоем мне не симпатизирует. - Ты и так им станешь, когда твою фамилию произнесет учитель, - девушка ухмыльнулась и завернула за угол. – Но, если твой английский будет без акцента, то, может быть, примут хотя бы за очередного ученика иностранца.  - Спасибо за поддержку, сестренка, - он закатил глаза. – Я до сих пор не понимаю, как ты живешь без общения с другими людьми. - Говоришь так, будто я полностью абстрагирована от общества, - Регина покрепче сжала ручку портфеля.  - К этому дело и идет, - Михаил тихо посмеялся, заметив раздраженное выражение лица сестры. Здание школы было огромным, по сравнению с теми, в которых ей доводилось ранее быть. Впервые она видела школу с четырьмя этажами и, представляя, сколько людей в ней находилось, Регина слегка повела левым плечом. Ей не нравились столпотворения и шум. Что не скажешь о Михаиле, у которого, несмотря на гневную тираду об предполагаемых ужасных первых полгода, на лице игралаулыбка, а в глазах читалось явное предвкушение и интерес. Поправив железную застежку на портфеле, он быстро направился к входу в здание, оглядываясь назад и зовя девушку за собой. Не зная, какой неведомой силой владел ее брат, раз каждый раз, как ей стоило посмотреть на его счастливое лицо, ее губы расплывались в улыбке, Регина следовала за ним, иногда покачивая головой. Они успевали к началу урока. В фойе школы им пришлось разделиться: класс мальчика находился в другой стороне здания. Идея отца прийти за несколько дней до начала учебы и познакомится с новым классным руководителем и директором, теперь казалась ей отличной. Надеясь на память, она молча шла в сторону класса. Заприметив рядом с дверью уже знакомую ей женщину, Регина расплавила плечи, а ее шаги стали более точными и тихими. Взгляд, в котором проскальзывал интерес, был полностью устремлен на учителя, но это единственное, что можно было увидеть на ее лице. От внезапного появления девушки, женщина невольно вздрогнула и пробормотала что-то похожее на приветствие. Решив не затягивать с этой неловкостью, она открыла дверь, приглашая девушку следовать за ней. Вздохнув, Регина шагнула вглубь комнаты. Интерьер кабинета ни чем не отличался от тех, в которых она была. Те же деревянные парты, бежевый оттенок стен и доска, расположившаяся напротив учеников. Такие же заинтересованные взгляды, что были прикованы к ней и шепот, сопровождающиеся ухмылками. Единственное отличие – это люди, сидящие перед ней. - Доброе утро класс, - начала женщина, подходя ближе к столу и пододвигая к себе девушку. – Поздравляю всех с началом нового учебного года и желаю, вам, легкой учебы. Сейчас отложим обсуждение учебного расписания и перейдем к главному, - она указала на нее. – В нашем классе появился новый ученик. Она совсем недавно переехала с семьей в наш город. Представляю вам…эм, - женщина быстро взяла листок со стола и начала вчитываться, - Гри… Гриду… Гридуно…  - Гридунова Регина Дмитриевна, - прервала ее девушка и с явным безразличием смотрела на нее. Она прекрасно знала, что ее чистый русский язык резал уши американцам, как ей речь немцев. Ей не нужно было смотреть на класс, чтобы узнать их реакцию на ее речь и нестандартные, для них, имя и фамилию.  - Да, - учительница отложила листок и обратила все свое внимание на учеников. – Как вы могли понять, Регина – иностранка. Надеюсь на ваше понимание и теплое приветствие, - она посмотрела на нее. – Не желаешь что-нибудь сказать. - Нет. - Тогда присаживайся на свободное место. Выбора у нее особо и не было. Класс был практически забит. Единственное свободное место, которое она видела, было на последней парте возле окна, где разложился какой-то парень. Регина спокойно дошла до него, не обращая внимания на пристальные взгляды окружающих. Единственный плюс, который она видела в этом мальчишке – это явное отсутствие интереса ко всему происходящему. Видимо, сон для него был важнее.  Тихо сев на место, Регина поставила портфель около ножки парты и выпрямила спину, складывая руки на стол. Она старалась придать своим движениям естественной плавности, исключая наработанную четкость. Несмотря на явную отрешенность к новым знакомствам, но желания получить в первый же день ярлык странной иностранной девочки у нее не было. Первые пару часов были весьма раздражительны. Пока учитель объяснял нововведения в систему их образования, практически все ребята, хотя бы раз, оглядывались на нее. В том числе и ее новый сосед, который, едва проснувшись, сразу с удивлением осмотрел ее своими карими глазами.Растрепанные темно-каштановые волосы, кое-как завязанный галстук и помятая белая рубашка заставили Регину мысленно улыбнуться. Он напоминал ей Михаила, когда тот, приходя домой со школы, устало валился на кровать, а позже, в таком же виде, заходил к ней в комнату. Эта мысль позабавила ее, поэтому, поддавшись настроению, девушка смотрела на соседа с таким же удивлением. Онслегка приоткрыл, а затем закрыл рот, перенаправляя все свое внимание на женщину, которая что-то активно рассказывала.  Прозвенел звонок и в классе осталось несколько человек. Регина, убрав с плеча один из колосков, начала было вставать с места, пока не заприметила до сих пор прикованный к себе удивленный взгляд с левой стороны. Мысленно вздохнув, она села на место и протянула ему руку. - Гридунова Регина, - ее голос был спокойный, но четкость, сопровождающая каждое слово, заставило парня немного вздрогнуть. – Я – новенькая и с сегодняшнего дня сижу вместе с тобой.  - Говард Старк, - он пожал ее ладонь, скорее на автомате, нежели в действительности хотел это сделать. – Приятно познакомится.  