Наруто: Пробуждённая душа

От души Ишики в мою пасть шёл поток энергии. Когда же та обратилась лишь блёклым шаром, моя рука сжалась, после в воздухе зависли её быстро истлевшие осколки. — Это конец, — я глянул на теперь точно труп Ооцуцуки. После додзюцу в моей руке исчезло, а энергетика напряглась… «!!!» — по миру тут же разошлась волна моей чакры, возглашая о моей победе. — Кхр… — я скривился. Моя СЦЧ была перенапряжена, вся в микроповреждениях. Несомненно, я мог бы ещё «потанцевать». Но и с тем что есть сейчас, мне ориентировочно месяца три, или даже четыре придётся себя подлечивать, чтобы вернуться к тому состоянию, что было до боя. В мыслях о кондициях, мои глаза скользнули к печати с Кьюби. «С тобой мы, похоже, дружбы не сварим», — иронично я хлопнул по своему искажённому чёрному прессу, вспоминая похудевшего лиса. — «А ведь сложись всё немного иначе, вместе, этот Ооцуцуки не стал бы для нас противником». И действительно, не трать я усилия на подавление агрессивной чакры Курамы, а наоборот, получи его поддержку, стал бы на ту недостающую ступеньку силы, чтобы закончить всё с Ишики за секунды. Теперь же придётся выпустить всю агрессивную энергию, а после восстанавливаться за свой счёт. Я сложил одноручную печать концентрации, после чего из меня в мир хлынули светлая и тёмная энергии, тогда как моё тело начало на глазах уменьшаться, возвращая свою изначальную форму. Затем, накинув на себя домашнюю одежду из пространственного хранилища, я быстро начал создавать в руке шар конструкта, подобного как у детей Хагоромо, чтобы после запитать энергетику охлаждающегося трупа под моими ногами. Без души тот быстро станет бесполезным, а мне он нужен. Даже с разрушенным мозгом и без возможности достать воспоминания, тело инопланетянина способно поведать очень многое. Затем же, «законсервировав» Ооцуцуки в отдельной пространственной печати, я в последний раз окинул взглядом опалённую пустыню, после чего телепортировался домой. На мне тут же сошлись три взволнованных взгляда. Карин, нервно сидевшая здесь с такими же напряжёнными Хинатой и Сакурой, вскочила. Она было двинулась на меня, но… — …Ить, — Узумаки тут же была перехвачена приклеенной к спине рукой розоволосой девушки. — Ты как? — тут же уточнила Сакура, что и остановила Карин от того, чтобы та случайно не навредила моему возможно сейчас быть слабым телу. Отметив, что с виду я даже не покоцан, она отпустила красноволосую, на что тут же получила обиженный зырк. — Не в самом лучшем состоянии. Но моей силы ещё достаточно, чтобы положить и десять Каге. Не беспокойтесь, ничего непоправимого не случилось. Тихо подкравшись, мою руку тут же зажала меж грудью Хината, даруя немую поддержку. Очень умилившись этому, я положил ей голову на макушку. Кроме моей «посланницы» в виде Сакуры, так же и другие девушки после очередного улучшения тела, по их просьбам, стали выглядеть взрослее. — Мы волновались… — отметила так же прижавшаяся Сакура. — Эй. Это прозвучало, будто это Наруто виноват в том, что ему пришлось столкнуться с этой неизвестной хренью, — буркнула Карин, уткнувшись мне меж ключицами. — Я просто обозначила. Без подтекста, — не выразив в тоне желания спорить дальше, так же просто снова дала понять Сакура, на что Карин пропыхтела что-то невразумительное. Но в целом, меж нами настала некая идиллия. Последняя, то бишь Узумаки, вскоре успокоившись, сначала отодвинула руки от ранее захваченных моих плеч сзади и начала водить ими по моему торсу. Но когда они двинулись на сантиметр ниже, чем это положено в приличном обществе… *Хлясь!