Наруто: Пробуждённая душа

Занимаясь своими делами, я так же и ждал подходящего момента, чтобы проявить инициативу в некотором деликатном деле. Завистники это бы обозвали «проявлением кобелиной натуры», но я видел в этом высшую цель — дарить любовь и не заставлять и так уже долго ждавших девочек ещё дольше. И вот, когда настало время, одним вечером я направился к самой технически подкованной девушке на планете. Повод навестить Сакуру нашёлся сам собой — её работа в Исследовательском Центре Конохи всегда вызывала у меня искренний интерес. Множество разработок, пусть далеко не всегда перспективных, появлялось здесь каждый месяц, и их разбор неизменно зажигал во мне искорки любопытства. В огромном комплексе зданий, миновав секции, где больше тысячи человек работали над созданием различных прототипов, я быстро добрался до крыла, выделенного исключительно под личные проекты Сакуры. Её лаборатория была воплощением порядка и передовой мысли: сверкающее оборудование, голографические дисплеи со сложными схемами, ряды колб с разноцветными жидкостями вдоль дальней стены и несколько прототипов странных устройств на рабочих столах. Через стену глухо гудел суперкомпьютер — от него тянулись толстые провода к нескольким мониторам и постаменту, на котором покоился большой металлический обруч, словно предназначенный для головы. Именно вокруг этого устройства и была сосредоточена работа Сакуры — когда я подошёл ко входу, она наблюдала за бегущими строками данных на экранах. Я не скрывался, и меня, конечно же, заметили. — Наруто? — она встретила меня с лёгким удивлением. — Ты нечасто заходишь в такое время. — Стало интересно, — я вошёл, осматриваясь с нескрываемым любопытством. — У меня освободилось время после завершения проектов. Решил проверить, как продвигаются дела у нашего главного техничного светила. И, может, предложить скромную помощь — если она, конечно, потребуется гению твоего уровня. Сакура — обычно старавшаяся держаться с достоинством на людях и даже в кругу нашей семьи сохранявшая, когда нужно, определённый стержень — сейчас чувствовала себя свободно. Она гордо расправила плечи, и было видно, как её щёки тронул румянец от похвалы. Впрочем, гордая мина продержалась недолго — Сакура неловко улыбнулась. — Вообще-то… не отказалась бы. Мы подошли к обручу из серебристого металла, и девушка с упоением начала рассказывать о своей разработке. — Это мой основной проект — «Нейро-Фуин Интерфейс». Теоретически он позволит напрямую связывать сознание шиноби с внешними устройствами, фуиндзюцу и даже другими людьми для мгновенной передачи информации или управления сложными системами. Представляешь перспективы для медицины, коммуникаций, обороны? И действительно, это было бы нечто, учитывая существование «Империи». С этим разумным на самом деле может взаимодействовать не так уж и много разумов — тысячи, ну может десятки тысяч — если крайне поверхностно. Местный «интернет» пусть и был частью и под контролем «Империи», но лишь очень частично — почти всю нагрузку то обрабатывала обычная техника. Представляемый же обруч, как «костыль», в своей перспективе, развивал Мировую Сеть на миллионы пользователей. Она надела обруч на розовую макушку и начала непрерывным потоком подавать чакру в устройство. Тут же — под действием десятков тысяч впаянных внутрь фуин и направляемые волей носительницы — из обруча вырвались множественные связи, соединяясь с основной сетью планеты и расположенными здесь механизмами с достаточными вычислительными мощностями. Один из прототипов — экзоскелет — тут же подхватил со стола головоломку для тренировки ловкости рук и принялся бодро и точно её собирать. Удивительное применение: множество примитивных фуин и техник, скомбинированных в нечто по-настоящему сложное. Я не преминул сказать об этом вслух, отчего Сакура засияла ещё больше. — Теперь