Услышав его фамилию, Регина слегка прищурилась, но ничего не сказала, только вынула свою руку из его хватки и стала разбирать учебники. Новая система подразумевала переход учителей по классам, а не учеников, что значительно упрощало носку тяжелых учебников. Сделав все необходимое, девушка раскрыла одну из книг. Она предполагала, что ее новый сосед хотел задать ей пару вопросов.  - Слушай, - Говард всем корпусом повернулся в ее сторону и поставил один из локтей на стол, ладонью придерживая голову. – Ты русская?  - Да, - она продолжала делать вид, что внимательно читала, не выражая интереса к собеседнику. Такой вопрос сопровождал ее всю жизнь. – Какие-то проблемы?  - Никак нет, - он помотал головой. – У тебя слишком хороший английский для иностранки. - В США я нахожусь не первый день, - Регина достала карандаш и стала подчеркивать строчки, косясь на парня. Между ними повисло молчание. Решив, что на этом их знакомство завершено, Регина прикрыла книгу и взяла ее, вставая с места. Но любопытство парня было настолько велико, что он, немедля, схватил ее за запястье, потягивая его вниз. Девушка резко повернула голову, вцепившись взглядом в нахальное лицо. Но Говард лишь улыбнулся. - Слушай, - пальцы парня продолжали обвивать ее запястье, дожидаясь, когда она сядет. – А когда ты переехала сюда?  Мысленно вздохнув, девушка села на место, выдергивая из несильной хватки свою руку. - Давно, - она потерла место, где только что покоились его пальцы, тихо что-то прошептав.  - А ты одна в семье?  - Нет. - Круто, я вот единственный ребенок, - Говард пожал плечами, - брат или сестра?  - Брат. - Старший или младший?  - Младший. - О, так ты первенец, - он активно закивал, явно соглашаясь с какой-то мыслью в своей голове. – Насколько младше?  - Слушай, - Регина раздраженно скрестила руки на груди, пристально рассматривая своего собеседника. Этот разговор порядком ее утомил. – Тебе заняться нечем?  - Так заметно? – он тихо посмеялся, прикрывая глаза. Заметив нахмуренный вид девушки, почесал затылок. – Ладно, мне просто интересно узнать о тебе хоть что-то помимо твоего имени.  - С чего вдруг? – она сильнее нахмурилась. - Ты забавная.  Брови девушки слегка приподнялись, а в глазах застыл немой вопрос. Никто не называл ее забавной, даже когда она была ребенком. Регина озадаченно оглядывала Говарда,который, будто не замечая ее замешательства, продолжал мило улыбаться.  - Разве из-за этого необходимо знать, сколько лет моему брату?  - Определенно. - В этом нет смысла, - она быстро вернула своему лицу дельное безразличие, скептически оглядывая парня. Только в ее темно-карих глазах можно было увидеть зарождающийся интерес.  - В попытке разговорить такую красивую девушку, любой вопрос будет уместен, - Старк широко улыбнулся, слегка наклоняя голову в ее сторону. - Видимо, с флиртом у тебя такие же проблемы, как и в коммуникации с людьми, - Регина покачала головой. Едва прищурившись, она взглянула на окружающих ее людей. Ей не нужно было быть гением, чтобы понять, какие отношения с классом были у соседа.  Вернув свое внимание к парню, девушка продолжала смотреть на него, наблюдая, как в его глазах бушевала буря, состоящая из одних эмоций. Она не могла уловить все, но была уверена, что внутри он борется с какими-то сомнениями. Только сейчас Регина поняла, что его радужка переливается миндальным оттенком, когда солнечные лучи падали на него. - Давай общаться. В ее глазах читалось недоумение, но она продолжала искатьв его лице хотя бы маленькую тень усмешки или же подвоха. Но Говард был серьезен. На его лице не было ни улыбки, ни ухмылки, а в глазах читался явный интерес. - Зачем?  - Просто, - он пожал плечами. – Говорю же: ты забавная.  - А ты странный, - Регина с удивлением смотрела на него. Говард, на ее слова, лишь улыбнулся и потянулся за, лежащим перед ней, учебником, доставая из своего портфеля карандаш.  – В знак начала нашей дружбы, я помогу тебе с физикой. Старк был прирожденным гением, ум которого не скрывался ни перед кем. Это поняла и Регина, наблюдая, как тот, с горящими глазами, что-то активно расписывал на страницах учебника. Забрав ее книгу на все оставшиеся уроки, он, сам того не ведая, порождал в ее душе интерес к своей личности. Акт такой доброты был слегка смущающим для Регины, ведь раньше никто не проявлял такой инициативы в ее сторону.  Регина поглядывала на него, иногда хмурясь. Мозг уверял, что в его действиях скрыт иной смысл, но все ее инстинкты молчали, словно не замечали в нем никакой опасности. Он был действительно безобиден и гораздо больше, чем она представляла себе с самого начала. Старк, как раннее отметила себе девушка, имел в классе не самую лучшую репутацию, точнее ее присутствия просто не было. За все это время никто не решил обмолвиться с ним и пару слов, не говоря о нем самом. Говард продолжал тихо сидеть на своем месте, словно это единственная часть комнаты, которая его удовлетворяла. Он полностью абстрагировался от внешнего мира. Заметив полное погружение Говарда в свое дело, Регина, слегка наклонившись в его сторону, произнесла:  - Тебе нравится физика?  В ее голосе слышалось больше утверждение. Рука парня замерла, а сам перевел на нее взгляд, ища в ее глазах нечто иное, что не влезло в ее вопрос. - Очень, - он кивнул. – Мои родители инженеры и было бы странно, если бы у меня не появилась страсть к физике и математике. - Я вижу, ты хорошо ее знаешь, - Регина указала пальцем в страничку учебника, которая была наполовину исписана его ровным почерком. - Этот учебник я изучил еще в шестом классе, - парень пожал плечами и почесал затылок. – Здесь слишком обобщенная информация. Сюда не внесли даже общую суть некоторых формул и законов. Ощущение, что этот учебник писал пятиклашка. Регина внимательно слушала его, продолжая наблюдать закарандашом в его руках, который быстро перекатывался между пальцами. Он нервничал. Взглянув на его лицо, девушка заметила нетерпение в его глазах, словно она должна была проявить непонятную ей реакцию. - Ты очень умный,  - кивнув своим мыслям, произнесла девушка, начиная читать его заметки. - И все? – Говард не унимался и отодвинул книгу в сторону, стараясь привлечь внимание собеседницы. – Больше ничего не скажешь?  - А должна? – она недоуменно посмотрела на него.  - Ну, к примеру, сказать, что я слишком зациклен на учебе, что лучше бы занимался спортом, а не сидел за своими книжками, - Старк запнулся, но взгляда с нее не отвел. – Что это все равно мне не пригодится, когда я пойду в армию. Последнее слово заставило ее рефлекторно выпрямиться и расправить плечи. Она слегка склонила голову в сторону, продолжая внимательно наблюдать за ним, словно так девушка могла понять скрытый смысл его слов.  - Зачем? – ее брови сдвинулись к переносице. - Так все говорят. - Не вижу смысла, - серьезно произнесла Регина. Она знала о такой части общества, когда люди, которые не имели никаких талантов или желания что-либо делать выплескивали свои внутреннюю обиду и зависть на людей, что потенциально сильнее их. Девушка и сама с таким сталкивалась в прошлой школе. Посмотрев на него понимающим взглядом. - Почему?  - Потому что, это глупо. Весь оставшийся день они провели в молчании, иногда поглядывая друг на друга. После окончания уроков, Говард молча протянул ей учебник по физики и, не дожидаясь благодарности, быстро ретировался из кабинета, глубоко погруженный в свои мысли.  На улице ее уже ждал Михаил в сопровождении какого-то парня. Видимо, ее брат времени зря не терял и, в очередной раз, завел за один день нового друга. Тихо подойдя к ним, она положила руку на плечо своего родственника, который от такого движения вздрогнул, кладя руку на грудь. - Хватит меня так пугать! Никак не отреагировав на его комментарий, и не одарив его знакомого даже мимолетным взглядом, Регина кивнула в сторону дороги и пошла прочь, слушая, как Михаил быстро прощался с собеседником и бежал за ней.  Практически всю дорогу парень увлеченно рассказывал о своем первом дне в школе, утверждая, что он был гораздо лучше, чем в других школах. Ему повезло попасть в дружный класс, который принял его с улыбкой. Регина иногда кивала на его слова, даже улыбалась на некоторые реплики и счастливые глаза брата. Из рассказа она поняла, что тот паренек был его новым соседом по парте. - А ты? – Михаил шел впереди нее, повернувшись к дороге спиной. – Как твой день прошел?  - Как и все остальные, - она слегка пожала плечами, смотря на него. Это была чистая правда. За исключением того, что, в отличие от предыдущих годов, она первая завела диалог.  - Уверена? - на лице брата расцвела радостная улыбка, которую девушка всегда сравнивала с лучами летнего дневного солнца. Настолько она была ослепительна и тепла. - Определенно, - уголки губ девушки слегка приподнялись, но так и не смогли образовать улыбку. Регина прикусила нижнюю губу и посмотрела на небо, где не было ни облачка. В доме стояла тишина. Единственный шум доносился со второго этажа, где, судя по всему, хлопотала мама. Быстро разувшись, Регина тихо прошла в свою комнату, посмотрев на брата выразительным взглядом, намекая на быстрый уход из коридора. В ее комнате было слишком светло, отчего ее желание закрыть окно плотными шторами возрастало с каждой секундой. Смирившись с такой яркостью в спальне, Регина положила портфель на рабочий стол, что был сделан из темного дуба. Словно на автомате, она достала из шкафа аккуратно сложенные темно-зеленные штаны и такого же цвета мужскую рубашку, которая была на два размера больше ее собственного. Сняв школьную форму и аккуратно повесив ее на вешалку, девушка направилась в ванную комнату, расплетая свои колоски. Машинально умывшись и заплетя свои не длинные каштановые волосы в тугой хвост, Регина надела заранее вытащенную одежду и направилась в сторону выхода. Было так же тихо, как и несколько минут назад. Обув армейские ботинки, она продолжала стоять около двери, дожидаясь своего отца, который спокойным шагом спускался по лестнице. Стук его ног, облеченных в высокие кожаные сапоги, эхом раздавался в ее ушах. Она невольно завела руки за спину, скрещивая пальцы в замок.  - Добрый день, отец, - четко произнесла девушка, приподняв подбородок и выпрямив спину. Он лишь кивнул на ее приветствие и, когда Регина отошла в сторону, позволяя ему подойти к двери, вышел. За ним последовала и она. Дорога до заднего двора, где недалеко располагался небольшой лес, проходила в полном молчании. Быстро заскочив в кладовку и взяв необходимые вещи, ее отец остановился у начала поля, сбрасывая сумку со своего плеча. Все было как всегда. Пятнадцать кругов бега по небольшой чистой окрестности, отжимание и подтягивание на толстой ветке крепкого дерева, сопровождались счетом глубокого холодного голоса мужчины. Четкие и резкие слова на ее родном языке, после целого дня в нахождении с людьми, говорящими спокойно на английском языке, слегка резал ее слух. Словно этим, мужчина пытался вернуть ее в настоящую реальность жизни. Его взгляд пронизывал девушку с ног до головы, стараясь найти в ее движениях хоть малейший изъян. Вся его фигура сгущала окружающий его воздух строгостью, четкостью и ужасом, сгущая его около себя. - Еще раз. Голос эхом прошелся по пространству, долетая до ее ушей. Сильнее сжав кулаки, Регина вернулась в стойку и стала заново отжиматься. Она допустила ошибку при последнем подъеме. Пот скатился несколькими каплями по ее лбу, а волосы неприятно прилипали к ее шее. Казалось, что такая ежедневная нагрузка должна была натренировать ее тело и отрезать такую реакцию организма, но яркое палящее солнце делало свое дело. Она чувствовала, как ее щеки обдал румянец, а костяшки пальцев слегка покраснели. - Вольно. Рывком Регина встала по стойке смирно, смотря на своего отца. Дыхание было прерывисто, а грудь вздымалась гораздо сильнее, чем раньше. По спине пробежали капли пота. Ладони были в земле, отчего она мысленно хотела ихотряхнуть. Но приказа не последовало, приходилось смириться с таким неудобством.  - Стрельба. Взять оружие. Резко сорвавшись с места, Регина четкими шагами, сопровождающиеся симметричными им перемещениями рук, направилась, к лежащей на земле сумке. Ловкими движениями в ее руках оказался автомат. Темное дерево охлаждало ее горячие ладони, а черный металл опасно поблескивал под лучами солнца. От него веяло холодом точно так же, как от его первоначального владельца.Автомат Федорова было последним оружием, с которым ее отец сражался на поле боя. Потертое в некоторых местах дерево и несколько порезов на охлажденном стволе, невольно заставляли Регину думать о том, какие битвы пережил ее отец и это оружие. - Патроны. Девушка достала их из небольшой коробки, быстро заряжая оружие. Сегодня по плану не было разбора автомата, чему она мысленно была благодарна. Находиться под открытым солнцем еще час, она была не в силах. Оказавшись напротив очередного дерева с массивным стволом, она поставила автомат около своей ноги, продолжая держать спину прямо, а руки расположив на ширине плеч. - Поднять оружие. Она беспрекословно выполнила приказ. - Целься. Встав в нужную стойку, она прицелилась в середину ствола, крепче сжимая уже теплое основание оружия. Прикрыв один глаз, она вздохнула. - Огонь. По пространству эхом раздался звук выстрела, сопровожденный быстрым полетом пули в назначенную цель. Отдача прошлась по ее телу, отчего она немного отшатнулась, но с места не сдвинулась. По рукам пробежала небольшая дрожь, но Регина не выпустила автомат из рук, а наоборот, крепче сжала его. - Еще раз. На продолжительное время тишину разрывали лишь звуки выстрелов и громкие четкие команды мужчины. Тяжело дыша, она опустила автомат, поворачиваясь в сторону отца, который все это время находился справа от нее, наблюдая за ее действиями. Его лицо не выражало никаких эмоций, отчего девушка мысленно выдохнула. Значит, за все это время она не сделала ни одной ошибки. Услышав приказ о прекращении тренировки, Регина убрала оружие в сумку и собрала все, что осталось от недавних патронов. Напоследок она взглянула на ствол раннее обстрелянного дерева, которое сейчас было изрисовано дырами от пуль. Практически все попали прямо в цель. - Возвращаемся. Регина напоследок взглянула на небо, где уже начали сгущаться тучи. Видимо, в ближайшее время будет дождь. Девушка молча лежала на кровати, всматриваясь в потолок своей спальни. На улице была глубокая ночь, а темнота, которая ее сопровождала, окутала все пространство в комнате. За окном бушевал ливень под руку с яркой грозой, а следом за ними следовал гром. После жаркого и долгогодня ночная прохлада ощущалась как глоток чистой воды в пустыни. Девушка прикрыла глаза. Все тело неприятно ныло от дневной тренировки, а руки до сих пор потряхивало. Инициатива отца провести стрельбище на два часа сильно ударило по ее телу, с учетом того, что в последний раз в ее руках автомат находился месяц назад. Резкий стук капель об подоконник, звоном проходился по ее ушам. Но Регина не встала с места – усталость перебороло ее желание прикрыть настежь распахнутое окно. Она поморщилась. Дверь в ее спальню приоткрылась. За ней стоял парень, вжимая свою голову в плечи после очередного удара грома.  - Я могу войти? Тихий дрожащий голос заполнил комнату. Регина лишь перелезла на другую половину своей кровати и постучала по-пустому месту рядом с собой. Недолго думая, мальчик вбежал вглубь спальни, предварительно прикрыв за собой дверь, и прижался к своей сестре. Михаил с детства боялся грозы. Прикрыв его тело своим одеялом, и положив руку на его макушку, Регина стала поглаживать его, прижимаясь своей щекой к его голове.  Дрожащие пальцы рук Миши вцепились в растянутую футболку сестры, прижимаясь лбом к ее плечу. Регина чувствовала, как мальчик сильно зажмурился и уткнулся носом в ее ключицу. Его окутала слегка заметная дрожь, словно он попал под сильный проливной дождь. Взъерошивтемно-каштановые волосы брата, Регина оставила на его макушке невесомый поцелуй, и, поглаживая его спину, начала напевать незамысловатые песни на их родном языке. Несмотря на его резкое звучание, именно он являлся единственной ниточкой, что связывала детей с их Родиной, народом, домом. То, что заставляло их сердце изменить свой бушующий ритм, а встревоженную душу привести в покой. Девушка иногда забывала, что этот мальчик был еще совсем ребенком, которому приходилось быстро взрослеть в их семье. Ему всего двенадцать лет. Но в такие моменты, как сейчас, Миша превращался в маленький комочек страха, располагаясь под ее правым боком, отчего сердце девушки сжималось от боли и переживания за него. Он словно маленький котенок, что, не по своей воле, оказался на большой страшной улице.  - Регин, - голос мальчика подрагивал. Ей пришлось прислушаться. – Отец сказал, что возьмется за мои тренировки основательно, - она сильнее сжала его плечо. – Я не хочу. Я… это не мое. Мне там не место.  - Миш, - девушка выдохнула, отчего несколько прядок его волос слегка пошевелились, сжимая губы в тонкую линию. Она продолжила гладить его плечо. – Тебя это не коснется, - Регина слегка отстранилась, чтобы увидеть его глаза. На ее лице проскользнула грустная улыбка.  – Я, для этого, сделаю все возможное.

