Саламандра 2. Новые горизонты

Лекс проснулся от того, что его поцеловали в ухо. Пососали мочку и печально вздохнули. - Вставай соня-засоня, триумф не начнется без тебя! - Сканд?! – Лекс вывернулся и вцепился в здоровяка, - как я рад тебя видеть!   - И я, - усмехнулся муж и сразу запустил руки под простынку, - и не только видеть! Вставай. Сегодня день триумфа! Лекс резко сел и ощупал себя. Все было на месте, и на теле не было ни шрамов, ни крови. Сканд с удовольствием погладил его по бокам, но тут зашел Рикки с одеждой, и он с тяжким вздохом отстранился, чтобы рыжика одели и украсили. Лекс крутил головой по сторонам, пытаясь понять, что происходит… Это был сон? Предупреждение? Или его вернули? - Сканд, подскажи, что это за бог, который похож на мальчика. Такого невысокого и худенького, как младший… а еще у него в руках такая маленькая лопата… - М-м, - задумался Сканд и стал распускать его косу, чтобы причесать, - нет, не знаю, надо спросить у Киреля. Это он знает всех богов. Ну, или посетить главный храм, там есть пантеон всех богов. И старших, и младших… хм, лопата, говоришь? Может, это бог землероек? Или ямокопателей, или крестьянский бог вскопанных полей? Нет, не знаю. Не крутись, а то получатся неровно. Лекс опять почувствовал себя странно, как будто поймал дежавю. Он даже повернул голову за мгновенье до того, как в комнату зашел Тиро с миской мяса и предложением перекусить, чтобы сил до вечера хватило. Сканд отказался, чтобы не пачкать руки, и Тиро со смешком засовывал ему мясо прямо в рот. Лекс жевал мясо и размышлял – вернули или предупредили? Они вышли на улицу, там опять стояла колесница-монстр, и Сканд опять самодовольно забрался на самый верх и помахал восторженному народу. Лекс покрутил головой. Вокруг было много разряженных людей, он едва нашел Бэла и жестом позвал его к себе. - Пошли пару надежных людей на крышу терм. Там будет кто-то с копьем. Пусть его поймают и приведут сюда для допроса. Улыбка слетела с лица Бела и он сосредоточенно кивнул, сразу оглядываясь, ища кого-то среди радостных младших. Лекс забрался на колесницу и стал махать руками в ответ на здравицы, осторожно присматриваясь к толпе, а вдруг не один с копьем? - Не надо так переживать, - Сканд прижал его одной рукой, а второй махал толпе, - здесь много переодетых ветеранов, они присмотрят, чтобы не было вооруженных или безумцев. Все под контролем. Расслабься и получи удовольствие! - А крыши? – Лекс широко улыбался на публику, а сам поймал настороженный взгляд мужа, - крыши твои ветераны тоже контролируют? - Крыши? – задумался генерал. Почесал за ухом, свистнул и что-то сказал, махнув рукой подбежавшему парню, - они проверят крыши на протяжении всего пути. Ну, ты же не думаешь, что найдется безумный, чтобы стрелять в такой толпе? Да чтобы попасть с такого расстояния, надо обладать суперсилой и острым глазом, ну или помощью богов! – рассмеялся муж. - Одного бога, – Лекс смотрел, как улыбка выцвела на лице мужа, - Дорбагана. - Бога пиратов? Их больше нет, и больше никто не понесет ему кровавую жертву. Моряки поклоняются другим богам – приливов и отливов Сею или матери-черепахе Морре. Дорбоган утратил свою силу. - Пока есть верующие, есть и боги, и порой хватит одного желающего мести, чтобы бог помог ему. Пусть и из последних сил. Уж на один бросок копья его помощи точно хватит! - Что ты знаешь? – Сканд схватил рыжика и прижал к себе в попытке укрыть, - надо было надеть на тебя доспехи под тунику! Кто? Где?    Колесница как раз начала въезжать на площадь перед дворцом. Лекс посмотрел на крышу терм, уже видимую отсюда. Сканд перехватил его взгляд и, разглядев силуэт, сразу задвинул Лекса к себе за спину. Но тут человек на крыше оглянулся, взмахнул руками, теряя опору, и полетел вниз. А следом за ним вниз сорвались и несколько свинцовых плиток черепицы. Почти сразу появились два человека, Лекс их узнал по манере двигаться, это были Мэл и Крин. Они с интересом посмотрели вниз, куда сорвался человек, потом пожали плечами и, заметив, что на них смотрят, сделали жест «все в порядке», а потом с радостью замахали руками, как все люди в толпе. - Это был он? – Сканд обернулся и, заметив короткий кивок, опять что-то просвистел и что-то сказал, свесившись с колесницы. – С такой высоты он вряд ли выжил, но его труп притащат в наш дом для расследования. - А боги еще добавили пару свинцовых листов, чтобы точно не выжил, -  усмехнулся рыжик и