о проблеме, — продолжила она, переходя к делу. — Интерфейс невероятно чувствителен к колебаниям чакры пользователя. У обычных людей — не шиноби — с их стабильным, пусть и малым уровнем чакры, всё работает почти идеально. Но у ниндзя… — она с досадой кивнула на небольшой ящик, в котором лежала стопка оплавленных и почерневших электронных плат, — …резервы постоянно скачут — при тренировках, стрессе, использовании техник. Эти выбросы просто сжигают чувствительные элементы. Мы пробовали разные фильтры, стабилизаторы на основе фуин, но они либо слишком замедляют отклик, либо всё равно не справляются с пиковыми нагрузками. — М-гм… — слушая её, я параллельно, пользуясь своей солянкой из доудзюцу, изучал внутренности устройства. — Мы также меняли материалы чувствительных элементов, но это работает только при сложной индивидуальной подгонке под каждого пользователя. Пробовали пойти глубже — перевести анализ на более фундаментальную Инь-составляющую, но не хватает чувствительности. Тот алфавит фуин, что мы создали, ещё недостаточно встроился в чакру планеты. Я знал, о чём она. Около полутора лет назад я организовал масштабную совместную работу с большим числом разносторонних учёных, результатом которой стал планетарный алфавит фуин — максимально широкий набор символов, включавший почти всё, что мы только смогли придумать. Вот только времени для полноценного его «созревания» прошло маловато. А из старых, давно известных фуин ничего подходящего для этого устройства, похоже, не было. Сакура могла бы решить проблему в лоб — привлечь мастеров фуин, чтобы те вручную ставили собственные печати на каждый экземпляр. Но в промышленных масштабах это сильно обрежет количество выпущенных продуктов. — Суперкомпьютер сейчас пересчитывает цепочки фуин? — спросил я, подойдя к одному из экранов. — Верно. Со вчерашнего утра. — Покажешь последнюю? — моё доудзюцу засияло ярче. — Мой взгляд глубже и шире. Попробую просчитать вручную… — О-о-о… — протянула Сакура, прежде чем активировать своё доудзюцу. — У меня с моим так и не получалось. Последнее она добавила с пониманием и ожиданием. — Прогнём эту реальность… На том мы и развернули работу. Этот обруч — местные учёные, как и Сакура, вовсе не были глупы. Я не мог просто зайти, предложить что-то очевидное и разом решить все их проблемы. Они рассматривали множество вариантов и умели думать. Но у меня было преимущество, благодаря которому любые исследования с моим участием шли значительно быстрее — титаническая мощь, разрушающая большинство попыток вселенной оставаться загадочной. Расчёты заняли всего около часа. Результат получился сомнительным на вид, странно сплетённым, но на удивление рабочим. У Сакуры закипали мозги: то, что вышло, не должно было работать — по крайней мере, с точки зрения её познаний и современного технического прогресса. Но моё доудзюцу позволяло видеть намного глубже и с других сторон, а вычислительная мощь моей энергии превосходила здешнюю Сеть Чакры. Суть решения заключалась в том, что вместо полного спектра чакры устройство теперь нормально считывало только Инь-компоненту — она менее разрушительна и, в отличие от чакры в целом, за краткий промежуток времени может лишь убывать, то есть расходоваться, а не скакать непредсказуемо. Это не убирало необходимости подгонки под каждого шиноби, но значительно её упрощало. Оставался нюанс: если пользователь потратит слишком много Инь, устройство перестанет работать — но это уже допилят со временем. Да и нужно будет постоянная подача Ян уже от самой сети — что мы тоже сделали за одно. Мозг же это решение выносило теми искривлениями пространства, которые мало того, что были совсем не только в трёх мерностях, но и вырисовывая такие фигуры, что опишешь лишь матом. Работая бок о бок, мы чувствовали почти осязаемую интеллектуальную искру. Наше взаимопонимание