I could eat that girl for lunch.

Крик Феликса разнёсся по всему общежитию. Это было обычное утро понедельника, предвещавшее свободный день. Он проснулся в прекрасном настроении и предстоящий день должен был выдаться лёгким. Почти ничто не могло испортить его, за исключением очень необычных событий, которые абсолютно точно не могли произойти. Он радостно вбежал в ванную, чтобы заняться своими утренними делами и тут обнаружил, что-то неладное. Феликс зашел в душ и провёл рукой по члену, чтобы заняться своими утренними делами. Вместо того, чтобы коснуться изгиба члена, его рука упала на плоскую поверхность. В растерянности Феликс опустил взгляд, чтобы посмотреть, что произошло. Его член, который и так был, пожалуй, крошечным, полностью исчез, а на его месте появилась вагина. В этот момент Феликс громко закричал. Он услышал отчётливый глухой стук со стороны комнаты Чонина, а затем младший громко хлопнул дверью, в его сонном голосе явно слышалось беспокойство. — Хён, ты в порядке? У тебя снова болит спина? Хочешь, я зайду и помогу тебе? Феликс резко развернул голову в сторону двери, которая (к счастью) была заперта со стороны Чонина, и запаниковал. Это было так стыдно, что он никогда не смог бы признаться в этом вслух. К тому же, даже если бы он доверил ему эту информацию, он рисковал быть выгнанным из группы. Сейчас они были в расцвете сил, и выгон мог разрушить будущее каждого. К тому же, Феликс должен был справиться с этим самостоятельно. — Нет! — Феликс громко запаниковал, а затем понизил голос. — Нет, я... я увидел таракана, Инни. Не переживай так сильно. — Ты кажешься не в порядке, хён. Ты уверен, что всё в порядке? — Да, я обещаю, что со мной всё в порядке. Меня напугал таракан. — ... как скажешь, хён. Феликс что-то промычал в ответ, стараясь не позволять ужасу, затуманивающему его разум, повлиять на свои слова. Он оставался в тишине ванной комнаты, пока не убедился, что Чонин ушёл и вновь провалился в мысли. И только тогда он запаниковал. Как это случилось? Почему это случилось с ним? Означало ли это, что с ним что-то не так? Что он скажет остальным? Была ли эта вагина вообще чистой? Боже, ему придётся идти к врачу на осмотр? Неужели JYP выгонит его из группы? Остальные будут возмущены? Что, если они начнут его ненавидеть? Или ещё хуже... Феликс заставил себя сделать глубокий вдох. Он быстро умылся, вышел из душа, отпер дверь ванной со стороны Чонина на случай, если тот захочет ею воспользоваться, вошёл в свою комнату, запер дверь на все замки и сел на кровать. Паниковать было бесполезно, он был в этом уверен. Теперь ему предстояло сделать то, чему Чан учил их всех в ситуациях, вызывающих сильнейший стресс. Шаг 1: Ни при каких обстоятельствах не говорите Стэй, даже если они ваши поклонники, они не смогут вам помочь. В этом случае, даже если бы Феликс рассказал Стэй, половина из них была бы шокирована и потребовала бы выгнать его из группы, а другая половина стала бы ещё большими извращенцами и потребовала бы вещей, которые в конечном итоге заставили бы Феликса убить себя. Шаг 2: Постарайтесь остановить проблему на начальной стадии, т. е. кровотечение, какая-либо рана, отек и т. д. Ну, Феликс отвёл взгляд, он ведь не мог остановить то, что уже произошло, не так ли? Шаг 3: Если есть необходимость в неотложной медицинской помощи, сообщите об этом ближайшему участнику или менеджеру. Новая часть тела не причиняла боли и не вызывала никакого дискомфорта, поэтому этот шаг также был исключён. Шаг 4: Расскажите Чану. Ладно, это была очень плохая идея. Что, если ему станет противно, и тогда Феликса выгонят из группы? И даже если Феликс был уверен, что Чан не осудит, ему было слишком неловко признаться в таком. Шаг 5: Если вам очень неловко выполнять шаг 3 или 4, обратитесь к врачу самостоятельно. Ах, наконец-то шаг, который Феликс мог выполнить. Они с Сынмином получили водительские права несколько дней назад, чтобы не беспокоить менеджера каждый раз, когда они куда-то выходят. И теперь, когда Феликс мог водить и выполнить шаг 4, он вздохнул с облегчением. Спасибо Чану за этот список, а то бы он просто задыхался. Феликс ещё раз глубоко вздохнул и вышел из комнаты, закутанный в одежду с головы до ног. Он крикнул Чонину какую-то нелепую отговорку, надевая ботинки и закрывая за собой дверь общежития. Дорога к врачу была быстрой, было раннее утро и ему не нужно было стоять в пробках, что было плюсом. После