II

Ветер приятно обдувал горячую кожу, развевая темно-каштановые волосы, чтобы были собраны в тугой хвост. Город ранним осенним утром был до безумия тих. Только щебетание птиц разбавляли глухую тишину.  Уже две недели Регина бежала по одной и той же дороге, не оглядываясь по сторонам, где пейзажи сменялись одним за другим. Она чувствовала, как скопившийся пот стекал по ее разгоряченной спине, а щеки обдал яркий румянец. Утренняя пробежка всегда позволяла ей отвлечься от неприятных мыслей и позволяла едва проснувшемуся организму прийти в строй.  Она завернула в парк. Он был тихим и уютным уголком, в не менее приятном городе. Массивные деревья, словно колонны в греческой архитектуре, стояли непреклонно, заполняя собой практически все пространство парка. Только небольшое искусственное озеро напоминало, что Регина попала не в лес.  Темный асфальт сменился светлыми плитками, сливаясь с еще зеленой травой. Ее дыхание становилось тяжелым, а ноги словно заливали свинцом. Она посмотрела в сторону. Отец хотел, чтобы Регина поехала с ним в штаб. Узнала, что такое военное дело в реальности. Она нервно сглотнула. Приближалось время, когда ее относительно спокойная жизнь должна была смениться на что-то непостоянное и до ужаса опасное. Она должна была оставить семью, брата. Должна была забыть свою Родину и защищать страну, которая ее не принимала.  Ветер резко сменил свое направление, неприятно ударяя девушку в левую щеку, направляя вывалившиеся пряди прямо в глаза. Тихо выругавшись, она остановилась, вставая в поток природной стихии, одновременно поправляя непослушные волосы. Ее внимание привлек одиноко сидящий на скамейке парень, который что-то активно писал в небольшой блокнот, лежащий на левой ноге. Слегка сгорбившись, он изредка поправлял пиджак, что был,неряшливо, накинут на несильно широкие плечи. Его фигура была ей знакома.  Регина слегка поморщилась. У нее не было желания с кем-либо общаться этим утром. Особенно со своим одноклассником. Девушка специально вставала рано, зная, что на улицах маленького городка не будет не души.Потерев ладони, девушка повернулась в сторону и уже хотела побежать дальше, как вдруг ее окликнул уже знакомый голос.  - Похоже, мне не одному не спиться.  Говард прикрыл блокнот, положив в него карандаш. Его глаза с интересом изучали ее, задерживаясь на одежде. Не каждый день можно было увидеть на улице девушку, облеченную в просторные темно-зеленые штаны, белую футболку, слегка облегающую стройное тело, а ноги обутые в армейские ботинки.  Регина остановилась, медленно поворачиваясь в его сторону. Едва вздохнув, она направилась к нему, потирая еще горячие щеки.  - Доброе утро, - он ярко улыбнулся, похлопывая по месту рядом с собой.  Девушка посмотрела на него, а затем медленно села, чувствуя, как ноги неприятно заныли от такого действия. Откинувшись на спинку скамейки, Регина прикрыла глаза.  - Ты всегда так начинаешь свое утро?  Молчание послужило ему ответом. Слегка нахмурившись от солнечного света, она положила ладонь на свою мокрую макушку, позволяя Говарду увидеть ее руку, на которой были видны крепкие мышцы, закаленные тяжелыми тренировками. Чувствуя на себе пристальный взгляд, Регина медленно повернула голову в его сторону.  - Доброе.  Неловкая тишина заполнила пространство вокруг них, заставляя каждого нервно поежиться. Регине еще не доводилось общаться с людьми, находясь в таком виде, особенно с одноклассниками, которые ее довольно часто обходили стороной. Она была уверена, что, у ее соседа такой опыт также отсутствовал. Его поза выглядела довольно расслаблено, а покоившаяся теперь левая рука на спинке скамейки, слегка покачивалась, но Регина уловила едва вздервшийся кадык и быстро отведенные в противоположную от нее сторону глаза. Ее внимание привлек потрепанный временем блокнот.  - Да, - прошептала она, отрывая взгляд от предмета. – А ты нет, - Регина повторяла свой маршрут каждый день и за все это время не замечала его здесь. Прочистив горло, Старк вернул свое внимание к ней, слегка постукивая пальцами по твердой обложке блокнота.  - Тебе нравится бегать?  - А по моей одежде непонятно?  Это был действительно глупый вопрос. Даже глупец, если бы сейчас взглянул на девушку, мог высказать предположение, что на ней надета часть военной формы. Та, в которой еще зеленые солдаты ощущали на своей шкуре все прелести армейской жизни в одной из бесчисленного количества казарм. Единственное, что их отличало – это отсутствие на шеи девушки цепочки с жетоном.  - Кто служит?  - Отец, - девушка вернула свое внимание к блокноту. Он казался ей знакомым. Словно когда-то давно она видела его краем глаза. Как сейчас.  - Это блокнот моего отца,  - тихо сказал Старк, стараясь не оборвать едва образовавшуюся между ними связь. Регинеказалось, что он боялся ее спугнуть. Парень аккуратно коснулся черной обложки. – В нем он записывал все свои идеи, которые не мог воплотить в свое время.  - Записывал?  - Отец передал блокнот мне, - Говард слегка улыбнулся, - заметив, как я записывал формулы и рисовал чертежи на страницах учебника. Мне было десять.  