углублялось не только на эмоциональном уровне, но и на общем для нас поле — в стремлении к познанию. Закончив основную часть, мы погрузились в обсуждение деталей, предлагая идеи, споря о нюансах, раз за разом находя точки соприкосновения. Жажда знаний и совместное её утоление. Горящие от идей глаза. В эти моменты Сакура была не только одной из моих девушек — но и учёным, равным партнёром в интеллектуальном поиске. — Мы хорошо поработали, — подвёл я итог и, глядя, как Сакура снимает лабораторный халат, предложил: — Но, кажется, мы оба выдохлись от схем и формул. Не хочешь прогуляться? Ночь сейчас замечательная, да и Коноха в это время особенно красива. Заодно отметим твой научный прорыв. — Хм-м… — она повернулась ко мне с довольным видом. В зелёных глазах что-то мелькнуло. Для Сакуры моё предложение было настолько же прозрачным, как слеза младенца. И проскользнувшее в глазах удовлетворение давало понять, что она только и ждала логического продолжения всех тех лет, проведённых вместе. — Пойдём~ — послышалось после короткого раздумья. Сакура была одета в двойную длинную тунику — тёмно-коричневую с рукавами ближе к телу и красную безрукавку поверх, с декоративными мазками краски. Обе оставляли свободу движения благодаря разрезам от бёдер. Образ дополняли красный обруч в волосах и тёмно-коричневые перчатки. Вечерняя Коноха была прекрасна. Мягкий свет фонарей освещал улочки, зажигались вывески магазинов и ресторанов, воздух был свежим и прохладным. Мы неспешно шли по знакомым местам, продолжая обсуждать проект, но уже в расслабленной манере. Потом разговор сам собой перетёк на воспоминания — забавные случаи из Академии, её период ученичества у меня. Я вспомнил, какое у неё тогда бывало серьёзно-сосредоточенное выражение лица, её почти исчезнувшие «самурайские» фразочки. Поднявшись на одно из зданий по пути, мы облокотились на перила и молча смотрели на высотки Листа вдали. Мы бы так и продолжали, если бы нас не прервали самым курьёзным образом. На улице внизу показалась Карин, несущая под мышкой свёрнутый плакат. Встретившись с нами взглядом, она резким движением развернула его и подняла вверх. «Е*****сь уже!» — было выведено крупными буквами на весь лист. — Кажется, — тихо сказал я, подойдя ближе и приобняв Сакуру, — наш «график» под строжайшим контролем. — Похоже на то, — она хихикнула, показав искреннюю и заботливую улыбку. Щёки же девушки, несмотря на её стойкость, совсем капельку покрыл румянец. — Карин всегда отличалась особым подходом к делу. Заметив мой жест, Карин показала большой палец вверх и быстро скрылась. Эта маленькая интермедия парадоксально сблизила нас ещё больше. Сакура сказала, что подготовила что-то особенное, и я просто ну не смог отказаться в любопытстве. До отдалённой виллы, о которой я даже не знал, мы добрались с помощью пространственной техники. Войдя же внутрь, мы застыли перед дверью одной из больших комнат… И её содержимое вызывало у меня чуточку противоречивые, но только положительные чувства. А ещё интригу, как именно мы будем использовать его. Стоя, меж нами повисло уютное молчание, наполненное тем, что не требовало слов. У двери Сакура остановилась и посмотрела на меня. В её глазах плескались ожидание, лёгкое волнение и что-то более глубокое, давнее. Я сделал шаг ближе. Наши губы словно притянулись друг к другу сами. Глубокий, уверенный поцелуй. В нём была и нежность, и долго копившееся ожидание, и понимание без слов. Во рту раздался её уникальный вкус — прохладная, бодрящая мята, легкая кислинка зеленого яблока и утонченная, едва уловимая нотка белого чая. «Такова на вкус Сакура... — пронеслось у меня в голове. — Свежесть и ясность, как горный ручей после грозы. Сила и утонченность в одном флаконе». Когда мы наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша, я заглянул ей в глаза. — Может… зайдём? — мягко