Саламандра 2. Новые горизонты

Сканд был против! Очень против! Он так орал, что переборки в шатре реяли, как флаги, а ветераны на входе присели от страха. Сканд так орал, что переорал всех ящеров, и на какое-то время все в лагере замерли и замолчали, заслушавшись ором главного хищника. - Не кричи на ребенка! - Лекс погладил Тук-тука на перевязи. - Не бойся, маленький, это отец не на тебя орет, а от обиды, что воля богов отвлекает его от других, не менее важных дел. Но я же не говорю, чтобы ты все бросил и мчался выяснять, что там приготовили боги для нас! А это точно для нас, ты ведь помнишь, что там ничего не росло, но вот Бэл исполнил волю богов, и вот вам, пожалуйста – что-то выросло! Причем очень быстро выросло! Так что не отмашешься, что это само по себе, рука богов, так сказать, во всей своей силе! Я могу и сам съездить, и нечего здесь зубами скрипеть и глазами сверкать, я же не один туда поеду! Вон, монахов возьму… мало? Ладно, тогда можешь со мной и Бэлом еще всадников отправить, а что они здесь будут топтаться даром? Пусть побегают, жопы свои растрясут… Мне, может, тоже не хочется никуда ехать, - Лекс тяжко вздохнул и шаркнул ножкой, - но ведь придется. С богами не спорят, ты же не маленький и сам понимаешь, не успеешь ухватить ситуацию вначале, и тебя завалит в конце! Так что надо, не хочется, а придется. - Р-р-р, - оскалился Сканд, Лекс тяжко вздохнул и передернул недовольно плечами. - Когда я в прошлый раз выпустил тебя из рук, все закончилось тем, что на тебя напала Могучая Му! Помнишь, как ты тяжело отлеживался после нее? А потом нам пришлось ехать к девам копья в пасть, и ты по возвращении лежал как мертвый несколько дней. Забыл? Сколько сил, сколько нервов ушло, чтобы закончить то, чего бы не случилось, будь ты рядом со мной! - Зато теперь у нас Тук-тук есть! - надулся рыжик. - Это вам тоже не глупости, а ребенок! Свой собственный! - Это не обсуждается! - рыкнул генерал в очередной раз. - Вот закончим то, за чем шли ТРИ ГОДА, а потом отправимся посмотреть, что там растет! Пусть себе растет дальше! - Нельзя пренебрегать дарами богов, - насупился Лекс. - Судя по рассказам, там растет нечто на том месте, где появилась Саламандра! Ты что, хочешь получить обиженного бога в канун битвы? Да я быстренько смотаюсь, ты даже не заметишь, что я отъезжал! Пока ты разберешься с баллистами и передвижением войска, я уже вернусь! - А давайте вначале посмотрим на яйцо, - в шатер проскользнул Кирель и, откинув капюшон, мило улыбнулся, ну совсем как симпатяжка Ламиль, прежде чем вынести всем мозг. - Может, тебе, Лекс, придется тихо сидеть в шатре на попе и караулить, когда появится малыш? И тогда к чему все эти крики и споры? - Да! - обрадовался муженек. - Правильно! Сиди с яйцом у меня перед глазами и все будет хорошо! Я хотя бы не буду волноваться, в какую историю ты втянул нас в очередной раз! - Я втянул? - разозлился Лекс. - Еще скажи, что война началась из-за меня! Сканд на него так посмотрел, что Лекс виновато отвел взгляд и передернул плечами. - Война началась потому, что колдуны убили Пушана, - тяжело произнес Сканд. Кирель глубоко вздохнул и задержал дыхание, справляясь с собственной болью, а Лекс подумал, что Пушана убили потому, что Гаури приревновал и влез с интригами, желая избавиться от соперника. От него. Гаури так или иначе строил бы козни, а тут как раз колдуны подвернулись. А они прилетели, заинтересовавшись создателем требушетов. Вот если бы он придержал язык, когда его провоцировали, то возможно… хотя нет. Пушан и Гаури стоили друг друга, два манипулятора и садиста не смогли простить, что он удрал из их лап, и пытались или вернуть, или сломать. А без требушетов они бы не отбились от пиратов, да и Теланири до сих пор обирал бы всех, до кого мог дотянуться. Жадный ублюдок. Лекс развернул плечи и так же тяжело уставился на Сканда, нет, он не чувствовал своей