довольно расправил плечи. - ТАК, а теперь разворачиваемся и дружно едем в главный храм! - Но нас ждут! - Подождут! – отмахнулся Лекс и теперь сам, свесившись вниз, приказал своим людям, - передайте Кирелю, что мы ждем его в главном столичном храме у пантеона всех богов! Ящеры двигались неторопливо, их развернули и вместо одной улицы направили на другую. Сканд махнул рукой, и легион Тургула отправился вслед за фигурой Саламандры, а колесница поехала как бы одна. В окружении охраны, конечно, ведь народу было много везде. Похоже, и из старого города пришли люди, и много народу из других городов. Это было понятно по их цвету кожи и прическам, все равно все орали и кидались цветами. Еще бы, вечером ожидалась грандиозная обжираловка и попойка! Чего бы не порадоваться новой победе непобедимого Сканда! Удачная военная кампания - это опять полные кошели у ветеранов и довольные торговцы. Кирель поджимал недовольные губы у главного портала в храме. Лекс первый соскочил с колесницы и бросился к Первосвященнику. - Прошу вашей помощи, Хранитель Материнской кладки, сиятельный Кирель! Все недовольство с лица Киреля как губкой стерли, и взгляд стал напряженный. - Я ищу бога, которому я теперь должен за свою жизнь. Он спас меня и сделал то, что другие боги не смогли сделать. Но я не знаю, как его зовут! - Идем, - Кирель схватил его за руку и потащил в глубину. Там, за жертвенной чашей стояли фигурки богов, - мы здесь держим полный пантеон богов. Иногда надо сделать подарки кому-то конкретному, чтобы заручиться поддержкой. Если ты не знаешь его имя, то может знаешь, как он выглядит? - Как мальчик, маленький и худенький. - Рор, – Кирель порывшись, вытащил фигурку мальчика, - бог рассветов. - АВ-рора, - усмехнулся Лекс, - она девушка. Прекрасная, как сам рассвет. Нет, мой мальчик с лопаткой в руках. - Хм, - задумался Кирель, - лопатка? Хронос? Бог времени? У него лопатка и он может досыпать времени жизни, чтобы исполнить то, что пообещал богам. Его мало кто знает. В основном священники… Что это? Кирель достал кусочки дерева. Похоже, это была фигурка одного из богов, но только она выглядела, как будто ее растерзали на кусочки. - Похоже, это бог глубин и ночных чудовищ – Доргабан. Ему поклонялись пираты и приносили обильные кровавые жертвы,-  Кирель попытался на ладони рассмотреть кусочки, - да, это точно он. Многие пасти. Что же с ним случилось? Лекс схватился за грудь из-за того, что сердце гулко забилось, и он вспомнил как во сне, или не во сне… он разорвал чудовище. - Выкиньте его в жаровню, и пусть люди о нем забудут, - Лекс накрыл руку Киреля, - его время закончилось окончательно. - Ладно, - Кирель заинтересованно поднял брови и кинул такой цепкий взгляд, что Лекс понял, что сохранить все произошедшее в тайне от Киреля не получится. Ну и пусть! Кирель тем временем порылся среди маленьких фигурок и достал что-то, вылитое из бронзы, - вот он – Хронос. - Да! Это он! Лекс поставил маленькую фигурку мальчика, который прижимал лопатку к груди на центральное место перед другими богами и, сняв с себя браслет, продел насквозь. - Благодарю тебя за то, что помог, за то, что вернул обратно к мужу и детям. Я построю в твою честь храм и обещаю, что займусь твоим прославлением. Может, не скоро, но я обещаю, что будет время, когда люди будут жить по часам или, как мы их назовем – хронографам. В твою честь, маленький бог. В каждом доме появятся хронографы, и все будут равнять свою жизнь, следуя за ними. Я обязуюсь заняться изучением времени. - Зачем? – поморщился Кирель, - время идет незаметно и его всегда мало. Всегда не хватает дня или даже его половины, чтобы закончить нечто важное, и людям всегда не хватает времени, чтобы успеть сказать самые главные слова своим родным. Но зачем изучать время? Его больше не станет. - Надо обязательно знать время. Мы выясним, какова длительность дня, а потом разделим его на части и назовем их часы. И каждому часу дадим свое название, в честь какого-то бога. Например, полночь, когда один день меняется на другой, мы посвятим двуликому богу Янусу – богу дверей. Потому что когда что-то закрывается, то открывается другое, и когда что-то заканчивается, сразу начинается нечто новое. И назовем час рассвета Авророй. А самый полдень, когда самая жара и солнце стоит в зените, посвятим Матери Саламандре. И обязательно там найдем время и для Матери Ящерицы, и Семизубу, и богу приливов и отливов, и… ну я не