Саламандра 2. Новые горизонты

Сканд был не против того, чтобы сходить на свадьбу Квинта и Луция, ему было все равно, как на это посмотрят другие рода, ровно до тех пор, как этот вопрос подняли в Сенате. Когда об этом спросили Шарпа, мол, как можно допустить, чтобы куртизан стал мужем патриция, тот невозмутимо ответил, что Квинт вышел из прежнего рода и сейчас по факту безродный, так что он может взять в мужья кого сам пожелает, а уважаемым сенаторам лучше заняться своими делами, которых, кстати сказать, набралось к рассмотрению более чем достаточно. Тогда сенаторы возмутились, что Квинта собираются сделать старшим в новом роду, и тогда в случае, если случится такая возмутительная свадьба, то Квинта надо вычеркнуть из списков претендентов на столь уважаемую должность, чтобы он не запятнал таким необдуманным поступком всех патрициев. Шарп усмехнулся и сказал, что Квинт выдвиженец наследника и тут следует спросить его мнение по этому вопросу, и послал посыльного за наследником, которого тот нашел в доме (куда его заманил Лекс пообедать, в надежде спихнуть сына ему в руки до конца дня). И как следствие, посланник Шарпа озвучил перед двумя супругами причину вызова в Сенат. - Я с тобой, - остановил здоровяка рыжик и бросил на ходу, - у нас с тобой равный брак? Вот и хочу разделить с тобой на равных это дело! Сканд не возражал, но потребовал паланкин для супруга. Аши, поняв, что Лекс собирается уходить, попытался пристроиться к охране, но был оставлен дома с заданием присматривать за детьми (Лайком и Лео) в отсутствие родителей. А вот Лекс оделся достаточно показательно – нацепил на себя тунику из похода, ту самую, что ему перекрашивали в Железном городе, ту,  которая в свое время была его любимой желтой туникой, а после стирки Рикки стала ярко-зеленой с желтой каймой, на которой выделялась вышивка зеленого лавра, как символ принадлежности к правящему роду, и сливочный палантин на плечо с вышивкой того же лавра, но уже золотыми нитями. И, кроме этого, нацеплял на себя золотишка, младший он или как?  Пусть не забывают об этом гнусные и двуличные твари с двойными стандартами. Сканд оценил горделивую походку и важный вид Огонька, который своим нарядом и каждым жестом подтверждал, что он младший супруг, хотя по факту был равным.  Если его на пир или на выход в тот же Колизей едва не с боем надо было украшать драгоценностями, то тут он сам нацепил на себя полный комплект украшений, и даже браслеты на щиколотки, на которые раньше только рычал и плевался. И теперь вся эта красота спокойно улеглась на паланкин и томно махнула рукой, мол, он готов к дороге. Генерал переглянулся с обеспокоенным Тиро и дал команду на выход. Аши только шумно вздохнул им вслед, но ящера в любом случае в сенат не пустят. Сенат находился неподалеку от дворца и улицы, где стоял дом наследника, и поэтому дорога туда была недолгой. У дверей охрана забрала меч у Сканда, потому что внутри был император, и рядом с ним вооруженными могли быть только телохранители, да и сенаторы в белых тогах шипели бы долго, если бы увидели оружие. Старец в тоге, сидящий с краю и отвечавший за регламент и порядок в подсчете голосов, попытался позудеть, что Сканд неподобающе одет, но генерал отмахнулся от зануды. Он пришел не на заседание совета, а по просьбе императора, чтобы прояснить интересующий его вопрос. И он практически пришел из казармы, и отправится туда же, как только выйдет отсюда. Лекс шел рядом, просунув руку в оттопыренный локоть генерала, как будто он был трепетным и слабым и нуждался в поддержке. Сканд уселся на кресло на подиуме возле отца и сразу приказал принести кресло для Лекса, как для своего супруга, равного ему по браку. Это не было тайной ни для кого, но тихий и недовольный шип на трибунах