Фрэнк Брайс
3 апреля 2026 г., 00:00
Фрэнк Брайс всегда отлично служил семье Реддлов. Он был садовником, сторожем и человеком на все руки в большом, мрачноватом поместье, которое больше походило на дворец местных аристократов, чем на обычный загородный дом. Он знал каждую тропинку в саду, каждый скрипучий пол в доме, но никогда не лез в дела хозяев. А дела их были странными. В доме царила тишина, прерываемая редкими, но яростными ссорами старого Тома Реддла с его же сыном и невесткой. А потом, в один летний вечер, все кончилось. Нашли их троих — хозяина, молодого мистера Тома и его жену — без единой царапины. По всем признакам люди были здоровы, но они были мертвы. В день смерти хозяинов поместья Фрэнк видел мальчишку. Темноволосого, бледного, с холодными глазами, выходившего из кустов на краю сада.
Брайса, конечно, допрашивали. Подозревали. Старый солдат, прошедший страшную войну и живущий рядом с местом убийства — идеальный подозреваемый. Но ничего не доказали. Отпустили. И остался Фрэнк жить в своём домике садовника на краю угодий. Не из привязанности к месту — просто больше идти ему было некуда.
Дом Реддлов пустовал. Покупатели сменялись, но никто не задерживался надолго. Шёпотки о проклятии, о странной смерти прежних владельцев делали своё дело. Последние несколько лет особняк и вовсе стоял заброшенным, оконницы заколочены, сад дичал. Но не весь. Фрэнк, по привычке, по долгу, что ли, ухаживал за розами у террасы и подстригал живую изгородь у входа.
Мальчишки из деревни любили над ним подшучивать. «Старый, глухой Фрэнк-дурак», — кричали они, швыряя камни в окна пустующего дома. Он слышал их плохо, только смутный гул и звон разбитого стекла, да видел мелькающие тени. Он ворчал, махал палкой, но толку было мало. Но в тот день что-то пошло не так. Он вышел, готовый к очередной бесполезной ругани, и увидел, как самый заводила, здоровенный детина Билли Смит, вдруг резко остановился и пробормотал так, будто действительно раскаивается: «Извините, мистер Брайс. Мы больше так не будем!». Остальные, будто по команде, закивали и, не глядя друг на друга, поспешно ретировались. Фрэнк остался стоять с открытым ртом, теребя в руках свою палку.
А через несколько минут прямо перед ним, словно из воздуха, возник парень. Лет тринадцати-четырнадцати, не больше. Короткие, взъерошенные чёрные волосы, одетый в джинсы и серую футболку, но глаза… Глаза были не от мира сего. Ярко-зелёные, как молодая трава на рассвете, но с глубиной и блеском настоящих изумрудов. В них светился ум и… печаль.
— Мистер Брайс, — голос у мальчика был спокойным, но твёрдым. — Вам нельзя здесь оставаться. В этом доме скоро случится… несчастье. Вы можете умереть. Я могу отвести вас в безопасное место.
Фрэнк нахмурился. Колдун. Явно колдун. Вся его жизнь, начиная с той странной смерти Реддлов, заставила его поверить, что магия — это только для убийств, для обмана, для тёмных делишек.
— Отстань, — прохрипел Фрэнк, сжимая палку. — Мне вашего колдовства не надо. Прожил я без него семьдесят лет, и умру без него. А уж если умру — так туда мне и дорога.
Мальчик не настаивал. Он лишь достал из кармана маленький флакон с прозрачной, слегка мерцающей жидкостью.
— Хорошо. Выпейте. Это не яд. Я даю вам слово.
Фрэнк смерил его долгим взглядом. Что ему терять? В самом деле. Смерть не страшила. Если это яд — ну что ж, избавление от одиночества и вечной боли в старых костях. Он выхватил флакон, открутил пробку и залпом выпил содержимое. На вкус — как мёд с мятой и чем-то металлическим.