вины. Он просто старался выжить и спасти тех, кто был ему дорог, и он не собирается просить за это прощения! - Вначале посмотрим на яйцо и определимся со сроками, - Кирель положил руку на плечо Лекса и со значением посмотрел на Сканда, - а потом решим, что делать. Лекс сделал жест в сторону спальни, зайдя первым, он сразу снял палантин и, развязав узел, выкатил яйцо на кровать. Оно изогнулось в одну сторону, потом в другую и замерло. - Хм, - Кирель сел рядом и осторожно потрогал его. - Действительно крупное для своего времени. Ну, значит, ребенок будет крупным и действительно старшим. Могу поздравить заранее с сильным наследником. Будет воином и помощником отцу. - Яйцо недовольно изогнулось и… покатилось в сторону от рук Киреля, тот довольно улыбнулся. - Гляньте, какой строптивый недотрога. Но время пока есть, - Кирель потыкал пальцем в шкурку. - Вот попка, а это голова. У нас всех есть еще дней десять. Внутри еще много желточного мешочка. Когда придет время, ты буквально увидишь силуэт свернутого ребенка. Спинка будет явно выделяться, а голова опустится к коленям. В это время ребенка надо греть сильнее, чем обычно. Холод замедлит развитие. Малыши, которым было холодно в конце, начинают поздно разговаривать и тяжелее учатся. Мы даже в монастыре начинаем греть яйца, чтобы получить смышленых помощников, а не заторможенных идиотов. Младшие из плебса, у которых нет возможности сидеть в теплой комнате, привязывают яйца к себе свадебной шкурой, чтобы ребенок гарантированно не мерз. - Лекс, сиди дома, грей ребенка, - жалобно попросил Сканд. - Ты же говоришь, что любишь его, неужели нельзя потерпеть немного? - Два дня туда, два обратно, и день там, чтобы разобраться, что к чему, - поджал губы рыжик. - А вот потом буду сидеть в тепле, замотанный в шкуру, обещаю. Но надо разобраться, что к чему, у меня странное тянущее чувство, как будто что-то скоро закончится и надо поторопиться. Мне надо было ехать вместе с Бэлом, тогда не было бы сейчас проблем. Отпусти меня, Сканд, это не каприз, это действительно важно. Сканд сел на край кровати и, опустив плечи, тяжело вздыхал. Лекс его понимал, генерал не мог оставить войско в самом конце, буквально перед битвой. Один из легионов отмаршировал в сторону Проклятого города, но пока оттуда не было вестей. На все требовалось время и сейчас его реально не хватало. Не стоило затягивать нападение на колдунов, каждый день просрочки был накладен для армии с точки зрения кормежки стольких ртов, да и колдунам не следовало давать время ни на что. Предположим, по морю могло прийти подкрепление союзников из других городов, или из Зеленых равнин, они ведь были полностью подконтрольны именно колдунам, а еще, у колдунов был оплот на другой локации. По крайней мере, и к соседям и в другую локацию регулярно летали группы колдунов. - Я поеду с Лексом, - подал голос Кирель, - возьму своих людей. Ты дашь своих, и мы действительно будем торопиться, Сканд. - Когда отправляетесь? - рыкнул муж и встал с кровати. - Прямо сейчас, - Лекс хотел подойти, но Сканд отстранился. - Быстрее отправимся, быстрее вернемся. Будем ехать сегодня, пока окончательно не стемнеет, а завтра отправимся сразу как рассветет. Сканд передернулся, как недовольный ящер, и вышел из шатра, сразу послышались команды и пересвист командиров. Лекс завязал Тук-тука обратно и, выйдя из комнаты, наткнулся на Дайриса, который протягивал ему серую шкуру. Хм, у многих ветеранов были шкуры, их носили поверх доспехов на параде, как доказательство собственной доблести. По всей видимости, это была шкура Дайриса, он как никто другой всегда был в курсе всех разговоров, тряпичные стенки не были преградой для тонкого слуха ящеров. Лекс молча кивнул и придержал Тук-тука, пока его обвязывали как батон колбасы, закрепляя впереди шкуру. А если вспомнить, что сезон жары только-только закончился, то стоило скорее опасаться, чтобы