ряда постыдных анализов, во время которых его пинали и тыкали в только что обнаруженные им места, Феликс сидел перед врачом, ужасаясь тому, что могло быть в результатах. Заразно ли это? Это была рана? В опасности ли он? Не ведёт ли это медленно к бездонной яме, полной боли, которая в конечном итоге приведёт к его медленной, мучительной смерти? Феликс вздрогнул на своем месте, его пульс участился от мыслей, возникших у него в голове. — Что ж, господин Ли, — начал доктор, не отрывая взгляда от отчетов перед собой. — О подобном случае мы уже слышали от многих людей и предполагаем, что это какой-то вирус или новая мутация у человека. Но я рад, что вы решили прийти и провериться, а не заниматься глупостями, — доктор тепло улыбнулся ему, что немного успокоило его тревогу. — Господин Ли, все результаты выглядят чистыми, мы не видим никаких проблем ни с чем, ни с какой частью гениталий. За исключением, кажется, изменения внутренних органов около нескольких дней назад? Вам что-нибудь об этом известно? Феликс вспоминал свои ощущения накануне. Произошло ли что-то на прошлой неделе или до этого...? О, это воспоминание всплыло в голове Феликса. — Несколько дней назад у меня ужасно болел живот, — признался он. — Было так плохо, что я не мог встать с кровати и Чанни-хёну пришлось носить меня на руках из ванной и обратно. Мы даже вызвали врача, но он не смог понять, в чём именно дело, поэтому дал мне какие-то лекарства и ушёл. Боль была настолько сильной, что я думал, что в следующий раз, когда я усну, я не открою глаза. Но на следующий день я проснулся и всё было хорошо, никаких фантомных и затяжных болей, ничего, почти как будто ничего не происходило. Он покачал головой, не решаясь продолжить, вспоминая, как три дня после этого никто из парней не выпускал его с кровати. Феликс знает, насколько они все были напуганы, стоя рядом с ним и не имея возможности ничем помочь, пока Феликс кричал от боли. Джисон и Хёнджин не отпускали его одного куда-либо. Хорошо, что у их группы уже сложился цепкий имидж, иначе они бы попали в крупный скандал. Громкое мычание доктора вернуло Феликса к реальности. Он взглянул на результат в своих руках, а затем полностью сосредоточил на нём своё внимание. — Упомянутые вами симптомы часто наблюдаются и у других пациентов. Поэтому мы просто предполагаем, что это совершенно естественно и важно. Феликс чуть не подпрыгнул от радости, ведь он не был аномалией! Всё это происходило на самом деле со многими людьми, поэтому он также не умирал. Он был безмерно благодарен всем звездам за эту возможность жить дальше и… Все его радостные представления о будущем были нарушены словами, которые доктор произнёс после этого: — Тем не менее, мы обнаружили кое-что странное в ваших результатах, и важно, чтобы вы знали об этом, чтобы оставаться в безопасности, — он посмотрел на него с такой тревогой и беспокойством, что его сердце подскочило к горлу. — У всех остальных пациентов мы обнаружили, что даже если их тела каким-то волшебным образом создали матку, они были бесплодны. Но в ваших результатах говорится, что есть вероятность того, что вы можете забеременеть. Так что ради вашей безопасности… Врач перешёл к другой теме, словно жизнь Феликса только что не рухнула прямо у него на глазах. Вся радость, которую он испытывал до этого, рухнула, и он сидел, словно его окатили ледяной водой. Доктор продолжал говорить о контрацептивах и выписал ему таблетки. Феликс автоматически встал со своего места, будто кто-то им управлял, поблагодарил врача, принял таблетки и вышел из больницы. Он сел в машину и эти слова звучали у него в голове на протяжении всей поездки. Он может забеременеть. Он может забеременеть. Что это было? Какой-то больной фанфик, где он вдруг представился чёртовой омегой и оказался фертильным? Всё происходило слишком быстро и запуталось. Что он скажет остальным? Как он им объяснит? Как он им объяснит, что проснулся и вдруг может забеременеть с помощью вагины? Феликс припарковал машину, вышел, открыл дверь в их квартиру и направился прямиком к своей кровати. Он погрузился под тяжёлое одеяло и мягкие игрушки вокруг него, зажав подушку двэкки между бёдер. Мысли тяготили его, сдавливали всё тело и отбивали всякое желание вылезти из-под одеяла. У них в любом случае был перерыв, так зачем ему вставать с кровати? И именно с этой мыслью Феликс погрузился в страну снов, на время забыв обо всех своих проблемах. . . . Шли дни, недели и месяца. Никто не заметил его незначительного состояния. Все вокруг него вели себя как обычно — поддразнивали, дурачились, смеялись до колик. Было очень легко обратно влиться в компанию, словно он тоже был совершенно в порядке. Однако все произошедшие изменения отразились на его физическом состоянии. Талия Феликса стала ещё тоньше, ноги стали настолько гибкими, что это было бы болезненно, если бы у него был член, обтягивающая одежда надевалась гораздо легче и он в целом стал более чувствительным.  