Такая крепкая нить судьбы

Фёдор очнулся от резкого запаха спирта под носом и с большим трудом, из-за тяжёлых век, открыл глаза. В полумраке комнаты очертания предметов казались размытыми, а голова гудела, словно в ней звенел рой пчел. — Что за… — Очнулся-таки, — сказал незнакомый молодой парень. Он убрал кусочек ваты, судя по всему, виновницу его пробуждения, на рядом стоящую прикроватную тумбочку и сложил руки на груди. Взгляд его был насмешливым и слегка раздраженным. — И кто так делает? Сначала заказывает еды на троих, а потом вырубается? — Который час? — прохрипел приходя в себя, Фёдор, пытаясь сфокусировать взгляд. Приподнявшись и усевшись на кровати, он потер виски и осматривал внешность стоящего перед ним парня. — Ты меня вообще слушаешь? Я не врачом подрабатываю, если ты не в курсе. Я из-за тебя столько заказов пропустил! Оплати, и я пойду. — Заказы? — не понимая, о чём идёт речь, переспросил темноволосый. — Они самые! — воскликнул юноша и встал с кровати. Теперь перед парнем предстала чёткая картина объекта: молодой, довольно симпатичный паренёк в форме доставщика. Не сильно высокий, но и не низкий. Растрепанная чёлка, выразительные глаза и приятные черты лица. Привлекла даже внимание коса на чужом плече, что идеально ему шла. Впрочем, слишком уж он симпатичен для обычного доставщика. Было похоже, будто он оказался на этом месте случайно и на пару дней. — Ты как вообще? — закончив выговор, отвлёкся юноша. — В порядке. — Фёдор поднялся с кровати и, сделав пару шагов, качнулся. — Извини за доставленные неудобства. — Погоди ты! Незнакомец тут же подскочил к нему и, придерживая, довёл до места назначения. Фёдор достал купюру из лежащего в столе кошелька и протянул взволнованному парню. — Этого хватит? — Более чем. Блондин принял деньги, положил в карман и принялся записывать что-то в блокноте. — Вот, распишись здесь. — Хорошо. Фёдор улыбнулся и взял из его рук блокнот и ручку. Пальцы соприкоснулись, и брюнет даже удивился нежности кожи его рук. Внутри что-то странно екнуло. Как только расписался, вернул всё обратно и поднял глаза на лицо доставщика. — Как твоё имя? — Н-николай… — Имя не японское. — Русское, — прочитав имя на бумаге расписавшегося, сказал тот и с хлопком закрыл блокнот. — Как и твоё. Впрочем, мне пора. Юноша повернулся и зашагал к выходу. Неторопливо обуваясь, он почувствовал на себе сверлящий взгляд аметистовых глаз и стал завязывать шнурки активнее. — Слышь, чего надо? — не вытерпев, сказал Николай. — Ничего, — улыбнулся владелец дома и подошёл к ближе. — Тогда перестань пялиться, — возразил тот. — Будто взглядом раздеваешь. — Ты довольно смелый. — А мне стоит тебя бояться? — закончив со шнуровкой, спросил парень и встал перед ним в упор. — Заметь, это я привёл тебя в чувство. — Я не отрицаю. — Вообще, как так вышло, что ты без сознания валялся? — Стечение обстоятельств, — не желая раскрывать всю суть, хмыкнул темноволосый. — Чёрт с тобой. Мне совсем неважно, что за интрижка здесь произошла. Так, из вежливости спросил. — Номерами не обменяемся? — Это ещё зачем? — нахмурился тот. — Я у тебя в долгу. Может, встретимся ещё. Я не могу допустить, чтобы меня так просто вычеркнули из твоей жизни. На эти слова Гоголь лишь недоверчиво сощурил глаза, а затем вздохнул, достал ручку и бумажку из кармана и написал свой номер. — А мой? — Не нужен. Твой номер мне уже известен. В этот момент Фёдор вдруг осознал. Пицца. Заказ. Все это… Дазай. Он позаботился о нём. Сердце пропустило удар, а в груди разлилось странное тепло. Этого не могло быть, но это было так. — Как знаешь, — тихо вздохнул темноволосый, чувствуя, как внутри что-то болезненно колет. — Ну, бывай, — попрощался гость и ушёл, закрыв за собой дверь. — Интересный молодой человек… Фёдор улыбнулся и подошёл к окну, смотря вслед уходящему, торопящемуся юноше. В его глазах мелькнул огонёк интереса.

Это был Николай.

***

Когда машина остановилась возле дома Акутагавы, солнце уже давно село, и Йокогаму окутывала ночная тьма. На небе появились первые звёзды, образуя различные созвездия. Чуя вышел из машины первым. Прохладный летний ветерок заставил слегка вздрогнуть, а по коже пробежали мурашки. — Вот мы и дома, — устало протянул Дазай. — Не ори, Ацуши уснул, — угрожающе прошептал Акутагава, взяв спящего на руки. — Да я и не собирался, — хмыкнул шатен и открыл перед ним дверь в дом, облегчая брюнету задачу. — Чуя, ты как? — закончив помогать Акутагаве, спросил Дазай и подошёл к парню, смотрящему на небо. Приобняв со спины, Осаму умиротворённо выдохнул и взглянул в голубые глаза. Сейчас они были самыми прекрасными, какие только Дазаю доводилось видеть. Звёздный небосвод так красиво отражался в его глазах. На лице была слабая улыбка, и Чуя откинул голову на грудь парня, позволяя притянуть себя ближе к шатену. — Красиво… — Ага. — Дазай. — Мм? — Ты ведь мог и остаться с ним… — Чу, перестань. Ты же знаешь, что я не выношу его. Я перерезал бы горло кому угодно в любой момент и сбежал как можно дальше. — Тогда… — убрав руки с талии, отстранился и встал перед Дазаем. — Ты обещаешь мне, что больше не оставишь меня одного? Дазай уловил в его голосе едва ощутимую, но сильную дрожь. Казалось, что Чуя всеми силами держится, чтобы не разрыдаться прямо здесь и сейчас. — Обещаю. Я никогда больше не оставлю тебя. Никогда. — Ты не представляешь, как я рад… — Чуя слабо улыбнулся. На глазах навернулись слёзы, и по щеке пробежала мокрая дорожка. Затем ещё одна. Чуя уткнулся в грудь Дазаю и заплакал, пытаясь сдерживать вырывающиеся всхлипы. Руки крепко сжали светлую ткань плаща на плечах. Его плечи слегка дрожали. Он боялся, что стоит расслабиться и всё рухнет. — Ну-ну, чего реветь-то? Всё ведь хорошо. Я рядом. Поглаживая по спине иногда вздрагивающее тельце, Дазай уткнулся в рыжую макушку и стал успокаивать голубоглазого. Парни простояли так ещё немного, но тишину нарушил зов Акутагавы. — Народ, вы под открытым небом спать собираетесь? Давайте, заходите уже. — Уже идём, — отозвался Дазай и, приобняв Чую, медленно зашагал в дом. — Ацуши уже проснулся? — подняв голову спросил Чуя. — Да, он на кухне и переживает за тебя… Тут же к ним в прихожую вышел Ацуши и вытер мокрые от воды руки полотенцем. — Ребята! Идёмте ужинать. — Как скажешь, — кивнул Акутагава и последовал за уходящим блондином. Он окинул Чую мимолетным, беспокойным взглядом. — Идём! Вечер обещал быть прекрасным.