Регина тихо посмеялась. Перед ее глазами предстала эта картина: удивленное лицо Говарда, и, его озадаченного отца. Она устало потерла шею. - Сын весь в отца? – получив в ответ кивок, девушка едва улыбнулась.  - А ты? – Регина вопросительно взглянула на него. Заметив это, парень пояснил, - папина дочка?  - Можно и так сказать. Осуждаешь?  - Почему?  - Девушкам не место в армии, - процитировала она одного из знакомых отца, скрещивая руки на груди. – Не женское это дело: держать в руках винтовку и бегать по грязи. А тренировки, - с ее губ сорвался едкий смешок, - лишают мое тело женственности, хрупкости. Ни один мужчина не возьмет меня в жены.  - Бред, - она увидела, как он качает головой.  - Так ли это? - Да. Потому что, это глупо, - его лицо озарила улыбка, а в глазах читалось понимание. Регина усмехнулась, смотря на наручные часы и вставая с насиженного места. Время близилось к шести, а это значило, что в скором времени народ выйдет из своих домов. Поведя плечами и потянувшись, она повернулась в сторону собеседника.  - До встречи в школе.  Заходя домой, девушка тихо разулась и направилась на кухню, где слышался приглушенный звук. Медленно переставляя ноги так, чтобы паркетные доски не издавали протяжный вой, она из-за угла взглянула в пространство. Девушка прошла вглубь комнаты. Около кухонного стола стоял мужчина, повернутый к ней спиной. Его массивные плечи, словно сталь, держали ровную осанку спины. Он что-то резал на деревянной дощечке. Снова аккуратный шаг, и она оказалась за его спиной. Между ними оставалось пару метров. - Слишком шумно, - девушка едва вздрогнула, - будь на моем месте твой враг, ты бы была мертва, - мужчина медленно повернул в ее сторону голову, продолжая нарезать ломтики хлеба.  - Я была аккуратна, - поведя левым плечом, Регина быстро подошла к отцу, предварительно захватив с собой вторую дощечку и острый нож. Встав около него, она взяла помидор и стала быстро его нарезать. - Ты неправильно держишь нож, - его холодный и стальной голос пронзил тяжелый воздух. Девушка невольно напряглась, - если враг нападет со спины, ты потеряешь несколько секунд, перехватывая рукоять для атаки. - Но мы же дома, - слова прозвучали тише, чем она того хотела.  - Нужно быть готовым ко всему, - его тяжелый взгляд был нацелен прямо ей в глаза. Ей хотелось спрятаться, сжаться, лишь бы не чувствовать, как отец смотрел ей в душу, выворачивая ее изнутри. – Потеряешь бдительность и получишь пулю в лоб. Регина прикусила изнутри щеку, опуская взгляд на дощечку с овощем. Перехватив рукоять ножа, она стала быстро и точно нарезать тонкие ломтики. В этом был весь ее отец. Он видел опасность во всем, всегда был насторожен и готов атаковать. Даже в собственном доме. Это он старался привить и ей: старался лишить ее места, где она бы чувствовала себя спокойно, защищено. Не имела никакой привязанности. - Как дела в школе? - Все хорошо, - Регина едва улыбнулась и быстро взглянула на фигуру отца. Она мешкала. В голове метались сомнения о необходимости сказать эту информацию, из которой девушка могла вынести лишь плюсы.  – Я в одном классе с Говардом Старком. Лицо мужчины заметно расслабилось, а плечи слегка опустились. Он посмотрел в сторону, словно что-то обдумывал, вспоминал. Облокотившись на стол, отец перевел на нее задумчивый взгляд. Девушка готова была поклясться, что слышала его мысли.  - Говард Старк, - словно пробуя слова на вкус, проговорил он. – Сын Гектора и Лили Старк?  - Так точно. - Наладила связь? – получив утвердительный кивок, он слегка улыбнулся. Девушке казалось, что сейчас рядом с ней стояла только оболочка ее отца, а не он сам. Будто тот растворялся в воспоминаниях, мыслях, что невольно пробирались в его разум. – Хорошо. Регина решила не тревожить его, позволяя отцу окунутся в счастливые моменты своей жизни. В таких случаях девушка могла ощутить человечность со стороны мужчины. Словно тяжелые и плотные стены, что были выстроены вокруг него, ослабевали. Тихо поднимаясь по лестнице и подходя к двери своей комнаты, девушка быстро развернулась и пошла дальше. Ее взгляд вцепился в темную деревянную дверь, что являлась единственным препятствием для нее. Кабинет отца. Комната, что хранила внутри себя множество тайн, секретов, о которых не знал никто, кроме ее обладателя. Место, хранившее воспоминания о чем-то далеком, не досягаемом. Регина рассматривала дверь, словно видела ее в первый раз. Она колебалась. Желание узнать о прошлом, что было частично открыто для нее, сталкивалось со страхом упасть в пропасть правды, к которой она не была готова.  - Регина? – сонный голос мальчика вырвал ее из размышлений. В проеме двери своей комнаты стоял Михаил в помятой пижаме, потирая глаза. – Ты что здесь делаешь?  Она отступила от двери, даря младшему брату улыбку. Ей не хотелось его тревожить. Не хотелось, чтобы он касался того, во что она окунется с головой. Медленно подойдя к нему, девушка взъерошила темно-каштановые волосы, получая в ответ тихое возмущение и бурчание мальчика. - Думаю, что нам пора менять двери. - И как ты додумалась до этого в семь утра? – мальчик скептически посмотрел на нее, поправляя края пижамной кофты. - Пробежалась по парку.