Но не было ничего необычного в том, чтобы увидеть Феликса, цепляющегося за кого-то, так что это никогда не было большой проблемой.  Единственной проблемой было то, как на него начал смотреть Чонин.  Младший, без сомнения, немного предпочитал Феликса всем остальным, но теперь он не спускал с него глаз. От его взглядов у Феликса каждый раз пробегали мурашки по спине. Словно младший догадывался о тайне Феликса. Словно знал, что Феликс что-то скрывает. А поскольку у них была общая ванная комната, а комнаты буквально были рядом, он подумал, не заметил ли младший случайно, что он делает что-то странное. Например, какие таблетки он принимает или что он тайком начал носить кружевное белье, которое сидело на нем гораздо лучше.  Если Чонин узнал о секрете Феликса, ну, младший был очень хорошим актером, сохранявшим бесстрастное выражение лица.  Спустя ещё несколько недель наблюдения Феликс освоился. Как извращенец, он наслаждался вниманием, которое ему оказывали. Теперь во время киносеансов взгляд Чонина блуждал гораздо выше его ног, чтобы казаться невинным, в то время, как его руки неизменно находились на талии Феликса в любое время дня. Поначалу Феликсу было страшно и стыдно признаться в этом, но он купался в этом внимании. Было волнительно скрывать такое от самых близких людей.  Была неистовая вероятность того, что они выгонят его, узнав о случившемся, и Феликс предпочтет медленную, мучительную смерть расставанию с ними. Поэтому он был рад, что никто из них еще не догадался.  Поэтому, когда Чонин поднял эту тему, Феликс ответил, не придав этому особого значения.   Они бездельничали в гостиной, дурачась после трёх раундов одной и той же игры. Перед ними лежали закуски и они объедались ими до отвала. Феликс с головой погрузился в упаковку чипсов, которыми были заняты его руки, не замечая, как Чонин смотрит на него, пока тот ест. — Хён, — спросил Чонин, продолжая после того, как Феликс промурлыкал в ответ. — Ты слышал о той мутации, которая встречается у людей? — Феликс, охваченный адреналином победы в последней игре, был сбит с толку вопросом. Он посмотрел на младшего и склонил голову набок, переспрашивая его.  — Знаешь, во всех новостях говорят о том, что среди людей появилась генетическая мутация, из-за которой у некоторых мужчин внезапно появляется влагалище и формируется матка. Феликс подавился едой, которая уже была на полпути к горлу, от резкой смены темы. Если не пройти осторожно через это сейчас, это может обернуться для Феликса серьёзными проблемами. Он прочистил горло и не торопясь ответил на внезапно заданный ему вопрос.  — Я слышал об этом, — решился Феликс. — Я не очень хорошо представляю, что это такое, но я слышал об этом мельком.  Лучше было бы отрицать любые утверждения о знании, верно? К тому же, если бы Чонин знал, то новость бы уже разошлась, так что Феликс вполне мог её услышать. В разговоре не было никаких сомнений о том, что у него есть эта мутация.  Это было бы странно. Верно? Губы Чонина сжались в тонкую линию, словно он пытался сдержать смех, но тот, потерявшись в безмолвной панике, не заметил этого.  — Хочешь узнать об этом побольше, хён? У меня есть друг-врач, который рассказал мне об этом заболевании под строгим секретом. Я кое-что об этом знаю. Ладно, ладно, знать это не помешает. К тому же, Феликс знал всё, что младший мог предложить, так что развлечь его не составит особого труда. И Феликс ни за что не собирался отказывать этой улыбке с ямочками на щеках, чёрт возьми, он мог бы даже сжечь весь мир ради младшего, послушать его ещё несколько минут ничто в сравнении с этим.  — Конечно, Инни. Расскажи мне поподробнее об этой странной мутации. — Судя по всему, за одну ночь член мужчины внезапно превращается во влагалище, — сказал Чонин, и его лицо расплылось в ухмылке, когда он увидел, как Феликс начинает нервничать. — А перед этим у них ужасно болит живот. Боль возникает из-за изменения органов и образования матки внутри, но большинство из них всё равно оказываются бесплодными.  