знаю, папа, - Лекс мило улыбнулся Кирелю, - вы мне поможете подобрать подходящих богов? Добрых на день, суровых для ночи. И люди будут договариваться о встрече в час Саламандры на дворцовой площади и собираться в дорогу к часу Авроры, когда будут открывать городские ворота. Главное, не спешить, чтобы потом не переделывать. Начнем с самого малого. Поставим солнечный хронограф и будем измерять положение тени. Когда тень будет самая короткая - это будет значить полдень. Он станет точкой отсчета. Потом мы сделаем много песочных часов, одинаковых по объёму, и мы будем их переворачивать по очереди. Когда будет заканчиваться песок в одних, будем переворачивать следующие. Так мы будем их считать до следующего полдня. Когда тень встанет на место самой короткой палочки. Потом мы посчитаем, сколько раз перевернули песочный хронограф и поделим количество на удобные части. А потом сделаем такие песочные часы, чтобы их хватало на целый час. И поставим их в храме Хроноса. А на крыше повесим колокол, и, когда будем переворачивать песочный хронограф, на крыше будет звенеть колокол, чтобы люди знали, что прошел еще один час, который они провели в трудах или лености, и люди будут относиться ко времени более серьезно и будут большего достигать в жизни. Звон на башне будет их стимулировать работать, а не лениться. - Если он спас тебя, то я клянусь, что отолью его фигуру из золота! – пообещал Сканд, и, сняв браслет со своей руки, положил сверху на бога, – даже не представляю, что бы я сделал, если бы потерял тебя! - Я знаю, - усмехнулся Лекс, - но лучше сделать его фигурку из латуни, чтобы ворье не зарилось на бога. Сделаю фигурку с текущим песком.   Лекс представил фигурку мальчика у стеклянной колбы песочных часов, с лопатки падают в нее песчинки, а снизу песок протекает в некий резервуар, а там винт с лопастью, шестерни, и еще много чего, и все это перетекает в неприметную емкость наверху и самотеком течет опять в лопатку и в колбу песочных часов. М-м, будет наглядно и нарядно. -  А потом можно сделать часовой механизм, и стрелка будет показывать на того бога, который отвечает за этот час. И фигурку бога на циферблате, и бой колокола на каждый час… - Лекс вспомнил часы с фигурками в Праге и довольно улыбнулся, м-м, это, похоже, будет интересно! - Он улыбается? – растерянно прошептал Кирель, глядя на маленькую фигурку мальчика, - он раньше не улыбался, а теперь улыбается. - М-м, - Лекс собрал мозги в кучку и вынырнул из приятных планов на будущее, - мы сейчас тоже все начнем дружно улыбаться, у нас ведь впереди празднование триумфа? А делами и планами займемся сразу после праздника, обещаю! Кирель кивнул головой и сразу отправился куда-то в глубину храма, а Лекс и Сканд вышли на улицу, забрались на колесницу, и генерал стал командовать, как срезать путь, чтобы догнать колонну. Ящеров сразу схватили под уздцы и стали торопить уколами в бока, чтобы они почти переходили на бег, двигаясь по несколько опустевшим улицам. Все люди хотели полюбоваться на парад и перебегали на новое место, чтобы увидеть его окончание. Вскоре колесница добралась до определённого места и охрана, растолкав зрителей, ждала, когда пройдет часть шествия, а потом колесница тронулась и заняла положенное в строю место. Все так же трубили трубы и били барабаны. Все так же радовались жители и кидали цветы им под ноги. Только Сканд уже не радовался как ребенок, он улыбался приклеенной к лицу улыбкой, а сам с тревогой смотрел по сторонам и по крышам домов, прижимая к себе Лекса, как будто боялся что он пропадет из его рук. Да и сам Лекс, растеряв радость, пытался осмыслить тот факт, что он на самом деле погиб еще раз, и боги дали ему еще один шанс. При одной мысли о том, как именно мог закончиться этот день в случае его смерти, становилось жутко. Мало того, что дети остались бы без его любви и заботы… Они в конце концов выросли бы под крылом Титуса, его любви хватило бы на всех, но для детей одной слепой любви было мало, им нужны были еще дисциплина и порядок. Тиро, конечно, помог бы Сканду, но и это было не то. Хотелось верить, что Лекс сам был достаточно важен в воспитании и смог бы откорректировать учебу детей и их мировоззрение, чтобы не допустить перекоса из одной стороны в другую. И потом, он тоже любил своих детей и, говоря о них, он имел в виду не только Лайка. Но и Ламиля, и даже Лео, хотя с последним он почти не общался, но это исключительно потому, что он был реально маленьким для воспитания и учебы, да и травмированным в самом маленьком возрасте. Хотя даже сейчас у Лео был виден характер, и, главное, мозги. Он чутко и очень точно оценивал ситуацию вокруг себя – когда надо спрятаться за чужой спиной, когда надо промолчать и смотреть, как другие набивают себе шишки, а когда выйти вперед и сделать то, что порадует других.  