* — Ай! — Карин отдёрнула ладони, когда по ним пришёлся шлепок Сакуры. — Что? Я просто убеждалась, что с Наруто всё в порядке. В этот момент я, прикрыв глаза, задумался о своей монашеской жизни в доме с несколькими, взрослыми с виду девушками. Мы отстранились друг от друга. — Такой момент испорчен, — приопустив веки, Сакура кинула капельку неодобряющий взгляд на Карин. — То есть это что получается?! Я виновата?! — то ли возмутилась, то ли осознала «Виновница», на что получила так и читающееся в глазах Сакуры, эдакое с лёгкой ноткой покровительства — «Да». — Давайте мы это опустим, — дипломатично предложила Хината, после чего обратила внимание на меня. — Что это было за существо? Его чакра не была человеческой. — Да! Что за хрен такой, — поддержала Карин, на что у меня почесался затылок от того, что кажется, где-то слышал похожую манеру выражаться. — Сейчас расскажу. И полагаю… сделаю несколько дней выходными. Как насчёт провести время вместе? В ответ на свои слова мне было даровано синхронное одобрительное кивание, что мол да, отдохнуть после такого-то точно заслужил, а ещё они не против вместе, в очередной раз, отстраниться от мира и получить удовольствие от жизни. Так и начался мой рассказ. Во время него же я отметил, что отголоски от той битвы до сих пор разносятся по миру. Пол под нашими ногами начал ходить. А ведь через некоторое время ещё ведь должны дойти звуковые волны… И будут они мерно бахать глухим громом на улице не одну минуту. Да и после таких выбросов энергии в ночном небе появилось некоторое зарево, так что девочки зашторили окна. Таким образом, спася по сути мир, я остался дома. Но за окном не у всех была возможность просто взять и скинуть задачу всё разруливать остальным. Та битва с Ооцуцуки не могла остаться бесследной. ***Взгляд с других государств*** С начала сражения хуже всего пришлось, как ни странно, стране Ветра. Ведь именно здесь произошли основные события. Жители, ничего не предвещающие, проснулись от мощной тряски. Выйдя же на улицу, им предстало очень светлое для такого времени небо, так и светящееся от зарева. После же пришла мощная песчаная буря… А с ней и низкие звуки, затяжные будто раскаты грома, что чуть ли не глушили и всё никак не останавливались. Это затронуло вообще всех, как самые дальние границы, так и столицу с Селением Песка. И если землетрясение, сломавшее неимоверное количество построек, утихло через десяток минут, то не дающий даже думать гром продолжался более получаса, тогда как бури должны были вымывать тепло из страны более суток. Люди могли укрыться только в крепких постройках, что выстояли. Лишь места с особым географическим расположением минула ужасная участь, по типу того же утопленного меж скал Скрытого Песка. Коноху и Камень же, находящихся от поля боя чуть ли не вдвое дальше предыдущих локаций страны Ветра, потрясло мало. Но именно что потрясло, в прямом смысле. Так же в ночи они сначала видели свет, тогда как толчки и лёгкий шум грома дошли к ним позже, и снова же, слабее. В обеих Селениях, оборудованных под нападения, прошла успешная эвакуация жителей в безопасные места. Однако это происшествие, несомненно, оставило след на всех. Тяжело было осознавать, что где-то там вдали происходит что-то столь большое и опасное, что и повлиять нельзя. Только смириться и надеяться на благосклонность судьбы. Меньше же всего досталось странам Воды и Молнии. Первую накрыли не такие уж и необычные штормовые волны, тогда как лишь спустя значительное время ко вторым дошла дрожь. Но зарево на краю неба, а также, спустя ещё больше времени, настигший их вроде не слышимый ушами, но ощутимый телом звук, словно делал физически плохо некоторым людям. Что же до куда более лучше ощутивших творящееся на Земле сенсоров — от них не было слышно ничего, кроме благого мата. Какие речевые обороты от ниндзя слышали в Листе и Камне, а какие тем более в Песке — можно было лишь догадываться. *** Хатаке Какаши, с видом хмурым, сидя в уже своей резиденции, выслушивал один за одним доклады, попутно выставив людей, дабы контролировать эвакуацию. Спустя же несколько часов после «сигнала победы человечества», когда всё более-менее утихло, в Конохе было начато срочное собрание. Возглавлял то, ясно дело, новый Хокаге — Какаши. Имея вид ленивый, но уверенный — сам не понимая, как удерживает эти два качества, глава деревни сразу зашёл рубить по-крупному, дабы изменить начавшую подкипать ситуацию на корню. Максимально держа лицо и свою линию, он заявил, что всё окей и не надо метушиться. Все люди прошли из убежища в Скале Хокаге, так что можно писать и ложиться досыпать свои законные