Феликс что-то промычал в ответ, слишком занятый попытками скрыть румянец, чтобы заметить едва сдерживаемую усмешку в голосе Чонина. Он всё это уже знал, врач об этом подробно рассказал и посоветовал обращаться к нему, если у него возникнут вопросы. Доктор также упомянул, насколько редко встречается фертильность, Феликс был единственным из пяти случаев, который имел такую возможность.  Он молча желал, чтобы разговор поскорее закончился, но младший продолжал говорить и в его нежном голосе сквозило озорство. — Но мой друг рассказал мне, что недавно был случай, когда один из них оказался фертильным. Разве это не странно? Среди нас ходит мужчина, который может забеременеть. Феликс вспотел. Неужели это конец? Его тайна раскрыта? Неужели его вот-вот выгонят из группы? Его мысли путались от пугающих его перспектив, он выдавил из себя улыбку и вышел из комнаты, извинившись, чтобы не продолжать разговор. Разговор слишком быстро стал слишком личным. И даже если Чонин не понимал, о чём говорит, напоминание о том, что Феликс может забеременеть, возбуждало его так, как он и представить себе не мог.  От того, насколько младший бесстыдно и самоуверенно рассуждал на эту тему, у Феликса подгибались колени, даже когда он сидел. Младший же никак не мог знать о нём, верно? Чонин же не мог знать, как сильно Феликс жаждал секса, когда ему напоминали, что он может забеременеть, верно? В суматохе собственных мыслей Феликс не заметил опасного выражения на лице Чонина.  . . . Феликс только что вышел из душа и сушил волосы перед зеркалом, напевая песню. Ничего странного не произошло с момента импровизированного допроса Чонина в прошлый раз. Было настолько тихо, насколько Stray Kids вообще могли позволить себе, все препирались и шутили как обычно. Однако на этот раз не только Чонин продолжал прожигать ему дыры в голове, но и все остальные. Они подходили к нему гораздо ближе и дразнили его так, что это было бы вызывало тревогу, если бы это не Феликс. Но ему нравилось их внимание. Месяцы эротических снов о его мемберах и всего две руки. Так что, если они давали ему больше материала, чтобы потрогать свою киску, он был более чем рад их ухаживаниям. Удивительно также, что никто больше не упоминал о так называемой мутации. Возможно, к тому времени о ней уже знали все, но нигде не упоминали или обмолвились, что знают. Поэтому Феликс не был так уж удивлён, когда дверь его комнаты открылась и вошли Чонин и Сынмин. Он просто улыбнулся им в знак приветствия и продолжил сушить волосы, а фен заглушал голоса у двери, запертой умелыми руками Сынмина. Через пять минут полной тишины, Феликс выключил фен и повернулся, чтобы посмотреть на двоих младших, сидевших на кровати. — Что случилось? Хотите поиграть в новую игру, которую я скачал? — спросил Феликс, стоя перед ними спиной и глядя на телевизор в поисках игры. Внезапно, пульт вырвали у него из рук и тут же бросили на стол возле него после того как выключили телевизор. Феликс обернулся, чтобы пожаловаться, но сильная рука обхватила его сзади за талию и удержала на месте. В растерянности Феликс обернулся и посмотрел на человека, положившего ладони на руку. — Инни? Младший улыбнулся, глядя на него сверху вниз, заставив Феликса съежиться от злобы, стоявшей за этой улыбкой. — Мы хотим поиграть в игру, хён, — заявил Чонин. — Помнишь, как мы все сравнивали размеры членов, когда были младше? При упоминании об этой глупой игре у Феликса по спине пробежали мурашки. В прошлый раз всё было весело и забавно, но теперь, когда у него возникла маленькая проблема, Феликс был не так рад вспоминать об этой игре. Он попытался убрать руку со своей талии, прилагая большие усилия, чтобы вырваться из хватки Чонина. — Инни, — Феликс неловко рассмеялся, поняв, что было почти невозможно вырваться из захвата. — Мы тогда были детьми, это была забавная игра... — О, да ладно тебе, Ликс, — сказал Сынмин, стоя прямо перед ним с озорным блеском в глазах. — Было бы здорово сделать это снова, не правда ли, Чонин-а? Паника быстро нарастала в Феликсе, двое парней, казалось, не были настроены слушать его оправдания, а сильная рука, сжимавшая его, не шелохнулась. Они оба нависли над ним и смотрели на него так, словно хотели съесть целиком. Как будто он был их добычей. Почему он намок? — Эм, Чонин-а, Сынмин-а, я не