спросил я, хотя ответ уже знал. Сакура улыбнулась — и в этой улыбке было всё. — Только этого и ждала. Она взяла меня за руку и потянула внутрь. Дверь за нами тихо закрылась. ***Начало 18+*** Дверь закрылась. И мы снова ринулись навстречу, чтобы снова насладиться вкусом друг друга. Мои руки сами двинулись, сначала зарываясь в мягкие волосы, а после медленно опускаясь вниз, ощупывая её тело. Такое мягкое и упругое. Такое... возбуждающее. Руки Сакуры не преминули повторить мой жест, отчего и от неё я начал ощущать схожие с моими чувства. На миг оторвавшись, я осмотрел интерьер. Тёмная комната с зашторенным окном, но слегка всё же освещённая жёлтым светом благодаря стоящим по сторонам от кровати ночникам, которые мы включили. Всё, чтобы насладиться той приятной частью, когда два человека медленно снимают один с другого одежду, лишь сильнее возбуждаясь. Тепло всё сильнее расходилось по телу, приятно покалывая. Вскоре мы оказались на мягком матрасе светлой постели, внутри которой нас закрывал высокий балдахин с тканями. — …Ты меня как-то просчитала? — неуверенно спросил я у упёршейся в роскошную стенку кровати девушки, которая была одета в красную комбинацию. — Уже как несколько дней я только в таком, — ответили мне, прикусывая губу и без застенчивости разглядывая мой торс. — Только это не всё… Сакура, ничего более не говоря, расставила ноги в жесте приглашения. — Раззадорила… Я двинулся вперёд, чтобы мы снова сошлись в объятиях и поцелуях. Раз она пока утаивает ещё кое-что, я предположил, что это для более позднего времени. Тогда как сейчас она бы хотела опробовать всё более традиционно. Вскоре, под чуть недовольный стон девушки, с моей инициативой наши губы отдалились. Но вскоре лишь послышались довольные глухие вздохи оттого, что мои губы начали всё ниже путешествовать по телу Сакуры. Добравшись до груди, ловким движением стягиваю лифчик, заставив тот упасть, после чего мягко беру в рот показавшийся сосочек средней по размерам груди. Каждое движение языка вызывало прилив удовольствия у девушки, что она не стеснялась выражать. Закончив с грудью и ощущая, как сам становлюсь всё больше напряжённым внизу, решаю не затягивать. Медленно опустившись ниже, подбираю Сакуру под бёдра, после чего под её неожиданный, но милый «И-и-ить…» поднимаю вверх, чтобы уткнуться лицом в её трусики. Потерявшая опору девушка схватилась за мою голову. Я же начал языком сквозь преграду касаться её киски, чем вызвал стоны. Приятный вкус, просочившийся сквозь ткань, снова появился в моём рту. В таком положении мы пробыли около минуты, пока захотевшая тоже проявить инициативу Сакура не попросила, чтобы её опустили. Мы стали очень близко на коленях. — Дай его мне… — ручка девушки просто взяла и незатейливо сорвала с меня боксёры, чтобы осторожно взять стержень в свою руку и начать по нему водить. — Да… Такой напряжённый… Она снова закусила губу, чтобы посмотреть мне в глаза. — Я так давно жаждала, чтобы он оказался внутри меня… — Правда? Ты хорошо умеешь скрываться… — Это так. Но здесь я могу говорить всё, что приходит в голову… — то ли спросила, то ли констатировала она. — Именно… — только подтвердил я, прежде чем мы сошлись в ещё одном поцелуе. — И раз так~ — Сакура на миг замолчала в задумчивости. — Нет… Или всё же сначала по-обычному? — Сегодня я в полном твоём распоряжении, — хищнически улыбнувшись, я дал карт-бланш девушке воплощать любые идеи. Её глаза блеснули. Между нами снова повисла тянущая тишина, прежде чем мы продолжили целоваться. Только в этот момент, помимо активничающей руки девушки, добавилась и моя, но уже на её киске. Нами было выбрано традиционное начало. Скорее лишив Сакуру трусиков и придерживая за упругую попку, я прижимал её к удобной спинке кровати, медленно начиная погружение. Под протяжный стон сбоку и ощущение пальчиков в моих