Такая крепкая нить судьбы

Сегодня на удивление прекрасное утро. Может, это оттого, что он впервые за семь дней выспался, или от мысли о том, что получится снова увидеться с Акутагавой. На самом деле, он и сам не мог до конца понять, почему так рвется навстречу этому человеку. Было в нем что-то притягательное, опасное, но безумно интересное. Что бы это ни было, Ацуши был в прекрасном расположении духа. Зайдя в закусочную, парень поздоровался с работниками и зашел за барную стойку, надевая форму. — Доброе утро, Танидзаки. — Доброе-доброе, — хитро протянул рыжеволосый. — Случилось чего? — К тебе вчерашний красавчик час назад приходил, — отдав пакет с десертом очередному посетителю, сообщил парень. — Вот чёрт! Так и знал, что раньше прийти нужно было… — упрекнул себя Ацуши. — Да ладно тебе, всё ведь нормально. Передал тебе перезвонить. Дело какое-то срочное. — Тогда… — Я подменю тебя, Ацуши. — Не нужно, Танидзаки. Я искренне благодарен тебе, но я не могу себе позволить такого больше… Как же я отплачу тебе за твою доброту? — Как знаешь, — улыбнулся тот и принялся за работу. Ацуши ходил между пустыми столиками, поправляя скатерти, салфетки и прочее. Тревога постепенно нарастала. Почему он приходил так рано? И зачем он ему понадобился…? — Эй, Накаджима! Парень обернулся и встретился взглядом с Акутагавой. Он хотел подойти, но что-то удерживало, не давало и шагу ступить. Вдруг, вспомнились строгие слова начальства о том, чтобы не отвлекаться на личные дела в рабочее время. Акутагава словно почувствовал его нерешительность. Догадавшись, что тот к нему не подойдет, Акутагава сам стремительно зашагал навстречу. — Акутагава? Ты чего тут забыл? — Пошли, — брюнет взял того за руку, и парни вышли из заведения. — Так чего ты хотел? — убрав руку из крепкой хватки, спросил Ацуши. Его прикосновения всегда так сильно действуют на него, что блондин не мог найти себе места. — Ты не получил моё сообщение? Я твоего коллегу попросил передать. — Получил, — опустив глаза, ответил парень. — Понятно. Поправив рукой прядь темных волос, Акутагава задумался. Лицо его было непроницаемым, как всегда. — Ты встречи хотел? — подал голос Ацуши, пытаясь разрядить неловкую обстановку. — Что-то типа того. — Ну… Раз теперь я точно свободен, то, может… — Да, давай. Куда пойдём? — Не хочу заморачиваться. Давай ко мне, — предложил парень, но вспомнив, что у него немного не прибрано, тут же помотал головой. — Н-нет, лучше к тебе. — Как скажешь, — согласился парень и зашагал по улице, пока вдруг не оглянулся. — Эй, не отставай. — Да! Ацуши подбежал к Рюноске, и теперь они спокойно шли на одном уровне. Его лицо такое отрешенное. Что он задумал? Дом брюнета оказался недалеко. Пока они шли, Ацуши пытался угадать, что же Акутагава хочет от него. Возможно, он просто хотел извиниться за вчерашнее? Или же… Нет, об этом даже думать не стоило. Дойдя до многоэтажки, парни прошли внутрь и, благодаря лифту, поднялись на нужный десятый этаж. Акутагава порылся в кармане и вытащил оттуда ключи. — Заходи. — Спасибо… Ацуши прошел в квартиру и очень удивился, насколько она огромна. Дизайн одной прихожей чего стоит. Нехилая, видимо, у него зарплата. — Чай или кофе? — спросил Акутагава, снимая пиджак. — Д-давай