часы до обеда. Да и вон, наш «генин» дома, и лучше, чтобы никто не шалил. Устал, наверное, парень, и мало ли он сделает, если шуметь будем. И вообще! Вон, наши шиноби заметили слишком наглых шпионов Райкаге… Не время искать блох дома, когда рядом враг точит кунай. После чего, так и не дав никому вставить слова поперёк, сказал расходиться и делать, что сказал им умный Хокаге. Впрочем… разошлись конечно большая часть шиноби, но некоторые и остались. Те были обычно возрастом побольше, с ещё большей уверенностью в своём праве, но явно не с высокой рассудительностью. Стопарнув правителя, они начали перемывать одному конкретному персонажу кости, тогда как Хатаке пришлось их сдерживать от резких действий. *** Ситуация в Камне была чем-то схожа. Цучикаге Ооноки, сидя в зале совета Селения, молча обливался со всеми холодным потом. Долго размышляя, он наконец пришёл к твёрдой мысли. — Эта мощь… Способная походя зашибить даже кого-то уровня Хаширамы, — старик осклабился. — Мы не ошиблись, когда не стали предпринимать резких движений в сторону Листа. Сейчас же я должен принять тяжёлое решение. Думаю, вы меня поймёте. Я приказываю подчиниться будущей Империи… Именно так мы получим наибольшее благо. Ооноки, вообще, был довольно гордым старичком. Но так же он немного да разбирался в политике, чтобы понимать, что противостояние Императору лишь всё усугубит, тогда как перспективы подчинения… Судя по Кири, могут быть не столь плохи, как многие могут себе нарисовать в сознании. Цучикаге, долго обвивая своим влиянием Камень, не сомневался, что его власти хватит для осуществления его слов. Особенно сейчас, когда все напуганы. *** Эй, так же собрав совет, но только из самых доверенных шиноби, тоже пребывал в размышлениях. — Я… я не знаю, что делать, — удивлённо даже для себя пробасил Райкаге в кабинете своей резиденции. Правитель сидел за столом, тогда как остальные приближённые стояли вблизи. Ну, кроме одной беловолосой помощницы за столом рядом. — Йо-у, не важно, что за вылупень по Земле бродил, если наш чувак его победил. Расслабься, братан. С человеком мы добазаримся, и снова в дамки выбьемся, — делая акцент на не всегда хорошие рифмы, обозначил расслабленно джинчурики Восьмихвостого. Тот был чем-то схож на вид с Райкаге — такой же мускулистый мужчина, только с банданой и очками на голове, а также кучей ножен для тонких мечей за спиной. — Би, завались нахрен со своими стишками! — рыкнул Эй. — Нихрена ты не понимаешь. А вдруг не договоримся? Что тогда? Ляжем под этого моржа лиственного? Как Кири с этой страной Воды? — Плану «Б» нужно ещё немало времени, — обозначила сидящая здесь помощница, то бишь Мабуи, из-за чего Эй недовольно сжал кулак. — Похоже, придётся прогнуться перед этими псами… — сказал так же находящийся здесь блондин с уверенным лицом. Его звали Си, он был телохранителем Райкаге. И, получив очень многообещающий взгляд своего правителя, поспешил добавить: — Но временно!!! — Хищник должен выжидать, — раздался в этот раз голос девушки с блондинистыми волосами и по совместительству джинчурики Двуххвостой. — Мы притаим внимание, пока не разработаем либо достаточно сильное запечатывающее дзюцу — перед которым у джинчурики некоторая слабость, либо пока не доведём печать Переноса до приемлемого уровня. Темнокожий парень с пышными белыми волосами молча покивал сентенции. Это был второй телохранитель Райкаге и даже его наследник — Даруи. Эй поморщился, но после чинно кивнул. — Звучит как план. Теперь соберём совет и обсудим детали. *** Мей, получив доклад об омывшей планету победной волне чакры Наруто, вздохнула с некоторым, но облегчением. Она будто скинула гору с плеч от того, что слова: «возможно, сегодня этой стране придёт конец» не свершились. Но, увы. Когда сражаются слоны, трава под их ногами гибнет. Не минула эта участь даже страну Воды. Звук, сводящий с ума. Экстренная эвакуация. Всё это подняло переполох и страх. Пусть победа Императора над неизвестным чудовищем и укрепила веру в него, однако сейчас нужно было упорядочивать хаос, пока из-за него не погибло слишком много. ***Интерлюдия. Чёрный