Тук-тук не сварился всмятку от такой заботы. Кирель за это время вышел из шатра и что-то коротко скомандовал своим людям. Ящеров уже освободили от поклажи и теперь в седло отправлялись монахи. Они поддергивали и завязывали свои одежды, становясь опять теми ассасинами, что сопровождали Лекса во время похода. Из белоснежного шатра появился Ламиль и непонимающе уставился на все происходящее. - Ты остаешься в лагере, - сразу скомандовал Лекс, - и это не обсуждается! Будешь учить танцы для матери Саламандры, а ночевать, если будет страшно, отправишься в шатер к Сканду. Ты меня услышал? Когда вернусь, покажешь, чему научился, и не дай боги, мне расскажут, что ты строил глазки вместо учебы! Отстегаю розгой по заднице! Ты пообещал быть прилежным, вот и занимайся со всем усердием! Ламиль надул губы, но вместо капризов вздернул голову и царственно кивнул, а потом вернулся обратно в шатер. Для Лекса седлали самочку, Аши тоже снаряжали, но ему поверх попоны привязывали бурдюки с водой, мешки с продуктами и средних размеров котел с деревяшками. Лекс проверил, как закрепили скатку одеял за седлом, и забрался в такое привычное сиденье. Кирель сразу дал команду к движению, и небольшой отряд отправился в обратную дорогу, а через какое-то время их догнали всадники. Их было примерно полсотни, и их командир сразу сообщил Первосвященнику, что они будут сопровождать его в походе. Кирель царственно кивнул капюшоном, и отряд добавил скорости. Они бежали вдоль дороги, по которой двигалось войско. Все так же размеренно, в установленном порядке, с регалиями и аквилой в начале очередного легиона и грузовым ящером в конце. Они не успели далеко уехать, как послышался топот, это братец мчался со своим войском. Всадники мужа сразу заняли места, не позволяя приблизиться к важным наездникам, но Чаречаши было не испугать такой преградой. Он, не заморачиваясь, пересчитал и монахов и вооруженных всадников, и только после этого прищурился на рыжика, обвязанного шкурой как подарок на праздник. - Маленький! - заорало рыжеволосое чудовище, - ты разругался со своим мужем? Чего это он орал, как будто его в зад укусили? - Лекс выразительно хмыкнул и покачал головой, что ответ неверный. Чаречаши выдал другую версию происходящего: - тебя отправляют в монастырь растить ребенка? Нет? Ты решил поменять вояку на Первосвященника? Надоел грубиян, который не ценит твою красоту и изящество? - Чани, у тебя с глазами проблема? - Лекс откинул рукав туники и напряг бицепс (между прочим, весьма приличный), - может, до Сканда мне и далеко, но «изящество»? Это как-то больше смахивает на издевку, а не на комплимент. Ты всерьез решил со мной разругаться? Еще пару таких высказываний, и ты на собственной шкуре вспомнишь, какая я злопамятная тварь. Мстить буду долго и со вкусом! - Я же тебя люблю, - надулся здоровяк. Какое-то время ехал молча, но потом решил попытать удачу еще. - Решил вернуться домой, а чего тогда Ламиля оставил? Или его для меня оставили? Нет? Ой, вот только глазами сверкать на меня не надо! Неужели так тяжело объяснить, что происходит? Мне же интересно! - То есть то, что происходит в Проклятом городе, который якобы ты завоевал, тебя не интересует, а куда отправляется Первосвященник, тебя интересует? - Оу, - обрадовался братец, - так ты сопровождаешь сиятельного Киреля? Мое почтение, уважаемый! - Чаречаши прижал руки к груди и поклонился. - Вас проводить до порта? - У нас достаточно и охраны, и сопровождения, - ответил Кирель и даже не повернул головы к прилипале. Чаречаши немного отстал, чтобы отправить обратно часть всадников, а сам с полусотней (как наездников Сканда) продолжил путь, следуя за братом и Первосвященником. Похоже, он не поверил словам, и решил все выяснить лично. Они ехали и ехали. Войска уже остановились, получив команду «отдых», и наполняли водой котлы, под которыми разводили огонь, а совсем немаленький