Благими намерениями...

Утро было очень ранним, даже отец ещё спал. Всыпав в рот горсть кукурузных хлопьев, я наскоро запил её водой из под крана, и, прихватив с собой немного карманных денег, тихо ушёл. На улице было тепло и ясно, издалека доносились крики петухов. Они словно соревновались друг с другом, кто крикнет громче.  Просто кататься по сонному селению мне не хотелось. Петляя на велосипеде по округе, я планировал в скором времени убраться с улиц, чтобы меня никто не увидел, но вскоре голод дал о себе знать, и я поехал к магазину. По пути я часто меня направление, избегая людей и автомобилей, что удлинило мой путь и помогло скоротать немного времени, но до открытия магазина все еще было далеко. Приехав на место, я вместе с велосипедом спрятался в проулке между домами, за огромным мусорным ящиком. Место было безопасное, но пахло здесь отвратительно. Я сидел на холодной земле, привалившись к каменной стене, и думал о своей участи. Я понимал, что жизнь бродяги слишком тяжела, и я не смогу продержаться долго, если родители решат выставить меня на улицу. Мне казалось странным то, что, поступив правильно, я думал обо всем этом и так страдал. Я начинал сомневаться, стоило ли мне вмешиваться, но потом, мысленно отматывая время назад, я раз за разом приходил к выводу, что будь у меня второй шанс, я поступил бы точно так же. Затем я вспомнил своего кота и немного поплакал, но слёзы эти были не только по нему – я разревелся из-за всего недавно произошедшего. Время тянулось очень медленно и я одергивал себя каждый раз, когда мне казалось, что пора вылезать. Я знал, что это не так. Спустя некоторое время, я, наконец, под недоумение редких прохожих, покинул свое убежище. На парковке около магазина стояла всего одна машина. Я пожалел, что не захватил с собой бейсболку и, низко опустив голову, юркнул в магазин. Мне повезло и не повезло одновременно. В торговом зале были только продавец, которому было плевать на меня, блондинка Алиса, которая мне нравилась, и её странные родители, которые закупались для пикника. Как я ни старался не привлекать к себе внимания, сколько бы ни отворачивался и как бы ни пытался спрятаться между рядами, Алиса узнала меня и будто специально столкнулась со мной у полки с чипсами. Она стояла у одного конца стеллажа, а я – у другого. С любопытством оглядев меня, Алиса сказала: - Привет. Это было неожиданно. Я только кивнул ответ, в тот момент мне было не до девчонок, пусть даже конкретно эта мне очень нравилась. - Я видела, как ты вчера вступился за того дурачка. Ты побил Филиппа. - Не побил, а толкнул! - возмущённо заметил я. - Ты его поколотил, - убеждённо заявила девчонка и мне показалось, что в голосе ее я услышал что-то, похожее на одобрение. - Ты что-то перепутала. - Это было странно, - разглядывая чипсы, она сделала несколько осторожных шагов по направлению ко мне. - Зачем ты вступился за Кудрю? - Затем, что должен был! Нельзя обижать тех, кто не может за себя постоять! Мило улыбнувшись, Алиса взяла с полки ближайшую к ней пачку и с восхищением сказала: - Ты такой храбрый, Гектор! А потом она ушла к своим родителям, одетым в светлые и просторные, как будто светящиеся одежды. Этот разговор несколько воодушевил меня и Алиса стала нравиться мне ещё больше. Затем колокольчик над дверью долго звенел. Очевидно, Алиса вместе с семьёй вышла, в то время как кто-то другой – зашёл. Вскоре я узнал, что вошедшими оказались ребята – трое, и ни с кем из них я не был знаком лично. Заметив меня, они противно ухмыльнулись, и направились ко мне. Я знал, что ничего хорошего от встречи с ними ждать не стоит. - Что, Гектор, родители уже выставили тебя из дома? - Конечно, зачем им сын, который дружит с идиотом и позорит семью. Они дружно рассмеялись. - А вы чего шатаетесь в такую рань? - спросил я, злобно глянув на них и сжав кулаки. – Мамочек своих ищите? - Слушай сюда! - тот, что был крупнее остальных, резко схватил меня за грудки и крепко приложил к стеллажу. Железная полка больно упёрлась мне в спину, прямо под лопатки. - Если ты в ближайшее время не поколотишь Кудрю, чтобы все видели, мы тебе прилюдно зад надерем! Станешь изгоем и пожалеешь, что решил за этого педика вступиться! Я разозлился, но не потому, что он был сильнее меня и делал мне больно, а потому что он заставлял меня жить по его правилам и выполнять его приказы. Я попытался высвободиться, но у меня ничего не вышло, и ребята снова рассмеялись. - Мы тебе устроим сладкую жизнь, - хищнически улыбнувшись, сказал другой парень, и шумно шмыгнул. - Знаете, что? - ухмыльнувшись, я вместо продолжения плюнул в лицо тому, что держал меня. Это было самонадеянно, но я никогда не избегал драк, если причина казалась мне достаточной. Не останавливала меня даже перспектива быть побежденным, если противник был мне не по плечу или соперников было слишком много. Оплеванный пацан моментально рассвирепел и с силой толкнул меня в стеллаж, из-за чего пачки чипсов ворохом посыпались на пол. На шум прибежал продавец, но перед тем, как сбежать, парни несколько раз ударили меня в живот. Я закашлялся, согнулся пополам и сполз на пол. - Что тут происходит! – заорал, почти взвизгнул продавец, сжав кулаки. На месте потасовки к тому моменту остался только я, лежащий на полу среди чипсов и пытавшийся восстановить дыхание. - Ах ты, стервец! Теперь ты не уйдёшь отсюда, пока всё здесь не приберешь! - Но ведь это они виноваты! - прохрипел я, указав в сторону двери.  - А ты кого-то видишь здесь, кроме себя? Это было несправедливо, но, придя в себя, я наскоро собрал пачки и выскочил из магазина. Напоследок я хорошенько хлопнул дверью. Казалось, связавшись с Кудрёй, я наложил на себя какое-то проклятье.