волосах, мой член начало обволакивать тёплое и влажное нутро. То с каждым сантиметром моего погружения лишь сильнее пульсировало, пытаясь сжать, выдоить, и тем самым принося небывалое удовольствие. Факт же, что чувства взаимны, лишь усиливал наслаждение. Медленно наращивая темп, мы всё утопали в блаженстве. Спустя всего несколько минут напряжение достигло пика, после чего мы разрядились, так и не рассоединяясь. Короткие и дёрганные фрикции раздавались с моей стороны, лишь усиливая наш оргазм. Пока спустя минуту всё не утихло. Тяжело дыша, её глаза снова заблестели, когда Сакура оттолкнула меня назад. — Теперь попробуем так… — тихо, но довольно прошептала она, после того как будто крадучись подползла, а затем залезла сверху. После, совсем не жалея свою киску, девушка начала грубо насаживаться на мой член. Помогая ей, подбрасывая бёдрами, мы погрузились в очередной акт наслаждения партнёром. Тёплый свет фонарей играл на коже Сакуры. Пока мы снова не достигли пика. — М-н-р… — послышалось что-то неразборчивое с моей груди, где сейчас и была голова Сакуры. — Всё же мне больше понравилось, когда ты был сверху… В соитии мы проводили эксперимент, как нам было бы лучше заниматься, что придавало особую атмосферу. Уперевшись в матрас и подняв себя вперёд, девушка с растрёпанными волосами нависла над моим лицом. На её лице отобразилось смущение. — Ты ведь точно не будешь против чего-то… необычного? — Давай ты покажешь, и мы решим. Девушка кивнула и, выйдя из кровати, быстро подошла к шкафу и достала оттуда комплект ремешков, связанных благодаря металлическим частям в узнаваемую причуду для связывания. — БДСМ? — с улыбкой спросил я, выглядывая из-за запрокинутой простыни кровати. На что заметившая, что я совсем не против, аж просветлевшая Сакура поднесла это своё «снаряжение». — Я не совсем понимала, по какую сторону хочу оказаться. Но теперь, кажется, поняла. Надень на меня, пожалуйста. Через пару минут Сакура была в сковывающем руки корсете. Теперь она выглядела довольно беззащитно. До этого я пытался подстроиться максимально под желания Сакуры, чтобы доставить в её первый раз наибольшее удовольствие. И кажется, как-то инстинктивно позу для первого проникновения мне удалось подобрать идеально. Прям под её фетиш. Иначе бы последующие слова не прозвучали в воздухе. — Пожалуйста, вдави мою голову в кровать и вколачивайся как можно сильнее… — повернулась спиной Сакура и, качая бёдрами, так и просила войти в её пухленькую киску. — С удовольствием, — выполнил её пожелание, входя под стон, и, облокотившись на её спину, схватил за волосы, чтобы прижать. — М-м-м! — раздалось подо мной, что хорошо ощущалось благодаря тому, что наша кожа соприкасалась. Лицо девушки всё раскраснелось от всего того положения, в котором пребывала по своей же просьбе. Вся такая обычно холодная на работе, она могла только сладостно вскрикивать от того, как в неё грубо входит её парень. Наращивая темп, стоны в комнате становились всё громче. Мазохизм Сакуры был, в принципе, следственным в наших особенных отношениях, но всё же ещё одной неожиданностью. Сейчас в нашем сексе была довольно странная картина доминирования именно девушки, но и в то же время она находилась в пассивном положении. Грубое сношение приносило Сакуре большое удовольствие. Мне не то, чтобы был прям близок садизм. Особенно по отношению к моим девушкам. Но эта одновременная мягкость и упругость тела партнёрши. Вздрагивающая при каждой фрикции киска. И ещё много принайприятнейших ощущений точно не могли оставить меня в накладе. В очередной раз зайдясь в оргазме, мы немного сменили постановку. Очистив член от лишних жидкостей, оставив только смазку, я, используя рот и горло Сакуры, входил внутрь, используя его как другую её дырочку. Девушка так и тащилась от жёсткости. После, найдя ещё длинный ремешок и закрепив