отряд с монахами и всадниками так и рысил на приличной скорости. Они добрались до прежнего лагеря и Лекс огляделся. Даже странно представить, что из него вышло много народу, по ощущению все было как прежде, только на месте, где был шатер ставки, лежали связки струганого бруса с нумерацией и сундуки с такими же номерами и тайными для непосвященных отметками. Там лежали натяжные валы баллист, для каждой конкретной баллисты были строго определенные валы. Их надо было хранить и от сырости, и от сухости, хотя это все равно не гарантировало, что их не разорвет при стрельбе. Требушеты в этом плане были намного надежнее, хотя не такие дальнобойные. Но за все надо было платить, и за дальность тоже приходилось расплачиваться несчастными случаями, которые время от времени происходили. - Останемся ночевать в лагере под охраной? - поинтересовался Кирель. - Нет, надо торопиться, - поморщился рыжик. - Мы до темноты успеем проехать еще часть пути, и на завтра останется меньше. - Ладно, - кивнул капюшоном Кирель и дал команду в путь. Теперь они бежали по пустой дороге, и не добегая до крайнего колодца, Бэл вырвался вперед и повел всех по едва заметной тропинке. Монахи ехали друг за другом, вытянувшись в одну ленту, а всадники Сканда привольно рысили сами по себе, оглядываясь и присматривая за всеми сразу. Лекс обернулся, чтобы поймать нахальную улыбку Чаречаши, он явно уже придумал не пойми чего и радовался, что находится здесь, когда Сканд так далеко. Теперь приходилось ехать не так быстро, время от времени огибая крупные камни или просто кучки камней, чтобы не сломать ящерам ноги, а себе шеи. Они ехали, пока ночь не накрыла всех своим крылом, заставив остановиться на месте, а когда на небе разгорелись звезды, отряд спешился и стал устраиваться на ночевку. Кирель, получается, провел в седле практически целый день, но держался молодцом, как будто путешествовать верхом для него было самым привычным делом. Хотя Лекс тоже чувствовал себя неплохо. Когда ехал со Скандом, то думал, что сдохнет от усталости, а сейчас был не против ехать еще и еще. Правду говаривал отец: для бешеного кобеля и сто миль не крюк. С Аши сняли котел и припасы. Монахи молчаливо ходили, обустраивая место для ночлега, разводили костер, раздавали своим лепешки. Несколько человек растворились в ночи. Для Киреля, Лекса и Бэла устроили место у костра, разгребя крупные камни и уложив попоны, чтобы было мягче. Бэл виновато улыбался, похоже, ему было неудобно вот так сидеть у костра, и судя по тому, как он крутил головой, он бы с удовольствием отправился на ночное дежурство, но рядом ходили крупные старшие, поили из фляг своих ящеров и не подходили к небольшому костру. Люди Чаречаши остановились отдельным лагерем, тоже развели костер и что-то там жарили, гортанно смеясь и время от времени начиная петь. Они вели себя очень шумно, как для незнакомых мест, хотя, возможно просто бахвалились перед настороженными имперцами. Лекс дождался, когда вода в котелке закипит и туда насыплют душистых трав, и, выпив стаканчик, сказал, что собирается спать. Кто-то из монахов притащил очередные попоны и, распинав камни, сделал спальное местечко неподалеку. Лекс забрал со спины самочки скатанное одеяло и устроился на жестком ложе. Кирель о чем-то тихо разговаривал с Бэлом, а Лекс улегся и подумал, что давно уже не спал вот так, в одиночестве, хотя это почти сразу исправил Аши, появившись над головой. Понюхал любимого хозяина, пофыркав на чужую шкуру, а потом с тяжким вздохом улегся рядом, завернувшись вокруг, так что хвост как заборчик прикрывал с одной стороны, с другой стороны была мощная туша, а дальше крупная голова. Чаречаши заявился, зазывая в гости, но Аши зевнул зубастой пастью на нахала, а Лекс сделал вид, что уже уснул, идти и улыбаться хоть кому-то совсем не хотелось. Засунув руки в тепло шкуры, он обнял Тук-тука и не заметил, как уснул…