И тогда он почувствовал, будто всё это время он ходил с берушами. Звуки, которых он не слышал десятилетиями, обрушились на него лавиной. Яростный, оглушительный шелест листьев на вязе над головой. Пронзительный крик вороны вдалеке. Собственное, громкое и хриплое дыхание. И голос мальчика, теперь ясный и чистый:
— Вы стали лучше слышать, не так ли?
Фрэнк, ошеломлённый, мог только кивнуть.
— Магия может и исцелять, — продолжил мальчик, и в его зелёных глазах вспыхнуло что-то похожее на гнев, но тут же погасло, сменившись всё той же печалью. — Магглы почему-то не берут это в расчёт, предпочитая довольствоваться россказнями о чёрном колдовстве.
Он протянул руку.
— Теперь повторю: пойдёмте. Это место смерти. В следующем году сюда придёт тёмный волшебник, который убил Реддлов. У меня есть небольшой домик. Там безопасно. И... там есть чай, — он безмятежно пожал плечами.
Фрэнк Брайс, семидесятилетний, глухой всего несколько минут назад старик, посмотрел на протянутую руку, на зелёные, честные глаза, а потом на мрачные очертания дома Реддлов, где он прослужил всю жизнь. Он медленно, с трудом разжал пальцы на своей палке (нога, раненая ещё на войне, сейчас совсем не болела). Она с глухим стуком упала на землю.
— Чай, говоришь? — хрипло произнёс он, и его собственный голос, громкий и чёткий, прозвучал почти чужо. — Что ж. Чай — это дело хорошее.
Парень достал из кармана какой-то чёрный камень, на котором были нарисованы какие-то символы, и дотронулся до его предплечья. Миг — и Фрэнку показалось, что перед ним заплясали все цвета радуги, а затем...
Тишина. Глубокая, почти осязаемая, нарушаемая лишь далёким криком птицы и шелестом хвои. Воздух был чистым, холодным и пахнущим смолой и влажной землёй. Они стояли на мягкой подушке из пожухлой хвои и мха перед… домом. Небольшим, прочным, сложенном из тёмных брёвен, с аккуратной каменной трубой, из которой вился дымок. Кругом, куда ни кинь взгляд, стеной стояли высокие, стройные сосны и ели, уходящие в серое небо. Никаких следов Маленького Хэнглтона. Никакого поместья Реддлов.
— Где… — начал Фрэнк, но его громкий голос заставил старика смолкнуть.
— Канада, — сказал мальчик, убирая камень в карман. — Точнее, одна из её глухих провинций далеко от Англии. Этот дом защищён и здесь безопасно, не волнуйтесь.
Он подошёл к тяжёлой дубовой двери, тронул её, и та бесшумно открылась.
Внутри было просто, уютно и чисто. Прямо перед входом — кухня. Небольшая, но светлая, с окном, выходящим на лес. Печь, правда, без дров, над которой висел медный чайник, деревянный стол, пара стульев, полки с посудой и припасами. Дверь справа вела в крошечную спальню с аккуратно застеленной кроватью, тумбочкой и ещё одним окном. И третья дверь — в совмещённую ванную, где, к изумлению Фрэнка, была не только раковина, но и душ с бойлером, и даже маленькая стиральная машина — вещи, о которых он в своём старом домике мог только мечтать.
— Здесь есть всё необходимое, — пояснил мальчик. — Очаг всегда горит, вода горячая. Вам не нужно ни о чём беспокоиться. Если вдруг захотите поесть, то позовите Добби. Это домовой эльф Он вам поможет.
И мальчик выкрикнул это необычное имя.
Фрэнк в шоке смотрел на маленькое тощее существо с большими заострёнными ушами, длинным носом и огромными глазами.
— Хозяин Гарри! — восторженно воскликнуло существо, и старик наконец-то узнал, как зовут этого мальчика-волшебника. — Чем Добби может помочь?
— Добби, это Фрэнк Брайс, он будет жить тут. Закупись продуктами на несколько месяцев вперёд, — он махнул рукой на ошеломлённого старика.
«Я вроде бы не говорил, как меня зовут...» — подумал он.