думаю… — Конечно, хён! — Чонин засиял, его голос заглушил голос Феликса. — Знаешь, что? Раз Ликс-хён такой застенчивый, начну я. Что это должно было означать? Чонин протянул другую руку вперёд, обхватив своей большой ладонью тонкое запястье блондина. Не обращая внимания на все возражения сбитого с толку Феликса, Чонин положил его руку прямо на свою формирующуюся эрекцию. Феликс громко вздохнул, в панике устремив взгляд на Чонина, который явно наслаждался дополнительным удовольствием. Феликс попытался убрать руку, чувствуя себя неловко от того, что его застали в такой ситуации, но всё пошло насмарку, когда Чонин протолкнул руку глубже и застонал от этого ощущения. Второй покраснел, ещё больше сжавшись, чувствуя, как он мокнет от этих звуков. — Моя очередь! — охотно объявил Сынмин и схватил Феликса за другую руку. Тот, что повыше, поднёс руку к своему паху и ухмыльнулся, увидев тревожное выражение лица Феликса. Его ладонь накрыла руку Феликса и теперь полностью лежала на эрекции в штанах. Феликс повернулся, чтобы одёрнуть руку, чувствуя, как кровь приливает к голове. Но это лишь сильнее сжало их бугорки и до его ушей донеслись одинаковые стоны, когда они начали медленно тереться о его руки. Феликс ёрзал на месте, сжимая бёдра, и жалел, что с него капает на пол. Конечно, он видел их обоих голыми, но это никогда не было в сексуальном ключе, и ощущение их твёрдости пока он слушал как он стонут ему на ухо, только делало его более озабоченным. Он хотел, чтобы они были внутри него сейчас. Это убивало его изнутри и заставляло его распущенные мысли бежать ещё дальше от их размеров. Но Феликс не собирался говорить ни слова. Что, если они этого не хотели? Что, если они просто дурачились? Что, если им было противно то, что он мог предложить? Что, если… Из раздумий его вывел голос Сынмина. — О, смотри, теперь твоя очередь, Ликс-а, — предвкушение в его голосе, казалось, было полной противоположностью ужасу, царившему в голове Феликса. Феликс сжал колени вместе, сильнее сжимая бёдра и пытаясь уклониться от бесстыдных движений младшего. Но Сынмин, казалось, заметил все эти увиливания и положил другую руку туда, где должен был быть его член. Длинные пальцы Сынмина случайно задели складки на теле Феликса и он согнулся, автоматически уткнувшись головой в плечо Сынмина. — Сынмин-хён, ты же знаешь, какой маленький член у Ликса. Если хочешь узнать точные размеры, тебе придётся снять с него штаны. Феликс резко повернул голову в сторону младшего, его глаза умоляли. Если раньше он не был смущенным, то сейчас он буквально горел, напоминание о его прежнем маленьком размере и недавно обнаруженном заболевании посылало электрический разряд к позвоночнику. Сжав обе руки в железном захвате, пока палец Сынмина блуждал по его влагалищу, Феликс издал громкий стон. Сынмин ухмыльнулся, услышав этот звук, полностью отпустил руку Феликса и немного отступил назад. — О! Я забыл о мутации Ликса. Дай-ка я сделаю это как следует. Феликс заскулил в крепких объятиях Чонина, отпустив другую руку. Он упирался ладонями в ладони Чонина, отчаянно пытаясь оттолкнуть их, чтобы они не раскрыли его секрет. — Ребята, я думаю, нам не стоит этого делать сейчас. Может быть, позже, знаете... Младший лишь рассмеялся над бессмысленной борьбой и, обхватив Феликса за талию, приподнял его. Феликс вскрикнул, когда его ноги оторвались от пола и в ужасе уставился на Сынмина, который злобно на него посмотрел. Он уже собирался крикнуть Чонину, чтобы тот отпустил его, но Сынмин резко спустил его штаны, и ткань, пролетев мимо лодыжек, метнулась в дальний угол комнаты. — О, вы только посмотрите на это? — Сынмин ухмыльнулся, его рука застыла над жаром Феликса. — Какой у нас тут маленький подарок. Чонин наконец поставил его на ноги и громко рассмеялся ему на ухо, и сквозь радостный звук проступало что-то тёмное. Феликс громко заскулил, когда пальцы Сынмина скользнули туда, где он только что касался и он попытался вырвать его руку. — Разве я тебе не говорил, хён? — гордо заявил Чонин. — Я знал, что он просто шлюха. Посмотри, как он весь мокрый от того, как его ласкают. Чонин знал? Чонин знал!? Глаза Сынмина сияли весельем, он потянулся руками к влажному пятнышку на трусиках Феликса, выдавшего из себя беспомощный скулеж. От грубого обращения Феликс на глаза навернулись слезы, и он попытался оттолкнуть его руки, хотя ему хотелось лишь притянуть их ближе, преследуя наслаждение. Ещё