чай. — Хорошо. Акутагава прошел в просторную, современную кухню, а Ацуши последовал за ним. — И откуда у тебя эта квартира? Просто шикарные аппартаменты. — Ее предоставило моё агенство, чтобы было поближе к офису. Такая награда за хорошую работу… — Круто. — Возможно… Акутагава закончил с приготовлением напитков и поставил кружку перед парнем. Его движения были точными и уверенными. Ацуши благодарно кивнул и взглянул в его глаза. — И о чём ты хотел со мной поговорить? — Ты так скован при общении со мной, вот и хотел выяснить, что тебя тревожит. — Никаких проблем нет. Тебе показалось… наверное, — пробормотал Ацуши, отводя взгляд. Акутагава нагнулся перед парнем, взял его лицо за подбородок и приблизился к губам, пристально смотря в глаза. От такой внезапной близости на щеках вспыхнул румянец, и Ацуши резко убрал его руку. Сердце бешено колотилось. — Я п-пойду, — пробормотал Ацуши, отступая назад. — До встречи. — До встречи, — спокойно ответил Акутагава, наблюдая, как тот спешно покидает квартиру. Выйдя из здания, Ацуши поймал такси и сел в машину. — Куда? Ацуши продиктовал адрес и, откинувшись на спинку, выдохнул. Что это сейчас было? — Трудный день? — Что-то типа того, — слабо улыбнулся Ацуши. Вытащив наушники, парень закрыл глаза и попытался успокоиться, наслаждаясь музыкой в ушах. В голове крутились обрывки произошедшего: его квартира, запах чая, взгляд Акутагавы… Страх и возбуждение смешались в один ком, от которого хотелось бежать. — Мы приехали, — раздался голос водителя спустя полчаса. — Большое спасибо! Юноша вышел из машины и закрыл дверь. Через секунду машина снова двинулась с места. — Кошмар, — выдохнул парень, заходя в квартиру. — Чуть не поцеловал… Улыбка невольно появилась на лице Ацуши, но тут же исчезла. Они были так близко, но всё-таки… Наверное, ничего бы не было. Он взял и убежал. Толком не поговорив. Как глупо. С мыслями о таком ужасном побеге Ацуши принялся за приготовление ужина. Он подумал, что лучше ему заняться делами.

***

В квартире Чуи же царила чистота и порядок. Проснувшись пораньше, парень решил устроить генеральную уборку, и теперь он наслаждался видом на ночной город с балкона, потягивая крепкий кофе. Но всё рано или поздно заканчивается. Когда Чуя услышал звонок, раздающийся за дверью, он чертыхнулся. — Кого там ещё принесло? Вдохнув, Чуя прошёл в прихожую, открыл дверь и увидел перед собой машущего шатена. Этот наглый тип, его бывший одноклассник, стоял, как ни в чем не бывало, на его пороге. Закрыв дверь, он быстро проанализировал произошедшее. Быть не может. Что этот идиот забыл у него под дверью? Снова распахнув дверь, Чуя, сощурившись, посмотрел на Дазая. Как бы ни верилось, что это лишь галлюцинации, действительность разъедала глаза. — Приветик, Чуя. Я зайду? — Чёрт возьми. Дазай, какого…? — Мимо проезжал. Решил навестить старого друга. Прости, что без предупреждения. Дазай улыбнулся и прошёл в квартиру, пошатываясь. — Да ты пьян! — констатировал Чуя, захлопывая дверь. — Неправда, — пробормотал Дазай, разуваясь. — Как же, — нахмурился голубоглазый. — Что тебе нужно? — Мне нужно было тебя увидеть. — Увидел? Ещё пожелания? — сложив руки на груди, спросил Чуя. — Не будь так груб, Чу. — Я просил меня так не