III

Яркие лучи солнца ослепляли половину учеников, заставляя тех раздраженно морщиться. Шла середина очередного урока, отчего многие уже развалились на своих партах, приняв загруженность мозга, как повод для безделия. - Я так и не понял, - задумчиво произнес шатен, прокручивая в руке карандаш. Видимо вопрос, назревший в голове, очень мучал. – Ты хочешь сказать, что тебя с детства обучали географии, искусству, вместе с точными и гуманитарными науками,  да еще и светским манерам? - Я такого не говорила, - Регина снова попыталась вчитаться в лежащий перед ней текст. - Ладно, - Говард полностью повернулся к ней. – Но твои познания в учебе говорят сами за себя, а эти оточенные движения рук с идеально ровной осанкой, - он указал на всю ее. – Признайся, твои родители бывшие аристократы, которые бежали из страны?  Регина удивленно уставилась на него, словно перед ней сидел не парень, а дед мороз собственной персоной. Но, увидев серьезность в глазах Старка, быстро прикрыла рот, который стал расплываться в улыбке. Вернув себе самообладание, она ответила: - Нет. - Признайся, что это так, – он полностью отложил книгу, подсаживаясь к ней поближе. Регина пристально наблюдала за ним, особенно за его глазами, в которых читались чувства, не понятные ей. Словно, он видел гораздо больше, чем показывал и говорил. - Не только дворян обучают всему этому, - спокойно сказала она, закрывая книгу и вставая с места, направилась в столовую. Желудок неприятно скрутило от продолжительного голода.  В коридоре кипела жизнь. С окончанием урока, все школьники, которым порядком надоело сидеть в четырех стенах в хорошую погоду, заполняли весь главный холл. Девушка ловила на себе косые взгляды. Вот какой результат она получила, начиная общаться с Говардом. Парень был знаменит в школе: красивый, харизматичный молодой человек из богатой семьи, который, по воле случая, обучался в общеобразовательной школе. Девушки разных возрастов нервно вздыхали, находясь рядом с ним, и ревностно смотрели на нее, когда она находилась в поле его окружения.  Как и сейчас. Несмотря на то, что его не было рядом, ее лицо запомнила каждая ревностная девчонка, которая считала себя лучшей кандидаткой на роль девушки Говарда. А парень был только рад. Такое внимание ему льстило, и он пользовался им по максимуму. Гридунова не могла себе припомнить хотя бы один школьный день, где Говарда не окружали влюбленные школьницы. Она мысленно усмехнулась.  Регина знала, какие слухи ходят про них. Ее считали бедной девушкой-иностранкой, которая всеми силами старалась привлечь внимание парня, в чьих глазах она была хорошей подругой. Не подружкой для свиданий, а человеком, с которым можно было дружить. Хотя, все было в точности, да наоборот. В самом начале, это он крутился вокруг нее, стараясь как можно чаще проводить время вместе. Но никто из его фанаток не желал признавать этот факт, который впивался им в глаза. Проще ненавидеть незнакомую девушку, чем принять заинтересованность кумира в другом человеке.  Регина села за стол, придерживая в руках поднос с едой. Все как обычно. Расположившись в дальнем углу столовой, где стоял одиноко пустой стол, она принялась за еду. Ей не нужна была компания для обеденных перерывов. Это бы перестроило порядки, вбитые в нее. Она бы не смогла жить в гнетущей тишине, имея яркое окружение вне стен дома.  - И как всегда, все взгляды устремлены на тебя, - сказал парень, расположившись напротив нее, - ей богу, иногда мне кажется, что ты не можешь жить без внимания. Регина посмотрела на Михаила. Он, как ни в чем не бывало, поедал принесенную им еду, делая вид, что не замечает на себе пристальный взгляд сестры. Девушка стиснула зубы.  - Оно мне не нужно, - она отложила вилку, - не моя вина, что эти идиоты, так себя ведут.  - Конечно, ты всего лишь общаешься с самым знаменитым парнем в школе, - он закатил глаза, - только с тобой такое могло случится, Регин.  - Глупая ошибка, - девушка пожала плечами.  - Которая прицепила ко мне раздражающих девчонок, - она услышала тихий вздох брата, - каждый день они подходят и спрашивают: в каких вы отношениях, где ты находишься, как вы стали общаться. Будто ты мне докладываешь о каждом своем шаге. Бесят уже.  Регина виновато улыбнулась. Не только ее окружили не нужным вниманием, но и ее родственника. Последнее, что она хотела – это привлечение младшего брата в ее дела. Он был еще маленьким, чтобы к нему лезли влюбленные дуры, которые с явным раздражением вынюхивали у него все про их кумира.  Она чувствовала чужие взгляды на них. Склизкие, пропитанные призрением и неприязнью. На лице ни дрогнула ни одна мышца. Это вошло в привычку: ощущать анализирующие взгляды на своей фигуре. Девушка продолжала спокойно есть, даже не взглянув на людей. - Что говорит Говард по этому поводу?  - Ничего, - Регина покачала головой. – Я об этом не говорила.  - Бесит, - Михаил почесал затылок. В его голосе проскальзывали нотки раздражения и нетерпения. – Пусть он скажет им всем, что ты его подруга, а не девочка с разбитым сердцем.  - Миша, успокойся, - она нахмурилась. Его чрезмерная эмоциональность привлекала слишком много внимания.  - После того, как он прекратит это, - проговорил Михаил и кивнул в сторону выхода. Проследив за его действиями, девушка повернулась и раздраженно вздохнула. В их сторону шел Говард, о чем-то щебеча с очередной подружкой. Брат быстро отвернулся, принявшись за почти остывший обед, изредка наблюдая за ней, которая лишь покачала головой. Хоть Михаил и был мал, но от его глаз не скрывалось неправильное поведение парня. Не так его воспитывали. - А вот и ты, - радостно протянул Старк, прощаясь со своей поклонницей, - а это… - Миша – мой брат, - сказала Регина, не отрываясь от обеда. - Вот как. Привет, Миш. Тот в ответ лишь фыркнул. Не обращая внимания на младшего, Говард сел рядом с девушкой, закидывая левую ногу на правую. Вся его поза указывала на расслабленность и доверчивость парня. Словно никто не смотрел на них и не шептался между собой. Словно не он был главным слухом всей школы и его русская подруга.  - Чего это вы вдалеке от всех сидите?  - Прячемся от твоих поклонниц, - съязвил Михаил, получая удар в ногу. Регина злобно посмотрела на него, нахмурившись. Не замечая сестру, тот лишь с раздражением взглянул на собеседника и продолжил, - а то они прохода не дают. - Неужели на тебя переключились? – он облокотился локтями об стол, складывая ладони под подбородок. В его глазах бушевали огоньки. – Не мне тебя судить, но дам совет. Ты пока немного маловат для отношений с девушками.  - Будто тебя в этом возрасте что-то останавливало, - девушка покачала головой.  За время их общения, Говард уже успел ей рассказать об истории своей трагичной первой любви. Как он, находясь в возрасте ее брата, уже ухаживал за своей одноклассницей и водил ее на свидания. Окрыленный чувствами, парень даже закинул свои пристрастия к физике в дальний ящик, получая упреки от своего отца. Только довольно быстро была спета их песенка. Расставшись, спустя два месяца, Старк переключился на другую, окончательно разбив сердце бедной девочки. Не выдержав такого удара, она перевелась в другую школу. - Поэтому я и даю ему совет, - он ярко улыбнулся, - учись на моих ошибках, малец.  - Зачем ты пришел? – Регина отложила свой обед. Кусок в горло никак не лез.  - Скучно без тебя.  - Мне казалось, что наоборот, - она посмотрела на брата, который давно закончил со своей едой. Кинув ему предупреждающий взгляд, Михаил стал быстро собираться и, вставая с места, сказал что-то наподобие прощания.  Проследив за его уходом, Гридунова перевела все свое внимание на соседа, что с любопытством рассматривал удалявшегося парня. Он слегка сутулился, а на лице застыла задумчивость, сопровождающаяся слегка нахмуренными бровями. Словно что-то обдумывал в своей голове. Повернувшись в ее сторону и заметив пристальный взгляд, он слегка улыбнулся, возвращая на себе образ уверенного парня. - А он довольно послушный. Только слегка кусается.  -  Зачем ты здесь, Говард? – ее раздражали заинтересованные взгляды, что так пристально за ними наблюдали.  - Разве я не могу прийти просто так?  - Ты видел меня пятнадцать минут назад, - без энтузиазма ответила она, - так что, не уверена что дело в этом.  Говард поджал губы. Окинув ее изучающим взглядом, он сказал:  - Хочу спрятаться от всех.  Глаза девушки слегка расширились. Она склонила голову. Улыбка слетела с его лица, а в глазах перестали сверкать огоньки. Словно вся тяжесть мира легла на его плечи.  Регина ничего не ответила, только продолжала смотреть на него. В его усталое лицо, которое быстро натягивало улыбку, стоило пройти кому-то мимо них. На дрожащие пальцы рук, спрятанные под столом, что выбивали на колене незамысловатый такт. На челюсть, которая была сильно сжата. Его что-то беспокоило. - Регин, - он повернулся в ее сторону. Его глаза вцепились в ее, проникая в самую душу. Она нахмурилась. Парень смотрел на нее так, словно девушка была единственным выходом в его проблеме, - послушай… Их прервала девушка, что несколько минут назад находилась рядом с Говардом. С дельной уверенностью, она подошла к их столу, обращая все внимание на парня, демонстративно показывая полное пренебрежение к его собеседнице. Регина окинула ее взглядом. Блондинка с ярко-голубыми глазами, которые отлично сочетались с четкими чертами лица. Вишневого цвета платье красиво облегало ее подтянутое тело, подчеркивая все прелести юной фигуры. Но так не подходило по протоколу школы. Она взглянула на нее. Глаза были пропитаны брезгливостью, но сразу переключились на парня. На это Гридунова лишь закатила глаза и стала собирать свою посуду.  - Говард, ты долго? – она мило улыбнулась, слегка коснувшись его плеча. – Ты же обещал, что проведешь все свое время со мной.  - Да, - он нервно улыбнулся и перевел взгляд на свою собеседницу, что уже вставала со своего места, - только дай мне пять минут.  - Не стоит, - Регина выставила перед собой ладонь, намекая на прекращение их диалога. – У меня дела, как и у тебя. Поговорим позже.  Не дожидаясь ответа, девушка направилась к выходу, оставляя на столе, что предполагал собой своего рода мусорку, поднос с грязной посудой. Не оглядываясь назад, Гридунова направилась в кабинет, слегка поведя левым плечом.  Они ее раздражали. Каждый человек, который проходил мимо нее. Каждое слово, сказанное ей вслед. Взгляды, что были прицелены к ее фигуре, надеясь лицезреть какую-нибудь неудачу. Регина сжала ладони в кулаки, продолжая держать бесстрастное выражение лица. Интерес к прерванному разговору быстро спал. Старк дал ей слишком много внимания, и оно было неприятным.  - Постой. Послышался глухой голос за спиной, заставляя Регину остановиться. Она подняла на Говарда вопросительный взгляд. Ее порядком удивило, что парень решил бежать за ней, а не окунаться в мягкие касания той блондинки. Скрестив руки на груди, она отошла к стене, где они бы могли ловить меньше внимания любопытных зевак. - Что случилось? – ее тихий голос заставил парня резко остановиться. Она видела, как раннее спокойствие быстро вытекало из его тела, оголяя страх и неуверенность, что покоились глубоко в его душе. Регина знала, что он понял ее вопрос. Что он был адресован не его побегу от блондинки, а к его состоянию, что она видела пару минут назад. Спрятав ладони в карманы брюк, Говард прочистил горло и облокотился об стену рядом с ней. - Отец хочет, чтобы я продолжил его дело, - он нахмурился. Голос его был тихим. – Мой отец не просто инженер. Он проецирует оружие для армии США и поставляет его. Наша семья сделала состояние на этом. Регина ничего не ответила. Продолжая изучать его лицо, она спрятала руки за спину. Девушка знала это точно так же, как и ее отец. Старк – известная фамилия в верхушке армии, о которой не ведал только идиот. Семья, что наращивала свою мощь медленно, но верно. - А что ты хочешь?  - Изобретать то, что позволит нашему миру выйти на новый уровень, - он повернул в ее сторону голову, цепляясь в ее глаза уверенным и серьезным взглядом. – То, что поможет развить общество, а не разрушать его. Девушка молчала, отведя взгляд в сторону. У него была эта возможность. В его руках была его судьба, которой Говардмог сам распоряжаться. Было то, чего не было у нее. - Тогда, действуй так, как считаешь нужным.