одна пара рук скользнула вниз по его талии, теперь длинные пальцы Чонина гладили низ живота, вызывая дрожь по позвоночнику Феликса. Феликс смотрел на Чонина, изо всех сил стараясь не потерять голову от удовольствия, в котором он отказывал себе столько месяцев. — К-как? — Как я узнал? О, принцесса, — лисьи глаза Чонина стали острее, когда он засунул руку под трусики, отчего Феликс схватил его за руку и слабо застонал. — Я знал это неделями. Ты что, забыл, что делишь со мной ванную? Я видел, как ты лениво слонялся по комнате в одних этих тонких трусиках и даже несколько раз видел тебя голым, когда ты был в наушниках и думал, что рядом никого нет. Феликс посмотрел на Чонина с паникой в ​​глазах. Как давно младший знал об этом? Почему он молчал, если всё это время знал? Неужели он рассказал об этом и другим? Вот почему Чонин сближался с ним месяцами? Что же они теперь собирались делать… Прежде чем он успел задать хоть один вопрос, Чонин вытащил руки и разорвал нижнее бельё пополам, позволив ткани бесполезно обвиться вокруг лодыжки Феликса. Громкий стон вырвался из горла Феликса от такой демонстрации силы, его колени подогнулись, когда холодный воздух обдал его интимные места. Он посмотрел на Сынмина, моля его о помощи. Но тот лишь громко рассмеялся и, просунув руки ниже, схватил Феликса за бёдра и раздвинул их, оставив блондина открытым и уязвимым перед собой. Понимая, что они на этом не остановятся, Феликс начал бороться еще сильнее, пытаясь выпутаться из этой ситуации, прежде чем он сделает что-нибудь постыдное — например, встанет на колени и будет умолять этих двоих как следует отыметь его, как он и представлял уже несколько месяцев. — Помимо того, Сынмин-хён, знаешь ещё один секрет этой шлюхи? — спросил Чонин и его слащавый тон резко контрастировал с крепкими объятиями бёдер Феликса. — Все, кто прошёл через эту мутацию, были зарегистрированы как бесплодные. Но эта игрушка, попавшая к нам в руки... Глаза Феликса расширились, когда он понял, что Чонин собирался сказать дальше. — Инни, пожалуйста, не говори так. Я сделаю всё, что угодно... правда! Упомянутый мужчина с силой шлёпнул его по вагине, успешно заставив замолчать. Сынмин, охваченный ещё большим любопытством, также поднял пальцы, коснувшись этого чарующего жара. — Тише, Ликс, хорошие игрушки не разговаривают, пока к ним к ним не обращаются. Дай Чонину продолжить, пока я не озверел и не взял тебя прямо здесь, пока ты стоишь. По его телу всё ещё проходил электрический ток от шлепка, Феликс знал, что не сможет произнести ни звука, даже если захочет, всё, что вырвалось бы из его горла — это жалкий стон. — Спасибо, хён. Как я и говорил, вот эта прелестная игрушка, которая у нас есть, — Чонин наклонился вперёд, словно делясь секретом, его пальцы оказались в опасной близости к Сынмину и от жара Феликса. — Может забеременеть. Его тело так отчаянно хочет, чтобы его втрахивали в матрас, что оно само изменило себя, чтобы зачать. В глазах Сынмина мелькнуло что-то опасное, что Феликс съёжился на месте, втянув плечи и стараясь стать как можно меньше. Это было нечто более тёмное, чем похоть, нечто вроде малости собственничества и ведра одержимости. — Это так, Ликс? — спросил Сынмин мрачным голосом, полностью отстранившись от них двоих и внимательно разглядывая блондина перед собой. — Тогда нам нужно это проверить, ты так не думаешь, Чонин-а? Феликс резко повернул голову в сторону стоявшего перед ним мужчины, его руки на предплечьях Чонина дрожали, а колени дрожали от попытки свести ноги. — Минни, о чём ты говоришь... нет...! Прежде чем он успел договорить, Чонин развернул их обоих и бросил Феликса на кровать. Более низкий приземлился на четвереньки, его задница и пизда были видны всем присутствующим. Хрипы достигли его ушей, когда он поёрзал, чтобы принять менее унизительную позу и прикрыть свои интимные части тела. Сильный шлепок пришёлся на задницу Феликса, от чего она мгновенно покраснела и с его губ сорвался крик. Он оглянулся, глаза его были полны слез, и он увидел, как Сынмин с жадностью смотрит на его быстро краснеющий зад. — Дорогой, если в следующий раз ты попытаешься пошевелиться, я не остановлюсь, пока всё твоё тело не станет красным. Давай, вставай на четвереньки и побудь хорошей куколкой. Феликс захныкал. Его тело никак не могло выдержать такой мощной пощечины, к тому же он был настолько чувствителен и так сильно возбуждён, что его мозг