— Приятно познакомиться, сэр Фрэнк, — посмотрел на него этот домовой эльф, старик кивнул, и Добби повернулся опять к странному мальчику. — Добби всё сделает, великий... то есть, хозяин Гарри!
— Молодец, Добби, — мальчик погладил существо по лысой голове. — Фрэнк, боюсь, что мой домовик сможет присматривать за вами лишь несколько дней, потом он отправиться на полугодовое обучение в Гринготтс, так что.
— А... что такое... этот ваш Гринготтс? — решил спросить старик.
— Банк, где волшебники хранят свои деньги. Всем заведуют гоблины, но маги не доверяют им. В прошлом между нашими расами вспыхнуло немало войн.
И необычный мальчик принялся рассказывать историю гоблинов, всё больше повергая старика в шок.
— В общем, на полке в спальне вы найдёте несколько книг по Истории Магии. Если что-то ещё вам будет нужно, свяжитесь со мной через это зеркало. Оно называется двусторонним.
Этот Гарри, как назвало его то лопоухое существо, сейчас с восторгом и трепетом смотрящее то на старика, то на мальчика, протянул ему осколок зеркала и объяснил, как работает этот артек...артефакт.
— Позовите «Гарри Поттер» в зеркало, и я услышу. Отвечу, когда смогу, — сказал мальчик, его зелёные глаза серьёзны. — Не теряйте его.
Фрэнк взял прохладный осколок стекла. Вещь, которая позволяла говорить через континенты. Мог ли он когда-либо узнать об этом, если бы не этот малец?
— А ты… — Фрэнк сглотнул. — Зачем? Зачем всё это для меня? Старый, никому не нужный…
Гарри посмотрел на него.
— Потому что вы не виноваты. Потому что тот, кто убил Реддлов, вернётся. Я не могу это остановить. Пока не могу. Но я могу спасти невинного. И потому что «чай — это дело хорошее», — добавил он с лёгкой, едва заметной усмешкой, повторяя слова старика.
Добби, тем временем, щёлкнув длинными пальцами, заставил полки на кухне заполниться провизией: банками с соленьями, мешками с мукой, свёртками с чаем, в холодильник отправились другие продукты. Всё аккуратно, в изобилии.
— Всё готово, хозяин Гарри! Добби позаботится о сэре Фрэнке, пока не уедет учиться! — эльф отсалютовал, его огромные глаза сияли преданностью.
— Спасибо, Добби. Фрэнк, — Гарри повернулся к старику. — Осваивайтесь. Книги помогут понять… наш мир. Не торопитесь. У вас теперь есть время.
Он сделал шаг к двери, затем обернулся.
— И ещё кое-что. Тот мальчик, которого вы видели тогда, у дома Реддлов… Он выжил. И он стал тем самым тёмным волшебником, который рано или поздно возродится. Его зовут Том Реддл. Но большинство знает его под другим именем. Волан-де-Морт. Его имя нельзя произносить... в обычном мире. Здесь же его чары никого не достанут.
Фрэнк застыл. Это имя оживило в памяти образ того самого бледного, красивого мальчишки с высокомерным взглядом, так похожего на хозяина поместья. И всё встало на свои места.
— Так вот оно что, — прошептал он.
— Да, — подтвердил Гарри. — Теперь вы понимаете, почему вам нельзя было там оставаться. Отдыхайте. Вы в безопасности.
— Но откуда ты знаешь про всё это? Откуда знаешь моё имя?
— Просто я маг.
И Фрэнк понял, что на этот вопрос ему не стоит искать ответ.
Он вышел, и тяжёлая дверь бесшумно закрылась за ним. Бывший солдат не сомневался в том, что, если он посмотрит в окно, мальчика старик не увидит. Фрэнк Брайс остался наедине с восторженным Добби, который уже суетился, расставляя кружку и тарелку с конфетами.
Он медленно опустился на мягкий стул у стола. Добби тут же поставил перед ним дымящуюся кружку. Старик почувствовал прекрасный аромат зелёного чая с жасмином. Он взял кружку дрожащими руками. За окном, в сумерках, темнели величественные сосны. Он сделал глоток.
Чай был отменным.