сената Лекс все же различил. А пока дожидался кресла, без колебаний залез на руки Сканда, как милашка-младший, хотя нет, те стеснительно стояли за спиной мужей, случись им оказаться на приеме вместе с благоверными, и даже не поднимали глаз, пока к ним не обратятся. Вместо кресла притащили раскладной стульчик, и Сканд, который с удовольствием тискал свою красоту на глазах других, вначале рыкнул, чтобы нашли что надо, но Лекс отмахнулся. Неважно, на чем сидеть, главное, где… Сенаторы настороженно посмотрели на того, кто во время похода был на равных с офицерами и имел право голоса, но Лекс начал изображать Ламиля и поправлять браслеты с колечками, вызвав хитрую ухмылку генерала. И тут император сообщил, из-за чего его вызвали, и дал слово тому сенатору, который стал что-то жалобно блеять после тычков в бок своих единомышленников. Сканд вначале не поверил в то, что услышал, и тряхнул головой, как Шу в начале боя, готовясь к атаке. Сенатор замолк на середине фразы, почувствовав опасность, но тот, кто сидел рядом, быстро протявкал то, о чем не смог сообщить выступающий.  Лекс довольно улыбнулся, ну что за идиот! Сам полез в петлю! Итого, минус одно, нет, два приглашения на свою вечеринку! В сенате было около трехсот патрициев, большинство Лекс уже знал и по имени, и на взгляд. Уроки Пети не проходили мимо ушей, да и подколки Титуса оставили насечки в его памяти. Неизвестными для Лекса были те, кто как правило, помалкивал в Сенате и ничем не отличился в городе, то есть, не содержал гладиаторских школ и не занимался конкуренцией с кузнецами и ювелирами. Такие, как правило, были «на подтанцовке» у заводил. Ведь при подсчете голосов по различным вопросам для различных фракций надо было собрать кворум или собрать необходимое количество голосов, чтобы закон приняли. А во время пиров во дворце такие занимали дальние от императоров места. Сканд встал со своего места, чтобы ответить на такую глупость. Ведь Квинт умный и достойный человек и имеет право сам принимать решение, с кем создавать семью, и если вначале Сканд разговаривал ровным голосом, то по мере выступления поднимал голос выше и выше, примерно как ящер набирал скорость при атаке, и под конец орал на притихших сенаторов, чтобы они не лезли в койки легатов, пока он не начал перетряхивать их семейные статусы! - Сканд! – Лекс дождался паузы, пока муженек набирал воздух между воплями, и звякнув многочисленными  браслетами, приложил растопыренные пальцы, унизанные перстнями, к груди, - о, мать моя Саламандра, похоже, они покушаются и на наш брак, ты ведь взял в мужья бывшего раба! Как Сканд орал после этого!! Лекс даже заслушался! Такая экспрессия, такие красочные обещания, как именно он поступит с каждым, кто посмеет даже заикнуться на эту тему впредь! И главное, что ему все поверили на слово, ведь все знали, что Сканд был беспощадным к врагам и человеколюбием не страдал, в отличие от прекрасного Лекса, который сейчас растерянно (ага!) хлопал глазками и беспомощно (ага-ага!) оглядывался на уважаемых сенаторов. А Лекс в это время составлял списки, с кем он будет здороваться впредь, а мимо кого пройдёт, как мимо пустого места. Хотя, тут надо дождаться голосований, когда будут представлять новых сенаторов и глав новых родов. Похоже, то заседание точно будет очень интересным событием! Теперь уже Шарп дожидался, пока сыночка любимый выдохнется и можно будет перехватить заседание Сената на себя. Сканд еще какое-то время посверкал глазами, сидя на кресле, и только убедившись, что запугал всех, осчастливил Сенат заявлением, что он высказался по интересующему их вопросу и теперь отправляется по своим делам. Сенаторы довольно выдохнули и свободнее расселись на своих местах, а Лекс опять вцепился в локоть Сканда и