не мог обработать ничего, кроме приказов этих двоих. Феликс, будучи хорошим мальчиком, просто повернулся на место и терпеливо ждал, что произойдёт дальше. Ждать ему пришлось недолго: Чонин сел перед ним, а Сынмин за ним, от жара их обнажённых тел у Феликса закружилась голова. Чонин нежно провёл рукой по его волосам, резко сжав их сильнее и приподняв. Сынмин ласкал его спину, его руки скользили вниз, пока не достигли ягодиц блондина, и он начал тереться о них коленями, вызывая у парня небольшие стоны. Когда Феликса подняли к лицу Чонина, он посмотрел на младшего своими самыми впечатляющими щенячьими глазами и снова попытался избежать этого. — Чонин-а, пожалуйста, не делай этого. Мы можем заняться чем-нибудь другим. Пожалуйста, отпусти меня, я ещё ничего подобного не делал. — Ты слышал, хён? — рассмеялся Чонин ему в лицо, притягивая ближе за волосы. — У нас в руках девственник. Феликс громко заскулил, его руки потянулись к груди Чонина, чтобы оттолкнуть его, понимая, что его так просто не отпустят. — Нет, просто отпустите меня... Младший лишь снова рассмеялся над слабыми попытками оттолкнуть его и притянул Феликса ближе, сталкивая их губы вместе. В тот же миг Сынмин просунул палец в складки Феликса, окунувшись в его жар, отчего тот закричал. Чонин ухватился за эту возможность и, застонав от удовольствия, толкнул язык в манящий его рот. В поцелуе было слишком много языка и зубов для Феликса, да и в целом для кого-угодно, но его мысли были бы заняты тем, как Сынмин уже проникал в него двумя пальцами, развигая их на манер ножниц. Он был настолько поглощен наслаждением, что даже не заметил, как с него сняли футболку, а понял это только тогда, когда Чонин прильнул губами к соскам Феликса и начал их жадно всасывать. Феликс издал крик. — Пожалуйста! Пожалуйста... ах... только не надо, о боже! Понимал ли он, что говорит чушь? Да. Было ли ему до этого дело? Абсолютно нет. — Похоже, мы также получили кого-то очень чувствительного, Чонин. Это было похоже на исполнение одной из его влажных фантазий, оба младших разбирали его по частям и передвигали так, как они хотели. Это заставляло его чувствовать себя любимым и заласканным. Возможно они были не так уж и раздосадованы отсутствием члена у Феликса, возможно, им даже нравился тот факт, что у него была киска. Сынмин присвистнул, опуская ещё один палец в поданную ему банку с мёдом. — Мне уже трудно просунуть туда третий палец, понятия не имею, как ты собираешься взять нас обоих. Феликс громко застонал, его руки задрожали от этих слов. Он сходил с ума от удовольствия, не обращая внимания на боль, которая его сопровождала. Чонин опустил руку ниже и начал дразняще тереть клитор, оставляя на бледной груди Феликса ярко-красные засосы. Этого было слишком много и недостаточно. Ему нужно было что-то внутри, что-то гораздо длиннее и толще пальцев Сынмина. Он хотел испытать острое удовольствие, граничащее с болью. Феликс просто хотел, хотел и хотел… — Ах! Инни... Феликс ахнул, когда пальцы младшего исчезли с его клитора и что-то гораздо более толстое и тёплое начало прослеживаться у его входа. Сынмин хихикнул ему на ушко, сжав мочку уха зубами. Феликс был на грани слёз, его дыхание вырывалось короткими, хриплыми вздохами с каждым толчком пальцев Сынмина. — Какая хорошенькая, маленькая пизда. Было бы безобразием оставить её одну, правда? — хмыкнул Чонин ему на ухо. И словно они уже отрабатывали это на ком-то, Сынмин полностью вынул пальцы из Феликса, заставив того заскулить от потери оргазма, к которому он так стремился. Прежде чем Феликс успел обернуться и умолять Сынмина продолжить и умолять сломать его на кусочки, Чонин стремительно вошёл в него. Не теряя времени, уверенный, что тот достаточно растянут, Сынмин тоже скользнул внутрь и оба застонали от этого ощущения. Жизнь Феликса на мгновение замерла. Райское наслаждение и жжение от растяжения ощущались просто правильно. От переполняющего его ощущения, бедра задрожали, все голоса внутри затихли, прежде чем освободиться, и из него вырвался крик. Его мозг работал сверхурочно. Слишкоммногослишкоммногослишкоммного... Он решил, что мог бы жить так вечно, наслаждаясь этим, чувствуя себя желанным и любимым. Он мог бы провести остаток жизни между Сынмином и Чонином, шепчущими ему успокаивающие слова, трахающими его, использующими его, и... Другой внутренний голос взял всё управление на себя. большебольшебольшебольшебольшебольше... И