один конец на удобном для этого потолке балдахина, девушка была поднята за корсет над кроватью, после чего снова взята в киску под её же довольство. Затем снова, но только на кровати, в позе, как во время третьего нашего захода. Лишь в этот раз попка плохой девочки была отшлёпана в процессе, из-за чего раскраснелась, сравнявшись с таким же красным лицом. И конечно же, всё это принесло девушке ещё больше удовольствия. Ночь снова выдалась длинной. Мы и не думали засыпать, пока полностью не насытимся друг другом. Но всё же мы насытились. И довольные от проведённого времени, без ремешков, мы улеглись вместе, чтобы продолжать наслаждаться обществом партнёра, но во сне. ***Конец 18+*** Проснулся я от того, что некая девушка, на мне, тоже проснулась и сейчас со смущённым, красным лицом смотрела уже на моё лицо. — Доброе утро, Сакура, — открыл глаза и встретился сразу с такими же, только зелёными. — Доброе… — Ты выглядишь задумчивой и встревоженной, — я зарыл руку в её розовые волосы, отчего она наклонила голову в сторону моей ладони. — Это… Я бы хотела попросить тебя не рассказывать о том, что случилось этой ночью… Не пойми неправильно, всё было просто замечательно… Но это не нужно никому знать. — Всё в порядке, я бы и не делился нашей личной жизнью с посторонними. — Нет… Я не договорила. Не рассказывай Карин, пожалуйста. Она будет потом, хм, долго это припоминать. — А, ты об этом… Могу пообещать, что буду держаться до конца. Но... Мне почему-то думается, что она всё равно всё разузнает. — Пусть уж узнает поздно, когда мне будет не так стыдно, — проговорила девушка, после чего подалась вперёд. Наши губы сошлись вместе, чтобы разойтись лишь спустя полминуты. — Завтрак в постель? — поступило предложение с моей стороны. — Не откажусь, — подтвердила к этому моменту вернувшая обычный цвет кожи Сакура. Насладившись близостью, мы покинули компанию друг друга. Сакура не была столь же хрупкой, как Хината, а потому довольно быстро пришла в себя. У меня же освободилось ещё время. Его-то я и уделил остальным девушкам и матери. Ночью этого же дня я наслаждался видом с одного из балконов особняка, облокотившись на перила. С высоты красота разрастающейся с каждым годом Конохи была всё заметнее. Мне, наверное, всегда нравилось наблюдение и эдакое единение с миром. Но из транса меня вывела крадущаяся и, как она, наверное, думала, незаметная фигура. Менять я позицию не стал, просто ожидая развития событий. *Хвать* — на моём торсе резко появились женские руки, что сразу же вжались в него. — Поймала… — Не могла подождать хотя бы до завтра? — уточнил я с улыбкой. — Это было бы скучно… Да и зачем, если я могу тебя похитить прямо сейчас. — О… Прямо-таки похитить? — Именно… — меня укусили за мочку уха. Что ж, спрашивать у этой девушки, точно ли она готова, будет лишним. Напряжение моей чакры, и прямо передо мной попкой на перилах оказывается распахнувшая в удивлении глаза Карин, чьи очки были удобно перемещены ей на макушку для дальнейшего действия. Мои руки прижали женское тело, а губы соприкоснулись с её, на что она сразу с вспыхнувшим энтузиазмом приоткрыла свои. На языке сразу взорвалась яркая комбинация граната, красного апельсина и розового перца. В смешении с моей слюной, вкуса тёплого мёда и имбиря, разум охватило что-то пьянящее, но в то же время будоражащее. — Так ты всё же можешь проявлять инициативу! — весело заметила девушка, дёргая ногами и начав тяжело дышать. — Ты так долго не игнорировал меня… Что я решила взять всё в свои руки! Неужели мне всё же удалось разбудить в тебе зверя?.. Хе-хе. — Это только в твоих инсинуациях не могу… — попытался я добавить в голос недовольства, но как-то получилась лишь позитивная усмешка. — И что именно ты подразумеваешь под «взять всё в свои руки»? Она облизнулась. — То, что я уверена, ты ещё не попробовал! — Заинтригован. Всё