посеменил за ним следом. Ну да, вот такой хороший супруг у грозного генерала. - Провожу тебя до дома и отправлюсь по делам, - сообщил генерал, пристегивая свой гладиус на пояс. Лекс только закатил глаза, ну да, теперь придется тащить Лайка с собой к оружейникам, ведь у Тиро на очереди очередная уборка дома. У Лекса была новая идея, которая касалась возка рикши. Создание рессор. Можно было бы попробовать сделать их деревянными на первое время, но нет ничего более постоянного, чем временные вещи, и значит, рессоры надо было делать с самого начала как положено, из стали. Для них подходил пружинящий металл марки 65 Г, этого добиваются, опуская на закалку не на положенное время, а частично, так, чтобы металл закалился снаружи, но при этом остался сырым внутри. Это дает ему гибкость и сохранение формы. Потому что полностью закаленный металл при частом изгибе сломается, но сырая середина сделает его гибким. Кремний, марганец и углерод подходили для обеспечения нужных свойств, оставалось выплавить сталь с необходимыми добавками.  Лекс вздохнул, вспоминая лабораторные по металловедению, когда в большом помещении на стеллажах лежали пруты различной марки стали. Марка 65 Г маркировала такие болванки наполовину зеленой краской, даже если кругляк прута заржавеет, то по зеленому наполовину закрашенному торцу его можно было опознать среди других. Эх, как раньше было просто с этим. Тебе нужна сталь определенной марки, подходишь и берешь ее со стеллажа, главное, ничего не напортачить в процессе своей работы. Дорога домой была короткой, Лекс только успел поснимать все цацки, как они уже приехали, так что завернул все украшения в край палантина и отправился в спальню, переодеться во что-нибудь попроще. Сканд умчался в казарму, едва убедился, что паланкин оказался внутри двора, под присмотром Тиро. Лекс бросил цацки в шкатулку, не разбирая, что где, и сменил тунику на темную, хотя в этом мире считалось, что чем темнее цвет, тем дороже ткань, но для Лекса чем светлее ткань, тем больше мороки со стиркой и выведением пятен, а значит, она точно на праздники, а вот темно-синюю вполне можно надеть к кузнецам. Там, если даже Лайк вцепится в нее чумазыми руками, так темное на темном, никто и не заметит. Подхватил с пола счастливого сына, который куда-то мчался, и, чмокнув его в нос, заявил, что они уходят в гости к людям, которые ему точно понравятся. Тиро вначале напрягся, но услышав, что речь идет о кузнецах, расслабленно махнул рукой и стал командовать девкам и мальчишкам, чтобы срочно бросили все свои дела и притащили во двор все светильники на треногах и праздничные латунные столики для закусок, надо было все тщательно натереть песком. А то придут гости, а у них грязные отпечатки на ручках дверей и столики не блестят! Позор на всю империю! Сит опять командовал и дул щеки, организуя охрану вокруг паланкина супруга и сына Сканда, но в этот раз Аши даже рыкнул, когда его попытались оттеснить от любимого хозяина. Так что пришлось взять зубастого охранника на радость Лайка. Гильдия оружейников была в новых кварталах столицы, и поэтому добираться до нее было далеченько, но Лайк перерыкивался с Аши всю дорогу на радость зевакам. Лекс их не останавливал, так Лайк хотя бы спокойно сидел и не крутился, и то ладно…  Орис был рад приходу Лекса, да и Лайк был всем интересен, ведь он - будущий наследник и всем хотелось понять, насколько он хорош и смышлен. А ещё, Лайк был очень любопытен, хотя несколько пугался громких звуков, когда молотобойцы били по заготовкам, но крепко держался за ворот туники Лекса, хотя и помаргивал от каждого удара. Его восхитили искры, летящие с наковальни, и как зашипело масло, и горящие горны, и большие сильные люди вокруг! Лекс даже подошел поближе, чтобы сын