Зецу*** В тёмной пещере раздавались чавкающие звуки. Существо, состоящее из двух половинок, нервно жевало плоть неизвестного, но мускулистого шиноби. Белому Зецу не нравилось кушать людей, он считал их слишком жёсткими. Но Чёрному Зецу люди, наоборот, нравились — особенно хорошо «жевательные». А ещё процесс их поедания успокаивал. Впрочем, это была единственная ситуация, когда Куро Зецу проявлял положительные чувства к людскому виду. Как и к какому-либо другому. Ведь его откровением была лишь создательница — мать, Кагуя. Он был зол, раздосадован и впервые за долгое время напуган. Его проходящий сквозь века план дал огромную трещину. Ещё немного, и казалось, тот разрушится. И тогда… Зецу не сможет исполнить своё предназначение. Даже мысль об этом скручивала всё внутри — он может не суметь воскресить Кагую. Ооцуцуки Ишики показал себя спустя почти тысячелетие. Жалкий червь, который некогда возомнил себя лучше матери. Ересь. Тогда, когда Зецу ещё не существовало, Кагуя почти убила посягнувшего на неё — на Богиню. Сейчас же то низшее существо наконец подохло, отчего Куро не мог не злорадствовать. Впрочем. Зецу перестал жевать. Пошедший швами план — это не конец. Внезапно появившийся враг слишком могущественный — даже все пешки Зецу вместе не справятся. Это проблема. Но это и не означает, что Куро не в состоянии её решить. — «Узумаки Наруто…» — Зецу подавился костью, когда в его голове всплыло имя из прошлого, и он срыгнул ту на пол. — «Забавный мальчишка, заставляющий старейшину Листа прятаться»… У Чёрного Зецу было хобби — он любил наблюдать за талантливыми людьми. Прибирал себе кадры, так сказать. Не минуло любопытство Воли Кагуи и некого блондина. Но сейчас Куро мог лишь причитать, что не уделил джинчурики Девятихвостого должного внимания. Тот слишком повязан с деревней, слишком сложная и напряжная цель — тогда думал он, тогда как сейчас оставалось лишь кусать локти. — Ты что-то придумал? — донёсся больно жизнерадостный голос Белого. — Жуй молча, — лязгнул низким голосом Чёрный. Впрочем, тот был прав. У Зецу действительно вырисовывался план. Для воскрешения Кагуи нужен Десятихвостый. Но возрождению Джуби вполне дозволено быть несовершенным. Хватит и части чакры хвостатых, чтобы дать оболочку Богине. К сожалению, без чакры всех хвостатых она будет очень далека от пика своей мощи… И будет этому недовольна. Однако нужно было мыслить здраво. С тем, что показал тот человеческий выкидыш человечества, у Акацуки не получится заполучить и частицы Девятихвостого, Трёххвостого и, как всё же он догадывался — Однохвостого. А значит… Куро нужно взять всё в свои руки. Они… Могут скоро прийти, а потому сейчас придётся спешить и пойти на риск. Куро наблюдал издали за поступками так называемого «Императора», и исходя из них имел некоторые надежды, что сможет построить с ним диалог. Предложить… знания, направить в нужное себе русло. С опытом Куро это не должно быть проблемой. Возможности Кагуи огромны, они не сравнятся с теми, которыми обладает Зецу. Даже в ослабленном состоянии она будет способна проходить сквозь миры. Поэтому надо всеми силами пытаться направить этого «Императора» воскресить Кагую, апеллируя к тому, что она знает больше Куро, а значит и дать может больше. После ЕЁ воскрешения уже не будет важно, что там думает этот «Император» и что станет с этим миром. Они, Зецу и Кагуя, смогут просто попытаться найти какой-то другой живой мир, поглотить тот и уже тогда возвратиться в этот… Ради мести. Более Богине нет кого защищать здесь, на Земле. А потому она может переместиться туда, где не выживут смертные, и искать подходящий мир столетиями. На том, приняв тяжёлое решение, Зецу кивнул сам себе и заодно Белому. Ему ещё предстояло придумать убедительную сказочку — люди любят их слушать. Но сперва нужно было позаботиться, чтобы один идиот в маске не наворотил делов в тонком деле налаживания манипулятивных связей. Да и после собрать дополнительную информацию стоит, чтобы точнее сыграть на струнах души цели Куро. Спешка сейчас, конечно, важна, но несколько дней дела точно не сыграют.