же из нас всех, наверное, ты самая извращённая. — Открытая. И не от человека, который хочет затащить в кровать свою мать, это слышать, — она тоже попыталась меня обвинить, но в тоне, по её недоразумению, проскочило лишь лёгкое восхищение. — О… Заметила наши переглядки? — Естественно! Это же часть моей работы. И знай, я не откажусь позже от тройничка. Кушина, из-за своего молодого возраста, довольно быстро нашла взаимопонимание с девушками. — Ты торопишь события. — А ты — медлишь! — Карин, взяв меня за лицо, притянула. Мы снова насладились вкусом друг друга. — М-н-р, — на меня полностью перелезли, зафиксировавшись с помощью сомкнувшихся ног, после чего начали в нетерпении тереться. — Ну же, мой Император… Возьми меня. — Так уж и быть, моя верная Вестница. Ты заслужила награду. ***Начало 18+*** Наслаждаясь вкусом друг друга ещё минуту, мы переместились в привычную и, можно сказать, классическую для первого секса спальню. Карин была быстра на возбуждение, и длительная прелюдия нам не требовалась. Наши тела уже были разгорячённые, сердца бились чаще, по коже то и дело скользили мурашки, когда в паху нарастало напряжение. Вот только пропускать важный ритуал срывания с партнёра одежды мы сочли кощунством, отчего в его процессе ещё сильнее возбудились. Вскоре после, во время нашего поцелуя, девушка забралась сверху и начала елозить по всей моей длине своей сочащейся киской, отчего вскоре смазка покрыла весь мой член. — Тебе нравится? — с зубоскалящей улыбкой уточнила Карин, после чего откинулась назад и начала елозить ещё интенсивнее. — Очень. Но, полагаю, есть способ получить ещё больше удовольствия. — Нет-нет, это я здесь должна быть нетерпеливой, — откинулась она обратно вперёд, не прекращая двигать тазом. — Да, так всё же лучше… — Ну, я не против подождать. — Именно! Да, так и говори! — добавила она, чуть добавляя скорости. — Ну же! Я не ощущаю этих подёргиваний… О да, наконец… Карин всё наращивала темп, одновременно, по сути, мастурбируя наши гениталии, прежде чем её киску не свело в оргазме, и после сразу из моего члена вырвалась мне на лобок и нижнюю часть живота сперма. Подёргивая бёдрами, девушка свалилась на бок. Но когда её оргазм закончился, приподняв таз, она нависла лицом над моим пахом. — Спасибо за угощение, — зачерпнула та пальцами вязкую белую жидкость, чтобы поднять над головой, положить в рот и демонстративно сглотнуть. — Я был бы не против вкусить и твоё блюдо, — положил я руку ей на бедро, из-за чего девушка сменила позицию — умостившись на мне прямыми ногами к моей голове. Подняв её за таз, приподнял собственную голову и дождался, когда её ноги сомкнутся за моей шеей, образуя удобную подставку. Сначала использую технику для очистки партнёрши, а после подношу чуть ближе голову, из-за чего ноги ещё немножко её выше поднимают, и касаюсь языком, из-за чего девушка вздрагивает. Она пока слишком чувствительная. Язык идёт чуть в сторону, напрямую не касаясь половых губ, но всё равно заставляя Карин подрагивать от удовольствия. Девушка тем временем, как кошка, слизала всё, что осталось на мне, после чего прошла по всему стволу, затем головке, и, конечно же, не обделила уздечку. В конечном итоге мы снова довели друг друга до пика. Но Карин в этот раз не дала мне себя запачкать — всё проглотив. — Пора приступать к главному, — та развернулась и уселась так, что мой член оказался между нами. Я попытался подняться, но её руки быстро уложили меня обратно. — Нет, позволь всё сделать мне… Моё тело расслабилось. — Волю твоим желаниям. Всё же это твой первый раз. Между нами повисла секундная тишина. Карин задумалась. — …То есть сегодня мне можно больше, чем когда-либо? — она начала водить по моему стояку одной рукой, тогда как вторая начала массировать мошонку. — И как далеко эти пределы? — Крайне далеки, если брать в рамках