И кроме этого, самое главное, это боль Сканда! Он не хотел быть ее источником, и не хотел оставлять его одного. Он был для этого слишком эгоистом, чтобы отказаться от любви и заботы Сканда, от его бурчания и попыток командовать. Ему нравилось, как он прячет его за свою спину при опасности, как фырчит в спину, когда он в очередной раз нарушает писанные и неписанные законы своим поведением и выходками. А ещё, ему нравилось, с какой детской радостью он смотрит на него, не так, как Лайк, а как на того, кто стал центром его мира. Такая открытость и обожание окрыляли и заставляли сжимать руки крепче, чтобы не потерять, не расстроить, не оттолкнуть и всегда иметь рядом, чтобы греться душой от такой любви. Ради которой можно было сделать даже невозможное, даже прогнуть богов и заставить их поступить иначе, чем они привыкли… И кстати о богах, хм, это было очень странно вдруг оказаться среди них, но Сканд был важнее. Даже день с ним был важнее вечности без него… - О чем думаешь? - О богах и хрупкости жизни, - Лекс усмехнулся, когда его в очередной раз сжали и требовательно засопели в волосы. - Я… - Я знаю, и я тебя… - Р-р-р… - Да, я с тобой полностью согласен, это было бы ужасно, но виновные уже наказаны и надеюсь, все теперь остались довольны, и боги, и мы с тобой. Давай сосредоточимся на триумфе, а потом мы обязательно подробно поговорим обо всем и обсудим. Как я понял, Кирелю придётся дать самый подробный ответ о произошедшем, так что побереги мой язык, чтобы не говорить по кругу одно и то же. В данный момент главное, это результат – я жив и наши планы остаются неизменными. Триумф, пир, собрание Сената, потом пир у нас, помолвка Ламиля, и вот после этого мы сможем полететь в Железный город, чтобы помочь погонщикам с доставкой ящеров в империю. - Многие офицеры уже обращались с просьбами на кораблях вернуться к железному городу и перегонять ящеров верхом вместе с погонщиками. – Сканд наконец выпустил свое сокровище из захвата, но все равно крепко держал за руку. - Там будет много боевых ящеров, так что наличие хозяев хотя бы у части из них поможет избежать драк в пути. Как я понял, ты попросил помощи у Киреля? Он уже намекал мне, что его монахи составили примерный план передвижения и ждут, чтобы я с ним согласился. - Надеюсь, мы успеем до начала сезона штормов, – Лекс махал свободной рукой. - Время еще есть. Лейшан после помолвки Ламиля отправится обратно к себе и, скорее всего, увезет к себе Шанаи. Как я понял, Чаречаши уже перестал быть ее САМЫМ ЛЮБИМЫМ СЫНОМ. - Вот как? - Она, конечно, не откажется от власти в Золотом Цветке, но одержимость Чаречаши Ламилем сейчас очень сильна. Может, он остынет позже, когда добьётся своего, а может наоборот. Время покажет. А вот в городе Лейшана сейчас власть только формируется. Этот процесс будет несколько зыбким, пока не появятся определенные вехи привычек и правила поведения. Одно дело, законы в городе, что касается плебса, торговли и отношений знати друг с другом. И совсем другое, собственная иерархия так сказать внутри дворца, взаимодействие гостей, секретарей или адъютантов, слуг, которые, как бы так сказать, по хозяйству, и тех, которые допущены к повелителям. Все это надо на новом месте отлаживать под свою руку, и тут Шанаи сможет поставить на ключевые места своих доверенных людей. А потом может и вернуться к старшему сыну в Золотой цветок, чтобы проверить, как там без нее движется, и может, Чаречаши уже наиграется Ламилем и она сможет опять все взять под свой контроль. - Не будем сильно загадывать наперед, - Лекс тяжело вздохнул, - порой все может измениться очень резко и неожиданно. Так что глядя вперед, не будем забывать смотреть себе под ноги, чтобы банально не споткнуться и не разбить себе нос. Всему свое время, и пусть милость богов нас не оставит. Сканд сильнее сжал его пальцы и, широко скалясь как бы в улыбке, энергично махал рукой счастливым людям на обочине дороги. Все так же гремели барабаны, ревели трубы, в воздухе летали лепестки цветов, и мир казался простым и ясным как мысли ребенка.