называть, — нахмурился рыжеволосый. Дазай рассмеялся и повернулся к Чуе. Его глаза блестели нездоровым блеском. — Тебе бы проспаться, Дазай. Завтра поговорим. Улыбаясь, кареглазый снял верхнюю одежду и медленно начал подходить к парню, пока тот не был прижат спиной к стене в узком коридоре. — Дазай, честное слово… — начал Чуя, чувствуя, как нарастает раздражение. Часть его кричала, чтобы он оттолкнул его, выгнал вон. Но другая, та, что помнила их прошлое, вспоминала тепло его рук, шептала остаться, не сопротивляться. Он хотел было высказать всё недовольство, но его прервали, приложив палец к губам. — Чш-ш, не нужно слов. Чуя попытался возразить, но ощутил холодные руки на спине под тонкой футболкой. По коже побежали мурашки. — Ты пьян, придурок. — Может быть, — промурчал шатен, вдыхая родной запах. — Сам уйдёшь или мне тебя выпнуть? — Я ещё не получил того, что хотел. — И не получишь, — закрыв глаза, парень закусил губу, ощущая нежные поцелуи с лёгкими покусываниями на шее. —Прекрати… — Твоё тело говорит обратное, — протянул шатен, проводя рукой между ног Чуи сквозь ткань джинс. — Возбудился, а ведь я всего лишь прижал тебя к стене. — Думаешь, так просто отдамся? — усмехнулся голубоглазый, пытаясь сохранить самообладание. — Ты уже на грани, Чуя, — прошептал Дазай и расстегнул ширинку. — П-пошёл вон, пока я тебя не прибил! — выкрикнул Чуя, чувствуя, как контроль над собой ускользает. — Какая уверенность, — улыбнулся Дазай и, развернув парня, запустил руку в нижнее бельё. Ощутив требовательные движения, Чуя невольно простонал. «Черт, он же знает, как меня завести…» Прекрасная позиция. Прижали к стенке, а он и пикнуть не может. Усмехнувшись от собственной беспомощности, Чуя закрыл глаза, невольно поддался бёдрами и снова простонал. — Так-то, — улыбнулся Дазай. Спустив штаны, он продолжил движения рукой, всё ближе и ближе подводя парня к разрядке, как вдруг убрал руку и просто расположил её на его талии. Насмешка читалась в каждом его движении, и Чуя, как бы он ни злился, не мог ничего с этим поделать. — Сукин ты сын… — выругался голубоглазый. Осаму усмехнулся и развернул Чую к себе и впился в искусанные губы парня. Несмотря на старания не пропустить его, Осаму ворвался внутрь и уже свободно изучал нёбо и зубы парня. «Нет, только не это… Я знал, что нельзя было его впускать…» Он так просто не сдастся, и рыжеволосый это понимал. Его руки крепко упирались в сильную грудь Дазая, всеми силами отталкивая Придерживая лицо, Дазай целовал Чую, другой рукой проводил по животу и спине парня, вызывая всё больше и больше реакций. В какой-то момент Чуя оттолкнул Дазая и взглянул на него с оскорблённым видом, пытаясь отдышаться. — Уходи. Видеть тебя не хочу, — прохрипел Чуя. — Я ещё вернусь, мой дорогой Чуя, — улыбнулся Дазай. — Вон пошел! — указывая на выход, закричал рыжеволосый. Надев плащ, Дазай наблюдал за натягивающим обратно одежду Чуей. Закончив, Накахара прошел к выходу и распахнул перед ним двери. — Пока-пока! — лениво протянул шатен. Не ответив, Чуя захлопнул дверь и сел у входа, чувствуя себя опустошенным. У этого человека вообще совесть есть? Напился, припёрся в квартиру, прижал к стене… Перематывая эти мгновения, Чуя залился краской.

«Идиот. Придурок!»