традиционных отношений. И крайне узки, если в рамках некоторой женской литературы. А ещё нет, мы сможем повторить что-то из этой ночи и позже. Или, возможно, сделать что-то ещё более извращённое. — М-м-м, — девушка, ещё чуть подумав, кивнула. — Как ты относишься к ролевым играм? — Положительно. — Отлично, на следующий раз точно будет это! А сейчас, хм-м… Нет, сначала может быть неудобно, и это всё испортит. Так что лучше так… Карин приподнялась и наклонила таз назад, чтобы взять член и, направив внутрь киски, резко насадиться. Наши лобки столкнулись, когда девушка навалилась вперёд. В паху проскочило мимолётное преодоление препятствия, а также снова начало ощущаться приятное обволакивание и подрагивание. Каждая киска, казалось, принимала мой член по-разному. И принадлежащая Карин так и начала жадно сокращаться, пытаясь выдоить. — М-м-м-м-м! — послышался стон девушки. Когда же она круговыми движениями начала одновременно и тереться, и ещё этим сама менять амплитуду погружённости, стало намного приятнее. Наши тела были везде, где нужно, смазаны, отчего движения были исключительно гладкими и приносящими ещё больше наслаждения. Легко сомкнув правую руку на ягодице девушки, зарыл левую в её волосах, притягивая для поцелуя. Та будто только этого и ожидала, завершая картину нашего полного единения. Спустя несколько минут наши движения, ещё и под контролем моей ладони, ускорились, прежде чем мы не дошли до оргазма. — Хе-хе, ты залил мою киску изнутри спермой. Тебе не стыдно? — Нисколько. Продолжим? — Несомненно… Но как насчёт, — Карин снова поднялась на руки и отодвинулась назад. Её пальцы раскрыли пухлые половые губы, показывая мне, как из её дырочки медленно вытекает белая жидкость, чтобы остаться на белой простыне. — Этой дырочки… — её пальцы скользнули ниже, к анальному отверстию. — Гулять, так на всё? — уточнил я. — Именно! Попробуем всё, что можем, — девушка снова поднялась, чтобы направить мой член к своей попке. Погружение было медленное, с ощущением разверзания, как и дальнейшие ощущения отличались от первой дырочки. Тугость обвивала, сжимая немного сильнее показавшейся до этого жадной киски. Вторая дырочка Карин была определённо жаднее, и после пройдённого некоторого расстояния начала так и затягивать в себя. — М-м-м, да-а-а! — слышалось во время всего проникновения. — Вот ты и снова внутри меня, но по-другому, хе-хе. Как же долго я об этом мечтала… — Когда в твоей извращённой попке окажется мой член? — …Нет, просто когда он окажется во мне. Но, — она чуть поднялась и опустилась, — в этом определённо что-то есть. Наращивая амплитуду, Карин начала двигаться с наклоном назад. Но амплитуда была довольно короткая из-за того, что она двигалась только ногами, которые подрагивали из-за ощущений и были непослушны. Что ж, она не хотела активности с моей стороны… Однако я вижу, что некоторая помощь определённо не помешает. Взяв её руки под свои, она подалась вперёд. Наши локти согнулись под девяносто градусов, находясь параллельно друг другу, но перпендикулярно земле, то есть её руки упёрлись в мои, после чего я начал её легко подкидывать вверх. — Да! Да! Да! — амплитуда увеличилась до таких значений, что мой член чуть ли не выпрыгивал из дырочки, что точно ещё сильнее понравилось девушке. — Нет, отдельно об этом тоже стоило мечтать! Продолжай! Да! Да! Новый заход продлился ещё чуть меньше предыдущего. Новые чувства снова заставили нас закончить. — Да... Теперь твоя сперма во всех моих дырочках... — тяжело дышала Карин. И после нескольких вздохов, придя немного в себя, расплылась в предвкушающей улыбке. — Это ведь мой первый раз... Потому, можно, я тебя свяжу? И я попробую насаживаться ещё жёстче! — Обычно девушки просят быть нежными в первый раз. Разве нет? — вопросил, также восстанавливая дыхание. — Но я ведь плохая девочка... — Тогда можно...