после этого Чонин и Сынмин начали двигаться. Феликс кричал от удовольствия, слёзы текли из его глаз, руки лежали на груди Чонина, голова была запрокинута на плечо Сынмина, спина выгнута. Скуление и стоны непрерывно вырывались из его рта, пока четыре руки скользили по его обнажённой коже. Руки скользили по его соскам, по животу, губы прижимались к горлу. Они так переплелись друг с другом, что Феликс на мгновение испугался, смогут ли они когда-нибудь распутаться. — О, куколка, — простонал Чонин, его толчки с каждой минутой набирали скорость. — Ты как будто пытаешься нас запереть в себе. Словно не хочешь, чтобы мы покидали тебя. Что нам делать? Продолжать оплодотворять тебя, пока твой живот не раздуется от нашей спермы? Продолжать трахать тебя, пока ты не забеременеешь? Феликс застонал от этих слов. Мозг его разрывался на части и он не мог произнести ни одного связного слова. — Инни прав, любимый, — горячо прошептал Сынмин, прижавшись к нему. — Ты ощущаешься потрясающе. Это заставляет меня хотеть связать тебя и никогда не позволять тебе делать ничего, кроме как принимать то, что я тебе даю. Тебе бы этого хотелось, Ликс? Тебе бы хотелось лежать неподвижно и рыдать от удовольствия, пока мы проводим время, втрахивая тебя в матрас? — Нгх, хён, пожалуйста... Инни-хён, Минни-хён, пожалуйста. Пожалуйста, позвольте мне кончить. Я был хорошим, таким, таким хорошим... У Чонина и Сынмина перехватило дыхание и ритм на секунду сбился, когда они осознали, как их только что назвал Феликс. Его красивый голос отчётливо звучал в их головах, пока он продолжал лепетать и молить о разрешении. Хёнхёнхёнхёнхёнхёнхён... — Давай, Ликс, — сказал Чонин, его бёдра затряслись, когда он достиг своей кульминации. — Кончи для хёна. — Ты слышал своего хёна, куколка, — сказал Сынмин, его голос стал на октаву выше, — Кончай. И это было единственное разрешение, которое ему было нужно. Феликс запрокинул голову назад и кончил прямо на их члены. Он кончил так сильно, что на секунду у него в глазах потемнело. Он почти сразу почувствовал, как Чонин изливается внутрь, но был слишком отвлечён этим из-за своего мощного оргазма и чувства перевозбуждения, нарастающего внутри. Чонин осторожно выскользнул, наблюдая, как Сынмин впивается зубами в плечо Феликса и входит в него одним последним, сильным толчком. Наступила короткая тишина, во время которой все трое переводили дыхание, наслаждаясь приятным чувством от только что произошедшего. — Ты молодец, детка, — прошептал Чонин ему на ухо, медленно снимая Феликса с Сынмина, они оба заскулили от чувствительности. — Я молодец? — сонно спросил Феликс, его голос был хриплым и робким, как будто он не был уверен, действительно ли он хорошо себя вёл. Взгляд Чонина смягчился. — Такой умничка, Ликс. Нам очень понравилось. Феликс прихорашивался, слушая его тихий голос, слишком измотанный, чтобы делать что-либо ещё. — Дорогой, можешь прилечь? Мы хотим сфотографироваться и запомнить это навсегда. Он лишь мычал в знак согласия, слова были неразборчивы. Кайф от оргазма и то, как сперма Чонина и Сынмина стекала по его бёдрам, ужасно отвлекали. Возможно, будь он в здравом уме, он бы понял, что это небезопасно. Но всё, что он мог сделать, это позволить им снова себя ласкать, его мозг превратился в растекшуюся лужу. Феликс упал на матрас головой вперёд, изнеможение ударило прямо ему в лицо, а ребята лишь посмеялись над ним. Он плюхнулся на кровать, крепко зажмурив глаза и оставив задницу висеть в воздухе. Феликс услышал за спиной какое-то шарканье. Кто-то раздвинул его ягодицы, и раздался отчётливый звук затвора телефона, но Феликс был слишком ошеломлён, чтобы понять, что произошло. Когда он уже почти засыпал, Феликса крепко обняли, шепча ему на ухо хвалебные слова, нежно обтёрли и положили на чистые простыни. Два тела приблизились с каждой стороны и окутали его диким, но тёплым клубком конечностей. Феликс покраснел, вспомнив о случившемся. Он понял, что Чонин знает, что у него есть киска и он показал её Сынмину, они оба как следует трахнули его, а теперь обнимали. А если бы он знал, что у него будут болеть горло и влагалище, а спине, вероятно, потребуется обследование у врача? И что на следующий день он, скорее всего, не сможет нормально ходить, не говоря уже о многочасовых тренировках? Ну что ж, об этом будет беспокоиться будущий Феликс. . . . СКЗ 🔥 🦊: [ отправил фото] 🦊: Теперь сезон охоты на эту пизду открыт😉