Поднявшись, он прошёл в ванную. Сняв вещи, настроил температуру воды и встал под прохладные струи душа. Разум был затуманен, и только душ поможет. Как он только посмел заявиться к нему после всего, что сделал?! Ещё бы чуть-чуть, и он совершил бы огромную ошибку. Холодная вода немного привела его в чувство, но воспоминания упрямо возвращались. Выдохнув, Чуя выключил воду. Губы до сих пор горели и покалывали. Под таким напором… Всё было… Снова он вспоминает. Чёрт, Дазай… Что ему в бошку взбрело вообще? И как ему завтра показаться? Наверняка он опять что-нибудь да вытворит. Снова прижмёт к стене. Тело ведь совсем его не слушается и легко поддаётся ласкам шатена. Этот идиот знает обо всех тонкостях его тела. Завязав полотенце на бёдрах, Чуя вышел из ванной и поставил вариться кофе. Нет. Он больше не может доверять Дазаю. Ему нельзя доверять. Погрузившись в раздумья, Чуя не заметил, как пришло время спать. Хотя кого он обманывает. Сон теперь к нему точно этой ночью не придет. Зря он пустил его к себе. Этого бы не произошло. И всё было бы проще. Вдруг рядом лежащий телефон завибрировал. Чуя посмотрел в экран. Как говорится: «Вспомнишь г**но, вот и оно». А он был ещё тем засранцем. Выдохнув, Чуя взял трубку. — Слушаю, — как можно холоднее отозвался Чуя. — Приветик, как дела? Серьёзно? Он его почти изнасиловал и спрашивает, как у него дела? — Как всегда. — Я у тебя там коробочку забыл в прихожей. Посмотри. Утром зайду. Поднимаясь с кровати, Чую как током ударило: — Не смей! — М-мм? — Ну, то есть я сам занесу… Отдам на вечеринке… — Посмотри для начала, — в голосе Дазая чувствовалась усмешка — Сейчас. Чуя надел тапочки и прошёл в прихожую, включая свет. Действительно. Чёрная, бархатная… — Ты там долго? — Погоди. Я ещё не пришёл, — сказал Чуя, сам разглядывая вещицу. Неужели вздумал кому-то предложение делать? — Да, вот она, — чисто из-за любопытства Чуя открыл коробочку и увидел там шикарные и наверняка очень дорогие часы… Не женские. Может, это ему подарили? Девушка, к примеру. Мысль о возможной девушке не очень понравилась Чуе. Рассматривая часы, Накахара забыл, что должен что-то говорить, чтобы тот не подумал ничего лишнего. Но его опередил игривый голосок: — Как тебе? Нравится? Уши загорелись, и Чуя положил украшение обратно. — Коробочка? Из динамика послышался смех. — Чу, кого ты обманываешь? Часы. Как тебе? — Ненавижу тебя, — выдохнул и продолжил. — Стильные, красивые. Дорогие. Тебе пойдёт, — устало протянул Чуя. — Мне? — Ну да, — недоумевая ответил Чуя. — Чу, это тебе. Рад, что понравились. Удивившись, Чуя взял в руки вещицу. «Что? Мне?», — пронеслось у него в голове. Смущение и настороженность смешались в его душе. Он не знал, что и думать. — В честь чего? — По старой дружбе. — Не такая уж она у нас и крепкая была. Это ни к чему. — Я хочу, чтобы ты был в них завтра. — Поподробнее? — Просто надень их на вечер. — Эй, постой! — поторопился, но его уже не услышали. — Вот засранец! Отложив телефон, Чуя взял коробочку и вернулся в кровать. Рассматривая украшение, он увидел небольшую надпись сбоку. «Chuuya + …» — Странно это. Положив всё подальше от себя, Чуя накрылся одеялом и зевнул. «Завтра… Дазай снова что-нибудь выкинет, я уверен. Но зачем ему это? Часы… Зачем он дарит мне часы?», — Чуя перевернулся на другой бок, пытаясь уснуть, но мысли о шатене настойчиво лезли в голову. — «Не нужно мне это… Не нужно…»

