Дневник Пустоты

2147 год. Четыре месяца с начала пути Я всё ещё слышу звон колокола. Даже здесь, в развалинах, где стены будто держат на себе груз веков, его звук живёт внутри моей головы. Каждый вечер он возвращается — низкий, протяжный, бьющий в самое сердце. И с ним приходят сны. Я боюсь засыпать. Сегодня ночью снова было то же самое. Сначала темнота. Я иду по бесконечному коридору. Каменные стены покрыты трещинами, из которых сочится фиолетовый свет. Каждый шаг отзывается эхом, но это не моё эхо. Оно всегда на шаг позади, будто кто-то идёт следом. Я пытался ускориться — звук ускорялся. Я остановился — и оно остановилось тоже. Но дыхание... дыхание я слышал. Тяжёлое, прерывистое. Чужое. Я повернулся. Никого. Только стены. Только трещины. Но дальше коридор начинает меняться. Камень становится чем-то мягким, влажным. Я касаюсь стены рукой — и она пульсирует, словно живое мясо. Свет из трещин превращается в сияние вен. Оно бьётся, как сердце. Я иду дальше, и понимаю: коридор — это не туннель. Это чьё-то тело. Чей-то сосуд. И я внутри него. Тогда я слышу голос. — «Ты внутри меня. Но скоро — я буду внутри тебя». Я бегу. Стены сжимаются, трещины расширяются, и из них начинает сочиться не свет, а густая тьма. Она капает на пол, и там, где капли касаются земли, появляются руки. Сотни рук, чёрных, вытянутых. Они хватают меня за ноги, за руки, за лицо. Я рвусь, кричу, но они сильнее. И тогда открывается дверь. Просто дверь. Деревянная. Старая, покосившаяся, как из обычного дома. Она стоит прямо в конце живого коридора, и за ней — свет. Настоящий. Тёплый, золотой. Я тянусь к ней. Я почти касаюсь ручки. И тут просыпаюсь. Но сон не заканчивается. Я просыпаюсь в своём убежище — а рядом со мной стоит эта дверь. Она дрожит. За ней всё тот же золотой свет. Я не знаю, сколько времени прошло. Я сидел и смотрел на неё, боясь прикоснуться. Потом моргнул — и она исчезла. Только холод остался, будто в комнате распахнули окно в середине зимы. Я пишу это дрожащими руками. Я не знаю, что страшнее: сон, где я схвачен чужими руками, или пробуждение, где сон приходит за мной. Я боюсь, что однажды не смогу отличить одно от другого. С каждым днём рана в груди болит всё сильнее. Разрывы ткани реальности — моя сила и моё проклятие. Они жгут меня даже во сне. Иногда я просыпаюсь с кровью на простынях, хотя во сне меня никто не трогал. Что будет дальше? Если я умру во сне — умру ли наяву? Или наоборот, проснусь уже не в своём теле, а в чужом? Звон колокола звучит вновь. Я не спал уже двое суток, но я слышу его даже сквозь стены. Я боюсь, что скоро дверь снова появится. И в этот раз — она не исчезнет.