все лучше рассмотрел и заодно понюхал, как пахнет горячий металл. Он и сам обожал все это и радовался, что сына это тоже привело в восторг! - Я пришел к тебе по делу, Орис, но чтобы нам поговорить, найди пару серьезных парней, чтобы присмотрели за Лайком. Орис свистнул, пару раз махнул руками, жестами делая перестановку учеников на мехах, и под конец два долговязых, но уже достаточно мускулистых подростка встали перед Орисом и Лексом. - Лайк, - Лекс поднял сына перед собой так, чтобы их лица оказались на одном уровне, - слушай меня внимательно! Сейчас ты отправишься с этими мальчиками и они тебе все покажут и даже дадут постучать, но ты не будешь спускаться с рук, потому что наверху все хорошо видно. Вот подрастешь, станешь ростом как они, тогда и будешь здесь ходить ногами сам. Ты меня услышал? Ты маленький, а здесь все большое, и чтобы все было видно, ты должен быть на руках мальчиков. Спускаться вниз нельзя! Как только опустишься на пол, так мы сразу развернёмся и уйдем отсюда, и ты не увидишь больше такой красоты. Ты меня понял? Сын впечатлился и, нахмурив бровки, сосредоточенно кивнул. Лекс отдал сына на руки ближайшему парню и строго махнул на них пальцем: - С рук не спускать, к огню не приближаться, к маслу не соваться!  Найдите ему молоток по размеру и постучите где-нибудь, и желательно, чтобы я вас видел!  Орис показал на пустую наковальню и разрешил взять поделки учеников ради такого дела. Мальчишки просветлели глазами, но сосредоточенно закивали головами и попытались выглядеть солидно, а потом помчались к большому ящику, стоящему в углу одной из мастерских. Похоже, им самим пока не очень-то доверяли в руки молоты, и они с радостью рванули за такой забавой. - Орис, мне надо сделать такие штучки, вначале на пробу штук десять, но позже гильдия Бэла закажет их еще. Они потом сами решат, когда и сколько их будет надо. Но просто, чтобы ты был к этому готов и знал, что надо делать. Лекс сделал чертеж и обговорил детали в изготовление первого в этом мире шампура, а что касается металла, то, конечно, было бы лучше сделать их из стали, но как образец, вполне подойдет и бронза. А потом он стал говорить о новом металле и способе его обработки. Это будет специальная сталь с необычными свойствами, как раз для необычных требований эксплуатации. Лекс опять нарисовал чертеж того, что хотел получить в итоге, и долго объяснял, почему этот сплав не стоит закаливать как обычно, ведь из него не сделают меч, да и его состав будет отличаться от привычного. - Сколько обойдется гильдии рецепт этой стали, которая не пригодится для мечей? – задумчиво поднял брови Орис, - мы сможем применить ее где-нибудь ещё, кроме твоей странной конструкции? - Ты заплатишь мне за этот состав один золотой, Орис, - Лекс поджал губы, потому что не был готов к такому вопросу. Ему были нужны рессоры, а вот меркантильный интерес он как-то упустил, - и это не потому, что эта сталь плоха. Просто она не для оружия, хотя оружие можно сделать и из нее… но я отдаю ее твоей гильдии ради мирной жизни. Сталь - это не только оружие, это и очень полезные вещи для мирных людей. Никогда не забывай о мирной жизни, Орис, мы живем не ради войны, и оружие нам нужно для того, чтобы нас не посчитали слабыми и не напали на нас, а не для того, чтобы грозить им соседям. Дзяньг! Дзвяньг!! ДЗВЯНЬГ!! Раздался такой оглушительный грохот, что все в кузнях замолкли на мгновенье. Это Лайк держал двумя руками приличный по размеру молоток и лупасил по медному... тазу? Казану? Чему-то округлому и звучащему как колокол, который ощутимо сминался под ударами. Один из парней держал Лайка за ноги, прижав к своему животу, а второй щипцами удерживал железяку на наковальне, и похоже, все трое получали одинаковое удовольствие!!