***

Отключившись, Дазай положил телефон на рабочий стол и подошел к застекленной стене, открывающей вид на ночной город. «Осталось совсем немного, Чуя. Ещё один шаг, и я стану свободен… Свободен от этого контракта и от этого…», — он вздохнул, не договорив мысль даже самому себе. Контракт… Навязанный его же глупостью, обещанием, данным в порыве отчаяния. Как же он тогда хотел этой власти… а теперь она душит. — И что ты будешь делать дальше? — послышался позади мужской голос. Шатен развернулся и посмотрел в глаза приближающемуся парню напротив. — А дальше самое интересное, мой дорогой Федор. — С удовольствием послушаю, — улыбнулся темноволосый. — Но чуточку позже. Он обошел шатена, повел его за руку вглубь спальни и толкнул на кровать, нависая сверху с усмешкой на губах. — Стыдно, наверное, одному часы дарить, а под другим прогибаться? В его голосе слышалась ревность, скрытая за маской сарказма. Дазай знал, как Федор ценит его внимание, даже если никогда в этом не признается. — Как только он станет моим, контракт перестанет действовать. — Знаю. Однако не я предложил его когда-то. — Помню, что я, — протянул Осаму. Он прижался и припал к его губам, чтобы не слышать от него более ни слова. Или чтобы заглушить собственный страх… Страх не только перед тем, что произойдет после освобождения от контракта, но и перед тем, что он чувствует к Федору. Больная привязанность, которую он отчаянно пытается отрицать. Фёдор улыбнулся сквозь поцелуй и начал активно раздевать шатена, срывая одежду. Как только тот оказался перед ним обнаженным, притянул к себе за бедра, поудобнее устроился между ног и резко вошел до конца. Дазай болезненно простонал и впился ногтями в плечи парня, но не оттолкнул. Несмотря на то, что в последний раз у них было совсем недавно, он все равно не был готов принять его так резко. — Прости, но давай без рук, — темноволосый поместил его руки на кровать и крепко сжал над головой. — Ты хоть когда-нибудь думал о чувствах партнера? — закусив губу, спросил Дазай и поднял голову, смотря в глаза своему мучителю. В его взгляде плескалась не только боль, но и… вызов? — Тебе ведь нравится моя грубость, — усмехнулся тот и толкнулся глубже. — Иначе бы давно ушел от меня. «Ушел бы, если бы мог», — мысленно поправил Дазай. Федор держал его не только физически, но и эмоционально, заставляя постоянно сомневаться в своих желаниях и чувствах. — Ты… — простонал шатен и обессиленно закрыл глаза. — Чертов демон… Крепко держа руки парня над головой, Достоевский вбивался в него с большей силой и скоростью, заставляя шатена под собой громче кричать и только сильнее прижиматься к телу, крепко обвивать длинными ногами, поддаваясь бедрами и тщетно стараясь успевать за темпом партнера. Проникновения углубились, и спустя некоторое время Федор ощутил скорую разрядку. Грубо впившись в губы Дазая, он толкнулся в последний раз и с мычанием сквозь глубокий поцелуй обильно излился внутрь, выпустив наружу не только семя, но и часть своей… тьмы. Осаму до боли прогнулся в спине и протяжно простонал, дрожа и кончая себе на живот. Он не был в силах скинуть с себя навалившегося на него парня, глотая воздух и чувствуя биение чужого сердца собственной грудью. Два разгоряченных, вспотевших парня молча лежали на кровати, прижимаясь и искренне пытаясь отдышаться. Обладатель аметистовых глаз всё ещё оставался внутри ослабшего тела, не давая теплому семени вытечь, и стал жадно целовать кожу искусанной шеи шатена. Словно помечая свою собственность. Словно пытаясь удержать то, что ускользает сквозь пальцы. — Федор, мне на работу, — предупредил Дазай, ощущая в себе уже твердый член, что по привычке быстро снова возбудился. — Придется тебе работать, а не зад просиживать. — Н-нет, погоди… Фёдор оборвал его речь, накрыл его губы своими и начал двигаться, быстро наращивая темп. После первого оргазма всегда становилось проще обоим — вход уже хорошо разработан, и сперма внутри прекрасно выполняла функцию смазки, насыщая столкновения их тел возбуждающими хлюпами и шлепками. Всё, что оставалось шатену этой ночью, — это извиваться под грубыми толчками и сильной стимуляцией внутри, кончая до изнеможения и глубоко принимая чужое семя, пока его партнёр не будет удовлетворен сполна. Осаму уже давно не понимал, что его связывает с Федором. Страх, вожделение, зависимость? Все переплелось в тугой узел, который он отчаянно пытался развязать.

Дазай надеялся, что однажды обязательно сможет высвободиться из этой крепкой дьявольской хватки. Но с каждым разом хватка становилась всё сильнее, а оковы — всё прочнее.